Счастье в настоящем или в будущем?

      В апреле израильское небо особенно звёздное. Удивительно, но за десять лет регулярного посещения этой страны, Максим ни разу не видел падающей звёзды. Удивительно, потому что каждый его знакомый хвастался этой наивной, совершенно детской представившейся им возможностью загадать желание на падающую звезду. Сама возможность совершить акт «желания загадывания» ни так уж и радовала как то, что загаданное чудесным образом сбывалось. Так что повод для микро зависти все-таки зародился. Максим, конечно, уверен, что друзья преувеличивают способности «израильских» звёзд к воплощению в жизнь заветных мечт, но факт остаётся фактом. Оперевшись на перила двумя руками, в одной из которых находился телефон, Максим боролся с желанием выкинуть его к черту. Макс вглядывался в чёрное весеннее нёбо и силился рассмотреть летящий яркий огонёк, стоя на веранде особняка своего старшего брата- Димы, у которого три дня назад родился сын Григорий. Сегодня же по такому прекрасному поводу Галкин старший устроил семейный праздник. «Может мне на падающий айфон желание загадать?» — горько подумал Максим сжимая перила до такой степени, что костяшки пальцев побелели. Злость Макса, естественно, никак не была связано с Гришей. Мальчишка родился совершенно чудесный и сразу врезался ракетой умиления в сердце дядюшки Максима. Но для полного счастья и гармонии мужчине не хватало одного человека. Женщины. Мысли о которой заставили 33 летнего успешного и уже сильно популярного мужчину, никогда не отличающегося особым романтизмом задуматься о падающих звёздах. Он как раз первый раз держал на руках Гришу, когда его телефон проявил на дисплее «Любимая». У Макса перехватило дыхание от сковавшего желудок разряда в районе солнечного сплетения. Спешно передав малыша матери, Максим вышел на большой просторный балкон. Разговор был достаточно коротким, но вскрыл старые не залеченные раны на сердце мужчины и как обычно это бывает при их немногочисленных встречах и разговорах дал бессмысленную надежду. Надежду на маленький шанс, что можно ещё все вернуть. Алла тепло поздравила его с рождением племянника, спросила, как у него дела, порадовалась его достижениям. По ее голосу, Максим понял, что она старается говорить непринуждённо, но он-то знает ее лучше, чем кто либо, она волновалась. Зная ответ на свой вопрос, он все равно его задал. Просто не мог не задать. «— Давай встретимся, Алл? — Мы встретимся, если ты приедешь на мой юбилей. — Я о другом. — Я знаю, Максим. Это ни к чему.» Один и тот же ответ на один и тот же вопрос. Уже больше двух лет прошло с их расставания, но у Максима не получается смириться с этим фактом. Не получается ее забыть. Слишком счастлив он был с ней, чтобы забыть. У него не получалось даже изменить в контактной книге телефона ее имя с «Любимой» на «Алла». Глупо, конечно, но Максу казалось, что это все равно, что снять обручальное кольцо и выкинуть его в море. Он и сам до конца не мог понять почему, но чувствовал — это предаст их связь и окончательно поставит точку в их истории. Казалось бы, два года прошло, и эта точка уже стоит, но мужчина с ней категорически не согласен. Не он ее поставил. Тёплый ветер нежно ласкал его волосы, вдалеке слышался истошный лай собак. Резко оттолкнувшись от перил, он начал нервно вышагивать по балкону крутя в руках телефон. Он злился. Злился на неё за то, что оттолкнула его, за то, что решила все сама и не поверила в них. По официальной версии, представленной Максиму как причина расставания — Алла его разлюбила. Естественно, он ей не поверил. Так не бывает, что резко взяла и разлюбила. Старался вразумить, но она была непреклонна. Все твердила «Не люблю, не люблю, не люблю». Просила оставить в покое и уважать ее решение. Не ходить за ней, как Киркоров когда-то. Из задумчивого брожения, из стороны в сторону Макса вывел голос брата: — Ты чего мечешься? — с улыбкой спросил