Представь меня на его месте.

Одноклассники уже расселись по местам, ожидая звонок на урок. Звонкие голоса и заливистый смех девчонок, оккупировавших первые ряды, резали слух. Расположившись головой на парте, Гермиона прижалась щекой к прохладной шершавой поверхности и стала прислушиваться к словам, вылетающим из уст одноклассников. Звонок на урок. Все мгновенно замолчали, повернув голову в сторону двери. На пороге уже стоял учитель по дополнительному языку — французскому. Отличница, быстро открыв учебник, начала читать заданный на дом параграф, стараясь вникать в суть всех пройденных тем самостоятельно. Но мысли взяли верх: сегодня ей снова снилась дама сердца её дяди, от чего в голове невольно возникли картинки первого дня знакомства с ней.

***

— Мам, ты же заберёшь меня отсюда? — практически не сдерживая слёз, всхлипнув, спросила девочка с непослушными кудрями лет 12. Все дело в том, что эта девочка приехала к бабушке, которая жила в горах. Каждый день Грейнджер задирали соседские мальчишки. Одному из них она сломала нос из-за того, что ей просто надоело быть терпилой. Бабушка постоянно забирала книги и насильно выгоняла на улицу, так ещё она умудрилась и заболеть, а на тот момент, на секундочку, было жаркое лето. — Конечно, дорогая, я сегодня приеду, собери пока вещи и не плачь, температура может подняться, хорошо? — раздался тёплый и любящий голос Джин Грейнджер. — Договорились, спасибо, люблю тебя.-Голос матери немного успокоил шатенку и, нажав на красную кнопочку отбоя, подросток проговорила сама себе: — Успокойся, Гермиона, ты сильная девочка, сегодня ты поедешь домой и все у тебя будет хорошо. — Вытерев мокрые капли с щёк, та снова направилась в дом. Миссис Грейнджер приехала через три часа. Девочка уже сидела и ждала её на пороге. Она улыбнулась искренне и радостно, увидев маму, но улыбка быстро сменилась на шок в перемешку с изумлением. Из машины следом за Джин вышла пусть и не очень высокая, но до безумия прекрасная девушка. Короткие чёрные волосы, бледноватая кожа, глаза зеленые, как весенняя листва или летний лес. Из одежды на 22-х летней Паркинсон были обтягивающие кожаные джинсы, изумрудный топ, а пальцы рук были все в кольцах. Брюнетка поймала заворожённый взгляд виновницы их визита и ответила лучезарной улыбкой. Сев на корточки перед подстрокам, она начала знакомство. — Привет, малышка. Ты же Гермиона, верно? Мое имя Пэнси, но ты можешь звать меня просто Пэнс. — Паркинсон протянула руку в знак приветствия, но Гермиона настолько сильно засмущалась, что, схватив рюкзак, быстро убежала в машину, оставляя девушку и собственную маму смеяться.

