3.
20 сентября 2022 г., 03:11
Сегодня 13 октября, и я проснулся на удивление поздно. Ночь была мучительной.
Раз за разом, как на повторяющейся пленке, я видел сон. Моя тонкая, с ярко выраженной сосудистой сеткой на запястье, рука ведет по смуглым бедрам. Аккуратно обводит, едва касаясь ногтями, россыпь темных родинок и пару выцветших шрамов. Идет чуть выше. Касается черных кучерявых волос. Ни грамма пошлости, лишь интерес. Наивный, почти как детский.
Лица человека из сна я как ни пытался восстановить в своей памяти, у меня ничего не вышло.
Впрочем, есть дела куда поважнее, чем рефлексия и воспоминания о том, что не имеет значения здесь и сейчас. Курю ментоловую сигарету, стоя на балконе. Зябко. Вздрагиваю всем телом и с шумом захлопываю старую деревянную створку.
Я часто вспоминаю свое детство. Мой отец ушел из семьи когда мне было пять лет, но мама всегда старалась быть рядом. И я действительно не чувствовал себя каким то другим, не думал о том что моя семья «неполная». Мы жили в пригороде большого города, в тихом районе для обычных рабочих и их семей.
Наш город полностью зависел от предприятия рядом, где и работала моя мать. Не помню, чтобы у меня было много друзей. Но мне всегда было чем заняться. Неподалёку от нашего покосившегося домишки жила семья мигрантов из Средней Азии. Они всегда держались обособленно, и мне очень нравилось, между играми с соседскими ребятами, подглядывать за бытом этих угрюмых, смуглых и с узкими недоверчивыми глазами, людей.
Я сидел в кустах. Мы играли в казаки разбойники, и мне наконец выпала участь последнего. Место я выбрал очень тщательно. Я заприметил этот палисадник еще когда шел в магазин за молоком, куда меня послала мать.
Кажется, другие ребята забыли про меня. Солнце медленно уплывало за горизонт. И тут из-за угла вышел мальчик. Ежик темных жестких волос, грязная футболка. Острое лицо с ярко очерченными скулами. Длинные конечности, природная смуглость. Мне показалось, что он приходит сюда не впервые. Постояв с минуту, он сел на корточки и начал выводить веточкой на песке какие то рисунки. Я затаил дыхание. Знал, что как только он уйдет, я обязательно пойду смотреть, что же он так старательно чертил на мокром после грибного дождя песке.
Я не смел двинуться. Завороженно наблюдал за рукой мальчишки. Он так старался, что аж закусил губу. Потом резко встал. Его напугал лай соседской собаки неподалёку. Оглянувшись пару раз, как если бы он чувствовал мое безмолвное присутствие, он отряхнул свои синие шорты и побежал куда то в сторону леса. Подождав, пока легкие мальчишеские шаги отдалятся настолько, чтобы не выдать мою невольную слежку, я выпрыгнул из влажной листвы, и подбежал к тому месту, где минуту назад сидел этот странный пацан. На песке, очень четко и выверенно, как если бы они были написаны на бумаге, красовались символы на неизвестном языке. Я заприметил пару набросков, сделанных как будто случайно, не особо подробно и старательно.
Я бросил беглый взгляд в сторону лесного массива, как будто проверяя, не виднеется ли за стволами деревьев черноволосой макушки.
Мой интерес к этому тихому, не идущему на контакт мальчишке, рос с каждым днем. Даже будучи ребенком, не особо придающим внимание деталям, я не мог не заметить как блеснули черные, какие то потусторонние глаза испуганного лаем собаки пацаненка.