Дмитрий. — Алла звонила. — не стал скрывать Максим. — Тебе тоже? В день родов она позвонила Наталье и поздравила нас. — Здорово. — сквозь зубы буркнул Макс. — Тааак, — протянул Дмитрий, пытаясь поймать взгляд брата. — поругались опять? — Нет. — Давай, выкладывай, чего бесишься тогда? Я думал, ты уже отпустил ситуацию. Мне казалось, что с последней девушкой у тебя серьезно было. — Казалось, — чуть остыв, сказал Максим, сунув телефон в карман джинс и, облокотившись на перила, опустил голову на грудь. — Я хочу ее вернуть. — Значит, надо возвращать. — отпив из бокала янтарную жидкость, как-то просто произнёс Дима. Удивленно подняв глаза на брата, Максим уставился на него с вопросительным взглядом. Ещё в начале отношений с Аллой Дима был против их союза. Пытался убедить его, что у них нет будущего, она не родит ему детей, не сможет встать за его спину и быть за ним на втором месте, чтобы дать ему реализоваться как мужчине. Спустя время Дмитрий полностью принял Аллу, она даже стала крестной его дочери. Но когда узнал о их расставании, казалось, старался дать ему понять, что все к лучшему. Поэтому он не ожидал услышать от брата такой фразы. — Что ты так смотришь? Я всегда исхожу из твоего блага. Да, раньше мне казалось, что если ты встретишь женщину своего возраста, то для тебя это будет лучше. Прекратятся нападки и осуждения общества. Обзаведёшься детьми, будешь счастлив, как и все. Но я давно понял, что ты не я и не все. У вас с Аллой особая связь, какой-то душевный коннект. Ты столько лет не можешь ее забыть. Зачем тогда себя мучить? Сделай все возможное, чтобы восстановить отношения, если она любит тебя так же, как и ты ее, то у вас обязательно получится быть вместе. Решение бороться за расположение любимой женщины утвердилось у юмориста до одобрения брата. Мнение Димы по многим жизненным аспектам его всегда волновало, но особо не влияло на окончательное решение. Хотя, безусловно, поддержка единственного родного человека только усилила решимость. Конечно, можно было ворваться на юбилейный концерт Аллы в Лужниках. С шикарным букетом подняться на сцену, толкнуть душещипательную речь, навязать ей один из их дуэтов, поцеловать и обнять, бежать-то ей некуда — в зале люди. Красиво, пафосно, на всеобщее обозрение. В общем, шоу. Безусловно, рейтинг концерта взлетел бы до небес, но тем самым он точно не добился бы расположения Аллы. Мимолётную, наигранную радость от этой женщины он просто не смог бы вынести. Максим прекрасно знал о талантливой способности Аллы Пугачевой играть на публику. Алла была актрисой. Ему же не хотелось фальши, хотелось ее настоящую, его Аллу. Решив дождаться ее после концерта в гримерке, он начал операцию по добыванию ключа от выделенной ей комнаты. Лужники все-таки особо охраняемый объект, просто так в любое помещение не зайдёшь. Заметив взломщика по камерам видеонаблюдения, сразу набежит охрана. Он, конечно, лицо известное и выкрутился бы, но как-то большого желания объяснять администрации, почему он взломал дверь гримерки своей бывшей возлюбленной, да ещё эта возлюбленная — Алла Борисовна Пугачева, не было. Скорее всего, ключи у ее директора, но Ольга точно не пойдёт ему на встречу. Оставалось надеяться, что в сегодняшнюю смену во дворце работает один хороший знакомый Максима, отвечающий за безопасность мероприятий. — Алло, Миша, привет. Макс Галкин звонит. А узнал? Отлично! Слушай, ты на смене сегодня? Замечательно. Мне помощь твоя нужна. Ты можешь меня в гримерку к Пугачевой запустить? Максим знал, что Михаил ему не откажет. Собственно, он и помог Мише устроиться на работу, по старой дружбе. Забрав ключ у Михаила, Максим направился в гримерную к Алле. Коридоры были практически пусты, коллеги по сцене как раз вышли на общую заключительную песню. Беспрепятственно зайдя в помещение, мужчина на мгновение остановился в пороге, привыкая к такой родной, но забытой атмосфере. В воздухе витал аромат любимых духов