***

Очнуться и не утонуть в омуте мыслей ей помогла одноклассница, которая пихнула её в спину Гермиона быстро пришла в себя и тут же услышала крик преподавателя. — Мисс Грейнджер, не смейте говорить, что вы меня не слушаете! Вы что, решили забить на учебу в 11 классе, когда выпускной и экзамен на носу? Если вы мне сейчас не отвечаете на 5-тый вопрос в конце учебника, то мнение о вас упадет в моих глазах ниже плинтуса вместе с вашими оценками по моему предмету. — Недовольно стучал мужчина средних лет по столу, хмуря брови. Вздохнув, шатенка перевернула страницы учебника и, пробежавшись глазами по достаточно легкому вопросу, подняла взгляд на мистера, из-за которого исходил неприятный для ушей звук. — Je suis désolé pour l'inattention, Monsieur. Dans ce cas, nous ne pouvons pas donner de réponse précise à cette question, car nous ne pouvons pas être responsables de l'ensemble de la population française. Mais je crois que la plupart d'entre eux aimeraient vivre dans la capitale de leur pays, — довольно свободно проговорила Грейнджер, после чего учитель наконец-то одобрительно кивнул. Честно говоря, юная дива не сильно то и жаловала этот язык, но узнав, что Паркинсон считает его красивым и любит Францию, у Гермионы появилась мотивация в его изучении. Прозвенел долгожданный звонок. Наконец закончился последний урок. Девушка взглянула на окно и зевнула, собирая свой портфель. Остальные же уже давно покинули класс. Осталась только Джинни, ждущая свою подругу. — Ты чего такая рассеянная сегодня? Французский — это же твой любимый предмет, — выгнув бровь, удивлённо спросила Уизли. — Не выспалась, наверное, но всё же я ответила. Так что идём, — выходя из кабинета, отмахнулась Грейнджер. Сегодня была пятница, а значит, завтра уже выходной. Многие уже давно убегали домой, а кто-то ещё сидел, ожидая урока на пуфиках в зоне отдыха. В прошлом году отец одного девятиклассника отдал больше миллиона за ремонт в школе. Поэтому частное учебное заведение, в котором училась Гермиона, смело могло похвастаться современным интерьерам. На самом то деле школа для каждого в нем присутствующего — это что-то своё. Например, одни учителя вкладывают душу в преподавание и болеют за судьбы будущих взрослых, другие к школе относятся, как к конвейеру на птицефабрике, видят в детях бездушные заготовки. А жизнь ученика — это тоже противоречие между детским и юношеским идеализмом и неизбежным созреванием в стае. Получается перекрёсток двух пар противоречий, на котором события школьной жизни и обретают звучание. — Пойдём сегодня к тебе? Мне жутко не хочется тухнуть дома, можем заказать пиццу и глянуть какой-то фильм, — выходя за двери здание, спросила рыжеволосая, смотря на лучшую подругу. — Я не против, но меня сегодня должна забрать мама…. ну или не мама, — тяжело вздохнув, произнесла Гермиона. Эту красную Феррари и её номер она бы узнала из тысячи. Как и владелицу. — Это чья такая тачка? Не уж то того мажора из девятого?! — не отводя взгляд от спортивной машины, воскликнула Уизли. — Это Пэнси… с чего бы это ей меня забирать? — Так это за нами? Ну, значит не мама, а мамочка. — Весело посмеявшись, та схватила Грейнджер за руку, направляясь в сторону транспорта, который вызвал не малое восхищение у Уизли. Сев в салон машины, Гермиона встретилась взглядом с Паркинсон, смотрящую на них через зеркало. — Мелкая, Джинни, привет. Джин попросила вас забрать, она там кулинарит, а папа с Блейзом возятся над починкой шкафа, — проговорила Пэнси, поправляя волосы, после чего начиная выезжать со школьного двора. Уизли же довольно наблюдали за тем, как все оглядывались на них, а затем вслед уезжающей машине. — И тебе здравствуй, Пэнс. Было не обязательно нас забирать. Если бы мама предупредила, мы бы сами доехали на общественном транспорте, не маленькие уже, — отводя взгляд в окно, вздохнув, сказала девушка. «Мелкая», «Малая», «Малышка» — все эти прозвища стали такими родными и любимыми, но при этом самыми ненавистными одновременно. Любимыми из-за того, что их говорила обладательница глаз цвета летнего леса, в которых так часто тонула Миона. Ненавистными же они стали из-за того, что это означало, что Паркинсон все ещё не воспринимает её как взрослого человека, хотя уже скоро ей будет 18. Но для Пэнси она все ещё ребёнок, с которым нужно возиться. — Какие мы недовольные, плохой день? Может, заедем в одно кофе и выпьем по бокальчику вина? Маме ничего не расскажу, — с усмешкой проговорила Пэнси, после чего уже обе девочки, посмеявшись, довольно кивнули. Джинни, в предвкушении приятного и небольшого отдыха после школы, смотрела в переднее окно для водителя, так как сидела посередине, но глаза сверкнули, когда рыжеволосая увидела кольцо на руке брюнетки. — Пэнси, у тебя такое красивое кольцо, я его раньше не видела, хотя мы с тобой и не так часто видимся, как ты с Мионой, но все же. — Только после слов подруги Грейнджер обратила внимание на кольцо с бриллиантом на безымянном пальце у Паркинсон. Она всегда носила много колец, но на этом пальце никогда. — Это Блейз подарил, мы хотели вместе рассказать за ужином, но мы решили пожениться. Только вы пока «не знаете», — счастливо говорила Пэнси. После этих слов внутри Гермионы что-то сломалось. Она безумно любила своего дядю и хотела, чтобы он был счастлив. Но как же больно, если это счастье с той девушкой, которую любит сама Гермиона, которое теперь в добавок закрепиться клятвой у алтаря. Это новая монетка в копилку неудач и новая трещина на сердце юной дивы.