Вояджер-1

Стук каблуков эхом бьется об стены дома Пионов, заставляя прислугу затихнуть и перестать шептаться. Шептались о многом: о брате главы Не, о пропаже молодого господина Цзинь, о странном совпадении. Пропал сумасшедший и вместе с тем ребенок. Какая трагедия, наверняка этот страшный мужчина решил поиздеваться над маленьким Цзинем, иначе ведь никак.  Юй все эти шепотки слышала, но была в разы спокойнее, чем её племянник. Зато более злопамятнее и прекрасно запоминала черты тех, кто смел распускать пустые слухи о её семье. Не то чтобы она им не верила - кто знает, может этот мужчина и вправду способен на такую подлость. Но она так же знала на что способны злые языки, у которых нет конца и начала. Поэтому не верила, но боялась. Старалась быть вежлива в вопросах, но смотрела жестко и непреклонно. Это же надо было потерять наследника клана во время собрания! Цзян Чэн себе места не находит, носясь по округе в поисках дитя.  Она же ищет его среди взрослых. Может хоть один здешний обитатель был достаточно благоразумен, чтобы заметить куда мог уйти маленький мальчик. Но чем больше она спрашивала, тем сильнее в ней копилось раздражение. Ни один не видел. Никто ничего не знает. Лишь качают головой, да перекидывают ответственность на другого или на нелепые, пустые слухи. Глава Юй поджав губы, свернула к лестницам, а оттуда в сад. Там, где последний раз играл её внук. Может, если попытаться начать с истоков, то он обязательно найдется?  Цзыюи редко испытывала страх. Он умер вместе с сестрой и Фэнмянем. Вместе с войной и красной , от мертвых тел, водой. Вместе с отчаянием Цзян Чэна и плачущим свертком в его руках. Страх уже давно пропал из её жизни, как и многое, что она всем сердцем любила. В отличие от своего племянника прекрасно понимала, что Жулань мог и просто убежать от скуки. Непоседа, он никогда не сидит на месте. Так же понимала, что Цзини опасны. А возглавляющий их клан Гуанъяо - змея в обличии овцы. Это было ясно ещё с войны и как никогда ярко бросалось сейчас, когда чужое влияние распространялось медленно и неуклонно.  Юй тяжело выдохнула, оглядев чистый и аккуратный сад усеянный тысячами нежных цветов, мягко покачивающимися на легком летнем ветру. Ей бы сейчас не помешал хоть один маленький лучик доброжелательности в этом змеином логове.  — Больно!  — Не ерничай и иди спокойно.  — Ты плохой! Я расскажу про тебя папе и он тебя побьет!  — Пусть бьет. Мне не привыкать.  Негромкий голос и детские крики заставили обратить внимание на идущих из-за угла юношей. Один был чуть взрослее Жуланя, все пытающийся вырываться из чужой руки, что сжимала его ухо. Второй же был высок и молод, явно кто-то из совсем новых адептов. И стоило ему увидеть Цзыюи, как адепт прибавил шаг, давая разглядеть бледное, напудренное лицо. Тот выглядел словно призрак, решивший восстать из мертвых и Юй вспомнила, что о таком парне что-то да слышала. Очередной сын прошлого главы, немного не от мира сего, но вроде бы безобидный.  Хотя, для безобидного и сумасшедшего, тот явно был жутко смышленым.  — Ах, простите, вы вроде бы из Цзянов?  Юй невольно испустила смешок и коротко кивнула. Что ж, чужая неосведомленность немного её развеселила.  — Он знает, куда пропал молодой господин. Я видел, как они заходили вместе с ним в лес, а потом выбежали без него. Мне изначально это показалось странным, а потом я услышал о пропаже и вот, — юноша отпустил мальчика и подтолкнул в её сторону мягко, явно удовлетворенный тем, что смог помочь. Цзыюи хватило одного взгляда, чтобы отметить насколько он тощ и угловат. Весь какой-то неровный, сгорбленный, не поднимающий на неё взгляда. Юнец смотрел куда угодно, но только не на главу Юй, когда как мальчишка со слезами на глазах начал тараторить: — Это не я! Он… Он забрался на дерево и не мог слезть. Мы испугались и..и…  — Убежали. Не рассказав об этом взрослым.  — Он сам виноват!  Ребенок начал задыхаться от слез, размазывая те по щекам и Цзыюи невольно закатила глаза, раздумывая, что с этим делать. Итак, у неё хотя бы есть зацепка, не так ли?  — Благодарю Вас…  — Мо Сюаньюй. Не за что меня благодарить, молодого господина я не нашел, только лишь вот этого ребенка.  — Есть за что. Вы единственный, кто оказался человечен в этом царстве растений.  — Ох, надо же, — он неловко потер шею, бросая на неё робкий взгляд. А ребенок орал всё громче с каждой секундой, привлекая к ним всё больше внимания. Внимание его явно тревожило, заставляя нервничать лишь сильнее. — Простите, госпожа, я пойду. Надеюсь это поможет найти господина Цзиня.  Молодой парень глубоко поклонился, выставляя руки перед собой и на секунду её взгляд зацепился за лиловый кровоподтек, выглядывающий из рукава. А затем за тот, что было видно немного из-за ворота ханьфу, после она заметила такой же и на бледном лице… Его было плохо видно, явно пытались замаскировать тонной розовой киновари. Юноша почти тут же убежал обратно, оставив Юй наедине с плачущим навзрыд ребенком и тяжелым, давящим чувством вины. Это ведь не её дело. Кто как хочет, так и учит адептов. Все знают об этом, каждый рискует по своему. Но… Она не помнит его лица. То размыто, смазано и постепенно обращается бледностью всё сильнее, пока глаза превращаются в бездушные осколки.  — Ты ведь могла мне помочь.  Могла. Слышала слухи о том, что другие над его чудачеством издеваются. Знала, что Цзинь защищать его не будет. Так же, как слышала и о мерзких слухах про осквернение Гуанъяо… — Ты знала, что это неправда.  Не правда. Может это и была не правда, но это не её клан и не её проблемы. — Я был единственным, кто остался неравнодушен. Ты была единственной, кто заметил мою боль. Как долго ты будешь закрывать на всё глаза, Цзыюи?  Юй закрывает уши и жмурится, пытаясь стереть этот образ юноши, что начинал разлагаться даже под её веками. Облезлый, кривой и перекошенный. Только лицо всё такое же бледное. Это глупо, она не должна себя за это винить. Она не виновата. Она лишь глава небольшого клана, она не обязана помогать каждому встречному. Она просто…  Юй открывает глаза, слыша громкий, требовательный стук за дверью. Пытается успокоить дыхание и сердце, что желает вырываться из груди. Смотрит на балдахин над кроватью и задумывается о том, насколько нормально видеть кошмары о незнакомом парне.  Она бы поняла, если бы это была Цзыюань. Цзыюань ей часто снилась, всегда смотрела с осуждением и никогда с ней не говорила. Наверное, обижалась за что-то. Понять бы только ещё за что… — Глава Юй, простите, что беспокою, но у нас беда.  Цзыюи выдохнула, прикрыла глаза на пару секунд, прежде чем невероятно спокойно произнести:  — Какая у нас может быть беда?  — Эм… Господин Не и господин Че собираются драться?  Юй ещё несколько мгновений просто смотрела в потолок, прежде чем подскочить на месте. Этот ребенок собрался делать что? И с кем! За что ей это всё, ни минуты ведь покоя… И всё началось нелепо. Просто невероятно нелепо. Да, может ей совсем немного льстило это странное внимание от молодого парня. Какая бы женщина устояла от подобного? Не то чтобы она давала ему ответные намеки, но чужое упорство так забавляло, что она немного… Забылась. Совсем чуть-чуть.  Забылась настолько, что уже пару дней наблюдала широко улыбающегося Юйсюа в доме Гор. Этот хитрец невероятно ловко обошел все возможные попытки его спровадить обычным намеком, что ведь они скоро станут семьей. Что неплохо было бы это обсудить, ведь на носу такое грандиозное событие - свадьба его дяди и её племянника. И сначала это казалось очередной попыткой навязать своё общество главе Юй. Ровно до момента, когда парень с порога заявил, что Чизэ тоже будет "драконом" и никак иначе. Затем они закусились на выборе тканей, ведь Не настаивал на бархате, а Цзыюи на шелке.  Очнулась она на моменте, когда парень смотрел на неё умоляюще, прося показать Мейшань Юй. Возможно, совсем немного, она была и не против. И так же прекрасно понимала, что он просто хочет задержаться в её клане подольше. Благо, нелепый флирт сошел на нет, оставив место для простых и обыденных разговоров. И именно поэтому она и согласилась, продолжая в красках описывать местный водопад, воды которого используют для закалки металла.   А сейчас вот. Драка. И всё ещё с кем! С гребанным Че, который не оставлял попыток стать её мужем.  