Встреча в поздний час

Астрономическая башня встретила Гермиону тишиной и сумраком. В ближайшее время сюда вряд-ли кто-то придет из-за недавних событий. Стоило промелькнуть мысли о том, что в этом году уж точно ничего не должно случиться, как Кубок огня решил выкинуть бумажку с именем Гарри и устроить хаос в Большом зале. Бедного четвертого чемпиона только успели выпустить после допроса, как он убежал к себе в комнату и больше оттуда не выходил. И слава Мерлину, ведь в гостиной Гриффиндора была ужасная атмосфера: большинство учеников решило, что Гарри обманул Кубок и жаждет славы и лишь немногие пытались сказать про невозможность такого сценария, ведь четырнадцатилетний юноша, пусть и Избранный, не мог пересечь возрастную линию, которую установил сам Дамблдор. Гермиона не могла понять, как прайд львов, что должен стоять стеной за своих и не верить в этот абсурд, решил ополчиться против своего. Они знали Гарри не первый год и видели его реакции на публичность и обсуждение его героизма. Так почему они ведут себя столь глупо? На этот и на многие другие вопросы у Грейнджер не было ответов, отчего вся ситуация становилась хуже. Подойдя к перилам, Гермиона посмотрела на вечерний вид окрестностей Хогвартса. Что бы не происходило внутри замка, окружающий мир был словно под паузой: всё тот же Запретный лес, в котором живут разные магические существа; то же Черное озеро, которое не замерзает даже зимой и те же тропинки и поля, по которым ходило не одно поколение волшебников. Рассматривать всё это можно было часами и всё равно находить что-то новое в этом, казалось бы, неизменном мире. Такое простое действие, как наблюдение, сильно недооценено, ведь можно познать столько нового, не прилагая много сил. Идеальное занятие в подобной стрессовой ситуации. Мысли о Турнире и смертельной опасности не отпускали и Гермиона смотрела вперёд, не замечая больше ничего вокруг. Лишь когда что-то, определенно большее, чем птица, пролетело перед ней на расстоянии двухсот футов, девушка вскинулась и заозиралась, беспокоясь о том, что её мог увидеть один из учеников тут незадолго до отбоя. Но реальность оказалась ещё хуже. Прямо перед ней пролетела знакомая с Финала кубка мира по квиддичу фигура, что довольно резко остановилась и обернулась в её сторону. Поняв, что её заметили, Гермиона попыталась не показывать всей своей нервозности и осталась на месте, будто бы каждый второй на ночь глядя ходит в Астрономическую башню, как к себе домой. Надежды о том, что её проигнорируют и пролетят дальше, не оправдались и теперь Грейнджер наблюдала, как один из самых знаменитых игроков в квиддич летит в её сторону. В голове сразу пронесся фрагмент игры, во время которого этот сумасшедший болгарин почти разбился, но превосходно выполнил, кажется, финт Франского или как-то так. В десяти футах от неё остановился сам Виктор Крам и окинул её хмурым взглядом. — Добрый вечер, — сказал с сильным акцентом юноша. — Вам... не холодно так поздно? Гермиона заметила, что английский давался довольно трудно болгарину, но она сама не могла похвастаться превосходным знанием других языков, поэтому искренне восхищалась людьми, что могли говорить на нескольких языках. — Добрый, — с натянутой улыбкой ответила Гермиона, в мыслях молясь, чтобы он побыстрее улетел и никому не рассказал о гуляющей поздним вечером кудрявой четверокурснице. — Мне не холодно, спасибо за беспокойство. — Вы кажетесь... мрач... грустной. Я видел вас рядом с... четвёртым чемпионом после... выбора Кубка. — Ох, — Грейнджер явно была удивлена наблюдательностью Крама и не смогла скрыть это. — Я - его подруга и встревожена этим событием. Он младше вас и риски, что с ним что-то случится намного больше. Ведь Гарри не сам кинул своё имя в Кубок и ясно, что кто-то пытается его подставить, но я не могу понять, зачем. Гермиона сама не поняла, как она смогла так легко рассказать о своих переживаниях незнакомцу, но ведь он сам спросил о её самочувствии, потому не так страшно показаться навязчивой со своими чувствами. Крам показался заинтересованным её словами, хоть и было видно, что некоторые моменты вызвали у него затруднение с пониманием языка. — Я и сам об этом думал. Он казался... испуганным и потерянным, когда зашёл к нам в комнату. Было видно, что это произошло без его... согласия, — юноша казался задумчивым, будто бы заново переживал момент выбора Кубка. Эти слова потрясли девушку. Как незнакомый человек, который приехал только вчера, увидел больше, чем люди, что знали Гарри три с лишним года? — Простите, я вас расстроил? — уже ближе подлетев к перилам, Виктор наклонился в её сторону, словно хотел прочесть все ответы на её лице. — Не совсем. Скорее, натолкнули на мысль о том, как слепы