Сахарные мальчики

      Прошла неделя с того дня, как Юнги проснулся в своей комнате один, запертый словно пленник. Он никогда не испытывал иллюзий на свой счёт. С того самого дня, как понял, кто он. Но здесь, в этом доме, рядом с этим тёплым сильным альфой он позволил себе расслабиться и забыться. Непозволительная роскошь для такого, как Юнги. Он думал о том, что ему будет больно осознавать реальность после розовых мечтаний о любви и свободе. И даже говорил себе не увлекаться фантазиями, но ничего не помогло. Было больно, и сердце предательски ныло, несмотря ни на что. Тэхён не приходил. Юнги так было легче. Он упивался собственной болью, лёжа на постели и глядя в потолок. Ему ничего не хотелось, и он бесконечно беседовал с Каем обо всякой ерунде. Они ели, спали, смотрели глупые комедии и проводили время в бесполезных тратах денег на всякую чушь. Заказывали одежду, гаджеты, ювелирку. Скоро в спальне Юнги не было места от обилия дорогущего барахла. Такой теперь будет его жизнь до самой смерти. Иногда Юнги хотелось вскрыться и закончить весь этот бред разом. Ему просто надоело сражаться с целым морем бед. Он хотел выйти и хотел остаться. Он хотел видеть Тэхёна и не мог на него смотреть. У Юнги больше не было сил бороться с собой. Он искренне жалел, что приборы, которыми он ел, не годились для самоубийства, а в ванной не было ни одной бритвы…

═══════❖═══════

      Воскресный ужин в особняке Кима был не то чтобы традицией, но проводился постоянно. Все собирались за небольшим столом в гостиной и проводили время в долгих разговорах и тёплой семейной атмосфере. Чимин приехал по просьбе Джина. Тому не терпелось потрепаться о своём омежьем, а Чимин всегда был лёгок на подъём. Чонгук приехал с Чимином, просто потому что не хотел его отпускать одного, и ему нечего было делать дома в одиночестве. Намджун с Тэхёном что-то тихо обсуждали, сидя на диване и периодически посмеиваясь между собой. Когда подали ужин, все расселись по своим местам, и Чимин наконец озвучил то, что крутилось в голове у всех присутствующих. — Тэхён, как там твой омега? Все в курсе, что ты себе кого-то особенного завёл, но никто его не видел, и никто ничего о нём не знает. Долго ты будешь прятать его от семьи? — милое лицо Пака было таким сладким, что даже приторным. Тэхён не смог бы на него злиться, даже если бы очень сильно захотел. — У Тэхёна есть омега? — неубедительно разыгрывал удивление Сокджин.       Чимин давным-давно ему всё разболтал. В тот же вечер, когда ему рассказал Чонгук. Сплетни в этом семействе разносились со скоростью лесного пожара. Тэхён вздохнул. — Этот человек — очень редкий омега и стоит сумасшедших денег. Не думаю, что его нужно выводить в свет, — как можно спокойнее ответил он. — В смысле? — поднял брови Чимин. — Если не хочешь приводить его сюда, устрой ужин у себя. Мы все с удовольствием придём.       Чимин бросил взгляд на Джина, и тот согласно закивал. Он был за любой кипишь, кроме безалкогольных вечеринок. — Чимин. Я вообще не собираюсь ни с кем его знакомить. Ему не нужно одобрение моей семьи или официальное представление в обществе. Повторю. Он очень редкий экземпляр. Он не может жить жизнью обычных людей, — произнёс Тэхён.       Чонгук с Намджуном, как альфы, уже ощущали, как нагревается воздух в помещении, и им было тяжело дышать. Чимину же, как омеге, было хоть бы что. Он видел, что Тэхёну этот разговор не нравится, но омегу понесло, и отступать он не планировал. — Что ты заладил "редкий" да "редкий"? Он что, не человек? Может, мы бы подружились. Ему небось скучно сидеть там одному. Ты вечно занят. Мы с Джином могли бы составлять ему компанию время от времени. Ничего бы с ним страшного не случилось, — Чимин надул пухлые губы и насупился.       