Они не делают хрустальные туфельки/They don't make glass slippers

* Юци что-то строчила в своем блокноте, но она не могла полностью сосредоточиться. Позже она обязательно обвинит тайваньку, которая постоянно болтается рядом с ней, даже если это может быть небольшой ложью. Возможно, у нее было слишком много мыслей в голове, но это на потом. — Я просто чувствую, что должна помочь, понимаешь. — сказала младшая, лежа на кровати Юци, а другая сидела за ее столом. — Я чувствую себя обязанной. "Почему?" — спросила Юци, хотя ее мысли были где-то в другом месте. Шухуа подбрасывала одного из желтых кроликов Юци, мистера МакДжампи, вверх и вниз, пока размышляла. — Ну… — сказала она. — Не знаю, я просто чувствую, что должна. Юци вздохнула и отодвинула стул. У нее все равно ничего не получалось. «Шу, — сказала она, садясь на кровать и хватая собственного кролика, — ты всегда только и делаешь, что заботишься о других. Не хочешь ли ты немного позаботиться о себе?» Шухуа подняла голову, чтобы встретиться взглядом с другой. "Что ты имеешь в виду?" — спросила она, нахмурившись. «Я забочусь о тебе, да, но я забочусь и о себе тоже». Юци не была готова вступать в спор, поэтому отклонила эту тему. — Все, что я хочу сказать, это то, что тебе не обязательно влезать в это дело. — сказала китаянка. «Оставь это Миён и Соён». Шухуа фыркнула и нахмурилась, и нетрудно было сказать, что ее это не убедило. Но Юци поняла, что девушка ничего не сделает, так как ничем помочь не может. Что бы она ни делала, это не помогло бы. Если только она не выучилась на судью и выпустится в ближайший месяц, но она этого не сделала. Мистер МакДжампи подпрыгнул до потолка, заставив Юци сердито посмотреть на Шухуа. Младшая одними губами извинилась, прежде чем она снова сделала то же самое. — Есть какие-нибудь новости из больницы? — спросила она. "Неа." Юци быстро ответила. На это всегда уходило несколько дней, и Шухуа знала это. Юци догадалась, что она просто проявляет нетерпение и имеет на это полное право. Иногда китаянка начинала плакать при мысли о том, как сильно Шухуа заботится о ней и любит ее. А потом она заплакала еще больше, когда вспомнила, что однажды ей придется оставить младшую девочку наедине с собой. Этот день, возможно, наступит раньше, чем они изначально думали. «Знаешь, Соён стало грустно». Шухуа потревожила ее мысли самой последней вещью, которую Юци хотела услышать. — Она знает, что ты что-то скрываешь от нее. Юци усмехнулась. — Да, похоже, ей все равно. она сказала. — Конечно нет, она переживает. Сказала Шухуа, но Юци ее не услышала. "Фу!" — выпалила она из чистого раздражения. «Я устала всегда быть первой, кто звонит, всегда первой извиняется, всегда прикладывает усилия в этих отношениях». Шухуа не знала, что ответить. Отношения и любовь в целом не были ее сильной стороной. «Я чувствую, что в основном встречаюсь сама с собой». — воскликнула Юци. "Это не правда." «Все, что я получаю от нее, — это поцелуи и прикосновения, но на самом деле она никогда ни к чему не прилагает никаких усилий! Она даже никогда не говорила мне, что любит меня, ради всего святого! Юци подняла кролика и приложила его ко лбу, быстро закрыв глаза. Шухуа знала, что все это было попыткой скрыть слезы, которые вот-вот покатятся по ее щеке. «Но ты же знаешь, что Соён — закрытый человек». — рассуждала тайванька. — Ты знаешь, что она любит тебя. — Нет! Юци снова опустила кролика и повернулась к Шухуа. Самое странное во всем этом было то, что на ее лице была улыбка, но не счастливая. Не из тех, кто скрывает свои эмоции. Она улыбнулась, чтобы показать, насколько жалкой была эта ситуация. «В одну секунду она ведет себя мило, а в следующую поворачивается ко мне спиной!» Юци усмехнулась. «Когда мы были в городе, она даже ни разу со мной не поговорила!» — Ну, у нее просто… были другие заботы. "Да, конечно. И