Сердце зверя

      В деревне было заметно какое-то движение. Олег затаился в кустах, радуясь, что тьма ночи хорошо скрывала его от взглядов людей. Можно было осторожно осмотреться, не привлекая к себе внимание, хотя слишком вылезать из леса было опасно.       Присмотревшись, Волков заметил чету Хаяси. Они что-то рассказывали главе деревни, а хозяйка дома, где они жили, то и дело вскидывала руки к небу. Кажется, её причитания даже долетали до наёмника. Вероятно, она во всех красках описывала их с мужем ужас, когда в доме появилась куча оборотней, а они сами понятия не имели, кому дали жить у себя. Наверное, это звучало убедительно, посколько их слушали достаточно внимательно. Да и какой смысл им был врать, если здесь никто не был бы рад увидеть у себя в соседней комнате двух кицунэ и волка. Хотел бы Олег объяснить им, что они не были угрозой и не желали людям зла, но это было невозможно. Те слишком привыкли к тем устоям, по которым жили ещё их предки, поэтому пытаться втолковать им что-то новое было просто бессмысленно.       Волков осторожно двинулся вдоль края леса, не забывая постоянно смотреть в сторону деревни, чтобы случайно не выдать своё местоположение. К тому же, люди в любой момент могли отправиться на охоту за так называемыми злобными тварями, которые якобы угрожали их жизни. Наёмник никому вредить не собирался, как, впрочем, и Айко, но какой был смысл пытаться убедить в этом местных суеверных жителей? Теперь оставалось только найти Сергея и поскорее вернуться обратно в Санкт-Петербург, где пока что было безопасно.       Со стороны деревни начало доноситься больше звуков, и Олег припал к земле, наблюдая за быстрыми перемещениями людей. Некоторые хватали вилы, кто-то схватил косу. Неужели действительно рискнут пойти в этот страшный для них лес только для того, чтобы поймать кицунэ? В этом случае стоило поторопиться, пока кто-нибудь из них не добрался до Серёжи раньше Волкова. Маловероятно, что они решатся зайти слишком далеко, учитывая дурную славу местных лесов, но ничего нельзя было сказать наверняка.       Пригнувшись ещё сильнее, наёмник нырнул под тень деревьев, радуясь, что ночная тьма по-прежнему хорошо скрывала его от любопытных глаз. В этот же момент в нос наконец-то ударил изменившийся, но всё такой же знакомый и родной запах любимого человека. Разумовский точно пробежал здесь и, к счастью, действительно должен был быть в лесу. Олег опасался, что тот мог развернуться и снова попасть в деревню, где от него и мокрого места не оставили бы. Чем дальше он сейчас находился от людей, тем безопаснее ему было.       Волков пошёл на запах, в какой-то момент заметив, что следы начали непонятным образом вилять. Он знал, что лисы при погоне часто пытаются запутать охотника и его собаку, но какова вероятность, что Серёжа уже обладал такими навыками? Или они появились, как инстинкты, раз он стал зверем? Это пока что оставалось загадкой, но идти по этим следам стало в разы сложнее. Они то впритык подходили к какому-нибудь дереву, а потом резко отскакивали от него, то останавливались возле камня, после чего мгновенно уходили в сторону. Может, за Сергеем всё же кто-то погнался? Впрочем, нет, тогда наёмник почувствовал бы ещё чей-то запах рядом. Очевидно было лишь то, что Разумовский попал в серьёзную беду.       Теперь было ещё сложнее не винить себя. Олег сделал как лучше, он видел, что теперь любимый человек действительно мог бегать, больше не был прикован к инвалидной коляске до конца своих дней, но что он скажет, когда Волков найдёт его? Больше не захочет видеть и навсегда отвернётся от него? Что ж, это был бы вполне логичный исход, хоть и печальный. Раз наёмник рискнул пойти на это, то оставалось только принять грядущие последствия и попытаться убедить Серёжу, что это было сделано ради его блага. Однако, учитывая упрямство того, это может быть не так уж и просто сделать. Тем более, если он посчитает, что его предали, что, в принципе, так и было. А ещё Олегу предстояло рассказать, что сразу человеком Сергей не сможет стать. Да и вообще, может, больше никогда им не будет, если верить словам Айко. Она впервые проводила подобный ритуал, а в немногочисленных записях о нём описывались, по большей части, неудачные случаи. Когда Волков видел мужа в последний раз, то он был в порядке, если так можно назвать его состояние, но нельзя было сказать наверняка, остался ли тот жив после своего забега.

