Звёзды тоже падают.

Тэтте Суэхиро – простой парень, любящий ходить на выступления каких-либо музыкальных групп. «Почему каких-либо?» – спросишь ты, Читатель? Я отвечу тебе: «Потому что у него не было определённого любимого жанра музыки, оттого он слушал всё, что ему понравится, не углубляясь в жанр. Меломан, коротко и просто говоря. Давайте-ка опишем нашего Тэтте. Начнём с роста... Он был очень высок. Около 185-ти сантиметров, как кажется со стороны. Волосы Суэхиро были тёмные, торчащие во все стороны. Их можно назвать длинными, но это по меркам парней, конечно же. Черты его лица были чёткими, оттого и очаровательными. Глаза были цвета кофе и шоколада, под левым его глазом были три пятнышка, или родинки, в виде перевёрнутых чёрных сердец. Казалось бы, идеальные глаза, однако эти глаза были как будто бы пустыми, поскольку в них ничего и не отражалось: никакого счастья, веселья, грусти, зависти, гордости, злости. Абсолютно ничего. В последнее время у девушек мода на такие глаза парней... Скулы были вполне глубоки и прекрасно заметны. На это многие обращали внимание. Зачем? Автор без понятия, прошу её простить. Перейдём к губам. Верхняя губа была немного тоньше нижней, но в целом обе губы были тонки. Если перейти от губ к носу, то можно сказать, что его нос был острым, но вовсе не длинным. Простой и ровный нос. В нём уже, увы, ничего необычного не было... А одежда его была в основном в тёмно-зелёных/красных, чёрных и/или коричневых цветах. Смутно, тускло, но со вкусом. Характер Тэтте... ну, он был крайне спокоен и сохранял хладнокровие. Милый на вид, зато похоти в его мыслях сколько было... Ладно, это было лишним! Суэхиро собирался на одно из выступлений группы, которая образовалась совсем недавно, но приобрела огромную популярность не только в Йокогаме, но и во всей Японии, да и во всём мире. Песни этой группы в основном были о жизни без забот, о несчастии в жизни, о всех её проблемах... Реализма, впрочем, было предостаточно. Что же завлекло такого человека, как Тэтте, прийти на выступление группы, у которой знаешь лишь две-три песни от силы? Ответ крайне прост: солист. Он его и привлёк. Этот солист был беловласым, также высоким, но немного ниже Тэтте, стройный, красивый, очаровательный и... незрячий. Увы! всегда глаза его были закрыты. Никто даже цвета его глаз не видел, к сожалению! Дзёно Сайгику – солист той группы, о которой автор совсем недавно упомянула. Как уже известно, Дзёно был ниже Суэхиро, ниже на голову. Волосы его были белыми, но кончики были окрашены ярким алым цветом, привлекавшим внимание. На правом ухе болталась длинная серёжка, похожая на подвешанный на красную верёвочку маленький, будто игрушечный, колокольчик. Так как глаза Сайгику были закрыты, о них сказать автор не сможет ничего. Но ты, Читатель, можешь строить догадки о том, какого цвета его глаза. Серые? Голубые? Зелёные? Жёлтые? Как тебе будет угодно! В целом, черты лица Дзёно были чёткими, но более мягкими. Скулы не были такими глубокими, как у Тэтте, нос его был маленьким и слегка румяным. Губы были тонкие. Нижняя губа была еле заметно больше верхней. А кожей незрячий был бледен. Из одежды у него было... Всегда по-разному. Никогда не предугадаешь, в чём же он явится сейчас. Это может быть просторное белое/зелёное худи с красными/чёрными джинсами и белыми кроссовками, а может быть и белая рубашка, рукава которой не застёгнуты на пуговицы, немного помятая и просторная, а на ногах были бы чёрные брюки, слегка свободные. Ну, а обувью бы служили также белые кроссовки, однако от другого производителя. Характер у Дзёно был очень тяжёлый. Жестокий, дерзкий, невпечатлительный, почти всё время недовольный... Но какой есть, такой есть. Теперь Тэтте был его главным фанатом, как бы странно и, возможно, глупо это ни звучало. Вот он уже переоделся в чёрную толстовку и красные, или бордовые, джинсы с порванными коленями. Поглядев на себя в зеркало, Суэхиро глубоко вдохнул и, спокойно выдохнув, вышел из своего дома. Этот путь от