я это понимаю. Я понимаю, что я не единственная важная часть в ее жизни, но она полностью пренебрегла мной!» — Она была просто… «Она заботилась о своей подруге, которая только что потеряла сестру, да, я знаю». Юци кивнула. «И я звучу как задница из-за того, что злюсь на это, но я ее девушка! Я! Мне..." Китаянка точно слышала, как пафосно она теперь начала звучать. И она прекрасно понимала, что большую роль в этом сыграла ревность, но, честно говоря, ей было все равно. «Я не могу бороться за место ее девушки». — закончила она, бормоча фразу. Шухуа закусила нижнюю губу, пытаясь придумать, что сказать, но Юци опередила ее. «У меня нет на это времени. Я действительно не знаю. — пробормотала она. Это было правдой. У Юци, скорее всего, не было на это времени, и Шухуа понимала, что не хочет тратить имеющееся у нее время на ревность и неуверенность. Ситуация и так была пугающей, и никто из них не нуждался в дополнительных негативных чувствах. «Я просто хочу, чтобы она показала мне, что любит меня, это все, о чем я прошу». — сказала Юци, положив кролика ей на колени. Тайванька все еще не знала, что сказать, и вместо этого просто кивнула. Прежде чем она прижала кролика к руке Юци. — Он подумал, что тебя нужно обнять. — сказал Шухуа. Юци усмехнулась, прежде чем схватить его и прижать к груди. "Знаешь, Мистер МакДжампи всегда будет здесь». — сказала Шухуа. — И он действительно хорошо обнимается. Старшая улыбнулась. Шухуа действительно всегда будет рядом. * * * Хуэй собственнически обнял Суджин за талию. Вместе они стояли у входа в ресторан, который компания отца Хуэя арендовала на утро, в компании всех остальных мужчин с высоким титулом и молодыми женами. Они оба держали бокалы с шампанским. Суджин не сделала ни глотка, даже если ее мысли исчезли со сцены на час и звучали как сон. Хуэй болтал с мужчиной рядом с ним, а Суджин просто смотрела прямо перед собой. Она изо всех сил старалась ни с кем не смотреть в глаза, потому что зрительный контакт приводил к разговору, а у нее не было на это сил. Посещение вечеринок или, скорее, собраний, подобных этому, было обязанностью человека с таким титулом, как у Хуэя, и это, конечно же, означало, что Суджин должна была присоединиться к нему. Она была уверена, что большинство жен здесь, чтобы требовать своих мужей, а не сопровождать их. Там было так много женщин помоложе, даже официантки, и женщины постарше имели полное право беспокоиться. Суджин уже пять раз подмигивали голодными глазами, и это было только начало встречи. Хуи заметил подмигивания, но, казалось, только гордился ими. Держа Суджин, как будто она была призом. А для него, возможно, она была. — Когда ты наденешь на него кольцо? девочка могла слышать шепот рядом с ней. Если бы мужчина средних лет с грязной ухмылкой хотел быть осторожным, он бы не шептал так громко. Он хотел, чтобы Суджин слышала, что он говорит, он хотел, чтобы она чувствовала себя не более чем призом. Но она не собиралась поддаваться на это. Она больше не собиралась влюбляться во что-либо, что делает любой мужчина. Она наклонила голову вперед, встретившись взглядом с мужчиной, и кивнула с той же ухмылкой, что и у него на лице. Хуэй что-то бормотал, но мужчина посмотрел на Суджин, как будто увидел привидение. Вот это было весело, подумала Суджин. Может быть, ей следует делать это немного чаще. * * * — Миён, мне правда нужно вставать. — сказала Минни. Ее тело было прижато к матрасу телом Миён на ней. Девушка забралась на нее, когда Минни сказала, что ей нужно уйти, что было около двадцати минут назад. — Еще немного. — сказала старшая в пятый раз. Ее глаза были закрыты, дыхание успокоилось, а голова расслабилась на изгибе шеи Минни. «Миён...» Возле их спальни Соён сидела на диване с синтезатором перед собой. Ее телефон тоже был тут же, ожидая, звонка ее подруги и утреннего звонка