Аллы вперемешку с сигаретным дымом. Казалось, что и не было двух этих лет разлуки. Он просто выходил на пару минут из гримерки Аллы, а когда вернулся, то все так же осталось на своих местах. По всему телу разлилось приятное тепло, а к горлу поднялся колючий ком. Шагнув в глубь помещения, он положил подарок и букет белых роз на диван, расположенный с право от двери и огляделся. На стеклянном столике у дивана стояла полная пепельница неизменных Cigaronne, у зеркала лежала в хаотичном порядке косметика, а на вешалке аккуратно весели ее вещи. Переборов желание подойти и прикоснуться к ним, вдохнуть родной запах, он резко отвернулся к зеркалу, поймав собственный взгляд. Откровенно говоря, последнее время Максим выглядел не очень презентабельно. Под глазами залегли темные тени, появилось несколько заметных морщин, а цвет лица отливал не здоровой белизной. Поморщившись, он перевел взгляд на пачку сигарет, лежавшую тут же у пепельницы. Сел на диван, вынул одну сигаретку, закурил. Когда были вместе, баловался периодически, когда выпивал или в минуты сильных переживаний, но не более. Последнее же время он курил часто. Знал, что нельзя из-за наследственных особенностей своего здоровья, все-таки отец умер из-за рака легких, но курил. Ещё один атрибут из прошлой жизни, напоминающий о ней. Вспомнил, как красиво Алла курит. Изящные пальцы с длинными ноготками элегантно сжимали никотиновую палочку, пухлые манящие губы выдыхали струйки дыма. Насколько он не любил запах табачного дыма, на столько же он любил, как она курит. Никотин проник ему в голову, ослабив внимание. Воспоминания о времени, когда они делили одну гримерку на двоих, затуманили разум. Всегда поражался, как одно присутствия этой женщины меняло всю атмосферу помещения. Рядом с ней всегда уют и радость. Когда она в хорошем настроении, конечно. Когда Пугачева в гневе, от неё расходятся такие энергетические разряды, какие и не снились жертвам удара молнией. Закурил вторую. Взглянул на наручные часы. «Видимо вышла на бис.» — пролетела мысль в голове Макса. Его переполняли странные ощущения. Безумно хотелось ее увидеть, но он понимал, что, скорее всего, встреча пройдёт быстро и скомкано, а так хочется ещё несколько минут побыть в ее мире, в ее атмосфере. Наконец, слух уловил шум, открывающейся двери. Донеслись знакомые голоса: — Алла Борисовна, у меня ключи. — вдалеке послышался голос директора Аллы. — Оль, не беги, разобьёшься! — смеялась Алла. — она открыта. Максим потушил сигарету и поднялся на ноги. — Алл, а дайка я первый зайду. — Макс узнал голос Саши Буйнова. — О, господи! — охнула Алла и, видимо, отошла, потому что в проеме появилась голова Буйнова, а следом Игоря Николаева. — Расслабьтесь, громилы. Свои! — широко улыбаясь, подняв обе руки в верх, смеялся Максим. — Галкин! — как всегда громко поприветствовал Саша, заключая Максима в объятия. Незаметно для себя, Макс перекочевал в руки Игоря и только потом заметил в дверях Аллу. Сердце пропустило пару ударов, а глаза не могли от неё оторваться. Взгляд у неё был растерянный и взволнованный. Собравшись в кучу, Максим выдавил из себя приветствие: — Здравствуй, Алла. — Здравствуй. — женщина встряхнула головой и оглядела его с ног до головы. Повисло неловкое молчание. Друзья прекрасно знали историю Аллы и Максима. Знали и то, что общаться друг с другом у бывших возлюбленных не получалось. — Мужики, мне бы именинницу поздравить. — многозначительно посмотрев на Сашу и Игоря, намекая на «Пошли бы вы отсюда уже.», Максим взял в руки пакет с подарком. — Да, Аллочка, нам пора. — первым уловил намёк Николаев и, положив руку на плечо Александра, повёл последнего на выход. Алла хотела было что-то сказать, но, видимо, не найдя аргумента, чтобы друзья остались, понуро проводила их взглядом. Когда за мужчинами закрылась дверь, а Алла медленно прошла в комнату, Максим заговорил: — С днём рождения, Алла. — хриплым голосом проговорил