близкие люди и, как зорко видят незнакомцы, — с тоской в голосе ответила Гермиона, отойдя назад на пару шагов. Заметив это действие, Крам выпрямился и на его лице проглянулось понимание. — Люди часто видят всё с одной стороны. Поэтому незнакомые люди часто кажутся... другими со своим... взглядом на мир. — И в самом деле, — Грейнджер, как и все маглорождённые, понимала эту истину прекрасно. — Ой, а вас не потеряют так поздно? — стоило отвлечься от мрачных мыслей про Турнир, как на место вернулась беспокоящаяся обо всём Гермиона. Крам тихо хмыкнул на такое резкое изменение в поведение собеседницы. — Нет, я... предупредил, что буду долго летать. Полёт помогает... очистить мысли и... привести всё в порядок в голове. — Звучит хорошо, — отметила девушка и даже немного пожалела, что так и не смогла подружиться с полетами и перебороть свой страх высоты. — Хотите полетать? Думаю, это поможет вам... развеяться, я правильно сказал? — Правильно, — с улыбкой сказала Гермиона, но тут же поняла смысл предложения. — Я не думаю, что смогу по-настоящему почувствовать это. Я не дружу с метлой и от высоты начинаю паниковать. — Со мной о таком не стоит волноваться, — теперь уже был черёд Виктора немного улыбнуться. — Гарантирую вам... безопасность. Девушка на это рассмеялась, вызвав недоумение у юноши. — Я была на Финале кубка с друзьями и видела, как вы почти дважды разбились об поле, выполняя, как его там, финт... — незнание терминологии, пусть и в квиддиче, совершенно не нравилось Грейнджер. — Вронского. Финт Вронского. Не переживайте, я не собираюсь делать... профессиональные трюки. Только небольшой полёт по... окрестностям и я вас отвезу, куда захотите. Предложение становилось всё заманчивее, но страх на периферии давал о себе знать. Видя метания девушки, Виктор перелетел через перила к ней и лёгким движением подхватил Гермиону подмышки и усадил перед собой, положив обе руки по бокам от нее, держась за метлу. Столь резкое и бестактное действие заставило мозг Гермионы отключиться на несколько секунд, а когда он вернулся к работе, то Грейнджер обнаружила себя, летящей на высоте четырёхсот футов над землёй. Женский крик разнёсся по округе. — О нет. Я сейчас упаду! — Гермиона сразу закрыла глаза и вжалась спиной в Крама, насколько это было возможно и прилично. — Никуда ты не упадёшь, я держу тебя. Обещаю, если не понравится, я сразу верну тебя обратно, — и когда только они успели перейти на "ты"? Следующие пару минут девушка даже не пыталась открыть глаза и прислушивалась к другим чувствам. Ветер ласкал лицо и ещё больше путал её непослушные волосы. Древко метлы было прочным и чувствовалась абсолютная уверенность, что метла не сломается и она не полетит камнем вниз. Вокруг был слышен ветер и шелест листвы. Где-то вдалеке редкие птицы пели свои песни. Но самое интересное, конечно, было почти под рукой. Гермиона чувствовала две крепкие и сильные руки по обе стороны от её талии, что уверено удерживали девушку на месте, хотя ладони юноши были на метле. Ещё ни разу в жизни она не была в подобной ситуации с представителем противоположного пола. Что делать и как быть? Нужно ли что-то говорить или просто постараться не пропищать просьбу вернуть ее на землю, желательно, целой. — Открой глаза, тебе понравится, — прозвучало прямо у её правого уха. Сейчас голос болгарина казался ещё глубже и ниже, чем пять минут назад. Это звучит проще, чем есть на самом деле. Но разве она не с Гриффиндора, факультета, что смотрит страхам в лицо? Только эта мысль пришла в голову, Гермиона немного приоткрыла глаза и почти сразу распахнула их, при этом затаив дыхание. Перед ней распростерлось Чёрное озеро, которое озаряли последние лучи солнца, и темнеющий силуэт леса. Посреди озера на якоре стоял корабль, слегка покачиваясь от небольших волн. Вокруг не было слышно практически ничего, кроме шума ветра и воды. Невероятно умиротворяющий вид. Быстро глянув на лицо девушки, Виктор с улыбкой отметил, что на её лице не было заметно признаков страха. Только восхищение. — Думаю, твою... реакцию можно считать одобрением, — усмехнулся Крам, что сразу вернуло Грейнджер в себя. — Я тоже так думаю, — с "неохотой" признала Гермиона. Расценив это, как сигнал к действию, Виктор повернул метлу и, набрав скорости, полетел вдоль берега. Они опустились достаточно низко, чтобы иметь возможность разглядеть камушки и водоросли на кромке воды. Чувствовался запах йода и травы, напоминающий об ушедшем лете. Гермиона перестала жаться к Виктору и даже немного подалась вперёд, чтобы успеть всё рассмотреть. Она чувствовала себя летящей птицей, что пролетала сквозь воздушные потоки и стремилась подняться выше к облакам. Она чувствовала себя свободной от всего земного. — Это