Чонгук, сидевший рядом, дышал через раз. Недовольство, исходящее от Тэхёна волнами, пригибало альфу к земле. Намджун сидел красный как рак. У него сдавило лёгкие и, казалось, он вот-вот упадёт в обморок. Джин смотрел на своего брата с ужасом. — Давайте просто поедим? — резко вставил он и многозначительно посмотрел на Чимина.       Тот всё понял и уткнулся в тарелку с салатом.       Ужин проходил в напряжённой тишине, и если омеги были просто обеспокоены, то альфам кусок не лез в горло. Тэхён никак не успокаивался, и это сильно напрягало тех, кто был рядом.       Тэхён уехал рано, извинившись за своё состояние и с трудом сдерживая себя. Спустя некоторое время после того, как он вышел, Чонгук и Намджун наконец-то выдохнули. — Чимин, твою мать, ты бы хоть иногда думал, что говоришь и кому, — не выдержал Намджун. — Да понял я уже, — Чимин махнул рукой и вытянул ноги, сидя на мягком диване. Чонгук сидел рядом, обнимая омегу со спины. — Я думал, сдохну от удушья, — Намджун откинулся на спинку кресла.       Сокджин сел рядом на мягкий подлокотник и потягивал шампанское из высокого бокала. — Не думал, что Тэхён-и такой жуткий собственник, — хихикнул Джин. — У меня уже всё чешется от любопытства. Так хочется посмотреть, что там за редкость такая, что у нашего братца аж зубы сводит от злости. — Тут что-то другое, — задумчиво протянул Чимин. — Тэхён мучается и, похоже, наркотик того омеги очень сильный. У Тэхёна зависимость. Я почти в этом уверен. Чонгук пожал плечами. — У Тэхёна особая кровь. Он не может быть зависим. Не важно, насколько сильный тот омега. Тэхёна невозможно отравить, — произнёс он.       Чимин покачал головой. Он знал, что Тэхён особенный, но и на старуху бывает проруха. Чимин чуял нутром, и чутьё его никогда не обманывало.       Тэхён вернулся к себе и уже которую ночь подряд не мог уснуть. Его кровь очистилась, но на душе было неспокойно. После ужина и разговора с Чимином ему стало совсем нехорошо. Он был в ярости, и в то же время его сердце сжималось от жалости. Он хотел бы ничего не чувствовать, но уже не мог. Кай уходил от Юнги в районе полуночи. В два часа ночи Тэхён, так и не уснув, пошёл к Юнги. Он открыл дверь в спальню своим ключом и тихо прошёл внутрь. Юнги спал. Его мерное дыхание было глубоким и спокойным. Тэхён подошёл к его кровати и осторожно сел на край. Зависимость была. Чимин не ошибся. Тэхён безумно хотел сладости омеги. Хотя бы чуть-чуть. Но он держал себя в руках. Старался изо всех сил, проверяя границы своей силы, наступив себе на горло. В глубине души он понимал, что недалёк тот день, когда он начнёт умолять, и Юнги поймёт, кто здесь главный, и прозреет. — Тэхён?       Прохладная рука омеги коснулась горячей руки альфы, и Тэхён вздрогнул. Юнги тянулся к нему сквозь сон, ощущая его теплоту и аромат.       Тэхён взял руку Юнги и прижался к ней щекой. Он молчал и тихо дышал, сидя в темноте. Юнги приподнялся и сел в кровати. Он заспанно моргал и пытался сфокусироваться. — Тэхён, что-то случилось? — Юнги придвинулся вплотную к альфе. — Должно что-то случиться, чтобы я мог прийти в спальню своего омеги? — тихий голос альфы был таким горячим.       У Юнги дрогнуло сердце. Тэхён притянул его к себе и поцеловал. Нежно. Едва касаясь влажных губ омеги, покрытых сахарным сиропом. Но и этого было достаточно, чтобы кровь альфы загорелась огнём дикой похоти. Тэхён не хотел напирать. Он старался быть осторожным и спокойным, но надолго его не хватило. Через несколько минут влажных горячих ласк, он уложил Юнги на кровать и впился в его рот глубоким поцелуем. Омега отвечал и прижимался. Он не хотел признаваться сам себе, как ужасно соскучился по жарким объятиям альфы, по его тёплому запаху и бархатному голосу. — Юнги, — Тэхён с огромным трудом оторвался от омеги. Юнги тянулся к нему и не хотел отпускать. — Я не против. Я хочу, — лепетал он, цепляясь за альфу. Тэхён улыбнулся. Его руки дрожали. — Юнги. Идём со мной, — он потянул омегу на себя. — Хочешь, я понесу тебя? — Куда? — удивлённо шептал Юнги. — На улицу.       