Влюбись....

      После этих слов Лололошка отключился, а Калеб, недовольно фыркнул,встав с кровати. Приведя себя в порядок, он проговорил: — Надо собрать твои вещи. — Сказав это, Калеб вышел из комнаты, там он прошел в какую-то комнату, где были собраны вещи Лололошки. Калеб давным-давно сходил домой любимого и собрал все его вещи, так и не успев разобрать множество коробок.

***

      Комиссар проснулся уже к обеду. Он громко прокряхтел, потому что боль резко прошлась по всему телу, заставляя выгнуться и пустить небольшую слезу. В конце концов боль стала только сильнее и стон вырвался из рта комиссара. Прошло несколько минут и боль немного прошла, из-за чего он, отдышавшись, попытался встать, но упал обратно на кровать. — Лололошечка~ — Сначала комиссар услышал голос своего мучителя, а потом уж и увидел его самого в дверном проеме. — Уже проснулся? —На лице главного секретаря, как и всегда, была дьявольская ухмылка, которая вызывала дрожь по спине у комиссара. — Ид-ди к чер-черту! — Комиссар был удивлен, когда услышал собственный тихий охрипший голос, а спустя секунду он начал громко кашлять, ощущая во рту неприятную сухость, из-за которой у него и был такой голос. — Ну-ну, побереги свой голос для кое-чего другого~ — Ид...и к чер...ту! — Он снова закашлялся. — Не будь такой злюкой, Лололошка. Я вот приготовил тебе обед! — И вправду, в руках мучителя оказалась глубокая тарелка с чем-то напоминающем суп. — И к-как я должен это есть? — Все тело продолжало болеть и он даже не смог поднять руки вверх. Он даже не мог встать с кровати... — Ох... Зря я так затянул тебе руки, но так даже лучше, я сам буду тебя кормить~ — !?... Не...ет! Я са-ам поп...пробу-бую! — Ты же только, что жаловался на то, что тело болит, разве нет? — Я сп-правлюсь сам! — Главный секретарь тихо злобно хихикнул и сказал: — Ну, если не сможешь, зови! Мое предложение всегда останется в силе. — Поставив тарелку с ложкой на прикроватную тумбочку, еще раз осмотрев тело любимого, главный секретарь вышел из комнаты, а комиссар, дождавшись, когда мучитель уйдет, начал пытаться взять в руки тарелку и вот, у него почти получилось! Но тарелка резко выскальзывает из рук, падает на пол и разбивается, а все содержимое растекается около ног комиссара. Послышались шаги. Н-нет! — А я говорил~ — А ведь прошло всего несколько минут, а главный секретарь вошел в комнату весь в крови, но она была не его... — Тебе принести новую порцию? — Комиссар внимательно разглядывал главного секретаря испуганными глазами, что он и заметил, сделав вид, что не понимает откуда взялся такой страх. — Что-то не так? "Что-то не так"!? Ты только что убил кого-то, псих! — Комиссар решил промолчать, чтобы сохранить свою шкуру целой. — А-а, ты кровь заметил... — Комиссар лишь испуганно кивнул. — Не волнуйся, это всего лишь кровь Войда! В конце концов он заслужил это! Этот глупец не заметил меня в переулке и я с легкостью усыпил его! Конечно же, это было бы слишком рискованно, в конце концов он намного сильнее меня, но мне повезло! Снотворное быстро подействовало на него... — Смотря на этого безумного секретаря, комиссар начал даже сопереживать Войду, даже боясь представить что с ним сделали. — Давай посмотрим... — Комиссар хотел было отказаться, но его не услышали и главный секретарь с легкостью взял его на руки, и понес в темницу, где когда-то был сам комиссар. Зайдя внутрь, он закрыл дверь. — Ух ты, он еще жив! — Комиссар задрожал и спрятал свое лицо в груди главного секретаря. В комнате был неприятный металлический запах, от нее так и веяло жестокостью, как и от самого мучителя. Посреди комнаты сидел привязанный к стулу Войд, а под ним была лужа темно-красной жидкости. В этом мученике невозможно было узнать инспектора. — Э... Эт-т... Это... — Хм, похоже, снотворное еще действует. Интересно, как быстро о пропаже узнает вся Империя? Как ты думаешь, а, Лололошечка? А я сделаю поддельные улики и подставлю... Как его там звали? Того твоего дружка в модных оранжевых очках. КАВИНСКИ ЕЩЕ ЖИВ!? — Таким образом я избавлюсь от еще одной проблемы! Ха, одной пулей двоих зайцев~ — Не см-мей! Не см-мей тронуть его! — Смелость комиссара резко исчезла, когда он увидел холодный мертвый взгляд главного секретаря. — Чем больше ты так говоришь, тем сильнее я хочу его убить. Не смей думать о ком-то, кроме меня. Меня это... Жутко. Бесит. — Больше главный секретарь ничего не говорил, он отнес комиссара обратно в ту комнату и ушел куда-то, в последний раз злобно на него зыркнув.

***

      Через полчаса Лололошка услышал удары, которые шли из комнаты "пыток", он попытался встать, но упал на пол, сильно ударившись носом, благо, что не сломал его. Собрав все свои силы, Лололошка пополз к двери, понимая, что Войд — его последний шанс на спасение. Только он может справиться с Калебом.       Чтобы доползти до двери, Лололошке понадобилось десять минут, после чего он, держась за стену, начал подыматься, замечая, что в замочной скважине остались ключи, видимо, он сильно разозлил тогда Калеба. Что ж ему это только на руку. Медленно открыв дверь, он увидел измученного Войда, стоящего в боевой стойке, видимо, он готов был сражаться со своим пленителем. — Комиссар R-700 MC..? — Ин-нспектор, нам нужно выбираться отсюда! Но снач-чала нужно вас под-длатать... На кухне... Д-должна быть аптечка. — Твердо кивнув, Войд подхватил Лололошку под руку и повел на кухню, где, найдя аптечку, начал быстро обрабатываться и перевязывать их раны.

***

— Что произошло? — Похоже, Войда совсем не пугала нынешняя ситуация. Он будто робот исполняющий свои обязанности. — Эт-то... Кал-леб. Он-н убийца и псих. У м-меня даже есть док-казательства! — Главный секретарь? Что ж, я не ожидал от него такого... — Он хотел еще что-то спросит, как послышался звук открывания входной двери с помощью ключей. Лололошка задрожал, а Войд аккуратно схватил его и утащил в темноту кухни, прикрывая его рот рукой. — Его нужно отвлечь. Справишься с этим?