Юй собиралась в спешке, вылетая в коридор и следуя за торопливо бегущей служанкой. Они, наученные горьким опытом взаимодействия со старшим Не, явно не хотели повторения. И быстро вывели её во двор, позволяя увидеть как высокий и статный мужчина хлопает Юйсюа по плечу, громко хохоча.  — Ох, глава Юй, — Че Ливей поклонился ей,  сразу же потеряв весь интерес к стоящему рядом с ним парню. — А я тут с вашим новым женихом побеседовал. Забавный парнишка, надо сказать. Но мне кажется для вас он будет маловат.  — Господин Че, — Цзыюи коротко кивнула мужчине, прикрывая на секунду глаза. Значит, панику развели на пустом месте. И хорошо. И плохо одновременно. Не хватало только этого мужчины… — Вы не писали о своем визите.  — Стоит ли мне отчитываться перед приездом к давней подруге? К тому же, скоро середина зимы. Ты должна была меня ждать, глава Юй, — Че широко улыбнулся, мягко ступая к ней ближе. Но не дошел, прерываемый чужой ладонью.  — Прежде всего моя госпожа глава клана. Вам стоит отчитываться о каждом вашем визите, ведь вы посещаете не только свою… Давнюю подругу, но и главу Юй, — Не удивительно мягко улыбался, вызывая у мужчины очередной приступ хохота. Тот указал на парня пальцем и вновь проигнорировав его, обратился напрямую к Цзыюи.  — Если это твоя очередная попытка увильнуть от нашего договора, то нам стоит обсудить это более досконально. За чаркой вина, к примеру. Я, кстати, привез отличное с юга, тебе понравится.  Юйсюа замер, оглядываясь на Юй с немым вопросом. И видят боги, она явно не хотела видеть как постепенно угасает чужой взгляд, а парень без лишних слов освобождает дорогу, поднимая ладони вверх. Прочитал по лицу, что Че не лжет? Решил, что договор брачный? Нет, он конечно подразумевал и такой исход, но… Не без капли раздражения лишь кланяется и произносит задорное: — Не буду мешать встрече двух друзей. Госпожа, не забудьте про своё обещание! Я буду вас ждать.  И ступил к ней, проходя мимо. Даже не кинув взгляда в её сторону. Юй прикрыла ладонью глаза, думая о том, что разбираться с чужими чувствами не в её компетенции. И вообще, она его сюда не звала, так и не её вина, что всё так вышло. Это вина Че Ливэня, любящего юлить и жалить побольнее. Поэтому и смотрела на него осуждающе всю дорогу до залы, не проронив ни слова. Мужчина не обращая внимание на её настроение продолжал болтать, рассказывая о своих странствиях и о том, что он повидал. Цзыюи краем уха уловила рассказы о том, что творится на границах, о странном светловолосом и светлооком народе, что применяют ци нелепо и топорно.  И после затяжного молчания Че выдохнул и взяв в руки изогнутый кувшин, разлив немного по чаркам.  — Не смотри на меня так, Юи. Подумаешь, жениха от тебя отогнал. Поблагодаришь меня потом.  — Зачем ты приехал? — Цзыюи спрятала ладони в рукава, надеясь хоть так унять раздражения. Он ведь прав, ничего такого сверхъестественного Ливень не сделал. Только почему-то всё равно подбешивал.  — Я же говорил. Зимнее солнцестояние, договор. Время идет, глава Юй, пора бы уже обзавестись мужем.  — Я не хочу.  Че тяжело выдохнул и тихо цыкнул под нос.  — Неужели этот щенок приглянулся? В прошлом году ты была более благосклонна.  Цзыюи опустила взгляд и благоразумно промолчала, но видимо это посчитали за положительный ответ. Она и не могла отрицать, что молодой господин Не был весьма очарователен в своей самобытности. Был бы тот только старше лет на пять…  —…Наш договор был не о заключении брака, Ливень.  — О продолжении рода, я знаю. Но какая уже разница, Юи? Ты стара, я стар. Лучшей кандидатуры уже не сыскать. Или ты хочешь завести семью с ребенком и слушать всю жизнь о том, как сломала ему жизнь? И это в лучшем случае. Не представляю, как засмеют остальные. Великая и прекрасная Глава Юй решила выйти замуж за дитя.  