Тэхён хотел взять омегу на руки, но тот быстро спрыгнул с кровати и обул тапочки. Весь сон сразу пропал, и Юнги колотило от возбуждения. Он схватил Тэхёна за руку, и альфа видел, как горят в темноте глаза омеги.       Тэхён шёл быстрым шагом по коридорам, ведя Юнги за собой. Омега намертво вцепился в руку альфы и семенил за ним, шаркая тапочками по полу. У него не было другой одежды и обуви, кроме домашней. Здесь она была ему не нужна. Юнги кусал губы и думал о том, почему ему не пришло в голову купить себе хотя бы кроссовки. Ведь всю последнюю неделю он только и делал, что спускал деньги на ерунду.       Они вышли через центральный вход в освещённый фонарями парк, и Юнги задохнулся от свежего ветра и запаха пышных розовых кустов, растущих по периметру. Тэхён вёл его куда-то, и Юнги крутил головой, разглядывая ночной пейзаж. Тут было так красиво. Юнги увидел особняк полностью со стороны. Четыре этажа белоснежного здания в классическом стиле. Огромные окна, колонны, балконы. Вокруг дома парк, полный зелени и фонтанов. Юнги знал, что где-то неподалёку река. Они шли по широкой дорожке из гравия, и Юнги не заметил, когда они свернули и забрели практически в лес. Дорожка петляла между деревьев и вывела их на берег реки. Тут на одиноком частном пляже был только тёплый речной песок и простая белая беседка с деревянными скамейками. Вокруг шумели деревья, и в прозрачной глади реки отражалась луна. Песок, нагретый за день ярким солнцем, был ещё тёплым. Тэхён опустился на землю и сел, просто вытянув ноги. Он смотрел снизу на Юнги и тянул его к себе. Омега скинул тапочки и его ноги утопали в тёплом сухом песке. Такое давно забытое ощущение. Юнги был на пляже только в детстве, бегал полуголым по кромке моря и строил ненадёжные замки, которые после смывало волной. Тут не было моря. Всего лишь река с небольшим пляжем. Но Юнги казалось, что он ненадолго попал в те беззаботные дни, когда, кроме беготни босиком по тёплому песку, его ничего не интересовало.       Он сел рядом с альфой и прижался к его горячему боку. Ему хотелось спросить, почему Тэхён вывел его сейчас сюда. Но где-то глубоко внутри он знал причину. Тэхён необычный альфа, но обычный человек. Ему тоже было по-своему жаль Юнги. — Я не хочу тебя выпускать, потому что ты слишком ценен для меня. И дело не только в деньгах и в том, что ты настолько редкий. Ты, наверно, уже думал о том, что на меня твой яд действует не так, как на других? Юнги кивнул. — У тебя что-то с восприимчивостью к наркотикам? — спросил он тихо. Тэхён рассмеялся. — Нет. Я всё воспринимаю, но почти ничего не чувствую. Просто не успеваю. Слишком сильная кровь. Быстрая регенерация и очищение. Выброс гормонов проходит почти незаметно. Алкоголь, наркотики, стимуляторы почти мгновенно рассасываются. Я не успеваю ощутить ни эйфории, ни опьянения. У меня были омеги, подобные тебе. Но они все были слишком слабыми. Ты единственный, с кем я вообще что-то почувствовал. И эти ощущения свели меня с ума, Юнги. Представь, как если бы ты впервые занялся сексом и получил удовольствие, — альфа внимательно посмотрел на омегу. — Зачем мне представлять? Это так и было, — рассмеялся Юнги. — Секс с тобой первый и единственный у меня. И другого не будет. Мы же оба понимаем, что никто больше не сможет со мной… Тэхён кивнул. — Ты должен понимать, почему я так отношусь к тому, чтобы ты выходил куда-то. Я не требую любить меня и отдаваться добровольно. Но мы можем договориться ради общих интересов. Я хочу тебя. Ты сводишь меня с ума. Твоя сладость слишком сильная, чтобы я смог от неё отказаться. Нет смысла врать, Юнги. Это скоро станет очевидным. Я подсел и не смогу отпустить. Тебе придётся либо смириться, либо вступить со мной в открытый конфликт.       