jungle

Какая-то надоедливая муха жужжит прямо над ухом. Тэхён вздрагивает от неожиданности и оглядывается. Пытается поймать муху ладонями, но не удаётся. В голове туман. Сколько же он спал за прошедшие сутки? Это вообще нормально столько валяться? Голова как раскалённое железо, которым в древности людям прижигали раны, чтобы не загноились. Тэхёну хочется ещё полежать, глядя в потолок. Но за окном кукарекает надоедливый петух. Это выводит Тэхёна из себя. В таком шуме даже просто лежать невозможно. Тэхён перекидывает ноги на пол, подходит к окну и сдёргивает шторы. Морщится от резкого запаха: на подоконнике стоят горшки с рассадой. Странно, осень ведь. События вчерашнего дня потихоньку вспоминаются. Ничего важного не произошло. Бабушка покормила Тэхёна горячим супом и отправила в баню. Она очень хотела спать. Обычно ложилась рано, но вчера пришлось ждать приезда внука допоздна. Поэтому после бани лёг и сам Тэхён. Бабушка выделила ему отдельную комнату, но она была очень маленькой. А ещё Тэхён узнал вчера, что туалет находится вне дома. Он до сих пор ужасался этому факту и пообещал себе, что не будет пить воду перед сном. Это лучше, чем вылезать по ночам из тёплой кровати и спешить на улицу. Первым делом Тэхён берёт телефон и включает передачу данных. Интернета нет, да и связи тоже. Парень обессиленно опускает руки. Он не сможет смириться с тем, что будет лишён всякой возможности поболтать с друзьями. — Проснулся? — раздаётся сзади голос бабушки. Тэхён поворачивается и внимательно рассматривает её. На вид добрая и милая, если не считать глубоких морщин и мешков под глазами размером с балконы. Но она улыбается, и лицо её светлеет. — Доброе утро, — робко произносит Тэхён. — Не бойся меня. Чего ты затюканный весь? — Ничего я не затюканный! — возмущается Тэхён. — Не кричи на бабушку. Дай хоть пощупаю тебя, кровинушка. Бабушка придвигается ближе и начинает щипать Тэхёна за бока. Тот ойкает и подскакивает. Больно. Наверное, Тэхён и правда мало знает о бабушках. Они не такие уж и безобидные существа, когда приступ любви находит. — Худющий-то какой! Ни мышц, ни мяса! Ну ничего, за водой будешь ходить — накачаешься. Бабушке хоть полегче станет. Я тоже пока только встала, хотя обычно уже с шести на ногах. Я пока завтрак приготовлю, а ты сбегай к соседям, отнеси кое-что! А потом познакомимся поближе. Чего время терять? — Но… — Давай, давай! Тэхён даже не успевает ничего сказать, а у него в руках уже оказывается поднос с пирогом. — Пирог? — неловко спрашивает Тэхён. — В нашей стране их кто-то ест вообще? — Ест, конечно. Не задавай глупых вопросов. Здесь неподалёку живёт девчонка со своим братом. Она, бедняжка, слепая, а он о ней заботится. Девочка почти твоя ровесница, кстати. Познакомишься заодно с ними. Я их частенько угощаю чем-нибудь вкусненьким. — Хорошо. А куда мне идти? Бабушка объясняет. Тэхён напрягает извилины, пытается запомнить, кивает невпопад. Бабушка внешний вид дома описывает. Людей здесь живёт не так много, поэтому Тэхён надеется, что отыщет по отличительным признакам. Кивает бабушке, переодевается и отправляется в путь. На улице его в покое не оставляют. Если в деревне появляется новый человек, это заметно. — Привет, — перед Тэхёном останавливается парень примерно его возраста. — А ты кто? Я раньше тебя не видел. — Привет, — смущается Тэхён, глядя на его грязную обшарпанную одежду. Сам он в своих модных городских вещичках выделяется, но больше ему надеть нечего. — Я только вчера приехал. — Вау! В нашу глушь? И какими судьбами? — Так получилось. — Ю Дэсон, — протягивает руку парень. — Ким Тэхён. Только руки у меня заняты, уж извини. — Ой, точно. Я просто задумался. Парень смеётся, опуская взгляд. Он производит хорошее впечатление, кажется