Путь во тьму (рабочее название)

Энакин остался один, однако всем своим нутром он чувствовал здесь чье-то слабое, но присутствие. Он слегка прищурился от ветра, дувшего ему в лицо, пытаясь сосредоточиться на своих ощущениях. Следующие его действия были молниеносными и инстинктивными. Энакин ловко отпрыгнул в сторону, не позволяя фигуре в черном костюме нанести по нему удар. - Слегка самоуверенно нападать на джедая, пусть даже и со спины, не так ли? - спросил Энакин, вытаскивая световой меч. Фигура не ответила и тоже достала световой меч. Красный. Странно. - Кто ты? - вновь задал вопрос Скайуокер, но в место ответа получил новую атаку. Фигура разбежалась и подпрыгнула чтобы нанести удар сверху, но джедай умело блокировал ее удар и без труда обезоружил. Меч выскочил из руки противника и подлетел к краю крыши высотки. Энакин схватил фигуру за руку из которой только что вылетел меч. Присмотревшись, он заметил на руке у противницы, как он сообразил, тоненькую полоску - украшение. Что-то похожее, кажется, было и у Падме. Тот же знак, что она выцарапала на нем. Неужели...? Скайуокер нахмурился ничего не понимая с этой суматохе. Фигура попыталась вырваться, но Энакин стал крепче держать ее и сдернул браслет, неудачно вывернув ей левую руку. Однако противница воспользовалась моментом и ударила его по ногам. Неожиданный удар еще больше сбил с толку Энакина и он едва не упал вниз. Зацепившись за край, он смог залезть обратно, но фигуры с ее украшением и след простыл. - И вот что это сейчас такое было? - отдышавшись и откашлявшись, спросил Энакин сам у себя, прокручивая в голове произошедшее. Его поразила страшная догадка, которая вполне могла оказаться правдой, но этой теории мешали несколько вещей. *** Энакин без труда вошел в квартиру, в которой они раньше жили с Падме. После ссоры он перебрался обратно в захудалую коморку и ютился теперь там. Запищала система охраны и тут же появилась хозяйка квартиры. Включив свет, она увидела своего, пока еще, мужа. Улыбка сменилась на сжатые в тонкую полоску губы. - Чего тебе? - нахмурившись, спросила она. - Я хотел поговорить, - также сухо сказал Энакин. - Сейчас не время разговаривать, Энакин, - теребя что-то в руках сказала Падме. - Я...- она запнулась. - Что "ты..."? - спросил Энакин. - Я...в общем, я...немного занята, да, - ответила Падме, опустив глаза. Энакин хотел было спросить чем же она занята, но ответ пришел сам. Позади Падме стоял самодовольный Кловис. - Падме, милая, ты скоро...? О! Скайуокер? Что вы тут забыли в столь поздний час? - едко осведомился он, положив руку на плечо Падме, та чуть вздрогнула от его прикосновения. - Могу о том же самом поинтересоваться и у тебя, Кловис, - язвительно отозвался Энакин. Кловис хотел было что-то сказать в ответ ему, но джедай тут же перебил его. - Падме, что у тебя с рукой? - Н-ничего, - растерянно промямлила она, машинально спрятав руки за спину. - Я говорю, что у тебя с левой рукой? - прорычал Скайуокер и, грубо схватил ее за запястья. Амидала ойкнула от боли. - Я дождусь ответа или нет? - Я упала, - ничего не понимая ответила Амидала. - Упала и вывихнула запястье. - Как и, самое главное, где ты упала? - продолжал допрос Энакин. - Да буквально несколько минут назад, зацепившись за ТриПиО, - пожала плечами Падме. - А если я скажу, что не верю? - Почему это вообще тебя так волнует? Скайуокер, ты врываешься ко мне в квартиру, орешь на меня, требуешь от меня каких-то непонятных объяснений по поводу того, что пять минут назад я упала и ударилась рукой. Какое это вообще имеет значение? Что происходит, объяснишь ты мне или нет? - Думаю, объяснять тут должна ты, дорогая моя. - Не фамильярничайте, Скайуокер! - вмешался Кловис, отошедший от удивления столь позднего визита Энакина. - Что за дерзость? Да, она упала его прямо на моих глазах пять минут назад. И вообще, какое вам дело? Почему вы вообще находитесь здесь? Разве вам вообще это разрешено? - Хорошо, пусть так. Тогда, почему у тебя такой встрепанный вид? Как долго ты находишься дома? Опиши свой вечер. - проигнорировав слова Кловиса, осведомился Энакин. - Ты уже не знаешь к чему придраться, да? Я не обязана перед тобой разъясняться! - с