Юнги кусал губы. Его сердце бешено билось. Эти слова были циничными, тут и близко не пахло романтикой или какими-либо чувствами. Физиологически они с Тэхёном были созданы друг для друга. И жизнь не предлагала им иных вариантов. Юнги витал в облаках. Тэхён же рассуждал слишком здраво. Они были абсолютно разными, но сошлись как половинки пазла. — Мне никогда не было так хорошо, как с тобой, — прошептал Юнги. — Но у меня внутри всё полыхает от желания свободы. Ты прав, я не умею подчиняться. Из меня ужасный омега. Но я знаю, что ты прав во всём. Я сам себя стараюсь убедить в этом и каждый день себе внушаю, что здесь мне будет лучше. Тэхён обнял омегу и прижал его к себе. — Каким бы ты ни был, ты создан для меня и будешь у меня единственным.       Эти простые слова, произнесённые спокойным голосом, показались Юнги самым лучшим, что он слышал в жизни. Тэхён абсолютно рассудочный и холодный, но Юнги горел. Как странно эта жестокая реальность питала сладкие омежьи мечты.       Юнги забрался к альфе на колени и сел на него сверху лицом к лицу, обнимая Тэхёна за шею. Его уже всего трясло от желания. Он принялся хаотично осыпать поцелуями красивое лицо альфы, зарываясь дрожащими пальцами в его мягкие волосы. Он был настойчивым и жадным. Требовательным и нетерпеливым. Юнги буквально набросился на альфу. Мокро целовался, рвал на нем рубашку и тёрся, недвусмысленно прижимаясь всем телом. — Ты напрашиваешься, Юнги, — шептал Тэхён. — Потом не жалуйся, что тебе натёрло колени или песок прилип к телу. — Не буду, — Юнги прикусил альфе нижнюю губу и зализал укус.       Он неумело заигрывал и выпрашивал грубости и ласки. Тэхён легко мог дать ему и то, и другое. Он резко опрокинул омегу на песок и прижал своим горячим телом, не давая возможности двинуться или даже вздохнуть.

═══════❖═══════

      Была у Чимина одна черта, которую он не то чтобы прятал, но в некотором роде немного стеснялся и не спешил выставлять напоказ. Омега был милой сладкой булочкой с корицей. Мало кто догадывался о том, что если ему что-то втемяшилось в башку, то он так просто не успокоится. Чимин был целеустремлённым и дотошным. Если он видел цель, препятствия в расчёт не брались. Ему было наплевать на средства, если наличествовала цель. Совсем не омежья черта. Пак не стремился её афишировать. Был бы он альфой, смело шёл бы по головам. Но будучи омегой приходилось крутиться и маскировать свой железный характер, мило морща маленький носик и надувая пухлые губки. Спустя пару дней после воскресного ужина, с которого Тэхён буквально сбежал, Пак приехал в особняк и застал там Сокджина одного. — Намджуна нет? — едва ли ни с порога поинтересоваться Чимин, озираясь. — Да зачем он тебе? Я же здесь, — улыбнулся Джин. — Поехали в город? Скучно тут сидеть. В Каннам открылся новый клуб. Зависнем на пару часиков? А может до утра.       Чимин закатил глаза. Вот уж прав был Чонгук, что Намджун, что Джин никогда не уставали веселиться. Вся жизнь — сплошной праздник. Намджун хоть чем-то бывал занят. Джин же посвящал всего себя бесконечному отрыву. Человек определённо нашёл своё место в жизни и не мучился нелепыми метаниями: кто я, что я и зачем. — Нет, Джин, — спокойно ответил Чимин. — Собирайся. Мы поедем к Тэхёну. У нас есть дела. Я с него живого не слезу, пока не пронюхаю, что там и как у него с его омегой. Альфам там делать нечего. Тэхён их подавляет. Так что нам придётся всё делать самим. — Ну не знаю, — неуверенно поёжился Джин. — Мне с таким Тэхёном тоже неуютно, хоть я и не альфа. — Не свисти, — рассмеялся Пак. — Ты просто не хочешь ввязываться ни во что серьёзное. — Не хочу, — Джин со вздохом поднялся с дивана. — Но ты мой друг, Тэхён — мой брат. Так что придётся. Посиди тут, я переоденусь, и поедем.       Чимин улыбнулся и кивнул.

