warm me with your fire

Проснувшись следующим ранним утром, Кэйа обнаружил себя укрытым и с нещадно гудящей головой. Птицы за окном неугомонно трещали, но сил на них злиться не было. Сил вообще ни на что не было. Приоткрыв свободный от повязки глаз, капитан с облегчением увидел стакан воды. «Может вот она, моя почтенная старость?..» — с иронией подметил он. Усевшись на мягкую кровать и залпом выпив прохладную воду. Послышался ровный стук в дверь. — Войдите Гостя дважды звать не пришлось, хотя фраза и была сказана тихо. Дилюк подчёркнуто аккуратно открыл дверь и неслышно зашёл, лёгким движением закрыв за собой дверь. Секунду подумав он развернулся и защелкнул замок. У Кейи появилось предчувствие очень личного разговора, оно буквально вопило о том что просто так не выкрутиться. К сожалению, острый на язык как в трезвом состоянии, так и состоянии подшофе, капитан не слишком умел сентиментально расписать свои чувства. Конечно же, вечерний случай накануне он в расчёт не брал, в силу отсутствия памяти о нем. — Давай проясним — без лишних расшаркиваний начал Дилюк — что ты помнишь о вчерашнем вечере? — Погода того дня была прекрасна настолько, что не насладиться изысканным вином было бы настоящим преступлением! И «Доля ангелов» к вечеру как раз ждёт посетителей, по этому моя сиятельная персона — Кейа картинно поклонился — слегка перебрала с наслаждением. «Прекрасно, если напиться до беспамятства называется слегка, то я — Мери Поппинс» к сожалению, произнёс Дилюк в мыслях, закатив глаза и тяжело вздохнув. — Ты вчера многое мне сказал. Если в кратце: ты просил прощения и настаивал на разговоре, но выяснять отношения на твою пьяную голову было неуместно, и мы условились на сегодня. Большинству людей был бы незаметен секундный ступор капитана и проскочивший в глазах страх, но его «брату» он был очевиден. Максимально быстро скрыв эти эмоции Кейа произнес: — что именно я тебе сказал? — голос предательски дрогнул в начале фразы. Капитану резко захотелось провалиться под землю, конечно, в какой то степени было хорошо, что его словоизлияние произошло именно перед Дилюком, но и от него есть свои секреты, которые он не готов и вряд-ли когда-нибудь будет готов выслушать, не вычеркнув при этом из жизни Кейю. — Ты просил прощения за то, что не в то время рассказал мне кто ты на самом деле. Повторюсь, по той причине, что ты не помнишь в силу своего… состояния: я тебя простил. Уже давно. — умышленно скрыв момент самоненависти Кейи и часть его слов по этому поводу, воимя сохранения не такой смущающей обстановки в комнате, Дилюк немного склонов голову произнёс — ты хочешь это обсудить ещё или же моих слов тебе достаточно? До этого слегка расслабившийся капитан, поняв что не взболтнул слишком много лишнего и личного, вновь задумался. — Да, пожалуй, я бы хотел ещё немного поговорить.

***

С прошествием чуть более двух часов и довольно личного разговора молодые люди наконец спустились к столу. Для остального мира было всего девять утра, но для наших разговорчивых жаворонков по определённым обстоятельствам уже давно было пора завтракать. К счастью горничные уже трудились и через несколько минут на столе стоял горячий завтрак. Не слишком привыкшие к завтраку в обществе с кем-либо, братья приняли обоюдное решение провести его в тишине. Обстановка, на удивление, была даже комфортной, остаточное напряжение после разговора конечно оставалось, но и оно поубавилось после завтрака. Кейа даже жалел, что не нашёл в себе сил открыться раньше. Сейчас ему было как никогда хорошо, ведь то шаткое доверие на протяжении огромного количества времени он считал сугубо своей виной и очень корил себя по этому поводу. А тут оказалось что не он один страдал по этой причине, но не считал верным сделать первый шаг. Жаль, конечно, что абсолютно все он вряд ли когда-то сможет доверять, пожалуй, будет даже лучше если все останется как есть. Альбериху хватит и того доверия что он получил сейчас, а дальше… дальше на все лишь воля судьбы. И только когда завтрак был завершён, а кофе спокойно стояло на столе дожидаясь своего времени, наконец, тишина была нарушена: — У меня сегодня переговоры с новым поставщиком из Ли Юэ. Меня не будет на винокурне до вечера, но ты можешь остаться если хочешь. — эти слова были сказаны хоть и почти без эмоций, но интуитивно чуствовалось что в конце должно быть «я хочу, что бы ты остался.» — боюсь, Мастер Дилюк, у меня сегодня тоже есть некоторые дела, и все же, раз я могу остаться, то всенепременно присоединюсь к ужину. — по-лисьи ухмыляясь произнёс Кейа. «моя бы воля — не уходил. На лошадок смотреть надо. Жаль, смотреть — не на что.» — тогда, жду тебя за ужином.