Knock before entering!

      Сеул сегодня был на удивление приветлив, обдавая горожан легким летним ветром. Необычно приятная погода заставляла остановиться, чтобы ощутить на себе лучи солнца и, несмотря на разгар дня, легкую прохладу. Город, встречая девушку, словно желал показать себя с лучшей стороны, и Хан Соль верила ему. Она собрала волосы в хвост, взяла чемодан и медленно пошла вдоль парковки, иногда поглядывая в телефон. На экране было одно-единственное сообщение:       «Белый Хёндай Соната, номера 32 8603»       Если бы еще она понимала, что это значит. Соль никогда не разбиралась в машинах, надежда была лишь на номера, поэтому, несколько раз повторив про себя цифры, она устремила взгляд вниз, в надежде, что быстро найдет нужные и не запутается среди множества одинаковых автомобилей. Пройдя уже достаточное, по мнению девушки, расстояние, она набрала номер брата, но тот, конечно же, не брал трубку. Брови в возмущении поползли вверх. Зачем было обещать встретить, если в итоге он даже не отвечает на звонки? Мог хотя бы выйти из машины. В голове начали вырисовываться изображения того, как она агрессивно дубасит старшего книгами, что привезла с собой. Может так среди бесконечного вакуума появится хоть одна мысль?!       Выдохнув, Хан Соль огляделась: на парковке у аэропорта стояло с десяток автомобилей, которые еще нужно было осмотреть. Двинувшись вперед, она заметила, как из одной белой машины кто-то выходит. Но надежды не оправдались, так как, сняв капюшон, мужчина показал свои осветленные волосы. Да и по фигуре было понятно, что хозяин автомобиля намного шире старшего брата девушки. Собираясь пройти мимо блондина, она никак не ожидала, что тот, обернувшись, назовет её по имени. — Стой! Ты Хан Соль? — посмотрев на мужчину, девушка удивилась. Несмотря на массивное и, скорее всего, накаченное тело, что не скрывала даже объемная худи, его лицо было детским и очень сонным. Мужчина, хотя его стоило бы называть парнем, если не мальчиком, протер глаза, явно еще отходя ото сна и наконец улыбнулся. — Вы очень похожи с Джисоном. — Я прошу прощения, но вы кто? — Меня зовут Чан, прости что не сказал сразу, — он неловко улыбнулся, смутившись из-за своей нерасторопности и поклонился девушке. — а твой брат спит на заднем сидении.       Когда Чан сделала шаг в сторону от машины, Соль увидела спящего Хана Джисона. Откинув голову назад, он выглядел настолько удовлетворенно и расслабленно, словно забыл о приезде сестры, которую не видел два года. Хан Соль подняла руку, чтобы постучать по стеклу и разбудить старшего, но ее быстро остановили. Чан резко схватил девушку за запястье и развернул к себе, что заставило ее задержать дыхание. Парень стоял слишком близко, она чувствовала, как щеки начали покрываться румянцем. Они стояли совсем рядом, почти прижавшись друг к другу, что девушка, пытаясь втянуть в себя как больше воздуха, смогла почувствовать аромат его парфюма. Он отдавал чем-то древесным и, возможно, мятой? Она не была уверена, но этот запах путал мысли. Наконец осмелившись поднять взгляд, девушка услышала: — Не надо, Соль. Он так нервничал, не спал всю ночь и даже разбудил меня за три часа до выезда. А выезжать мы были должны за четыре часа до прибытия самолета. — Чан посмотрел на Джисона и улыбнулся. Хан Соль почувствовала какую-то отцовскую заботу от этого парня в сторону брата и это поражало. Он выглядел немного старше девушки, поэтому она сразу же записала его в сокурсники брата. Но поведение блондина не соответствовало этому. — Только не говори ему, что рассказал тебе это. Не будем рушить образ крутого независимого парня.       