═══════❖═══════

      Кай замер возле двери в спальню Юнги. Он отлично чувствовал, что там происходит. Тяжёлый аромат альфы было слышно даже в коридоре. Омега вздохнул и постучал. Спустя несколько минут дверь открылась, и на пороге возник Тэхён, натягивающий на себя футболку. — Там к Вам брат приехал, — быстро выпалил Кай, пряча глаза и стараясь не встречаться взглядом с альфой. — И с ним ещё один омега, ваш знакомый. — Брат? — Тэхён, казалось, не мог сообразить, что происходит. Наркотик омеги циркулировал в его крови. Он только что оторвался от Юнги, и у него в голове не было ни одной здравой мысли. Ему хотелось лишь вернуться в кровать и продолжить то, на чём они остановились. — Омега, — кивнул Кай. — Сокджин? — Тэхён удивлённо поднял брови. — Хорошо, я сейчас.       Дверь захлопнулась, и Кай быстро ушёл в свою комнату от греха подальше.       Юнги стоял на коленях в кровати и смотрел на Тэхёна горящими глазами. На нём не было ничего. Его сладкая кожа тускло блестела. — Что-то случилось? — прошептал он.       Тэхён с трудом держал себя в руках. От этого влажного шёпота ему становилось жарко. Ничего он не хотел так сильно, как вернуться в постель и облизать Юнги с ног до головы. — Ко мне приехал брат, — стараясь говорить спокойно, произнёс Тэхён. — Мне нужно уйти. Невежливо заставлять их ждать. — Их? — Юнги выгнулся и облизнул губы. Тэхён сжал кулаки. Ещё немного, и он никуда не пойдёт. — Да. Мой брат приехал с одним моим знакомым. И я, кажется, догадываюсь, с кем и зачем, — процедил Тэхён сквозь зубы. — Ммм, — Юнги лёг на живот и обнял подушку. — Иди, если так нужно. Только возвращайся скорее.       Омега взглянул на Тэхёна из-за плеча. Оставлять его тут одного обнажённым и горячим было просто невыносимо. Тэхён стиснул зубы и вышел, хлопнув дверью. Он знал, зачем приехал Джин, а также с кем, и кто зачинщик всего этого. Тэхён отлично знал Чимина. Когда-то давно он про себя окрестил его питбулем. За мёртвую хватку. Умрёт, но не отпустит. Характеру этого омеги мог позавидовать любой альфа.