дома до места назначения казался бесконечным. Темноволосый глядел в землю, а ноги буквально сами его вели к Дзёно. Да, именно к нему. А Дзёно тем временем уже был готов к своему выступлению. Он не боялся. Его руки были скрещены на груди, а сам он опирался на правое плечо об стену. Сайгику ждал. Пришедший Тэтте осматривал всё здание, но затем подошёл к сцене, где стояли все остальные пришедшие, желавшие поглядеть на прекрасного незрячего парня. Через некоторое время – сорок-пятьдесят минут – Суэхиро уже глядел на незрячего, поражаясь его реальной красоте. Фотографии и видео не передавали ничего прекрасного, что можно увидеть лишь собственными глазами. Сайгику пел спокойно, голос его был высоким и тонким, порой смениваясь на более низкий. Но произошло то, чего не ожидал никто – даже сам Дзёно не планировал – незрячий подошёл к краю сцены, а затем, пропев последние строчки песни под громкие визги ожидающих фанаток, он сделал шаг в никуда. Ах, как же повезло Тэтте, который стоял в первом ряду, прямо напротив вокалиста. Конечно, сначала он совсем не понимал, что делает Сайгику, но в последний момент он успевает подхватить его на руки. Дзёно хитро ухмыляется темновласому, соблазнительно проводя рукой по его щеке. Но затем он опустился с рук Тэтте, запрыгнув на сцену. Даже не верилось, что этот парень не видит. Через полтора часа закончился концерт. Чувства Суэхиро не угасали: смущение, учащенное сердцебиение, прерывистое дыхание, жар внутри... Кажется, теперь он чувствует что-то гораздо сильнее простой симпатии. Суэхиро теперь влюблён. Дзёно не хотел признавать этого, но любовь «с первого взгляда» и впрямь существует. Он всё ещё ощущал на своих спине и ногах прикосновения незнакомого парня, от которого шёл прекрасный аромат крепкого кофе. Но Сайгику навсегда запомнит его резко участившиеся сердцебиение и дыхание, которые заставили незрячего хитро улыбнуться и несколько даже смутиться. Он мог это себе позволить, пока его никто не видел. Светловласый хотел увидеть этого приятного незнакомца и хотя бы быть с ним знакомым. Понимая, что он, возможно, еще не ушел, Дзёно быстро выбежал из здания, спотыкаясь и чуть ли не падая из-за каждого порога. Он уже чувствовал кофейный аромат, исходящий от Суэхиро. Понимая, что именно он идёт пред ним, Сайгику, стараясь как можно скорее отдышаться, тяжело и негромко произнёс: — Хей, ты. Темновласый юноша, от которого за километр несёт запахом кофе, – как только Тэтте повернулся к Дзёно в немом шоке, второй упомянутый продолжил свою речь, – ничего не подумай, ты просто стал мне чуточку интересен. Я не сомневаюсь в том, что это взаимно. Я просто хотел бы с тобой не то познакомиться, не то узнать тебя. — Тэтте. Суэхиро Тэтте, – выдержав недолгую паузу, ответил темноволосый, глядя на Дзёно и стараясь не сказать чего-то лишнего, – ну, а твоё имя мне уже давно известно... — Конечно. Кто бы сомневался, ха, – сказал незрячий, как к нему подбежала какая-то девушка, очень низкая и активная. Она с первого взгляда не понравилась ни Тэтте, ни Дзёно. она хотела попросить автограф, как это просят у всех звёзд, но Сайгику ответил ей так: – убери это от меня. Я не вижу, на чём расписываюсь. При всём своём желании я бы всё равно не стал расписываться. Свободна. Тэтте смотрел на гордого и отчасти недовольного Дзёно, вид которого был приятен глазам Суэхиро. Девушка же, поникнув плечами, ушла. Из её глаз, по-моему, даже потекли слёзы. А темноволосый был несколько рад, поскольку объект его обожания был не глуп и прекрасно пользовался своим положением. — Тебе не кажется, что это было грубо? – спросил кареглазый, снова переведя взгляд с незнакомки на вокалиста. — Пф-ф, ничуть. Получила, что заслужила. Если бы она ещё попросила спеть лично для неё, я даже не знаю, что сделал бы с ней. — Успокойся, Дзёно, – услышав своё имя из уст Суэхиро, Дзёно поджал губы: ему понравилось. он хотел, чтобы Тэтте почаще называл его по имени, избегая местоимений. — Ты еще меня успокаивать будешь? Не смей