Она прикрыла глаза и тяжело вздохнула, сжимая зубы. Че Ливень не был плохим, но и хорошим его назвать было сложно. Лучший мечник Мейшань Юй - жених, обещанный ей с самого младенчества. Было смешно слышать о возрасте от кого-то вроде него, кому давно уже перевалило за восемьдесят. Но он был сильным заклинателем. А Мейшань Юй всегда передавался по наследству от женщине к женщине вместе с техниками и семейными тайнами. И рожали женщины Юй только от лучших, самых сильных и самых умелых. Это Цзыюань повезло влюбиться и уйти из семьи к Цзянам, оставив на её плечах тяжелую ношу ответственности. Может, после смерти сестры она ещё и грешила на то, что Яньли сможет занять её место. Просто стоит мягко намекнуть, мягко надавить…  А потом не стало и Яньли. На Цзян Чэна она никогда не возлагала подобную надежду - и так слишком многое на том висело. И она была искренне рада за своего племянника, который смог найти себе достойного спутника. Может, вначале у неё и были сомнения насчет Чизэ, но тот без стеснений рассказывал о многом и о себе в том числе. Юй в первый раз даже задумалась о здравости чужого рассудка, когда они впервые общались со старшим Не наедине. Странный камень ей не понравился. Слишком холодный и слишком чуждый, он словно был не из этого мира и тогда Цзыюи с опаской поинтересовалась зачем ей работать с подобным, тем более если это подарок для её племянника.  Тогда Чизэ с несвойственной для себя ласковой улыбкой произнес лишь короткое: — Когда я встретил его впервые у него было это кольцо. Если я хочу встретить Ваньиня опять, стоит его подарить.  Она не поняла ни слова, но принялась за работу. Взгляд у Не был такой же, какой она видела у своей старшей сестры. Полный обожания и безграничной любви. Какой видела в отражении, когда в юности они с Цзыюань познакомились с Фэнмянем.  Сколько она жалела о том, что не видела такой же взгляд на себе? Сколько представляла себя на месте сестры? Она никогда не злорадствовала тому, что у Юань брак рушился с каждым годом. Но совсем тщедушно думала, что у неё бы получилось лучше. Она бы нашла способ все исправить. И нет, она не хотела забирать у неё того, кого и сама полюбила. Просто порой по-девичьи мечтала о лучшем.  А сейчас уже было поздно для подобного. Если раньше было некогда - у неё клан, у неё работа, то затем пришла война. За ней уже у Цзян Чэна был клан, работа и маленький ребенок, как она могла оставить их одних? И вот ей уже почти сорок пять. Ещё пять лет и её ядро будет не способно поддерживать жизнь ещё и ребенка. Пять лет и она никогда не сможет передать клан своей дочери.  Каких-то пять лет.  — Мне нужно подумать, — пробормотала женщина негромко, ведя кончиком пальца по краям влажной от вина чарки. Она так и не притронулась к ней, только молчала, погруженная в себя.  — У тебя есть время до солнцестояния. Просто помни, что лучше ты уже не найдешь. Может, у нас и нет жаркой любви, но я точно смогу подарить тебе крепкое потомство и такое же крепкое плечо, — мужчина широко улыбнулся и отсалютовал ей, допивая до дна.  *** Юйсюа она нашла на конюшне. В странных попытках прикормить лошадь сахаром и под смех конюхов, которые наблюдали за тем, как он пытается на неё забраться. Луна отличалась дерзким характером и каждый раз сбрасывала горе-наездника в снег, топчась на месте. Ему подсунули самую буйную лошадь только чтобы над ним посмеяться, а тот всё не оставлял попыток забраться. Это даже вызывало короткую улыбку на её губах.  — Луна, ну ты же хорошая девочка. Ну позволь мне забраться, всего один раз!  Лошадь недовольно фыркнула и топнула копытом, отворачиваясь от Не в сторону.  — А я тебе буду приносить вкусное, пока я здесь.  И она отошла от него дальше, вызвав ещё более громкий смех у стоящих поодаль мужчин. Парень тяжело вздохнул, потоптался на месте и осмотрел кобылу внимательнее. Юй же мягко подошла к нему ближе, не мешая чужой попытке разгадать лошадиную тайну и отметила, что тот был немного влажный от снега. Значит, это был даже не третий раз. Завидное упорство.  — Ах, я знаю. Луна, мы будем ездить с тобой без седла! — парень хлопнул себя по лбу и подскочил к кобыле, начиная без труда отстегивать от неё снаряжение. Цзыюи лишь подняла ладонь, не давая кнюхам прервать его и с улыбкой в голосе произнесла: — Как ты понял? Юйсюа вздрогнул и обернулся, держа в руках уздечку из которой юрко выбралась белая голова. Кобыла довольно заржала, поднимаясь на задние копыта и ударила передними, поднимая ошметки мокрого снега в воздух. Даже с опаской приблизила морду к Не, фырча на того в разы доброжелательнее чем раньше.  — По движениям. Обычно меня сбрасывают так, что я не могу подняться, а Луна двигалась немного медленнее.  Цзыюи негромко засмеялась, подходя к кобыле и провела ладонью по её гриве, ощущая как тяжесть разговора скатывается с её сознания. Ей бы не помешало проветрится, так что даже неплохо, что Не был так легок на подъем.  — Луна дикая кобыла. Мне её подарили совсем недавно, никто её толком не смог объездить. Лучше возьмем тебе кого-нибудь поспокойнее, на ней не поездишь.  — О, госпожа, не волнуйтесь. Я уже нашел с ней общий язык! — Не с воодушевлением подошел к кобыле вновь, проделывая все тот же ритуал. Сунул кусок сахара, который благородно приняли, затем тихо заворковал с той, словно она понимает каждое его слово. Юй лишь немного уловила обрывки фраз о красотках и о сложном характере, скрыв смешок за ладонью. Ей уже вели черного мустанга, высокого и коренастого Гора, пока Юйсюа с некоторой опаской запрыгнул на спину присмиревшей кобыле. Перекинув ногу через спину, Не несколько мгновений молчал, прежде чем с широкой улыбкой посмотреть на Цзыюи.  — Видите. Я умею находить общий язык со строптивыми, моя госпожа.  Юй почти закатила на это глаза, когда как Луна решила проучить наглеца и слегка дернула головой, заставляя парня вздрогнуть и вцепиться в её шею мертвой хваткой. Смех невольно вырывался из её рта, а женщина легко и привычно залезла в седло, перехватив поводья.  — Ты всё ещё хочешь ехать на ней? — поинтересовалась Цзыюи, вскидывая иронично бровь. Парень уверенно закивал, продолжая крепко держаться за шею кобылы и ей ничего не осталось, кроме как принять это.  Если он упадет, придется писать в Юдоль что их ребенок останется у неё ещё на некоторое время. Юй пришпорила коня, двигаясь в сторону выхода из стоила и краем глаза наблюдала, как Луна двигается за ними вслед. Стоило только выйти за пределы огороженной территории, как кобыла стремглав выскочила вперед, унося визжащего парня далеко в поля, вызывая у Цзыюи странную смесь беспокойства и веселья. С одной стороны Юйсюа держался достаточно крепко, даже через некоторое время выпрямился, хватаясь за светлую гриву. Нашел один ритм с кобылой, но кричать не перестал. Вместо испуга, в голосе звучал восторг, пока они неслись по белоснежным равнинам Мейшань Юй.  Она даже позволила себе расслабиться, позволяя Гору нести её так, как хочется ему. Отпустила поводья, раскинув руки в стороны и опустив веки, отдалась прохладному воздуху, бьющему в лицо и мнимой, короткой свободе. Она была в седле столько, сколько себя помнила. Всегда сбегала от материнской строгости в поля, ведь только тут - между небом и землей - можно ощутить то, чего у неё никогда не было. Крохотное, воздушное и бурлящее по венам бурным потоком.  Гор догнал Луну, поравнявшись с ней и Юй залилась смехом, видя как Не крепко держится за лошадь, но тоже почувствовал это. Ощутил то, ради чего стоит иметь лошадей. Цзыюи дотянулась до чужого запястья, дергая то в сторону заставив кобылу немного сбросить скорость. И дальше они двигались неторопливой рысцой в сторону того самого водопада.  — Вон там пещера из которой мы добываем металл. Сейчас её замело, но к весне мои ребята вновь примутся за работу, — громко говорила Юй, указывая ладонью в сторону небольшого пригорка. Чем дольше они ехали, тем сложнее коням было пробираться через снег и ухабы.  — Не тяжело забираться так высоко?  — У нашего клана свои секреты, Юйсюа. Иначе бы мы так долго не были в этом ремесле.  — Справедливо. У Не тоже… Свои секреты, — парень тихо фыркнул, лохматя гриву Луны и осторожно слезая с чужой спины, в то время как благосклонность строптивой закончилась и та вздыбилась, сбрасывая своего наездника в снег. Юй мягко усмехнулась, ловко спрыгивая на землю и протянула сидящему в сугробе руку.  — Какого тебе объезжать диких кобыл?  — Я не чувствую ничего ниже поясницы, но почему-то рад этому.  Цзыюи широко улыбнулась, помогая ему подняться и сжала чужую горячую ладонь, ведя за собой дальше. Луна и Гор не потеряются, мустанг был достаточно старым и умным, чтобы не дать молодой кобыле сбежать. И как только его освободили от наездника принялся за обхаживание белой красавицы.  — Гор тоже мне достался диким, — отчего-то произнесла Юй, наблюдая за лошадьми. — Когда горела Пристань, Вэни незамедлительно двинулись и на Мэйшань. Благо, нас успели предупредить и им досталось лишь пепелище. Но я, как глава клана, оставалась там до последнего, сдерживала армию столько, сколько могла.  Не молчал, не отпуская её руки и лишь сжал в ответ крепко, кажется, не собираясь её отпускать. И, раз уж на то пошло, то и она тоже не будет. Свобода всё ещё лилась по жилам, а с уст - рассказ: — Мне пришлось убегать в горы, с надеждой, что там меня не смогут поймать. И пробыла я там больше недели, скрываясь. Там то меня и нашел Гор. На последнем издыхании, когда я отчаянно желала лишь смерти и ничего более. Он вынес меня к одному месту… Я тебе его тоже покажу.  Цзыюи легко подмигнула парню, заставив того смущенно замолкнуть и опустить взгляд в снег, неторопливо двигаясь вслед за ней. Наверное, было в нем что-то такое, напоминающее о пропавшем Мо Сюаньюе. В такие короткие моменты, заставляющие ощутить  укол вины, который тут же пропадал под опьяняющим запахом свежести и мороза. Идти было не далеко, всего-то подняться в горку, откуда уже был слышен шум бьющейся об скалы воды.  Не неожиданно прибавил шаг, легкой поступью перескакивая с одного камня на другой и обязательно поворачиваясь к ней, чтобы подать руку. Словно она и сама не могла забраться, будто она была простой девушкой, которой можно было проявлять маленькие слабости. И конечно она не отказывалась, поднимаясь по пригорку следом за Юйсюа. Парень остановился на середине водопада, замирая и щурясь от яркого солнца, решившего показать свой лик из-за туч. Отражаясь от водной глади, разноцветными брызгами орошая гладкие камни снизу.  Юй неторопливо подошла к бурлящей воде, поднося к той ладонь, ощущая с какой силой и холодом та падает вниз.  — И как долго вы здесь скрывались? — неожиданно задал вопрос парень, не отрывая взгляда от водопада. Неописуемый восторг на чужом лице веселил и заставлял улыбаться тому, как просто его удивить. Невероятно просто. И от этого даже сердце начинало биться чаще, от чего болезненное произносилось легко.  — Около недели. Вэни не смогли меня найти, потому что Гор показал маленький секрет этих вод, — Юй поманила его пальцем, мягко спрыгивая с обрыва вниз, на небольшой уступ. Не смотрел на неё широко раскрытыми от испуга глазами, замечая что та лишь только смеется и спрыгивает ниже, скрываясь за водяной шторой. Маленькая пещера была освещена короткими переливами света, падающими на устланный белыми цветами ковер. Они были небольшие, с одну фалангу пальца, напоминающие яркие и такие далекие звезды.  — У меня только один вопрос, моя госпожа, каким образом вас донес сюда Гор? — Не немного запыхаясь, упер ладони в колени и вскинул голову, замирая от увиденного. Из-за освещения казалось, словно сияние исходило от самих цветов, усеянных по поверхности земли.  — Он донес меня до верхушки и просто сбросил вниз. Дальше я дошла сама, — Цзыюи опустилась на корточки, костяшками пальцев проводя по лепесткам, на которых оставался влажный от брызг след.  — Красиво, — произнесли тихо рядом, с трепетом касаясь цветов. Юй скосила на него взгляд, задумываясь о том, насколько это нормально - считать что и вправду красиво. — Я плохо помню войну. Был ребенком и… Про меня забыли. Когда все бежали, спасаясь - я был заперт в сарае. Мне не хватило сил оттуда выбраться самому.  Юй молчала, прикусывая губу изнутри. Вспомнила ту историю, которую слышала в ЛаньЛине, когда в свет вышел Юйсюа. Он тогда зацепил тем, насколько раскованно и свободно себя вел. Это никак не вязалось с тем, о чем он говорил и вызывало сомнения. Она не лезла в плетение интриг и опасных планов, предпочитая держать твердый нейтралитет, даже если её племянник решил иначе. И необычный юноша вызывал лишь вздох и принятие. Но сейчас…  Сейчас Не Юйсюа сидел на земле, скрестив ноги. Легко срывал цветы, переплетая те между собой и продолжал говорить с улыбкой на губах, словно пытаясь скрыть свой страх. Только легкая дрожь пальцев выдавала то, что он не забыл. И никогда не забудет: — А потом меня нашли адепты клана ЛаньЛин. Прошло около месяца и меня спасло лишь то, что в обветшалый и покосившийся сарай никто из Вэней не зашел. Тогда был сезон дождей и я иногда подползал к дырам в потолке, глотая грязную воду. Лежал и размышлял, сколько мне осталось. Вспоминал иногда матушку. Она… Повесилась в том же сарае.  