═══════❖═══════

— Привет, Тэхён-и, — Джин нервно улыбался своей самой фальшивой улыбкой.       Его красивое лицо сияло. Он сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и изо всех сил старался казаться расслабленным. Но Тэхён знал его как свои пять пальцев. Джин трусил, как зайчишка. — Привет, — махнул Тэхёну с дивана Чимин.       Вот он не притворялся. Его взгляд был тяжёлым, как могильная плита. Питбуль — это слишком мягкая ассоциация. Чимин ехал к своей цели на катке. И переехал бы любого, не моргнув глазом. Вот упёртый. — Я занят, — Тэхён плевал на вежливость и выходил с открытым забралом. — Какого хрена нужно вам обоим? Ближе к делу. — Где он? — нагло выпалил Чимин. — Познакомь нас. Мы не уйдём, пока не пообщаемся с ним. И пока ты не расскажешь всё, как есть.       Чимин знал Тэхёна слишком хорошо. Тэхёна боялись все альфы, чуя за версту его природу. Он был торговцем людьми. Его репутация была ужасна. Но Тэхён ни разу в жизни не тронул ни одного омегу. Он не мог ударить или убить представителя слабого пола. Альфу легко. Омегу — нет. Чимин был свидетелем таких жутких сцен за всё время своего знакомства с Тэхёном, что у других людей бы волосы встали дыбом, если бы они узнали о Тэхёне правду. Но ни в одном конкретном случае он сам не трогал и не приказывал непосредственно избивать или калечить омег. Максимум, что довелось увидеть Чимину, это как кого-то сажали под замок. И это считалось наказанием. У Тэхёна были другие методы воздействия, и Чимин их все прекрасно знал. Шантаж, уговоры, огромные деньги. И любой омега сам соглашался на всё. Поэтому Чимину было наплевать. Он мог хоть на голову сесть Тэхёну, тот бы его не тронул. — Вы пришли, чтобы познакомиться с Юнги? — Тэхён закатил глаза. Чимин все границы переходит и отлично знает, что ничего ему не будет. — Ну, теперь мы хотя бы знаем, как его зовут, — усмехнулся Чимин. — Надеюсь, ты не держишь его под замком? Ты же не опустился до такого?       Чимин сверлил Тэхёна взглядом. Тэхён только вздохнул. — Да ладно?! — подал голос Джин. — Тэхён-и, ты совсем спятил? Ты что, запираешь своего омегу? — Да я не удивлюсь, если он держит бедного мальчика в подвале и трахает без остановки, — нахмурился Чимин. — Он и к нам вышел от него. Я эти сумасшедшие глаза узнаю из тысячи. Все вы смотрите такими на подобных нам.       Чимину отчего-то было дело до этого незнакомого омеги. Он, в некотором роде, ощущал свою с ним связь. Он тоже был таким. Только куда менее опасным. Наркотик Чимина не был и на сотую часть таким сильным, как у Юнги. Но всё же между ними было много общего. Они оба чрезвычайно редкие мини-фабрики кайфа, которых пользуют альфы. И если Чимину относительно повезло, и его никто не запирает в доме, то Юнги, похоже, держат на цепи, словно собаку.       Тэхён провёл ладонями по лицу. До чего же сложно бывает с омегами. На них не надавишь и не припугнёшь. Его сила альфы тут абсолютно бесполезна. — Да не держу я никого в подвале. Он в спальне. И да, мы были вместе, когда вы пришли. И мне очень бы хотелось к нему вернуться. Ему всего лишь запрещено выходить из комнаты, — он говорил, глядя Чимину в глаза. — Ты запираешь его или нет? — не унимался Чимин. — Да, — спокойно ответил Тэхён. — Ему небезопасно шататься одному. — Тэхён, — голос Джина был на удивление серьёзен. — Нельзя держать людей в заключении. Тем более своего омегу. Кем бы он ни был, он в первую очередь человек. А человек должен быть свободен. — Он не будет свободен. Он не просто человек, Джин, — как можно более мягким голосом сказал Тэхён. — Ты не понимаешь. — Познакомь его с нами, — твёрдым голосом сказал Чимин. — Если он сам не захочет общаться, мы не станем настаивать. Но нельзя держать человека взаперти, словно зверя, Тэхён. Тем более того, с кем ты спишь.       Тэхён вздохнул так тяжко, словно у него лёгкие перестали сокращаться. Этот вечер быстро не закончится. — Ладно. Я сейчас, — он развернулся и пошёл за Юнги.       Юнги поднял голову с подушки и посмотрел на вошедшего в спальню Тэхёна. Лицо альфы было напряжённым. — Твои гости ушли? — протянул Юнги. — Ты так быстро вернулся. Тэхён приблизился к кровати и присел на край. — Они пришли не ко мне, — улыбнулся Тэхён. — Они хотят познакомиться с тобой. Юнги выпрямился и сел в постели. — Со мной? Зачем? Что случилось? — он не понимал. — Ничего, — мягко сказал Тэхён. — Это мои близкие люди. Они волнуются за меня. Один из них похож на тебя, Юнги. — На меня? — омега замер. — Да. Он такой же, как ты. Только в его крови экстази, — кивнул Тэхён. — Они очень настойчиво просили тебя спуститься и пообщаться с ними. Хотят убедиться, что я не причиняю тебе вреда.       Юнги смотрел непонимающим взглядом. Он не думал, что кто-то имеет такое влияние на Тэхёна, что может так запросто потребовать отчёта о личной жизни. Но если это его семья, то многое становится понятно. Юнги молча встал с кровати и пошёл к шкафу. Выудил оттуда свою самую лучшую пижаму и стал одеваться.