Тэхёну милым и дружелюбным. — Куда ты идёшь с таким пирогом? С чем это? Вкусный, наверное, — замечает Дэсон и втягивает носом воздух. — Не знаю, — Тэхён отмечает про себя, что его взгляд чересчур голодный, и отступает на шаг. — Я не смотрел. Бабушка просила отдать каким-то соседям. Я даже фамилии их не знаю. — Хорошо. Удачи. Не хочешь вечерком встретиться со мной и другими парнями, раз сейчас торопишься? Погуляем, побазарим. Быстрее в коллектив вольёшься. Всё равно нам пересекаться придётся. Лучше уж сразу узнать, что ты за человек и с чем тебя кушать. Тэхён невольно улыбается. Надо же, какие дружелюбные здесь ребята! Ну да, не город всё-таки. Им обязательно надо друг друга знать. Дэсон подёргивает густыми бровями, которые ярко выступают на чуть смугловатой коже. Тэхён раздумывает. — Я постараюсь прийти, — говорит он. — Если бабушка не займёт меня чем-нибудь другим. Только вот когда и во сколько? — На главную площадь. Мы обычно тусуемся в подворотнях неподалёку оттуда. Спросишь у кого угодно, здесь все знают, где эта площадь. Не сможешь сегодня — приходи завтра. Мы там каждый день собираемся часиков после пяти. — Здорово. Тогда до встречи, что ли? — Пока. Файтинг, Тэхён! Дэсон с улыбкой кивает и машет рукой, удаляясь. Тэхён стоит на месте, провожает взглядом этого доброго, общительного, угловатого на вид паренька, а потом снова отправляется на поиски дома. Вот он. Одноэтажный, отличается от других домов чересчур высокой крышей и окнами со шпросами и наличниками — смесь деревенских традиций и современности. Тэхён залипает на необычные бежевые окна и улыбается, отвлекаясь от мыслей о Дэсоне. Окна крепкие, продувать зимой точно не будет. Тэхён пугливо стучится в дверь. Вдруг он разбудит жителей? Вдруг они встают не настолько рано, как привыкла бабушка? Но когда на пороге появляется парень с отросшими волосами, почти наполовину закрывающими его лицо, Тэхён успокаивается: парень выглядит вполне бодрым. — Приветики, — спокойно говорит незнакомец, внимательно оглядывая Тэхёна с головы до ног. — Ты кто такой будешь? — Ким Тэхён. Я внук Ким Юри. Вы её знаете. Она иногда приносит вам пироги. Вот и сегодня попросила меня принести. — Ого! — глаза Чонгука округляются, хотя они и так крупноватые для корейца. — Я уже и забыл, что у аджумы Ким есть внук. Проходи. Тэхён запоздало кланяется, но Чонгук просит отставить в сторону такие мелочи, как проявление вежливости. Когда парень оказывается в доме, в нос ударяет непривычный запах дерева. Тэхён морщит нос. Чонгук берёт из рук парня поднос с пирогом, а сам даёт ему тапочки для гостей и показывает, куда можно повесить ветровку. Тэхён снимает уличную обувь и верхнюю одежду, надевает тапочки и идёт в сторону гостиной за Чонгуком по узкому коридору, оглядываясь и примечая детали. Также, как и в доме у бабушки, здесь, кроме гостиной, есть всего одна комната. Кухня и гостиная объединены. Но обстановка здесь весьма посовременнее, чем у бабушки. Нет печи, а санузел в квартире. Они оказываются в большой комнате. Там даже стоит телевизор. Старый, но какой есть. Тэхён замирает, глядя на девушку, сидящую на диване к нему спиной. Это та самая слепая девочка, о которой говорила бабушка? — Миюн, — кашляет Чонгук, — у нас гость. Это Тэхён, внук аджумы Ким. Тэхён, это Миюн. Чонгук наклоняется к самому уху Тэхёна и шепчет: — Ты ведь знаешь, что она не видит? — Да. — Сейчас она подойдёт и ощупает тебя. Миюн так знакомится с людьми. По-другому она не сможет представить, как ты выглядишь. — Что? Ощупает? — недоумённо переспрашивает Тэхён. — И как это будет выглядеть, скажите на милость? — Миюн, — Чонгук уже не слушает, — познакомься с ним. Девушка медленно встаёт, пальцами забирает длинные волосы назад, и они волнами стремятся к