Максим, протягивая ей подарок. Он так много хотел ей сказать, но именно сейчас в голове не было ни одной мысли, ни одной подходящей фразы. Да и он был уверен, что сегодня ей было много сказано удивительных слов любви. Ее чуть растерянный, уставший взгляд путал его мысли и не давал сформулировать слова в предложения, что у него бывает очень редко. Трёхчасовой концерт, очевидно, вытянул из певицы всю энергию. Но Максим отметил для себя, что она не злилась, даже, казалось, рада его видеть. Как же хотелось понять, какие мысли сейчас крутятся в этой прекрасной голове. Женщина опустила глаза на подарок и потянулась рукой за ним. Отдав пакетик, он не смог устоять перед соблазном, шагнув к ней на встречу, Максим легонько обнял Аллу за плечи. Она вздрогнула, но не оттолкнула, а когда ее тёплые руки легли ему на спину, он почувствовал, как у него чуть онемели ноги. Не выпуская ее из рук, он прошептал ей в волосы: — Ты прекрасно выглядишь. Медленно проведя руками от плеч вниз к пояснице, Максим почувствовал, как напряглись ее мышцы. Молчание женщины жутко напрягало, но он и сам не знал, что сказать. Силясь отстраниться, его разум каждую долю секунды проигрывал бой желанию никогда не отпускать ее. Последний раз он прикасался к ней больше года назад. До этого момента, скучая по объятиям с ней, он даже не подозревал насколько сильно ему на самом деле ее не хватает. Наслаждаясь этими секундами, Максим не сразу заметил, что Алла пытается отстраниться. Нехотя отпустив ее от себя, он взглянул ей в глаза. Грудь пронзила колющая боль, как будто в него ударил электрический разряд. В удивительных голубых глазах стояли слезы. Дёрнувшись к ней, он замер на месте, услышав ее голос: — Нет. — прошептала она, подняв ладонь перед собой. Не желая стеснять ее вторжением в личное пространство, он сел в кресло, расположенное напротив дивана. Проследив за его движениями, Алла опустилась на диван, закурила сигарету и принялась, не глядя на Максима, распаковывать его подарок. Как заворожённый, он смотрел на нее не отрывая глаз, а в голове крутилась только одна мысль: он должен ее вернуть. Вернуть возможность прикоснуться к ней, вдыхать ее запах, вернуть возможность наслаждаться ею. Когда Алла закинула ногу на ногу и ее короткое платье оголило бедро, Максим порывисто выдохнул и потянулся за сигаретой. Ему надо отвлечься. Потрясающие ноги Аллы всегда были его слабостью. — Тебе нельзя курить. — взволнованно смотря на него блестящими от слез глазами, сказала Алла. — Всем нельзя. — пожав плечами, удивляясь, как буднично прозвучал его голос, ответил он. — Нравится? — спросил, указывая взглядом на красную коробочку в ее руках. — Оно прекрасно. — хрипло прошептала Алла. Кольцо обошлось Максиму по цене двух много квадратных квартир в Москве. Но это того стоило. Кольцо действительно было прекрасно: большой прямоугольный прозрачный бриллиант в компании бриллиантов поменьше. Снова повисла звенящая тишина. Оба курили. Помня, как Алле необходимо собраться силами, в тишине выкурить одну сигаретку после концерта, Максим не стал нарушать ее ритуал. Сцене певица отдавала всю себя. Всегда эмоционально переживала каждый выход к зрителю. Максим пытался ее «излечить» предлагал психологов, коучей. Нет, Алла оставалась собой. Мужчина сделал последнюю затяжку, затушил сигарету и медленно, как лев, приближающийся к своей добыче, подошёл к Алле. Сев рядом с ней, Максим взял из ее рук подарок, вынул кольцо из коробочки и нежно надел украшение на пальчик правой руки. Услышав, как она порывисто выдохнула, он поднял взгляд к ее лицу. Манящие губы приоткрылись, а глаза пристально следили за его движениями. Встретившись взглядом с ним, она выдернула свою руку и встала с дивана. — Зачем ты это делаешь? — нервно поправляя привычным движением свою прическу, хрипло спросила Алла. — Что это? — Не юли. — пристально вглядываясь в его лицо, попросила она. — Я же тебе сказала, что не хочу с тобой