═══════❖═══════

      Чимин был откровенно удивлён. Он смотрел на Юнги, и его взгляд сканировал омегу с головы до ног. Невысокий, худой, болезненно-бледный парень с копной почти белых волос и огромными чёрными миндалевидными глазами. От омеги в нём только внешняя хрупкость фигуры и изящные тонкие запястья. Во взгляде твёрдость камня и ни намёка на омежью мягкость. Чимин ни за что бы не подумал, что кто-то настолько искушённый, как Тэхён, будет с таким, как Юнги. Этот омега весь какой-то неправильный. От начала до конца. От внешности до своего предназначения. В природе обычно самые опасные создания самые яркие и заметные. Юнги и здесь выбивался из правил. Он не был ярким или заметным. Он был на вид совершенно безопасным, обманчиво слабым. Но Чимин почувствовал его силу. Юнги ничем не пах. Смотрел спокойно и упрямо. Улыбался смущённо и протягивал открытую ладонь для рукопожатия.       Чимин показался ему самым привлекательным человеком на земле. Его яркий тёплый аромат отчего-то напоминал запах Тэхёна. Для Юнги Чимин пах чем-то сливочным и замшевым. Кожа и сливки. — Какое странное сочетание, — тихо произнёс, он словно разговаривая сам с собой. — Что? — улыбнулся Чимин. — Мой запах? Что ты чувствуешь, Юнги? На что это похоже? Юнги бросил быстрый взгляд на Тэхёна. — Это странно. Ты пахнешь почти как Тэхён. Только больше сливочного в запахе. У тебя аромат, словно у альфы, — ответил Юнги улыбаясь.       Чимин закусил губу. Это могло означать лишь одно. Самый прекрасный аромат для Юнги — это аромат его альфы. Поэтому он чувствует его от Чимина. — Чимин пахнет для каждого по-разному, — подал голос Джин. — Тем, что для этого человека приятно более всего.       Тэхён сидел тут же в кресле и смотрел на своего омегу. Юнги сидел на диване с Чимином, и они болтали без умолку, в основном об их общей особенности. Джин сидел с ними рядом в мягком кресле и живо интересовался тем, что с ним будет, если он попробует слёзы или пот Юнги. Он пробовал целовать Чимина и даже слизывал с бритвы его кровь. Это было несколько лет назад. Они тогда тусовались без остановки вчетвером. Намджун, Тэхён, Джин и Чимин. Джин в красках рассказывал о своих ощущениях от наркотика Чимина, а Чимин и Юнги только смеялись над его показательным выступлением.       Насмеявшись вдоволь, Юнги покачал головой и произнёс: — Джин, я не думаю, что тебе стоит пробовать мой наркотик. Моя мать — бета. Отец — альфа. Они оба умерли от передоза, попробовав облизать мою кожу всего несколько раз. А подсели сразу же. Боюсь, это может вызвать зависимость очень быстро. — Твои родители скончались от твоего наркотика? — тихо спросил Чимин. Юнги кивнул. — Да. Так вскрылась правда о том, кто я такой. Полиция проводила проверку и результат анализов при вскрытии показал наличие алмазного сахара в крови. Меня сразу поставили на учёт, и за мною началась охота, — он говорил это так спокойно и буднично. На некоторое время все умолкли. — Юнги очень опасен. Он не игрушка для развлечения, — голос Тэхёна в тишине заставил омег вздрогнуть. — Не стоит пробовать его, Джин. Если не хочешь впасть в зависимость и быстро умереть. Реакция Сокджина была странной. — А я в детстве читал о лягушках, которых люди лижут, чтобы вызвать галлюцинации.       Юнги не смог сдержаться и прыснул от смеха. К нему присоединился и Чимин. Тэхён только улыбался и качал головой.