вызовом сказала Амидала. - Сегодня вечером, перед тем как уйти из Сената, я встретила Кловиса. Слово за слово, мы разговорились и вместе с ним пошли в ресторан, знаешь, про который ты говорил. Полчаса назад пришли сюда. Ты доволен? В глазах Энакина мелькнула досада и радость одновременно. - Значит, ты больше нигде не была? - уточнил он. - Нет. - помотала головой Падме, чуть-чуть успокоившись. - А к чему вообще такие вопросы? - Я потом все объясню. - сказал Энакин и неуверенно добавил: - Может быть. Подожди, могу я тебя кое о чем попросить? - Ну? - скрестив руки на груди, кивнула Падме. - Мне нужно пройти в спальню. - Зачем? - нахмурилась Амидала. - Этого вам знать не надо, - сказал Скайуокер и, не дожидаясь согласия своей жены, прошел дальше. Падме набросилась на него, стараясь ударить его как можно сильнее. однако, Энакин, непоколебимый как скала, не обращал внимания. Кловис же не знал, что ему необходимо делать в такой ситуации. - Что значит не надо? Я здесь живу, Скайуокер, я имею право знать! Энакин, не обращая внимания на негодующую Падме, зашел в спальную комнату. - Что ты себе позволяешь, Скайуокер? - спокойстие Амидалы вновь куда-то ускользало. - Просто отойди, - в конец разозлился Энакин. - Тебе же нечего скрывать, ведь так? - Так. - Ну так позволит ли мне Ваше Величество пройти? Мне потребуется всего пара минут. Эти слова немного задели Падме, но, немного подумав, она отошла в сторону, освобождая Скайуокеру путь. Путь во тьму. Энакин зашел в спальню, в которой он мог спокойно находится, без всяких сопротивлений, еще пару месяцев назад. Он прикрыл глаза, дабы проверить слова Асоки. В Силе он почувствовал нечто отвратительное, мерзкое, темное, как паутина Темной Стороны. Что-то манящее, гл в то же время отталкивающее. Ему стало не по себе, как будто его ударили током. Резко заболела голова, и Энакин нахмурился от неприятных ощущений. Он почувствовал себя очень слабым, точно вся Сила куда-то ушла. Колени его подкосились и он упал, больно ударившись коленными чашечками. - Что? - взволнованно спросила Падме, посмотрев на согнувшегося пополам Энакина. Тот грязно выругался и помотал головой, словно пытаясь выбросить оттуда все нехорошее. - Что тут происходит вообще? Как ты тут живешь? Откуда эта гадость идет? - вставая, спросил он. - Я не понимаю, о чем ты говоришь, Энакин! - Неужели даже ты не чувствуешь? - Нет. Все как обычно. - пожала плечами Падме. - Я, надеюсь, ты уже закончил? А теперь, уходи. - Нет, еще не все. Ты мне чего-то недоговариваешь. - сказал Энакин. - Энакин, прошу тебя, давай не сейчас! - взмолилась Падме. - Не сейчас? А когда наступит это твое "сейчас"? Ты постоянно уходишь от ответа, о, Сила, да ты даже...- они услышали, что входная дверь закрылась. Кловис ушел. Падме кинулась было за ним, но Энакин остановил ее. - Падме. - твердо сказал он. - Кому как не мне ты можешь доверять? Пожалуйста, скажи, что происходит? Почему ты такой стала? - Как раз тебе-то я и не могу доверять. Это ты мне скажи, что происходит! - крикнула Падме. - Ты приходишь ко мне, набрасываешься на меня из-за того что я вывихнула руку, не объясняя мне причины, ты постоянно вламываешься ко мне, ты ведешь себя очень странно, в конце-концов. Звезды, как я устала от этого! Эта ссора была ужасной. Одна из тех ссор, что длятся часами, когда уже нет сил орать. И у Падме, и у Энакина уже сорвались голоса, но они продолжали орать друг на друга, говоря друг другу ужасные вещи, которые еще два года они бы ни за что не сказали друг другу. Казалось, это длилось вечно. Самая красивая любовь галактики рушилась на глазах. Хрустальная ваза разбилась. Пока она падала, успело произойти многое. Коснувшись пола, она со звоном разбилась на тысячу мелких осколков. Знаете, если бы она раскололась на две-три части, ее еще можно было бы починить, но из кучи стекла даже самый умелый ювелир не сделает то, что было. Хрустальная ваза разбилась навсегда. - Я думаю, нам надо расстаться. - сказал Энакин и поджал губы. - Навсегда. Я больше не буду тебя тревожить, приходить и все такое. Это пойдет на пользу и тебе и мне. Падме молча кивнула, соглашаясь с этим решением. Хрустальную вазу уже не склеить.