разговаривать. Но ты все равно ворвался в мою гримерку, даришь, очевидно, дорогое кольцо и вообще ведешь себя так, как будто ничего не произошло между нами. — разведя руками, негодовала женщина. — Может, объяснишь тогда, что между нами произошло? — начал закипать Максим. — Ты прекрасно знаешь. — сощурив глаза, проворчала певица. — Нет, не знаю. — с нажимом повысил голос он. — Что, Алла? — Мы расстались, Максим. — Нет, это ты меня бросила! — выпалил он. — Для тебя так лучше. — Я сам решу, что для меня лучше. Быть рядом с любимой женщиной, например. — Прекрати! — вскрикнула Алла. Максим не хотел устраивать выяснения отношений в день ее рождения. Но она делает ему невыносимо больно, и Максим поддался эгоистичному порыву уколоть в ответ. Они смотрели друг на друга пару минут в тишине. — Я здесь потому, что люблю тебя, Алла. – чуть тише проговорил Максим. Расширив глаза, она замерла и смотрела на него, как на приведение. Отмерев, затянулась, нервно выдохнула дым и затушила сигарету о пепельницу. Ещё раз кинув на него недовольный взгляд, принялась снимать кольцо: — Я не приму его. — повысив голос, Алла протянула ему колечко. — Забирай и уходи. — Не примешь? — поднимаясь с места, спросил Максим. Его бесило, что она не хочет признать, что по-прежнему неравнодушна к нему. Но по какой-то дурацкой причине не хочет дать им обоим шанс быть счастливыми. — Нет. — с вызовом ответила женщина и положила украшение на туалетный столик за собой. — Уходи, я не хочу тебя видеть! — последние слова Алла произнесла так звучно и властно, что он даже поморщился. Максим почувствовал, как его накрывает волна раздражения. Скорее даже цунами. Почему он должен страдать из-за того, что эта женщина вбила себе в голову какую-то чепуху и решила разбить ему сердце. Два чертовых года он мучается как сопливый школьник в первую любовь и не может обуздать свои чувства к ней. И ладно, если бы она разлюбила. Но нет же. Тоже любит. Он больше не может находится с ней в одном помещении. Если сейчас не уйдёт, то окончательно испортит ее день рождения. Надвигаясь на нее, он наблюдал, как Алла пятится назад, растеряв былую уверенность. Уперевшись в гримерный стол спиной, она смотрела на него испуганными глазами. Его разрывало желание накричать на нее, достучаться, наконец, до ее разума. Сжимая руки в кулаки, он сдерживался, чтобы не разгромить тут все к черту. Максим не помнил, чтобы хоть когда-нибудь испытывал подобный гнев. Гнев от несправедливости, от полного отчаянья. Приблизившись к ней в плотную, он наклонился к ее уху и прорычал: — Тогда выброси его. Не так он представлял себе их встречу. Уж точно не хотел пугать ее своими эмоциями. Но все горькое и негодующее, что он передумал за многочисленные месяцы, бурлило в нем и угрожало выплеснуться бешеным потоком на Аллу. Он уже пожалел, что подошел к ней так близко. Ее аромат и дурманящее разум тепло тела только сильнее дразнило его. — Максим. — умоляющее прошептала Алла, легонько кладя ладошку ему на грудь и заглядывая в глаза. Это уже было выше его сил. С глухим рыком он всем телом прижал ее к столику, с которого с шумом повалилась косметика, разбиваясь о плиточный пол. В нос резко ударил стойкий запах Аллиных духов, безжалостно расплескавшихся по всей комнате. Максим железной хваткой сжимал ее талию руками, буквально пытаясь вжать ее в себя. Прикоснувшись губами к ее нежной шее, мужчина не сумел сдержать очередной рык. — Нет! — воскликнула Алла, пытаясь оттолкнуть его от себя руками. — Я прошу тебя, уходи. Мысли путались. «Вот она, рядом. Бери!» — пронеслось у него в голове в ту секунду, когда по комнате разнесся испуганный детский голос: — Алла! А что вы делаете? Мгновенно отпрянув от женщины, Максим замутнённым взглядом уставился на маленького десятилетнего мальчика, голова которого виднелась из приоткрытой двери. — Дени, Максим поздравлял меня с днем рождения. Заходи скорее! — наспех вытирая тыльной стороной