Соль кивнула и опустила взгляд на чемодан, в попытке намекнуть парню, что стоило бы открыть багажник. Чан сразу это понял и помог ей загрузить вещи, а потом и сесть на переднее пассажирское сидение, открыв дверь. Девушка не уставала удивляться ему. Блондин совсем не был похож на прежних друзей Джисона, он был вежлив, очень добр и почему-то смущал её каждым своим действием. И несмотря на то, что был одет во все черное, совсем не казался мрачным, а скорее мягким. Сидя за рулем, он все равно успевал иногда поглядывать на Хан Соль, из-за чего еще щеки с новой силой покрывались румянцем. Что этот парень пытается разглядеть в её лице? Распустив волосы, чтобы скрыть покрасневшие не только щеки, но и уши, она решила отомстить и использовать свое главное оружие — длинный язык. В очередной раз ощутив на себе изучающий взгляд, девушка резко повернула голову: — Что-то интересное увидел? — Просто не верил, что существуют люди еще меньше, чем Хан. — на его лице появилась довольная ухмылка. Это был флирт или просто шутка? Соль запуталась и еще больше засмущалась, благодаря бога, что догадалась распустить хвост и прикрыть волосами лицо, так как оно сияло ярче, чем красный сигнал светофора. Это не скрылось от Чана, но тот решил проигнорировать, дабы не вгонять девушку в краску еще больше. Ему нравилась эта игра, и то, как последние пятнадцать минут поездки она активно делала вид, что не замечает того, что парень разглядывает её.       И да, это действительно было лишь игрой, которая никогда не покинет пределы машины. Бан Чан знал, что Джисон запретит всем своим друзьям даже дышать в сторону Хан Соль, он сам посоветовал провести такой диалог с ними. И теперь понимал почему его друг так быстро согласился. Его младшая сестренка была очень красивой, даже в обычной серой худи и леггинсах, она привлекала внимание. Первое, что он заметил в ней это — стройные ноги, словно из рекламы новой коллекции Nike, затем аккуратно собранные в хвост длинные темные волосы, и, наконец, когда они стояли рядом, друг на против друга, он заметил глаза. Не просто заметил, они словно завладели всем его вниманием, парень забыл, что хотел сказать девушке, когда помешал постучать по окну его машины. У нее зеленые глаза, что было редкостью в Корее, он ни разу не встречал таких глаз. Сейчас, остановившись на светофоре и повернув голову, Чан снова столкнулся с этими глазами. В голове сразу же всплыло сравнение: «Словно лес, освещенный заходящим солнцем». — У тебя какой рост? Хм, ставлю на 155 сантиметров. — Парень улыбнулся как можно шире, демонстрируя ямочки на щеках. Он прекрасно знал, как это действует на девушек и пользовался этим. Но Чан совсем не ожидал, что это его оружие так и не достигнет цели, встретившись со щитом из колкостей и сарказма. — О нет, мой рост примерно сто-совсем-не-твое-дело-метров. — Девушка демонстративно отвернулась, состроив максимально недовольную гримасу и еле сдерживаясь, чтобы не ударить себя по лбу за настолько идиотский ответ. — Ты в курсе, что я вижу отражение твоего лица в окне? — Несмотря на неожиданный ответ, парень собрался и вернул взгляд на дорогу, — И говори тише, чтобы не разбудить Джисона. Если он сейчас очнется, то у него будет истерика.       А вот Соль казалось, что еще немного и истерика будет у нее. Происходил какой-то невероятный артхаусный фильм, и она была главной героиней. Девушка буквально час находится в Корее, а ее встретил какой-то флиртующий полу-подросток, старший брат спит как убитый несмотря на шум вокруг и вдобавок её везут неизвестно куда, так еще и сама Хан Соль только сейчас догадалась задуматься об этом. Она просто доверилась незнакомцу, потому что он вкусно пахнет, замечательно. Желание ударить себя чем-то тяжелым становилось все сильнее. — А… куда ты нас везешь? — Ей было ужасно стыдно за несвоевременный вопрос, но несколько часов в самолете все-таки не прошли без следа и задержки в своем сознании и мыслях легко оправдывались этим. — Как куда? К себе домой, будете вместе жить на моем чердаке. — У тебя есть свой дом? — Что? Нет! Это же просто шутка, Соль. И если брат наговорил тебе, что я миллионер, то… — Мы почти не общались эти два года, так что я понятия не имею, кто ты такой. — Девушке вновь стало неловко, она открыла окно и втянула прохладный воздух, чтобы освежить голову.       