Часом ранее

      Серёжа в панике выбежал из дома и рванул в лес, который возвышался вдалеке тёмной стеной. Он не понимал, что с ним произошло, но сейчас не было времени думать: страх гнал вперёд, заставляя спасаться бегством, ведь теперь его почему-то хотели убить. В какой-то момент Сергей чуть не упал, ещё не успев привыкнуть к четырём лапам, но когда услышал треск где-то справа от себя, то помчался дальше, не разбирая дороги.       Дыхание начинало сбиваться, и он уже на каком-то инстинктивном уровне почувствовал, что нужно было найти укрытие, чтобы отдохнуть. Однако в тот же момент он заметил, что ветви дерева, под которым он остановился, подозрительно зашевелились, а под лапами что-то хрустнуло. Медленно опустив глаза, Разумовский издал какой-то непривычный для себя звук. На земле, ярко выделяющиеся в темноте, лежали кости. Уже чистые, без остатков плоти и крови. Серёжа давно не был впечатлительным, но тут даже у него сердце ушло в пятки. В тот же момент одна из ветвей дерева попыталась обвиться вокруг его лап, и он в последний момент отскочил от него, бросаясь в противоположную сторону.       В этом лесу явно происходила какая-то чертовщина. Прямо на пути Сергея, на огромном валуне, сидела непонятная тварь с рядом острых зубов, которая, кажется, не собиралась нападать, но до смерти напуганный лис и от неё сбежал, не желая испытывать судьбу. Почти на каждом шагу ему встречались такие существа, о которых он никогда даже понятия не имел. Некоторые из них провожали его равнодушными взглядами, а кто-то начинал преследовать, лишь спустя какое-то время оставляя его в покое и теряя интерес.       Разумовский не знал, как долго бежал, но вскоре сил совсем не осталось, и он спрятался между корней огромного дерева, которое, вроде как, не пыталось его убить. В лесу наступила тишина, и больше никого не было видно. Заскулив, Серёжа спрятал нос в хвост, не зная, как ещё согреться от внезапно наступившего холода. Он не понимал, что случилось, зачем Олег это с ним сделал. Какой был смысл в том, чтобы превращать его в животное? Вопросов было слишком много, но Сергей почувствовал, как глаза начали медленно закрываться. Уставший и напуганный, он сильнее свернулся в клубок, так и уснув в своём небольшом укрытии.