ладони влажные дорожки с щек, женщина позвала внука. — Ты плачешь? — настороженно спросил мальчик, все также находясь в дверном проеме, поглядывая на Максима. — Кто плачет? — за мальчиком появилась высокая блондинка. Кристина подтолкнула сына в комнату и сама зашла следом, закрывая дверь за собой. Увидев Максима, она на секунду замерла, а затем перевела взгляд на разбросанные вещи и маму, со слезами в глазах. У Максима сердце забилось у самого горла. Ведь он прекрасно знает, что Кристине не раз приходилось спасать мать от мужчин драчунов, а значит, представившаяся ей картина натолкнула ее на определенные выводы. Алла, видимо, тоже поняла возможный ход мыслей дочери и, пытаясь принять безмятежный веселый вид, проговорила: — Это от радости, малыш. У меня же сегодня праздник. — мальчик с недоверием оглядел несколько раз бабушку и Максима. — Привет, Дени. — нарочито весело поздоровался Макс, протягивая руку мальчику. — Привет. — после короткого колебания он важно протянул руку в ответ, крепко пожимая ладонь Максима. — Здравствуй, Кристина. — улыбаясь, добродушно поприветствовал ее мужчина. — Привет, папаша. — с подозрением, один в один, как ее младший сын, поздоровалась она. — Соскучился по семье и решил, что тут тебя горячо ждут? Я так понимаю, встреча прошла бурно? — съязвила Кристина, кивая в сторону Аллы, стоявшей в эпицентре мешанины из рассыпанных теней и пудры вперемешку с духами. Ранее черные замшевые туфли примадонны были покрыты разноцветным порошком. — Кристина. –шикнула Алла. — Да, соскучился. — успев отойти от распаляющих эмоций, беззлобно ответил Максим. Он понимал, что Кристина просто пытается защитить маму. Нет смысла с ней конфликтовать. В помещение заканчивался свежий воздух. У Максима начало противно ныть в висках. Повернувшись к окну, он распахнул его настежь. В гримерку хлынул апрельский прохладный ветерок. Бросив быстрый взгляд на Аллу, Максим направился в сторону выхода. Смысла оставаться он не видел. Поговорить им уже не удастся, а светская беседа явно не подходила под компанию. — До свидания, рад был всех увидеть. — сказал Максим, пожимая руку Дени. — Ты снова нас бросаешь? — грустно проговорил мальчик. Сердце мужчины ухнуло в пятки. Он даже не подозревал, что ребенок переживает, что его нет рядом. Хотя задуматься стоило. Для Дени Максим был полноценным членом его семьи, ведь родился он всего на два года раньше их с Аллой знакомства. Мальчик часто оставался у них в гостях и даже иногда называл его дедуля, не совсем осознавая роль Максима в семье. Ошарашено взглянув на Аллу, Максим пытался придумать, что ответить. По выражению лица певицы он понял, она не знает, как реагировать. Но на помощь пришла Кристина. — Милый, Макс нас не бросал. У него последнее время много работы. — сурово глянув поверх сына на Максима, она глазами указала на Дени, мол -«Скажи, что-нибудь, балда!». — Если хочешь, мы можем вместе сходить куда-нибудь. — не придумав ничего путного, выпалил Макс. — Хочу, конечно. — воскликнул ребенок. — Супер! — прошипела Кристина, закатывая глаза. — Мне правда пора идти, Дени. — с грустью сказал Максим. Мальчик подошел и обнял его за талию, Макс неуверенно обнял его в ответ. Подняв глаза на Аллу, он заметил, как она пытается сдержать слезы. — Я провожу тебя. — уверенно сказала Кристина и, не дав маме, попытавшейся было остановить ее, сказать ни слова, первая вышла за дверь. Последний раз взглянув на Аллу, Максим нажал на ручку и вышел за дверь. В коридоре на каждом шагу Максим встречал своих многочисленных друзей и коллег. Они светились счастьем и безмятежностью. В какой-то момент он даже почувствовал жуткую вину перед Аллой, потому что посмел внести негатив во всеобщую радость. Идея поговорить с ней именно сегодня, по его мнению, окончательно превратилась в огромную ошибку. Наконец Кристине надоело терять с ним свое время на пустые разговоры с друзьями, и она затолкнула его в первое