Пустоцвет

      Невероятно густая тьма как обычно расплывалась вокруг меня. И разрывал ее лишь чей-то голос далеко-далеко. Я уже не верил, что когда-нибудь доберусь до него, да и было бы чем. Голос теплый и родной. Так похоже на пытку. Ничего кроме… Голос? Я чувствую его! Вот же, он все ближе, еще немного! Наконец, так тепло, мне так этого не хватало. Неужели…

…

      Глубокий глоток воздуха. Ярко-голубые глаза резко открылись, и взгляд был направлен на такое же яркое голубое небо, усеянное белыми пушистыми облаками с воздушным контуром светло-розового цвета. Теплые лучи света расслабляли и согревали потерянное лицо парня и его черные волосы настолько длинные и неопрятные, будто за ними не ухаживали годами. Понимая, что погоня за голосом могла быть просто странным сном, мысли начали очищаться от ненужных мыслей и паника уходила, но в голове начала всплывать прошлая ночь. «Неужели тоже сон, кошмар?» — подумал парень, пытаясь затолкать это воспоминание куда подальше. Без имени, без понятия где и как. Какое-то время он продолжал лежать, приходя в себя. Несмотря на снег, телу было вполне тепло, а руки что-то обнимали: пушистое и мягкое, словно облака спустились на землю, чтобы успокоить. Правда, эти облака почему-то очень мокрые, хотя дождевыми они не выглядели. Опустив свой взгляд, парень увидел крупную белошерстную собаку, что сладко спала на нем и пускала слюни. Ночная схватка с волком снова всплыла в голове и боясь, что этот случай повторится, душа безымянного ушла в пятки, а сам он вскочил и в страхе сидел, смотря на собаку. Животное испугалось, но агрессии не проявляло, хотя и смотрело злобно с обидой из-за прерванного сна. Глубоко выдохнув, парень лег обратно полностью расслабленный. Собака зевнула и отряхнулась, а после неожиданно начала громко гавкать. «Эй, эй! Ты что творишь? Я не хочу незваных гостей», — накинулся парень на собаку, закрыв ей пасть руками, а та начала скулить, пытаясь освободиться.       Сразу же вдалеке послышался чей-то голос: «Ая? Ая! Иди ко мне!». Должно быть, «псину окликает», как подумал парень, недовольный своим слюнявым телом. Он просто держал собаку при себе, дожидаясь ее хозяина, который все приближался. Через лес неторопливо шел какой-то старик с каштановыми волосами, густой бородой и небольшими усами. Одет он был тепло: крепкие сапоги, плотные штаны и пару плащей с несколькими сумками. Собака подбежала к хозяину, а тот, подходя все ближе, погладил ее и обратил внимание на находку питомца: «И что на этот раз?» — вздохнул он и пытался вглядеться. Увидев молодого парня, он удивился: — О боги! Неужели живой? Ну-ну, так… — подошел старик ближе, снимая свой капюшон. — А? Ты это мне? — Ну а кому еще! Ох… — снял он с себя меховую накидку и отдал ее парню. — Фу, на, оденься хоть. Кем будешь, потерянная душа? Что до меня, обращайся ко мне Евфимий. — Э… Спасибо… Ев-фимий. — неуверенно поблагодарил парень своего спасителя, обернувшись в данную ему одежду и встав на ноги. — Я честно- Я не знаю кто я. Просто проснулся здесь и… — Ну и случай! Ты здесь не «просто» проснулся, а чудом! Если моя Ая кого и находила, то только мертвецов. Хм… — на секунду задумался Ефим, думая что делать с безымянным. — Ха, тут даже на удачу думать — не верится. Значит так: звать тебя я буду Иоанн, согласен?       На время (отныне) Иоанн стоял молча, находясь в своих мыслях: «Хотя бы будет имя…» — подумал он, почувствовав хоть какую-то капельку радости. Он понимал, что все и сразу он узнать не сможет, но хотя бы узнать кто он такой ему было необходимо. Однако Евфимий выбил его из мыслей: — Приму твое молчание за согласие. А теперь пошли быстрее ко мне, будет сложно идти — говори, донесу тебя бедолагу к себе. — А, да… Прости. Еще раз спасибо. Идем.       