Юци. Обычно Соён это не слишком заботило. В любом случае, она видела Юци почти каждый день, ей не нужно было звонить каждое утро. Но сегодня это было необходимо. Юци вчера не было, и она не отвечала, когда ей писала Соён. Ну, это был один текст, но все же. Может быть, если она подождет всего несколько минут, Юци позвонит ей. "Минни!" Соён услышала из другой комнаты громкий удар. Всего через секунду Минни выбежала из комнаты, извиняясь, и направилась в ванную. Разве она не должна была уйти в девять? Миён вышла через минуту, ее волосы были растрепаны, когда она потерла бедро. Она села на диван рядом с Соён и несколько секунд сидела неподвижно. Автор песен позволила ей не торопиться, чтобы проснуться, поскольку она сосредоточилась между своими заметками и телефоном. Затем старшая вскочила с дивана, произнеся бессвязную фразу, и поспешила в свою спальню, но тут же снова вышла. — Суджин сказала, что сейчас, верно? — спросила Миён, размахивая телефоном в руке. Соён потребовалась секунда, чтобы понять, прежде чем ее губы растянулись в улыбке, и она встала с дивана. Миён уже нажала на идентификатор вызывающего абонента и продолжала говорить, когда к ней подошла Соён. И он издал звуковой сигнал в течение нескольких секунд, и Соён показалось, что это целая вечность. Но затем он перестал издавать звуковые сигналы, и под именем Суджин запустился таймер. Две девушки затаили дыхание, ожидая звука с другой линии. "Привет?" — сказал голос, и девушки смогли нормально выдохнуть. «Суджин!» — радостно сказала Соён и выхватила телефон из рук Миён. "Как ты?" Она вернулась к дивану и села, почти прижав телефон к груди. — Я-я в порядке, но… — сказала Суджин на другой линии, ее голос был достаточно тихим, чтобы его можно было принять за шепот. «У меня мало времени». — О, но… — начала было Соён, но телефон у нее быстро выхватили. — Ты прошел через это? было первое, что спросила Миён. — Д-да. Суджин запнулась. Соён почувствовала, как внутри нее что-то бурлит, а Миён нахмурила брови и тяжело сглотнула. «Не могли бы вы… Не могли бы вы прислать мне фотографии, чтобы я мог их распечатать?» "Одна секунда." Несколько минут на линии Суджин было тихо, прежде чем Миён получила уведомление. Она даже не взглянула на него, прежде чем смахнула его, полагая, что ей придется взглянуть на него позже. И она также не хотела, чтобы младшая девочка оторвала кому-нибудь голову. "Спасибо." — сказала Миён. «Эй, Су-» — Мне нужно идти, увидимся позже. "Стой!" младшая попробовала, но уже раздались гудки. Это был не просто небольшой беспорядок, в который увязла танцовщица. * * * Танцовщица быстро пошла с сумкой через плечо, напрягаясь в кафе. Она выбежала как раз перед тем, как он начался, убедилась, что Хуэй уехал, прежде чем отправиться к своей кузине и лучшей подруге. И Квану. И там трое стояли, ожидая ее. Соён, не теряя ни секунды, поспешила к Суджин и крепко обняла ее, на что Суджин сделала то же самое. Затем они пошли вперед, и танцовщица обняла свою кузину, пока они шептали друг другу на ухо безмолвные слова. А потом она слабо улыбнулась Квану, чувствуя себя не достаточно комфортно, чтобы обнять его, что мужчина понял, улыбнувшись в ответ. — Привет, Суджин. он приветствовал ее. Они направились в кафе и вошли сразу, так как у них было всего около двадцати минут. Кван хотел, чтобы Суджин рассказала эту историю, поскольку ее голос был единственным, кому он мог по-настоящему поверить. Так Суджин и сделала, но не без многократной поддержки Соён и Миён. Голос у нее дрожал, руки тоже, она даже чувствовала, что весь ее мозг трясся, когда она говорила, но слова она выговаривала. Кван отметил слова в своем блокноте, так что она, должно быть, сказала что-то связное. — Есть свидетели? — спросил он. Суджин точно не знала, кто мог быть свидетелем этого. Никто не видел, как он бил ее последние три года. — Так