пояснице. Миюн разворачивается лицом к Тэхёну и всё так же медленно идёт. Не идёт даже. Плывёт. Она подходит всё ближе, а её глаза приковывают внимание. Тэхён вглядывается внимательно. Он тонет в этих бесцветных глазах и взлетает одновременно, но почему-то отвести взгляд не может. Они магические. Не страшные, как в фильмах ужасов, а просто загадочные и интересные. Тэхён понимает, что Миюн необычная девушка. Понимает, что в душе у неё есть что-то, чего нет у других людей. Хочется отыскать в ней эту странную жемчужину, потрогать руками, узнать, откуда она там взялась. Миюн останавливается прямо перед Тэхёном. Он чуть поднимает голову. Оказывается, девушка повыше него. Она протягивает руку к его лицу. Тэхёну хочется уклониться. Но он продолжает вглядываться в её глаза и быстро успокаивается. Миюн проводит рукой по щеке Тэхёна. Кожа у неё мягкая и бархатистая. По тому, как она водит пальцем, он сразу понимает, что лицо его достаточно жирное. Последние несколько дней сказались не только на его самочувствии, но и на внешнем виде. Пора приводить режим в порядок. Миюн запускает пятерню в чёлку Тэхёна. Медленно гладит его по голове, перебирая тёмно-русые волосы. Тэхён не хочет себе в этом признаваться, но ему приятно. Только сейчас он понимает, что многим людям нравится, когда их гладят по голове. Миюн кладёт ладонь на макушку парня. Она чуть усмехается, и он краснеет. Наверное, Миюн весело из-за того, что она выше Тэхёна. На этом приятное заканчивается. Девушка наскоро ощупывает его шею и плечи. Тэхён морщится, но старается не дёргаться. Напоследок Миюн щипает его за бок. Тэхён ойкает. Больно. — И обязательно было это делать?! — капризно протягивает он. — Не ворчи, — Чонгук улыбается глазами. — Как ещё она должна исследовать мир? — Не надо говорить так, будто меня здесь нет, — вдруг говорит Миюн. — Я слепая, но не глухая. Она садится на диван, скрестив ноги. Тэхён снова внимательно смотрит на Миюн. Он думал, что у девушки с такой нежной внешностью и голос должен быть ангельский. Но голос Миюн слишком резкий, звонкий и громкий. — Извини, — вздыхает Чонгук. — Он ведь тебя ещё не знает. Вот я и объясняю. — Я понимаю, оппа. Но я ведь умею сама знакомиться с людьми. Наступает тишина. — А почему у вас имена с разных приставок начинаются? — Тэхён пытается разрядить обстановку, просит ребят рассказать побольше о себе. Уходить так быстро не хочется. — Мы двоюродные, — поясняет Миюн. — Родных братьев и сестёр у меня нет. Так получилось, что я решила жить одна. — Так и есть, — улыбается Чонгук. — Я ей просто помогаю. А ты какими судьбами здесь? Надолго? — Так получилось, — повторяет за Миюн Тэхён, отводя взгляд в сторону. — Я здесь надолго. — Ясно. Не хочешь говорить, значит. Ну хорошо. Как тебе у нас? Нравится? — Да я пока не освоился толком. Вчера поздно вечером приехал. — Где ты жил раньше? — В Сеуле? — Сколько тебе лет? — Шестнадцать. — У-у! Да ты совсем ещё малыш! А по тебе не скажешь. Чонгук шутливо хлопает его по плечу. — Это я-то малыш? — возмущается Тэхён. — Теперь я понимаю, почему ты ниже Миюн. Ну ничего, ещё всё впереди. Успеешь подрасти. — Хватит издеваться! Тэхён легонько бьёт кулаком в плечо Чонгука, а тот сразу морщится. — Мне почти больно. Ты драчун у нас, что ли? — Конечно. Я могу сильнее. — Не думал, что ты такой обиженка. Парни нынче пошли нежные, как пёрышки. Дунь на них, а они перья распускают. Ох, Тэхён, Тэхён. Пойдём, что ли, пирог поможешь нарезать. Тебя тоже угостим. Тэхён помнит о том, что бабушка уже готовит завтрак. Ему не хочется, чтобы её труд оказался напрасным, поэтому наедаться не собирается. Но кусочек бы он попробовал. Тэхён проходит к столу. Парню становится страшно, когда взгляд его падает на большое количество ножей. Но поняв, что