властвовать надо мной. Моё поведение зависит от меня, так что я всё сказал, – голос незрячего был не грубый, но недовольный. Тэтте в ответ лишь вздохнул. Затем они разговорились, прошлись по улице Йокогамы, узнали друг о друге множество интересного, печального, интригующего и чудесного. Например, светловласый, оказывается, был лишь на людях таким дерзким и злым. В самом деле, он был котёноком, до чёртиков боявшимся грозы. Это он молнию не видел... А Суэхиро, который, казалось, был бесчувственным и хладнокровным, хихикая, рассказывал о том, как его друзья отреагировали на кофе с соевым соусом. Дзёно в ответ слегка улыбнулся, но затем резко выкрикнул своё недопонимание. — Что, прости? Кофе с соевым соусом? Либо ты придурок, либо ты поехавший. Одно из двух. Спустя минуту молчания они оба засмеялись. Оказалось, что уже вечерело. Закат был ярко-красным, а облака были местами синими, похожими на тучи, нежно-розовыми, а иногда и просто белыми или голубыми. Понимая, что им придётся разойтись, оба парня вздохнули. — Завтра ещё одно выступление. Гордись тем, что я с тобой теперь хорошо знаком и могу тебе доверять, – сказал Дзёно, улыбаясь, – тебе повезло, Тэтте. Билет для тебя теперь будет бесплатным, а место в толпе всех присутствующих будет то же, что и сегодняшним днём. Суэхиро был рад. Пусть это не было заметно внешне, но внутренне он кричал от счастья. И Сайгику это понимал. Попрощавшись, оба разошлись довольными. Тэтте шёл к дому с поджатыми губами, которые старались не улыбнуться на людях. В глазах появился та самая искра, или огонёк, которого не было все его двадцать лет жизни. А Дзёно, в свою очередь, шёл медленно, прокручивая в голове каждое мгновение пребывания с Суэхиро. Спустя пять минут таких раздумий, он закинул голову назад и хрипло и тепло усмехнулся. «Влюбился, как малое дитё», – думал Сайгику, сам же смеясь со своих мыслей. Он проклинал себя за то, что кровь подливала к щекам, когда он думал о поцелуе с Тэтте, который был готов назвать желанным, но гордость не позволит. Суэхиро, зайдя в дом, переодевшись, сразу же лёг спать, несмотря на ранее время. Так время пройдёт быстрее, и он увидит того, кого хочет называть своим любимым. Утро. Пока лучи весело играли на постели Тэтте, тот уже собирался. Однако не к Дзёно, как можно было подумать. Собирался темноволосый на прогулку, поскольку сейчас он желает надышаться свежим воздухом. Погладив чёрного кота, юноша направился по улице. Он шёл, рассматривая пушистые белые облака на голубом небе, очень яркую зеленую листву, что колыхалась благодаря ветру, на высоких деревьях и глядя на бездомных животных. Нет, ему было их не жаль, но их положение ему доставляло чувство грусти. Гулял Тэтте так минут тридцать-сорок. Вернувшись домой, он принялся переодеваться и в целом собираться. Теперь он собирался к Сайгику, при мысли о котором в животе пархали бабочки, а разум затуманивался. Его улыбка означала, что Дзёно был тем самым. Тем самым, которого он хотел видеть каждый день рядом с собой, чувствовать его прикосновения. Незрячий для темновласого был тем, кому он хотел улыбаться. Пусть вокалист этого не заметит глазами, но почувствует и улыбнётся ему в ответ... Тэтте, будучи уже собранный, вышел, а точнее выбежал из дома, направляясь к вчерашнему месту. Он не обращал внимание на природу города. Суэхиро просто бежал, желая как можно скорее увидеть парня своего сердца. И вот, подходя к входу, оттуда выходит Дзёно, который, почувствовав запомнившийся аромат, исходящий от Тэтте, улыбнулся. Улыбка его была нежна, но в то же время и дерзка. Ну не мог никак Сайгику оставить эту дерзость позади. — Оп, ты уже тут. Привет, Тэтте, – вяло помахав рукой, сказал незрячий, сразу же спрятав руки за своею спиной и сцепив их в, так называемый, замочек. — Да-да, привет... – переводя дыхание, ответил ему Суэхиро. Он пытался отдышаться не от бега, а от прекрасного вида парня, от которого становилось трудно дышать. Дзёно, аккуратно потянувшись к руке, уже медленно протянув