═══════❖═══════

      Омеги уехали поздно вечером. И то только после того, как Джину трижды позвонил Намджун и приказным тоном велел ехать домой. Чимин и Юнги обменялись номерами телефонов. Джин заговорщически шептал Юнги, что уговорит брата отпустить его с ними в спа или клуб, или по магазинам. Юнги кивал и улыбался, но даже не надеялся на подобный вариант развития событий. Тэхён чётко дал понять, чтобы омега даже не мечтал о какой-либо свободе. Когда все ушли и в гостиной стало тихо, Юнги подошёл к креслу, в котором молча сидел Тэхён. Альфа взял его за руку и потянул к себе. Он усадил Юнги себе на колени и обнял, легонько поглаживая его спину. — Чимин такой крутой, — улыбнулся Юнги. — А Джин совсем как ребёнок. Тэхён тихо рассмеялся. — Да. Это совершенно точное описание. Ты очень внимательный, малыш.       Он вздохнул и откинулся на спинку кресла. Юнги обвил руками Тэхёна за шею и прошептал: — Мне идти в спальню? Тэхён посмотрел на Юнги долгим и каким-то грустным взглядом. — Пойдём ко мне, — он не дал омеге ответить. Встал и повёл его с собой в свою спальню на втором этаже.       В спальне Тэхёна всё было пропитано его тёплым ароматом. Тут было много дерева и камня, мраморный пол и красное дерево в отделке стен. Всё в тёмно-вишнёвых и кофейных тонах. Темно и тихо. — Почему мы здесь? Ты не хочешь идти ко мне? — Юнги млел в объятиях альфы.       Они сидели вдвоём на огромной кровати, и Тэхён осторожно раздевал его. — Нет, — Тэхён пожал плечами. — Это просто смена обстановки. Чимин прав. Тебе наверняка скучно сидеть там целыми днями.       Юнги упал спиной на постель и приподнял бёдра, чтобы Тэхёну было удобнее стягивать с него пижамные штаны. — Надо отправить Чимину благодарственную смску, — тихо рассмеялся омега. — Его стараниями я начинаю перемещаться по дому. — Ты можешь перемещаться только со мной, — прошептал Тэхён, наклоняясь и целуя омегу в живот. — Только с тобой? — Юнги усмехнулся. — Держа тебя за руку? А может ещё обсудим возможность моих прогулок на свежем воздухе? Можешь выводить меня на поводке. Чтобы я не убегал далеко.       Тэхён выпрямился и посмотрел на Юнги. Тот лежал обнажённым, и его чёрные глаза влажно блестели в темноте. Тэхён стянул с себя футболку через голову. — Чимин переживал, что я держу тебя в подвале, а ты вполне себе нагло шутишь и издеваешься надо мной. Хорошо, Юнги, я могу без проблем надеть на тебя ошейник и таскать везде с собой на поводке. Сперва может кто-то и удивится, но узнав, что это я, все сразу успокоятся. Про меня и не такое говорят, знаешь. Юнги рассмеялся и кивнул. — Знаю. Я про тебя слышал массу всего интересного. Когда узнал, что ты меня купил, чуть не умер от страха.       Тэхён склонился над Юнги и приблизился к нему так, что его дыхание согревало и обжигало. Он коснулся горячей ладонью щеки омеги и прошептал, почти касаясь губами его губ: — Тебе не повезло, малыш. Но выбора у тебя всё равно нет. Только я и никто другой. Юнги обвил руками шею альфы. — У тебя тоже нет выбора, Тэхён. Мы вполне стоим друг друга.       Тэхён усмехнулся. Совсем скоро его хрупкий омега поймёт, как легко играть мягким сердцем зависимого альфы. Этот опасный малыш — его слабость, и это становится очевидным. Юнги притянул его к себе и приник к губам альфы. Он уже целовался уверенно и свободно. Ласково и настойчиво. Он хотел Тэхёна, и его сердце трепетало. От близости, от жара, от желания.