все они ржавые и тупые, Тэхён облегченно вздыхает. Чонгук кладёт пирог прямо на деревянный стол и протягивает Тэхёну тяжёлый нож. — На столе? — недоумевает парень. — А где? — А если поцарапаю? — И? Не на выставку же. — Окей. — Тут даже не все, кто старше меня, такие словечки поймут, Тэхён. Чувствуешь уже разницу между глушью и Сеулом? — Здесь воздух слишком уж свежий. Даже голова кружится. — Наконец-то твой городской мозг перестанет страдать от кислородного голодания. Тэхён режет пирог и косится на Чонгука, который начинает нервно стучать пальцами по столу. Он парень вроде добрый и неглупый, но к его манере общения надо ещё привыкнуть. — Познакомился уже с кем-нибудь? — продолжает спрашивать Чонгук. — Прибытие незнакомца трудно не заметить. — Вроде того, — пожимает плечами Тэхён. — С одним пацаном. Он меня позвал потусоваться. Сказал, что они с друзьями каждый день возле какой-то площади останавливаются. Чонгук перестаёт стучать пальцами. Вместо этого он до боли сжимает ими край столешницы. Пальцы начинают светлеть. — А как звать его? — Дэсон. — Ясно. Так, сейчас я поставлю чайник. Пока он кипятится, я отведу тебя на улицу и кое-что покажу. — Хорошо. — Возьми тарелки, пожалуйста. На сушилке. Тэхён направляется к кухонному гарнитуру. Тянется за тарелками. Боковым зрением вдруг улавливает какое-то движение. Тэхён поворачивает голову и видит двух огромных чёрных пауков. Не таких, каких мы часто видим на улице, а огромных, с толстыми волосатыми лапами. Тэхён вскрикивает и отскакивает от раковины. Спиной со всей дури врезается в столешницу. Поясницу пронзает боль — чувствительная, но терпимая. Тэхён вздрагивает, услышав звон. Увидев блеск осколков на солнце, он понимает, что разбил тарелку. — Что случилось? — вяло спрашивает Миюн. — Тэхён! Ну что такое? — раздражённо повышает голос Чонгук. — Пауки! Та-там пауки! Тэхён дрожит и показывает пальцем на стол рядом с раковиной. — И что? — тяжело вздыхает Чонгук. — Они тебя не сожрут. Тэхён немного успокаивается и приглядывается. Понимает, что пауки в террариуме, и принимается смущённо приглаживать волосы. Чонгук тем временем убирает осколки. — Миюн, мы должны прятать твоих пауков, когда к нам приходят гости, — говорит Чонгук. — Нам кто-нибудь скоро точно сломает мебель. Миюн смеётся ехидно, как ведьма. — Так это твои пауки? — выдыхает Тэхён. — Какая нормальная девушка будет заводить пауков? Миюн замолкает, и Тэхён жалеет о своих словах. Чонгук словно не замечает накалившейся обстановки. Он сбрасывает осколки в урну, сам достаёт тарелки и наливает воду в чайник. Разобравшись с плитой, Чонгук направляется к выходу. Тэхён берёт свою ветровку с крючка, надевает уличную обувь и идёт за ним. Вскоре оба оказываются в огороде. — Послушай меня внимательно, Тэхён, — говорит Чонгук, больно сжимая плечи парня. — Что? Что такое? Тэхён даже пугается от такого напора. Зрачки его начинают бегать кругами. — По сравнению со многими деревнями у нас довольно всё цивильно. Но для тебя всё равно кажется глушью. Я хочу сказать, что наша глушь — это не только то место, где у людей печки вместо батареи. Наша глушь — это настоящее побоище. Я не советую тебе общаться с Дэсоном. Запретить, конечно, не могу, да и никто не может. Но если ты сейчас не станешь с ним связываться, то спасибо мне потом скажешь. — Странный ты какой-то! — Тэхён сбрасывает руки Чонгука со своих плеч и отступает на шаг назад. Слышится плеск — это Тэхён наступил в лужу. — Блять! Это всё из-за тебя. — А чё ругаться-то? Дам тебе новые носки и калоши. Не проблема. Ты лучше меня послушай, Тэхён, а не на лужи отвлекайся. — Дэсон вполне дружелюбный парень. Он хотя бы выглядит не таким странным, как ты. — Дэсон связан с сомнительной компашкой. Да и о нём самом тёмные