свою руку к запястью Тэтте, резко сцепил их ладони и побежал вместе с темноволосым во внутрь здания. Деталь с выступлением автор упустит, поскольку ничего значимого там не было. Никакой Дзёно не падал со сцены, всё было просто. Если тебя, дорогой Читатель, это не устроит, то прости меня, ленивого автора! Благодарю каждого понимающего за понимание! После выступления, когда абсолютно все ушли, оставив этих двух парней-голубков наедине, Дзёно сидел на краю сцены, болтая ногами. Тэтте лишь стоял рядом с ним, справа, сбоку. Они разговаривали о чём-то, хихикали, Сайгику пару раз, посмеиваясь, назвал темноволосого придурком из-за его предпочтений в еде, о которых он решил рассказать светловласому. Оба тихо посмеялись, но затем Тэтте встал пред Дзёно, поставив руки по бокам от его бёдер и, наклоняя того вперед, пока незрячему не пришлось лечь на пол сцены, касаясь уха вокалиста, горячим шёпотом произносил каждое слово, да еще и с красивой расстановкой: — В самом деле, я знаю тебя давно. И ты тоже меня знаешь, но... – тут он обжигающе усмехнулся, видя, как Сайгику краснеет в недопонимании, – мы с тобой учились ещё в младшей школе. Но ты был вынужден уехать из города вовсе. Наши с тобой отношения на тот момент были несколько странными, поскольку мы, ненавидя друг друга, не отказывали также друг другу в помощи. И вот, около года назад, узнав о существовании твоей группы, я даже удивился. Совсем не ожидал снова тебя встретить. А уж ещё более я не ожидал, что смогу влюбиться в тебя, что и произошло в итоге, – тут Суэхиро медленно выдохнул, поцеловав мочку уха смущенного незрячего, – я безумно рад простому твоему присутствию. Мне так нравится твой голос, твои дерзость и гордость, которые скрывают все твои истинные чувства. Твои нежные и тёплые прикосновения заставляют сердце трепетать. Я люблю тебя, Дзёно Сайгику, – закончив свою речь тремя заветными словами, Суэхиро положил свою голову на пол сцены, касаясь и головы незрячего. А последний, в свою очередь, прикрыл рот тыльной стороной ладони, а щёки его пылали ярким розовым цветом. Конечно, Сайгику был безумно рад взаимным чувствам, но Тэтте поставил его в настолько неловкое положение, что он даже слова вымолвить не может. Но через пару минут молчания, глубоко вдохнув, Дзёно заговорил. — М... Ты поставил меня в самое неловкое положение, в котором я когда-либо бывал. Но этого мало. Я хочу, чтобы ты заставил эту неловкость подняться еще выше, – тут Суэхиро поднял голову к светловласому, а тот убрал свою руку с губ, – я хочу... нет, я требую поцелуя, Тэтте Суэхиро. Губы Тэтте изобразили мягкую улыбку, а затем приблизились к холодным губам парня, сплетая и играя с языками. Темноволосый убирал вылезавшие пряди светлых волос за чужое ухо, так бережно, будто парень был создан из хрусталя. Он [Тэтте] иногда поглаживал скулу незрячего большим пальцем, но в основном его рука бездейственно лежала на ней. Ну, не сказать, что бездейственно: тёплая ладонь согревала холодную щеку, иногда нежно и медленно лаская черту скулы, как уже было сказано, большим пальцем. Дзёно чувствовал вкус мяты, который для него являлся любимым, а Суэхиро чувствовал вкус ягод, вкус сладкого. Сайгику был на седьмом небе, как и темновласый. Голову заполняли мысли о прекрасности взаимной любви, ведь теперь не нужно убивать себя изнутри ужасными мыслями, по типу: «Что, если он меня не (по)любит? Тут можно смело попрощаться с жизнью, пожать ей руку и сказать: «Спасибо, что оборвалась», а затем уж и забыть обо всём, заснув непробудным сном». С неохотой отстранившись от чужих губ, Суэхиро отвел взгляд в сторону, а Дзёно слегка отвернул голову (он так показал, что тоже отвёл взгляд, однако проявил это в том, что отвернул голову, будто бы избегая его взгляда). Незрячий проводил языком по своим губам, кусая их, а затем, повернув голову обратно к Тэтте, которые нависал над ним, прямо в губы произнёс: — И я люблю тебя, Тэтте Суэхиро. Я буду твоей упавшей звёздочкой, что упала прямо на твои крепкие руки.