Разворот на двести семьдесят градусов

Вечерело. Рыбаки начали подтягиваться к заранее прикормленным местам, а береговые ласточки еще с писком носились над водой. Через полчаса тут сидеть станет невозможно из-за комаров. Шанайра и на редкость неразговорчивый сегодня Сим сидели возле реки. Шан хлопнула себя по щеке, смахнула убитого комара и продолжила замершую беседу. — Теперь получается я могу пойти в полицию. Подать заявление, рассказать обстоятельства, ну должны же они мне помочь? — Должны, конечно, — Сим неопределённо пожал плечами. — Они много чего кому должны, но мало что кому делают. Я бы на твоём месте никуда не шёл. — Вот знаешь, у меня складывается впечатление, что ты не хочешь чтобы я вернулась к нормальной жизни! — Конечно. Иначе зачем бы я с тобой возился? Давай на чистоту. Спецов среди нас, по понятным причинам, мало. Взаться им неоткуда, ну вот только если таких как ты приручать. — Приручать? — возмутилась Шанайра. — Как хочешь так и назови. — Но я думала, что между нами, что у нас… — Стоп! Я никогда тебе ничего не говорил такого и уж тем более не обещал. Если ты себе придумала сказку о спасённой принцессе и любви до гроба, то она не про нас. — Ах ты! — Шанайра резко поднялась с травы. — Значит помогать мне не будешь? — В полиции? Нет, — Сим отрицательно покачал головой и посмотрел на Шан снизу вверх. — Я не хочу смотреть как тебя будут унижать, поверь, я знаю что там будет. — Ну и не надо! Сама справлюсь! Она развернулась и почти бегом вернулась домой. По пути нещадно себя ругала за то, что приняла расчет за проявление чувств. «Что ж я за идиотка такая? Позорище! А он тоже хорош, манипулятор фигов!» — ей хотелось злобствовать и орать, но вокруг было слишком много знакомых и она держалась как могла. Только зайдя домой, разревелась не постеснявшись бабку Иляну, а та никак не прокомментировала это событие. И так всё ясно. Вопреки опасениям, знахарка спокойно отнеслась к тому, что Шан решила пойти и подать заявление. — Я давно живу, всякое видела и знаешь что тебе скажу? Иди! За тебя никто твою жизнь не проживёт. Считаешь нужным — конечно ступай. Денег тебе дам и на проезд и на всякое разное хватит. Хорошо накопилось. — Ой! Я как получу доступ к счёту — сразу всё верну! — Да это твои. Ты же у меня тут скоро как месяц в помощницах. Так что смело забирай и иди. Учти, что к ужину я тебя в любом случае жду, — хитро улыбнулась и добавила, — всегда. — Спасибо, — обняла знахарку Шанайра. — А вот Сим против, я вообще думаю, что он обиделся. — Ну и что. Он взрослый мальчик, переживет. Смотрю да и ты подостыла. Я ведь ему сразу сказала тебе голову не морочить. — Он ни при чём, я сама запуталась. Хорошо что не влюбилась, — помедлила, прислушиваясь к чувствам, и добавила, — вроде как. — Вроде, — Иляна многозначительно покачала головой и вышла во двор. На следующий день, прижав газету со своей фотографией к груди, (так-то газета лежала в сумке, но в мыслях, Шан несла доказательство своего существования именно у сердца) она смело зашла в отделение полиции. Встретили её на редкость радушно. Выслушали, приняли заявление, спросили как с ней можно связаться, выдали справку и попросили для подтверждения её личности привести двух свидетелей. Окрыленная успехом, она поехала домой и сразу зашла в офис домоуправления. Договорилась с слесарем о новых замках, рассказала свою трагическую историю бухгалтерии, получила порцию заверений, что в любом случае ей помогут и довольная уехала в клинику. Вообще, первым делом она пошла восстанавливать телефон, но по справке, выданной в полиции, ей отказали и в продаже аппарата, и в номере. Поэтому приходилось вопросы решать лично, а не по звонку. Через сорок минут и полчаса ожидания в приёмной, она наконец попала к главному врачу и подробно описала ситуацию. — Я, конечно, всё понимаю, — глядя в окно, наконец, ответил главврач, — но и вы поймите. Вас не было больше месяца. Что мы могли подумать? Отпуск ваш был запланирован лишь на неделю, затем мне пришлось принимать меры. Решением комиссии вас уволили за прогулы, ставку вашу отдал. — Но что-то же можно сделать, теперь, когда вы в курсе? — Мне надо подумать. В любом случае сначала дождемся результатов следствия. Шанайра шла по коридору в ординаторскую и ловила на себе косые взгляды. Поддаваться страху или грусти она не собиралась. Хоть вчера и закончился день предательством со стороны Симку, а именно так она расценила его тайный план, но сегодня при всех запинках и заминках она чувствовала, что не всё еще потеряно. Сейчас ей осталось только попросить кого-то из врачей съездить с ней в полицию и подтвердить её личность. И всё будет хорошо.