В этот момент блондин опешил и резко затормозил, от чего машина дернулась и расслабленное тело, распластавшееся на заднем сидении, наконец подало признаки жизни. — Какого хуя, мы что, еще не… Какого ху…— Хан Джисон начал активно тереть глаза, словно пытаясь проверить, не галлюцинация ли это, — Солли? Бан Чан, какого хрена ты меня не разбудил? Что вообще происходит?!        Джисон начал переходить на крик, из-за чего блондин шумно выдохнул и свернул на обочину, им нужно спокойно все объяснить. Хан Соль услышала что-то вроде «сейчас будет весело» от Чана и не могла не согласиться.       Выйдя из машины, первым делом Хан закурил. Его младшая сестра тоже потянулась за пачкой сигарет в карман, на что получила очень неоднозначную реакцию. Брат удивленно уставился на нее, совсем забыв о том, что успел поджечь сигарету и та просто начала тлеть в руке. Бан Чан же залился смехом, из-за чего ему пришлось схватиться за свою машину, иначе он просто свалился бы на землю. — Ты куришь?! — Ты тоже? — Боже, вы одинаковые! — Подходя ближе к брату с сестрой, блондин замотал головой, продолжая смеяться. Наконец отдышавшись, он повернулся, наклонил голову и с толикой осуждения посмотрел на девушку, — Хан Соль, а ты не знала, что курить вредно? — А ты мне что, папа?       «Зови меня как угодно» пронеслось в голове парня, но тот быстро встряхнулся, отгоняя эти мысли. Нужно заканчивать игру, ведь Джисон уже проснулся и больше не стоило заставлять девушку краснеть, иначе это может закончится плохо. Хоть Хан и не общался с сестрой эти два года, он точно готов был защищать её. Особенно после разговора с матерью, которая отчитывала того около получаса, постоянно повторяя «Солли теперь под твоей ответственностью, молодой человек! То, что ей 20 лет еще ничего не значит! Следи за ней, иначе вернешься домой!». Бан Чан прекрасно слышал каждое слово, и понимал, почему они так сильно переживают за свою дочь. Старая компания Джисона, там, в Малайзии, состояла из каких-то идиотов, если судить по его рассказам и учитывать факт того, что они были подростками. Окончательно Хан повзрослел только после переезда и Чан не мог отрицать, что это и его заслуга тоже. Он старался ограждать младшего от продолжительных загулов по клубам, помог найти работу и ту самую квартиру, в которую они и направляются сейчас. Блондин вздохнул и посмотрел на брата с сестрой, что не переставали выяснять отношения.       Наконец добравшись до нового дома девушки на ближайшие четыре года, она смогла расслабиться. Хан провел ей экскурсию по квартире, которая оказалась очень светлой и уютной. Соль представляла себе её совсем не так: она думала о стереотипной холостяцкой берлоге с кучей мусора и грязи, всегда закрытыми шторами, немытой посудой и, учитывая курение брата, множеством пустых пачек от сигарет. Но курить Джисон разрешал только на балконе, посуду за собой мыл каждый сам, и в каждой комнате была мусорка, что весьма предусмотрительно. Апартаменты были светлыми и просторными, никаких лишних вещей и самое удивительное для девушки, светлая мебель. Значит, брат точно тщательно следил за чистотой.       