же из средней школы может. добавил он. «Мы с Минни видели, как однажды он пришел в дом Суджин». — сказала Миён. «Он начал биться об стену и все такое». «Вы видели, как он что-нибудь делал с Суджин? Угрожал ей? Миён покачала головой. Хуэй был очень скрытным, когда дело касалось его поведения с Суджин, за исключением всего хорошего. Что ему нравилось хвастаться, как только мог. Но никто никогда не видел, как он бил ее, и даже не слышали, как он кричал на нее. Кроме одного человека. Был один человек, который слышал, как он кричал на нее, видел, как он на самом деле обращался с ней. Который несколько раз пытался его остановить. Но ее здесь больше не было. И когда Суджин не ответила, Кван начал кивать, прежде чем закрыть блокнот. Миён также вручила ему флешку, на которой были фотографии Суджин. — Я отнесу это своему боссу. — сказал Кван. «Но поймите, что это займет время, и мы должны подать настоящий полицейский отчет, прежде чем мы сможем привлечь суд». Все трое кивнули. «Я сделаю все, что в моих силах, чтобы довести дело до конца, Суджин. Я обещаю тебе." он опустил голову, чтобы она могла посмотреть ему в глаза, если захочет. Она этого не сделала, но ценила усилия, которые он приложил, чтобы установить с ней контакт. «Благодарю тебя, Кван». — сказала Миён, водя кругами по спине Суджин "Пока что слишком рано благодарить». — напомнил он. «Таких случаев всегда пятьдесят на пятьдесят». Миён надеялась, что этому делу будет добрых пятьдесят. * * * Это был странно спокойный день в кафе. Обычно примерно в это время у дверей выстраивалась длинная очередь, так как за каждым столиком сидело по несколько человек. Конечно, народу было много, но очередь была не такой длинной, как обычно. Минни только что приняла последний заказ, когда села на стул, спрятанный в углу. У нее болели ступни и голени от того, что она целый день стояла на ногах, и ей ничего не хотелось, кроме как лечь в свою мягкую домашнюю постель. Она зевнула, прежде чем вытащить из кармана телефон. Минни сразу же улыбнулась, заметив новый фон, который, должно быть, сменила Миён. Это была фотография их двоих. Вернее, красивое сияющее лицо Миён и двойной подбородок Минни, поскольку снимок был сделан Миён, которая в это время лежала на груди. Несмотря на то, что это был не лучший ракурс, тайка не стал его менять. Миён выглядела слишком красивой. Когда она разблокировала свой телефон, она перешла прямо к своим текстовым сообщениям, где ее ждало несколько. Поскольку была суббота, Миён была свободна весь день, чтобы беспокоить Минни. Однако эти сообщения были отправлены сегодня утром. "Привет!" Минни читала и могла слышать слова Миён. — Ты не убрал за собой сегодня утром! И ты забыл принести мне мой кофе! Тайка усмехнулась и ответила простым «извините» и смайликом-поцелуем. Внезапно послышалось прочищение горла, и Минни быстро встала, засовывая телефон обратно в карман. Она, спотыкаясь, вернулась к кассе и поправила фартук. — Извините, что я могу вам предложить? — спросила она, не глядя на человека дольше. Когда никто не ответил, она с любопытством подняла голову и увидела высокого мужчину в смокинге. Его волосы были идеально уложены, а на лице играла широкая, но пустая улыбка. Трепет пробежал по спине Минни, когда она сразу узнала мужчину. Это был ее отец. Она могла чувствовать, как сильно расширились ее глаза, и ее губы дрожали. Но она не могла остановить это. «Привет, — сказал мужчина, прежде чем опустить взгляд на маленькую бирку на униформе девушки: «Ким Минни». Минни тяжело вздохнула и прикусила нижнюю губу, чтобы она не тряслась слишком сильно. Он не сводил с нее глаз, проникая в ее душу. Он полностью осознавал, что заставил ее чувствовать себя прямо сейчас, и улыбался из-за этого. Девушка уже собиралась попятиться и спрятаться, как вспомнила, что находится в рабочем положении, и ей нужно