попавшееся пустое помещение. — Что это сейчас было в гримерке? — без прелюдий набросилась на него блондинка. — Ничего такого, из-за чего тебе стоило бы беспокоиться. — подчёркнуто вежливо ответил Максим. — Галкин, ты меня за дуру держишь? — прищурившись, прошипела женщина, разводя руками. — Кристина. — предупреждающе прорычал он. Настроение мужчины окончательно испортилось. Злость на себя, на Аллу, на счастливых людей в коридоре поглощало все его существо. Отчаянно хотелось курить. Душевное состояние совершенно не располагало на откровенный разговор. Он в данный момент себя то не в силах успокоить, ни то, что взволнованную Кристину Орбакайте, характер которой был пуще, чем у ее популярной мамочки. — Что, Кристина? — распалялась блондинка. — Бросил ее, а нагулявшись, решил вернуться под теплое крылышко? Еще и таким свинским способом. В ее юбилей? Я не позволю тебе еще раз разбить ей сердце! — кричала она. — Это она тебе сказала? — ошарашено уставившись на Кристину, спросил Максим — Сказала, что я бросил ее? — Молодец! Хорошо играешь. — шипела, как кошка, девушка. — Не бросал я ее! Ясно тебе или нет? – проорал Максим. Повисло минутное молчание. Они злобно сверлили друг друга глазами. Кристина первая отвела взгляд и безнадёжно покачала головой. Видимо, его лицо выражало такое явное негодование, что заставило ее засомневаться в сказанном. — Она сказала тебе, что я ее бросил? — отчеканивая каждое слово, спросил Макс, рьяно стараясь сдерживать свой пыл. — Ничего она мне не сказала. — наконец выдохнула она, раздосадовано отводя взгляд. — Какую-то чепуху про «не сошлись характерами» твердит и все. Верю, как же. Вот только ее душевное состояние наталкивает на мысль, что не она стала тем, кто смог бы с лёгкостью разорвать отношения. Значит, ты ее обидел. — выделив последнее предложение, тыкая ему в грудь пальцем, сказала Кристина. Стоило бы, конечно, прекратить этот разговор, Максиму не очень-то хотелось делиться с Кристиной подробностями своей личной жизни. Тем более оправдываться за то, что он не совершал. Но в голову пришла отчаянная мысль, что она может помочь ему вернуть Аллу. Пугачева обожала свою дочь, которая была, может быть, единственным человеком, который может повлиять на нее. Не плохо бы заручиться ее поддержкой. — Я ее не бросал. Сама ушла. — с горько усмешкой произнес Максим. — Да, представь себе, не бил, не изменял. Или что ты там еще себе придумала? — Допустим, я тебе поверила. — с иронией сказала девушка. — Но почему ты пришел сейчас? Не два года назад? — Приходил. Был послан. Знаешь ли, когда любимый человек говорит, что ты ему не нужен, что не любит тебя, это, мягко говоря, отталкивает. — грубее, чем следовало, сказал мужчина. — Что пришел то тогда? — Было время подумать. Она мне нужна. После сегодняшней встречи я убедился, она ко мне не равнодушна. Нет смысла мучать друг друга. — уверенно произнес Максим. Орбакайте с минуту смотрела на него, молча обдумывая услышанное. В душе Максима теплилась надежда на то, что Кристина ему поверит. У них всегда были теплые дружеские отношения, не считая времени в самом начале их с Аллой романа. Дочь примадонны не скрывала, как рада, что с мамой рядом наконец-таки находиться человек, способный сделать ее абсолютно счастливой. — Хреново выглядишь. — прервав молчание, иронично произнесла Кристина. — Зато ты, как всегда, превосходно. — усмехнулся мужчина, почувствовав расположение блондинки. — С Дени говоришь, хочешь погулять? — приподнимая бровь, задумчиво спросила девушка. — Без обид, но с его бабушкой прогуляться у меня желания гораздо больше. — Ну, естественно. — закатила она глаза. Кристина развернулась на каблуках и пошла на выход из помещения. — Если ты мне соврал хоть в микрофакте, я тебя собственными руками кастрирую. — кинула она через плечо и вышла. Сняв очки и проведя ладонью по лицу, Максим шумно выдохнул и направился на поиски Михаила. Пришло время вернуть ключи.