слухи ходят. — Только пиздаболы верят слухам. — А какие мы словечки-то знаем! — свистит Чонгук, закатывая глаза. — Да, слухи со временем видоизменяются. Каждый человек представляет информацию по-своему. Получается из этого хрен знает что. Информация тем менее правдива, чем через большее количество людей прошла. Сам это в универе изучал. А что у нас? — тон парня меняется с насмешливого на удивлённо-вопросительный. — Что у нас? Население можно по пальцам перечислить. Людей мало, значит, любая инфа почти что правдивая. Я бы тебе врать не стал. Я люблю аджуму Ким. Она замечательная. Мне хочется, чтобы с тобой всё было хорошо. В этот момент в глаза Тэхёну начинает светить яркое солнце. Оно выглядывает из-за густых облаков, слепит его желтизной. Парню бы улыбнуться — его лицо станет ещё красивее. Но вместо этого Тэхён жмурится, разворачивается и закрывает рукой глаза. Ему становится противно. — Не нужно мне твоих калош. Мои кроссы намного круче. Не надо выпендриваться. Если ты учился в универе, это не значит, что ты умный. Я не буду общаться с людьми, которые судят о других по слухам. Я так понял, Дэсон одного со мной возраста? Отлично. Буду общаться с ним. Больше мне здесь друзей не найти. Тэхён резко разворачивается и уходит. Нога начинает мёрзнуть. И почему он купил кроссовки, которые промокают? Тэхён добирается до дома бабушки быстро. Уже на пороге чувствует запах чего-то вкусного, но не может понять, чего именно. Стягивает кроссовки вместе с носками и проходит в глубь комнаты к своему чемодану. — О, уже пришёл, — выскакивает бабушка. — Я как раз заканчиваю. Как тебе Миюн и Чонгук? Хорошие дети, правда? — Дети? — переспрашивает Тэхён. — Они не дети. Нормально. — Ты что, ноги промочил? — Угу. — Где ж ты умудрился? По дороге домой? — Нет. — А почему они тебе тогда другую обувь не дали? — А вот не дали. — Странно… Они добрые обычно-то. Ничего для других не жалеют. Или ты с ними поссорился? — Нет, — бурчит Тэхён. — Ты лучше с ними дружи. Они хорошие ребята. Помогут, если что. — У меня в животе урчит, — Тэхён переводит тему, но не обманывает: кушать действительно хочется. — У меня тоже, дорогой. Мыть руки, переодеваться в домашнее — и за стол! После завтрака бабушка учит Тэхёна пользоваться печью. Парень удивляется, когда узнаёт, что эта штука может убить. Если не все угли прогорели, то печь начинает выделять угарный газ, из-за которого люди засыпают и не просыпаются. Бабушка показывает Тэхёну шкафы, говорит, где что лежит и какими полками он может пользоваться. Потом выводит Тэхёна из дома, показывает ему огород, клетку с курами и свиней. Парень теперь знает, что за петух так раздражал его всё утро, и зло косится на этого верзилу. Какие-то овощи в огороде ещё живы, но в основном участки земли голые. Если бы Тэхён приехал пораньше, то бабушка смогла бы накормить его убойной дозой натуральных витаминов. Бабушка расспрашивает Тэхёна о том, как он учится, чем увлекается и кем хочет стать. Парень признаётся, что учится неплохо, но не говорит о том, что зачастую ленится. Мотивации у него нет, и Тэхён сам это понимает. Признаётся в том, что не увлекается ничем, кроме комиксов, компьютерных игр и гулянок с друзьями. Но, разумеется, не всё ей рассказывает. — Твой отец хорошо зарабатывает, — недоумевает бабушка. — Ты мог бы попробовать себя в чём угодно. — Я не хочу, — произносит Тэхён. — Зачем? Бабушка качает головой, но больше не достаёт. Она вообще знает, почему отец так хорошо зарабатывает? Тэхён нехотя разговаривает с бабушкой. Ему требуется время, чтобы привыкнуть к человеку. Он не может просто так раскрыться. — А здесь ловит мобильный интернет? — спрашивает Тэхён. О друзьях в течение дня он вспоминал не раз. — Не везде. Спроси у кого-нибудь из молодых. Я