Как только девушке показали её комнату, кровать словно призвала к себе и Соль поддалась, завалившись на неё и быстро погрузившись в сон. Но не такой долгий, как ей бы хотелось. Она подскочила от очень громкого разговора и на повышенных тонах, почему-то, говорил только Джисон: — Сходи-ка к черту, Хенджин! Я предупреждал и просил между прочим! Я не хочу по десять раз представлять вас ей! И кто будет есть баклажаны?! Я их не переношу! Что?.. Да подавись ты своими извинениями и «этой милашкой, которую я просто не могу упустить», — Не совсем удачно спародировав голос Хван Хенджина, Хан попытался отдышаться, потому что ощущение во рту было, словно последние несколько секунд он читал очень быструю рэп партию, — ты прекрасно знаешь, как это важно для меня, Солли будет жить здесь несколько лет, и я хотел, чтобы все было идеально! Куда она выйдет? Замуж? Да скорее я выйду за Мина!        Тут послышался громкий смех Чана и характерное «фу» от одного из лучших друзей Джисона — Ким Сынмина. Он пришел за полчаса до начала так называемого «концерта», который устроил старший. Тот хотел познакомить его, Бан Чана и Хенджина с сестрой, но последний, без предупреждения решил, что свидание с очередной девушкой важнее знакомства с новой жительницей их «студии». Так они называли квартиру Хана, так как почти всегда работали в ней. Да, все четверо были музыкантами и жизнь, удивительным образом, свела их вместе. Сейчас же один из них получал нагоняй от второго за наиглупейший поступок. Это было заслуженно и даже Чан не возражал, хотя обычно именно он был инициатором примирений. Наконец, положив трубку, Джисон повернулся к двум друзьям: — Итак, детишки, слушаем меня! Первое правило леса, хотелось бы сказать — всегда держи нож в кармане, но нет! Теперь это пятое правило, а первое — никакого флирта с моей сестрой! Второе — никаких подкатов к ней! Третье правило — смотри первые два пункта и четвертое — даже не дышите в её сторону! Хенджину я объясню отдельно, это даже к лучшему, может так быстрее поймет. А вас попрошу следить за языком, руками и другими частями тела уже сейчас. Это значит, что тебе, Чан, надо научиться ходить в одежде!       Блондин обиженно надул губы, а Сынмин сложил ладони вместе и посмотрел наверх, благодаря бога за исполненную молитву, за что получил оплеуху от старшего. — Минни, ты не расслабляйся, от твоих «вашей маме зять не нужен?» тоже придется избавиться. — Но я так никогда и не говорил, — парень, потирая ушибленный затылок, в недоумении посмотрел на Джисона, ожидая объяснений. — Просто я ничего не придумал, потому что ни разу не видел тебя с девушками. Минни, а ты точно гетеро, или у меня есть шанс? — Только если ты станешь твоей сестрой. — Сынмин усмехнулся, но ему тут же прилетела вторая оплеуха и снова от Чана, — Я же просто шучу, ну вы и идиоты. — Еще хочешь, сопляк?! — Хан демонстративно замахнулся на друга. — Ты старше меня на неделю!       Слушая это все, Хан Соль хотела провалиться под землю. Она совсем не помнила, чтобы брат был так заботлив к ней прежде, или он просто не показывал этого? Джисон и сейчас мог это скрыть, если бы не повышал голос. Наконец успокоив пылающие от стыда щеки, девушка встала с кровати и направилась к парням в гостиную. Аккуратно приоткрыв дверь, она подошла к дивану, поравнявшись с братом. Чан поспешил обратить внимание на новую участницу их собрания: — Солли, как спалось? — Он широко улыбнулся, демонстрируя ямочки на щеках, в которых Хан готова была утонуть. Парень и так был очень привлекательным, а сейчас, сидя в одной лишь майке, что оголяла бицепсы, девушка еле сдерживалась, чтобы буквально не пустить слюни, — Ого, так вы одного роста с Джисоном, как мило. — С каких пор у тебя пунктик на рост? — Хан