ты чувствуешь каждый раз, когда летаешь? — тихо спросила Гермиона. — Практически всегда. Но некоторые тренировки... выматывают настолько, что думаешь только о... технике и игре, — голос юноши стал более расслабленный и тихий, поддерживая заданный девушкой уровень. — Невероятно, — и после небольшой паузы продолжила. — Кажется, я начинаю понимать одержимость полётами у некоторых людей, — на эту фразу Грейнджер услышала в ответ тихий смешок. — Рад, что смог показать... настоящий полёт, а не то, что... преподают в школах. Виктор ещё около пятнадцати минут кружил около озера, летая то выше, то всего в паре футах над землёй или водой. Но в один момент он заметил, что уже практически полностью стемнело. — Думаю, такой юной леди более не стоит так... задерживаться допоздна на улице. — Что?! Но ты сам предлож, — от возмущения Гермиона аж развернулась к болгарину лицом и не смогла продолжить говорить, увидев, как тот почти не скрывает своего веселья. — Понятно, смешно тебе. Но на самом деле уже и вправду поздно и отбой точно уже был, — с лёгкой грустью ответила Грейнджер. — Понимаю. Куда мне стоит тебя отвезти? На ту же башню или в другое место? — Не будет ли тебе трудно подвезти меня к башне моего факультета? Она вторая по высоте. — Прямо к твоему окну? — с ехидцей спросил Виктор, получив в ответ краснеющее лицо и шею девушки. — Ммм, да? Если там, конечно, никого не будет, а то я не хочу, чтобы о тебе ещё больше лишних слухов ходило по замку, — еле выговорила Гермиона, тщетно пытаясь вернуть себе невозмутимость. Виктор заметил, как она не пытается покрасоваться перед другими своим знакомством с ним и это добавило ещё один плюс к уже начавшемуся списку милых черт этой странной иностранки. — Без проблем. Только... укажи путь. Найти нужное окно заняло у них немного времени. Поблагодарив себя за открытое на продув окно, Грейнджер заглянула в окно. Один полог кровати был задернут, а на двух других не было их хозяек. Это быстро объяснилось шумом снизу из гостиной. Вероятно, споры всё ещё продолжались, что было очень на руку. Виктор помог Гермионе перелезть через окно и остался парить на месте. — Большое спасибо. Этот полет на самом деле помог мне проветриться, — с искренней улыбкой сказала Гермиона, глядя на своего неожиданного "спасителя от мрачных мыслей". — Тебе спасибо... за компанию. Мало кто может... нормально себя вести рядом со мной, — довольно небрежно выдал Виктор, стараясь скрыть, как сильно ему не нравятся подобные люди. — Могу понять. У Гарри тоже подобная проблема. Молчание приятно окутало их, но всё хорошее имеет свой конец. — Ещё раз спасибо за этот полёт, — уже держа одной рукой раму, Гермиона хотела максимально тактично закончить разговор. — Спокойной ночи. — Постой, это... нечестно, что ты знаешь моё имя, а я твоё нет, — с лёгкой укоризной произнес болгарин. И в самом деле, Гермиона с самого начала не представилась. Удивительно, куда пропали её манеры. — Давай с начала. Приятно познакомиться, меня зовут Виктор Крам, — сказал юноша и немного поклонился, прижимая одну руку к груди, а вторую занеся за спину. После протянув руку, ясно давая понять, что надо делать. — Я зна... Приятно познакомиться, меня зовут Гермиона Грейнджер, — в подобной ему манере ответила девушка и слегка наклонилась, вкладывая свою небольшую ладонь в его. — А вот теперь можно и... пожелания спокойной ночи говорить. Sladkih snov, Hermina, — лёгкий поцелуй коснулся кисти руки Грейнджер. Ещё раз поклонившись, смотря в карие глаза девушки, Крам отпустил её руку, развернул метлу и полетел в сторону корабля Дурмстранга. — Спокойной ночи, Виктор, — вслед ему сказала Гермиона, не успев поправить его в произношении своего имени. Грейнджер ещё около 10 минут стояла напротив раскрытого окна, медленно переваривая в голове всю эту ситуацию. Она только что разговаривала с самим Виктором Крамом. Он ещё и сам предложил и прокатил её на метле. Кому расскажешь, не поверят, а Рон так вообще будет готов свой жилет съесть ради такой возможности. Лишь вошедшие в комнату Лаванда и Парвати отвлекли Гермиону от созерцания всего своими голосами. Не то, чтобы они были рады друг друга видеть, но и устраивать на ночь глядя сцены, когда всё, что можно и не можно было обговорено в гостиной. Поэтому девочки предпочли проигнорировать друг друга и заняться приготовлением ко сну. Уже лёжа в кровати, Гермиона вспомнила странное словосочетание, которое в конце сказал Виктор. Оно звучало не как нелестный комментарий, а скорее, как пожелание спокойной ночи, судя по теме пожеланий до фразы. Решив найти английско-болгарский словарь в ближайшие дни и узнать перевод, Гермиона смогла спокойно уснуть с лёгкой улыбкой, что оставалась на её лице после поцелуя руки.