Идя по лесу Ефим расспрашивал своего нового спутника, чтобы узнать что он за человек, но быстро понял, что Иоанн не знает абсолютно ничего ни про себя, ни про то, где он находится. Спрашивать было бесполезно, поэтому Евфимий начал объяснять все сам: — Я так понимаю знаешь ты абсолютно ничего. Ну что ж… Идем мы в Анимайрис — живут там все. Да больше и негде. А нашел я тебя… Мы это место зовем Кладбищем. Полезных вещей полно, но чтобы живая душа? Такое я впервые вижу. А бываю я тут очень часто. — Ты ведь… Ты не хочешь сказать, что меня выбросили? — Был это точно не я, так что кто знает. Тоже точно не я. Моя работа находить полезное и продавать. Тебя я не продам, можешь не бояться. — шутливо сказал Ефим, вспоминая, что это незаконно, хотя закон его мало беспокоит и не мешает продавать все подряд.       Большая часть пути шла в тишине, хотя никто и не был против. Ефим просто предпочитал спокойную обстановку, а Иоанн был в раздумьях, ведь быть выкинутым на какое-то подобие помойки было еще хуже, чем просто потеряться. Иногда Евфимий, рассказывая истории, которые произошли с ним, все же пытался отвлечь парня, видя унылый вид: о продаже бога, о продаже самого себя пожилой женщине будучи еще молодым… Почти все истории были связаны с торговлей. Иоанн тоже поделился единственной своей историей, что с ним произошла. И пока они шли на их пути показались небольшие цветы, которые они не заметили из-за белоснежного цвета и свечения, отчего цветы сливались с цветами. Единственное, что выделяло цветы — запах от них. И даже это их не спасло и они оказались затоптаны босой ногой Иоанна. Цветы на том же самом месте, что было покрыто мраком ночи во сне.       Спустя продолжительную прогулку компания дошла до Анимайриса: нога ступила на узкие улицы, застроенные небольшими домами, которые плотно прилегали друг к другу. Место было усеяно людьми, которые повсюду ходили, занимались своими делами и просто болтали. Это были нижние уровни жилищ Анимайриса, когда как вдалеке виднелась крыша дворца, что возвышался над всем городом. Наконец, Ефим привел Иоанна к себе. На улице был небольшой навес, под которым стоял пустой стол, покрытый тканью. «Ночью я все закрываю, а с ее окончанием сразу на Кладбище искать что продать. И так до следующей ночи» — сказал Евфимий, похлопав по своим сумкам, набитых различными вещами. Он вошел домой и начал вытаскивать оттуда различный хлам и раскладывать его на столе, а часть развешивать на стене. В основном это были украшения, предметы быта и одежда. «Я ее вычесывать, а ты пока постой тут», — Ефим попросил Иоанна присмотреть за вещами, взяв Аю на руки, пока та с высунутым языком радостно виляла хвостом. Просто стоять было скучно, поэтому Иоанн заглядывал в окно, наблюдая за тем, как ухаживают за собакой. Люди не спешили покупать что-либо, видя незнакомое лицо, однако один человек все же подошел. Звук сапог, приближающихся к дому отвлек парня и он отвернулся от окна увидев посетителя — это был высокий мужчина строгой внешности в пальто. Он поправил свои пепельные волосы и смотря темно-серыми глазами на Иоанна начал разговор: — Здравствуйте. Где господин Евфимий? — А, ну… Его нет. — А Вы, собственно, кто? — Иоанн. — Понятно… Мужчина вздохнул, достал свои очки, надел их и взял со стола небольшой амулет на цепи, начав рассматривать его: небольшой круг с рисунком множества глаз, будто смотрящих прямо в душу, со всех сторон. Повертев безделушку еще немного он спросил: — Откуда? — Не знаю. — Особенности? — Не знаю… Мужчина вздохнул снова. Покопавшись в карманах, он протянул руку и со словами «этого должно хватить» отдал несколько ярко-золотых монет, на которых был выгравирован детально изображенный лист: все жилки от краев стремятся к центру и выходят в черешок. Сняв свои очки и положив их в один из карманов, мужчина развернулся и собрался идти, обратившись напоследок к Иоанну: «Господину Евфимию, как вернется, передайте, что его ждет Демиргос. Буду благодарен. И Вы, Иоанн, будьте добры, научитесь манерам» — мужчина медленным шагом, держа руки за спиной, начал идти по улице, оглядывая дома и людей и вскоре скрывшись за поворотом. После мужчины некоторые люди все же решили попробовать купить что-то у Иоанна, правда монеты давали уже другие: ничем не примечательные, даже без блеска. На ней был рисунок птичьего крыла с одной стороны и луны с другой. К тому времени уже вышел Ефим с Аей, что блистала своей чистой белоснежной шерстью. Увидев деньги, он удивился и спросил Иоанна: — Так… Неужели продал без меня что? — пересчитывал он монеты и смотрел какие вещи пропали. — Я тебя попросил просто присмотреть. — Ну… Какой-то мужик подошел сам и купил. Ефим обратил внимание на золотые монеты и немного насторожился: — Ага. И что сказал? — Какой-то… Кто-то на «Д» тебя зовет. — Эх… Это не анты, сколько можно! — возмутился Евфимий, так как такая валюта не использовалась в нижних уровнях. — Сколько можно ему говорить. — Я… Я ж не попортил ничего? — Да ты-то нет. Это Софос все! — Так на «Д» ж был кто-то… — В общем. Я пока буду тут, а ты иди себя в порядок приводи. Одежду для тебя я там оставил, мой плащ оставь там же. Иоанн зашел внутрь дома. Там стояла небольшая кровать, застеленная множеством одеял, небольшие столик с тумбочкой у кровати, два больших шкафа с множество полок и шкаф поменьше с дверцами. По другую сторону был камин и стоял большой стол с парой стульев, рядом с которыми был таз с водой и небольшим зеркалом с расческой. Умыв свои руки и лицо, а также кое-как причесав себя, Иоанн выглянул в окно и увидел как Евфимий продает вещи множеству людей. По всей видимости доверяли они больше торговцу которого знают, нежели молодому парню, к тому же неухоженному. Иоанн вышел на улицу, пока Ефим мастерски заговаривал зубы. Хотя, может говорил он и правду: — …принесет Вам удачу, данную самими богами. Сколько с собой не носил — выручала постоянно. — Хм… И сколько с меня? — задумался покупатель, рассматривающий золотую монету. — Всего-лишь 10 ант! — Но ведь… — Ха! Ну Вы подумайте! Сами боги дали это чудо, чтобы помочь нам, несчастным людям. — Пожалуй… Вы правы… Человек протягивает деньги и забирает монету и ушел, пока на его лице расцвела улыбка. Ефим тоже довольный собирает все деньги и обращает внимание на вышедшего Иоанна. — Надо? — протягивает Евфимий золотую монету. — Тебе бесплатно, не беспокойся. Они на самом деле бесполезные здесь. — А? Разве так можно.? Обманывать людей. — Кто знает… Точно не я. Ушел он с улыбкой, а значит дело свое я сделал. А ты, я так смотрю, похорошел! — похлопал он по плечу Иоанна. — Так… И что теперь? — А? Ты отдыхай пока, а я продавать это все. Если надо конечно, то дело я всегда найду. Как закончу — тобой займусь. Иоанн зашел обратно в дом и лег на кровать. Все это так странно. Чувствовалась легкая усталость и отдохнуть от всего хотелось сильно. Все такое новое и непонятное. Клонило в сон, но вероятность оказаться в пустоте или проснуться в снегу снова пугала. Но слабость в теле все нарастала и сознание уходило в туман. Несмотря на сон, день предстоял еще очень долгий.