обслуживать своего заказчика. — Что… — она откашлялась. — Что я могу вам предложить, сэр? Он сохранил ухмылку, когда начал проводить руками по своему смокингу. Совершенно не изменив выражения лица, он вздохнул. — Должно быть, я забыл свой бумажник. он сказал. Минни знала, что он делает это только для того, чтобы преследовать ее. Чтобы показать, что он всегда имел преимущество, и она ничего не могла сделать со своей позиции. "До скорого." — сказал он, все еще с ухмылкой на губах, опуская руки в карманы. «Нича». Еще одна дрожь пробежала по ее позвоночнику, когда она услышала имя, с которым никогда не отождествляла себя. Его дорогие туфли щелкнули, когда он направился к двери, уступая место другому покупателю. Минни могла расслабить плечи, но все еще чувствовала пот на своем теле и липкие ладони. У нее болела нижняя губа от того, как сильно она ее прикусила, и она бы сделала перерыв на несколько минут, но перед ней уже была женщина средних лет. Девушка глубоко вздохнула, прежде чем улыбнуться. «Здравствуйте, что я могу вам предложить?» * * * После ухода Квана девушки решили немного поболтать в простой беседе. Ничего тяжелого, просто чтобы успокоить нервы Суджин, прежде чем ей придется спешить обратно. "О точно!" — громко воскликнула Миён. Затем она подняла руку и поднесла ее к лицу. Суджин нахмурилась, пытаясь понять, что старший пытался ей сказать, прежде чем она увидела серебряное сияние на безымянном пальце. Ее рот неудержимо растянулся в слабой улыбке. "Действительно?" — спросила она и протянула руку. "Действительно." Суджин изучала красивое кольцо. Это не было чем-то большим и броским, просто милой маленькой деталью. И она подумала, что дизайн выглядел так, как будто Миён выбрала его сама. "Когда это произошло?" — спросила она монотонным голосом, но теперь она не могла управлять этим. Она вспомнила, что у ее кузины не было кольца, когда они были в маленьком городке. — Всего несколько дней назад. Миён улыбнулась и повернула руку, чтобы сама осмотреть кольцо. «Минни не могла даже произнести ни слова!» Сказала Соён, усмехнувшись. «После этого она сказала мне, что заставила Миён закрыть глаза. И тогда она даже не могла этого сказать! Суджин издала смех, который для двух других прозвучал как дуновение воздуха, но на данный момент этого было достаточно. Она задавалась вопросом, будут ли у нее когда-нибудь такие отношения. Безусловное, где обе части любили друг друга одинаково сильно. Ей казалось, что сейчас это маловероятно. "Замолчи." — пожаловалась Миён. — Я уверен, что вы с Юци еще даже не сказали «я люблю тебя». Старшая использовала ее дразнящий голос, после чего издавала звуки поцелуев ртом. "Замолчи." Сказала Соён, закатив глаза. — Ах да, я забыл. Миён улыбнулась. «Девушка Соён сейчас ее игнорирует». "Что ты сделал?" "Ничего!" — воскликнула автор песен. «Я думала, что все в порядке, но вчера мы не разговаривали весь день, и сегодня тоже». — Ты пробовала ей звонить? — Хм, ну… — неловко усмехнулась Соён. «Я собирался, но...» Теперь настала очередь Суджин закатить глаза. Если перед Соён была чистая любовь, то почему она не боролась за нее? «Боже, мне действительно нужно отправить вас двоих на курс «как построить здоровые отношения». Миён недоверчиво покачала головой. Двое других продолжали болтать, но мысли Суджин начали отдаляться. Ей придется скоро уйти, чтобы вернуться вовремя. Может быть, было бы лучше, если бы она ушла сейчас. Но когда она начала вставать, Соён быстро положила руку ей на плечо, заставив Суджин посмотреть на нее. — Тебе не следует идти. — сказала Соён. — Хочешь пойти с нами? — спросила Миён. — Он не знает, где мы живем, поэтому не найдет тебя. Танцовщица прикусила нижнюю губу, обдумывая их слова. Конечно, он не знал. Но он обязательнобы узнал, и когда он это сделалает... Неужели Суджин действительно хотела рискнуть? *