в этих вопросах тебе не помощник. — Я хочу погулять вечером, — сообщает Тэхён. — Заодно и спрошу у кого-нибудь. Специально не говорит о том, что идёт с Дэсоном. После слов Чонгука не хочет сообщать кому-то о том, что общался с ним. — Конечно! — улыбается бабушка и снова хлопает его по плечу. — Привыкай, осматривай окрестности, знакомься. Тебе это пойдёт на пользу. А пока разбирай вещи. Не буду тебя трогать. Тэхён улыбается. Рядом с бабушкой тепло и спокойно, не то что с отцом или с Джувон. Может, жить здесь не так уж и плохо? Раскладывать вещи по полочкам очень мучительно. Тэхён устраивает в комнате настоящий бардак, однако со временем всё приходит в более или менее приемлемый вид. Парень уж точно не фанат порядка. Особенно когда перед ним много полок, и у него нет прямой инструкции касательно того, что куда положить. Порядок в его комнате всегда поддерживала Джувон. Без служанки трудновато придётся. Тэхён не замечает, как время близится к вечеру. Бабушка предлагает перекусить. Он соглашается. После этого Тэхён переодевается и выбегает на улицу. Находит центральную площадь без проблем. Ей оказывается большая поляна с участком ровного асфальта, где маленькие дети катаются на велосипедах, роликах и самокатах, оставляя за собой тёмные следы от колёс. Большая часть площади состоит из качелей и горок. Ото всюду только и слышатся радостные визги детей. Оставшуюся часть оккупировали курящие и попивающие пиво взрослые. Полицейских здесь нет толком, а если и есть, то за порядком следить у них сил не хватает. Всё кажется слишком аккуратным, красивым и родным. Жители делали каждую горку самостоятельно, но с любовью. Все друг друга здесь знают и машут через всю поляну. Дети бегают и улыбаются. В городе не так. Тэхён наконец замечает на краю поляны несколько стогов сена, на которых устроились молодые люди. Среди них он замечает знакомые волнистые волосы. Тэхён выходит из тени и спешит прямо к парням. Пересекает всю поляну. Люди замирают и оглядываются на него. Тэхён краснеет, вжимает голову в плечи и старается двигаться как можно быстрее. Придётся привыкнуть к тому, что он будет привлекать много внимания до тех пор, пока его не запомнят все жители. — Привет, — смущённо здоровается Тэхён, опуская глаза. Все парни тут же перестают оживленно о чём-то разговаривать и смотрят на него. Тэхён не знает, куда смотреть. Хочется сквозь землю провалиться. Надо попросить кого-нибудь из парней дать ему одежду, благодаря которой он не будет выделяться. — О! — Дэсон вскакивает с сена. — Тэхён! Ребя, это о нём я вам говорил. Знакомьтесь, это Ким Тэхён, внук Ким Юри. Дэсон перечисляет имена всех парней. Тэхён рассеянно трясёт головой: их не меньше десяти. — Имейте в виду, что я не сразу всех запомню, — предупреждает Тэхён. — С именами у меня проблема. — У всех людей с именами проблема, — хлопает его по плечу Дэсон. — Ничего, мы понимаем. Правда, ребята? Лица парней перестают быть каменными и вмиг оживают. Они кивают. У Тэхёна на сердце становится легче. — Ты не бойся нас, Тэхён, — продолжает Дэсон. — Мы не кусаемся. — Буду знать, — улыбается Тэхён. Он останавливается взглядом на девушке, сидящей на сене. Дэсон её не назвал. В отличие от парней, лицо у неё поникшее и какое-то серое. Дэсон следит за взглядом Тэхёна. — А это … — говорит он. — Сестра Тэджуна. Она пришла к нам, чтобы… чтобы помочь кое с чем. Пока не ушла. Можешь идти, дорогая. Спасибо. Девушка выходит из тени и кивает. Она выглядит напуганной, и у Тэхёна появляется непонятное ощущение бабочек в животе. — Давай хоть руки пожмём, — произносит парень, который выглядит самым старшим — наверное, одного возраста с Чонгуком. Он протягивает руку. Тэхён тоже, но тут же болезненно сглатывает. На его руках тюремные наколки.