Парень замер, поднимая на неё взгляд и слабо дернул губами, словно извиняясь. А после протянул ей небольшой венок, накидывая тот на её волосы. Она совсем не девочка, чтобы смущаться подобного, но взгляд невольно отвела, заправив прядь волос за ухо. — Наверное плохо так говорить, но мысль о том, что я не хочу умирать там, где умерла она… Помогла мне выжить.  Юйсюа упер локти в колени и подпер ладонями подбородок, слабо на неё щурясь и со странной игривостью произнес: — Но это не так важно. Раз уж мы так разоткровенничались, моя госпожа, может поговорим о вашем договоре? Цзыюи прикрыла глаза и расхохоталась, позволяя себе рассесться на голой земле ничего не стесняясь. Она ждала, когда он об этом спросит. Не ожидала лишь того, что так топорно и резко. И смотря на ещё мягкое, подростковое лицо произнесла негромко: — Не оставляешь надежд, молодой господин Не?  — Я вам говорил, что я умею находить общий язык со строптивыми.  — Наглец, — Юй легко щелкнула его по лбу и дотянулась до угловатого цветка, крутя тот в пальцах. Как бы до него донести, что ничего между ними быть и не может? Обычно за ней ухлестывал кто постарше, но подростки - никогда. К тому же тот был невероятно приятен и обрубать все концы не хотелось. Редко можно было найти достойного собеседника и хорошего друга. Даже если и разница в возрасте была невероятно велика. — Род Мейшань Юй передается по наследству от женщине к женщине. В нашем клане мужчины - хороший материал для зачатия сильного, крепкого потомства. Поэтому мужчины всегда стараются быть лучшими из лучших. Девочки всегда растут отдельно от мальчиков, воспитываются по-другому, с уклоном в то, что в будущем они станут во главе семьи.  Цзыюи покрутила в пальцах тонкий стебель, с несвойственной ей игривостью убирая тот за ухо парня и сразу же отвернулась, чтобы не раззадоривать своё глупое желание смутить его посильнее. Только оперлась на руку, бросая взгляд в даль и продолжая: — Моя мать была не исключением. С характером, стойкая и волевая - после моего рождения она слегла с болезнью, а побег Цзыюань её добил окончательно. Умерла она в своей постели. Просто остановилось сердце. И через пару недель появился Че Ливень, говорящий, что я была ему обещана ещё с младенчества. Обычно клан Юй не заводит семью, поэтому и отца я своего не знала. Тот исчез как только выполнил уговор. И между мной с Че тоже самое. Простой договор. Но он упорно пытается смести рамки обычаев, навязав мне ещё и женитьбу, — женщина тихо фыркнула. Нормально ли рассказывать подобное ребенку? Но он так внимательно слушал, а она так устала от золотых оков в которых ходит с рождения. Да и… Всё останется между ними и этой пещерой, что однажды уже подарила ей хрупкую надежду. — У меня осталось немного времени, Сюа. Пару лет, в лучшем случае пять, и моё ядро уже не сможет поддерживать во мне ещё одну жизнь. Если раньше я считала, что время ещё есть, то сейчас…  Она прикрыла глаза, слыша как шум воды отчего-то затихает на фоне, пока не ощутила касания пальцев к её щекам. Влага ходила кожу, но её упорно пытались стереть теплыми прикосновениями, заставляя ощутить стыд к себе. Надо же, взрослая женщина, а расплакалась из-за такой мелочи…  — Моя госпожа, Вы не обязаны следовать указке мертвых, — произнесли тихо рядом. Юй посмотрела на Не, видя как тот к ней приближается, со страной лаской утирая непрошеные слезы. — Лучше позвольте себе немного своевольности. В лице меня, например. Я правда не собираюсь сдаваться, но и давить на вас не стану. Лишь прошу дать мне время и шанс.  — Дать шанс мальчишке, у которого ещё молоко на губах не обсохло?  Цзыюи выдохнула, уклоняясь от касаний и ощутила, как её ладонь сжимают. Значит, по-хорошему у них никак не получится. То, что она позволила себе слишком многое не означало, что это были намеки на шанс. Шанс… Непозволительная для неё роскошь.  — Да. Может, вы не видите во мне мужчину, но я покажу вам, что достоин вас. Если надо стать лучшим - я стану. И времени прошу не так много. Всего до следующей зимы.  — Твоё самомнение тебя совсем не красит, господин Не, — Юй вырвала руку, вставая с земли. Разговор окончен и продолжать его она не видела смысла. Но парень подскочил следом, ловя её за край ханьфу и быстро произнес: — Это не самомнение, моя госпожа. Я просто… Хочу вам показать, что надежда есть всегда. Зачем вам жить с тем, кто вам не люб? Только ради клана? Мейшань Юй не скажет вам спасибо, если вы положите свою жизнь для блага и процветания.  — Это мой долг. Как главы клана.  — Тогда мой долг - доказать вам, что вы не правы.  Цзыюи развернулась, поджимая от раздражения губы. Истинная упертость всех Не. Железная и несломленная. И Юйсюа смотрел на неё твердо, полностью уверенный в том, что говорит святую истину. О каких шансах может идти речь, когда он такой… — Вас смущает мой возраст, я знаю. Но какая разница? Вы молода, красива и прекрасна. И останетесь такой ещё долгие, долгие годы. Это уж скорее я, через пару десятков лет, на вашем фоне буду выглядеть стариком… Но суть не в этом, — парень покачал серьезно головой, подхватил её руку, оставляя легкий поцелуй на костяшках пальцев. — Вы не обязаны рожать в определенный срок. Не обязаны выбирать себе лучшего. Вы живой человек, госпожа. А живые люди позволяют себе порой некоторые вольности. Так что… До следующей зимы. Если ваше сердце не оттает, то я сдамся.  Юй прикрыла глаза, вскинула голову к потолку и тихо корила себя в уме. Нелепо. Глупо. Не пристало в её возрасте так себя вести. И так сильно надеяться на кого-то.  — Хорошо. До следующей зимы. И это не означает, что ты будешь появляться здесь чаще, чем в родном доме.  Юйсюа коротко моргнул, а после расхохотался, сжимая её ладонь крепко. *** — Можешь возвращаться к странствиям, Ливень. Я пока не готова выполнить наш договор, — Цзыюи отвернулась к окну, направляя взор к ярко светящейся луне, окруженной мириадами звезд. Небо было чистым, без единой тучи. Значит, совсем скоро придут морозы.  Мужчина рядом с ней слабо усмехнулся, отбивая неизвестный ритм пальцами по подоконнику и лишь произнес: — Значит, всё решила?  — Да. Хочу побыть свободной ещё немного.  — А только ли свободной? — Че поддался вперед, заставляя её напрячься и вздрогнуть, когда из её волос достали маленький, белый лепесток. На который посмотрели со смехом и сбросили на пол. — Что-то мне подсказывает, что тот юнец смог тебя сломить, моя дорогая.  — Даже если и так. Это не твоё дело, Че.  Её собеседник прикрыл глаза, пригладив бороду ладонью и развернулся к окну, зачем-то совершенно бессмысленно произнося:  — Знаешь, твоя мать была больна с самого рождения. Когда родилась Цзыюань, поветухи сказали, что второго ребенка она не вынесет. И та на зло всем родила тебя. До сих пор помню, как тяжело ты ей далась.  Больше дня ты пыталась выйти на свет, заставляя свою мать мучаться до самой глубокой ночи, — Че замолчал, посмотрев на неё с невиданной ранее нежностью, прежде чем продолжил. — Как сейчас помню, что ночь тогда была темна. Луна закончила свой цикл, оставив нас без проблеска света, но когда появилась ты… У тебя был небольшой след на лбу, в виде полумесяца. Я подумал, что даже в такие ночи луна готова появится на свет. Поэтому ты и стала Юи.  Цзыюи замерла, впиваясь пальцами в подоконник и посмотрела на него так, словно никогда раньше и не видела. И вправду не видела. Не замечала, не хотела обращать внимания. Мужчина поддался вперед, убирая с её лба волосы и мягко поцеловал в тот, негромко прошептал:  — Я так долго ждал, когда моя луна решит взойти на небо. Смешно, что тебя к этому подтолкнул ребенок.   И кинув на неё хитрый взгляд, прошел мимо, громко ступая по коридору. Лишь бросил напоследок:  — Рад, что нашелся ещё один смельчак решивший сломать ваши глупые традиции. Позови своего старика на вашу свадьбу, Юи.  Юй опустила взгляд и подумала, что может и позовет. А может в следующую встречу сломает ему хребет за то, что так долго играл с ней в понятную и абсолютно дурацкую игру.