пытался сохранять спокойствие, но все же сделал шаг в сторону от сестры, чтобы никто больше не шутил про их похожесть. — Вы просто такие маленькие, это очень мило. — Старший делал вид, что совсем не пытался подшутить над ними, но никто ему, конечно же не поверил. Он никогда не умел врать. — Чанни, ты не то чтобы сильно выше их, так что не зазнавайся. — Сынмин выпрямился и гордо расправил плечи, показывая свое превосходство. — Со старшими нужно говорить уважительнее, Минни. — Блондин показал ему язык. — Чанни, Минни и Солли, ну что за сладкое королевство, — Джисон всплеснул руками и, наконец, решил обратить внимание на сестру. — Прости их, пожалуйста. Они просто хотят произвести хорошее впечатление. — Ну, не нарушать все правила леса у них пока не особо выходит, — девушка сама удивилась тому, что произнесла это глупое название вслух, но что поделать, её захватило веселье, которое окружало парней. Они словно не могли не подшучивать друг над другом все время. — Кстати, Сонни, не представишь мне, эм, Минни? Сынмин покраснел и опустил взгляд в пол после того, как услышал свое самое нелюбимое прозвище от девушки. Джисон тоже был смущен, но совсем не из-за того, как его назвала сестра. Она слышала «правила леса», а значит его попытки быть взрослым провалились. Хан хотел показать, что поменялся с переезда из родительского дома, но не вышло. Парень просто надеялся, что Соль не будет разочарована проживанием здесь. Прочистив горло, он повернулся в пол-оборота и вытянул руку: — Итак, Хан Соль, это Кристофер Бан, вы уже знакомы, но я не знаю насколько, так как проспал половину пути. Все возмущения по этому поводу я уже высказал, так что немного фактов о Чане, первое: Он тут самый старший, делает музыку для нашей группы и для других исполнителей, а еще он обещал купить мне дом. Думаю, если хорошо попросить, то и тебе купит. Последнее предложение заставило Бан Чана подавиться воздухом. Джисон так волновался, что сам не понимал, что говорил, а его сестра думала о том же, о чем и блондин, поэтому оба выпучили глаза на Хана, не зная, что сказать и как остановить его, чтобы не нарушить очередное «правило леса». Сынмин, заметив шокированные взгляды и поняв, что Джисон ничего не заметил, решил перевести внимание на себя: — Мы так же надеемся, что он тайный миллионер и просто проверяет нас. А может теперь представишь Белоснежку среди гномов? — У вас какое-то странное отношение к росту, мальчики. — Хан Соль это начинало раздражать, но неловкость от слов Джисона все же отошла на второй план. — Я, если честно, сам в шоке. Раньше никогда такого не было, — Джисон пожал плечами, нахмурился, и перевел взгляд на друзей. Они действительно вели себя необычно, но парень решил оправдать их появлением нового человека в коллективе. Выдохнув, он вернулся к составленному по плану тексту. — Забудем этот ужасный стыд, что вы наговорили. Итак, это Ким Сынмин, вокалист, он помогает писать тексты и всегда всем недоволен. Не миллионер, к сожалению, а обычный кассир в пекарне неподалеку от сюда. Еще есть Хван Хенджин, но их высочество не соизволили к нам явится, так что познакомлю вас позже. Есть вопросы? Хан Соль долго смотрела на всех троих, пытаясь понять, насколько нормально то, что её брат только что дал краткий экскурс по своим друзьям, хотя она могла узнать это все сама, просто пообщавшись с ними. Но тут её внимание привлек Бан Чан, который изменился в лице, с удивленного на… умоляющее? Девушка не сразу поняла, почему, но, переведя взгляд на Хана все стало очевидно — он переживал из-за ее реакции на происходящее, не хотел расстраивать Джисона, не хотел, чтобы она его расстроила. — Вопрос действительно есть. Вы не хотите пообедать?