warm me with your fire

Только выйдя из злополучной пещеры она растворилась. Сложно будет объяснить простым людям что такое аномалии артерий земли. Но сейчас это волновало не так сильно. С трупом на руках они могли лишь думать о ток как повезло. Повезло что они не остались там, в кандалах, с разрезанными животами и на крюках. Повезло что они живы. Оба. Сил что то сказать не было. Это и не требовалось. Они оба думали об одном и том же даже не подозревая этого: «пережив такое будет странно не признаться» но страх сковывал сердце, стоило лишь подумать о последствиях. Так страшно не было в пещере. Самое тяжкое было потерять друг друга от пары таких, на первый взгляд, простых слов, пережив несколько почти смертельных моментов. Было банально страшно. Их быстро обступили волонтёры, начиная было спрашивать о произошедшем, но останавливаясь видя плачевный вид братьев. Кейа наскоро все объяснил и они отдали труп, все в том же тёмном и промокшем от телесных жидкостей пальто волонтёрам. Сил больше что то рассказывать небыло, как и смысла — все что нужно они уже рассказали. Герои побрели домой. На винокурню.

***

Закатное солнце пробивалось сквозь занавешенные окна. Прошло всего пара часов с их освобождения, но Кейа и Дилюк чувствовали себя гораздо лучше. Наверное, пришло время. Рагнвиндр постучал в комнату кавалера. Пожалуй, первый раз в жизни он настолько боялся зайти в комнату и начать разговор. Но бояться долго не пришлось, почти сразу дверь открылась и взору открылся полуголый Кейа с ещё мокрыми волосами. — я хотел с тобой поговорить. — стараясь сдержать такую предательскую дрож в голосе произнёс Дилюк. Альберих открыл дверь шире и пропустил брата в комнату, попутно накидывая на себя излюбленную белую рубашку. В немного неловком и напряженном молчании они уселись на мягкие кресла. Прокашлявшись, красноволосый начал: — ты спас мне жизнь уже второй раз за эти несколько дней… спасибо. — Кейа хотел уже было сказать что то в своём духе, но был остановлен жестом Дилюка. Он продолжил таким же серьёзным тоном. — не перебивай меня, пожалуйста. Всё это время меня очень беспокоит одна вещь: как только ты снова появился в моей жизни, началась полная неразбериха. — Альберих уже хотел было возмущаться, наплевав на просьбу не перебивать, но вопрос, следующий за этим высказыванием привёл его в небольшой шок. — ты не мог бы. всегда оставаться в моей жизни? Кейа этого не ожидал. Совсем. Он и сам хотел бы сказать нечто подобное, долго обдумывал что сказать, но сейчас, в разгаре того, что он себе представлял так долго все то, что он хотел сказать забылось. — конечно. — единственное, на что его хватило. Тихо выдохнув с облегчением, Дилюк хотел было подняться с кресла, но Кейа, слегка тараторя произнес: — я тоже хочу тебе кое что сказать! — теперь уже сильно стал нервничать кавалер. От себя сейчас он тоже этого не ожидал, в целом, все что было связанно с Дилюком было неожиданным. — вернее признаться… я. я Кейя замямлил, это было ему несвойственно. Значит то, что он хочет сказать… — я тебя люблю — на одном дыхании произнёс он отворачивая голову и пряча глаза. По телу Кейи шла едва заметная дрожь. Дилюк замер, обдумывая смысл услышанных им слов. Потребовалось несколько болезненный секунд и он поднялся с места. Альберих готовился к пощечине, тираде или просто тому что Дилюк развернётся и уйдёт не сказав ни слова. Плечи кавалера поникли. Но он не ожидал того, что в следующий момент его сгребут в теплые и осторожные объятья. Прижмут к себе, а не оттолкнут. На ухо послышалось тихое и ласковое: я тоже тебя люблю