Сейчас

      Паника Олега понемногу усиливалась. Он всё шёл и шёл, а след никак не хотел кончаться. Поразительно, что Разумовский смог убежать настолько далеко. Но чем дальше он был, тем выше была вероятность, что с ним успеет что-нибудь случиться. Волков не мог этого допустить, поэтому метался по лесу, боясь случайно упустить запах и идти искать его заново. В тот же момент дорожка из запаха резко усилилась, и наёмник мгновенно понял, что муж был где-то совсем близко.       Он проверял каждый куст, каждый камень и каждое дерево, страшась того, что может найти. Вдруг Серёжа просто не пережил превращение? Он мог под действием адреналина пробежать эти километры, но потом упасть замертво. Олег уже пообещал себе, что если итог будет именно таким, то он покончит с собой прямо в этом лесу, чтобы остаться здесь вместе с возлюбленным, потому что жизнь без него потеряла бы всякий смысл.       Поиски дали результат спустя всего несколько минут. Заметив рыжий комок в корнях дерева, Волков бросился к нему, обнюхивая и задерживая дыхание. Увидев, что бок Сергея слегка вздымался, наёмник облегчённо выдохнул и лёг рядом, прижавшись к нему и согревая своим теплом. А что дальше? Стоило просто разбудить его и повести к Айко? В любом случае, обдумать ход действий Олег не успел, потому что Разумовский открыл глаза. Несколько раз сонно моргнув, он перевёл взгляд на мужа и резко отпрянул.       — Тише, милый, это я, — успокаивающе проговорил Волков, — Как ты себя чувствуешь?       — Олег, — выдохнул Серёжа.       Наёмник был готов к крикам и упрёкам, но вместо этого Сергей прильнул к нему, зарываясь всей мордочкой в его густую тёмную шерсть. Можно было почувствовать, как он мелко дрожал то ли от страха, то ли от холода.       — Всё хорошо, — Волков не знал, как тактичнее с ним сейчас взаимодействовать, но решился и несколько раз лизнул его в макушку, успокаивая, — Тебе больше ничего не угрожает.       — И я очень хочу узнать, в чём дело, — лис устроился у него под боком и недовольно взглянул на него, — Что ты со мной сделал? Зачем?       — Ну… Мы не просто так поехали в Японию, — тяжело вздохнул наёмник, виновато отводя глаза и не решаясь смотреть на мужа, — Я искал кицунэ, чтобы узнать, есть ли способ обратить тебя и дать тебе возможность ходить.       Разумовский молчал и не торопился как-либо это комментировать, что очень напрягало Олега. Он был готов к тому, что спокойный разговор в любой момент мог перейти на крики и обвинения. Но вместо этого Серёжа вдруг встал, слегка покачнувшись, и потоптался на месте.       — Правда хожу… — пробормотал он, — Невероятно.       — Ты не злишься? — осторожно спросил Волков.       — Нет, я просто в бешенстве, — наконец-то глаза Сергея недобро блеснули и он тихо зарычал, — Как ты вообще посмел сделать такое без моего ведома?! А как же доверие между супругами?! Мог просто нормально поговорить со мной и всё рассказать!       — Я знаю, — сев, наёмник слегка прижал уши к голове, чувствуя жгучую волну стыда, — То, что я сделал… Это ужасно, я всё понимаю. Но я слишком боялся, что ты откажешься, если я тебе такое предложу. Вдруг ты предпочёл бы остаться инвалидом, никогда больше не смог бы пойти. Я… Я бы всю жизнь винил себя за то, что не смог уговорить тебя.       — Поверить не могу! — Разумовский плюхнулся на кучу листьев и недовольно зашипел, когда ему в лапу упёрлась какая-то ветка. — Я думал, у нас нет тайн друг от друга! А тут… Это. Как гром среди ясного неба. Я подозревал, что что-то во всей этой поездке нечисто, но чтобы настолько…       — Прости меня, — прошептал Олег, — Я не заслуживаю прощения, но прошу ещё один шанс. Я не хочу терять тебя, Серёж.       — Я и не говорил, что бросаю тебя, — буркнул Сергей, хотя его взгляд так и не стал хоть чуточку теплее, — Я просто очень злюсь из-за того, что ты не захотел хотя бы попытаться уговорить меня на эту авантюру.       — А ты бы согласился? — вяло спросил наёмник.       — Не знаю, — Разумовский слегка дёрнул хвостом, а потом резко повернулся, рассматривая его, — Господи… Как управлять этой штукой? По-моему, она живёт сама по себе.       — Ты привыкнешь, — Олег встал и подошёл поближе, — В этом нет ничего страшного.       — Тебе легко говорить.       Серёжа попытался куснуть себя за хвост ради интереса, но тот ловко выскользнул у него из зубов. Издав тихое и недовольное рычание, он сделал ещё одну попытку, которая так же закончилась неудачей.       Пока Сергей безуспешно пытался поймать собственный хвост, Волков растерянно и недоумённо смотрел на него. Это последнее, что он ожидал сегодня увидеть, но, в то же время, такое поведение можно было считать хорошим признаком. Разумовский не лежал без сил, вёл себя, как обычно, а, значит, был шанс, что со временем он снова сможет стать человеком.       — Какой бесполезный атрибут, — фыркнув, лис нагло уселся на хвост, чтобы тот ему не мешал.       — Он нужен для равновесия, по большей части, — пояснил Олег, но тут же наткнулся на хмурый взгляд мужа.       — Спасибо, но это я и без тебя знаю. Лучше объясни мне, почему, если уж это было так необходимо, ты не обратил меня в волка.       — Я не знаю, как, — честно ответил Волков, снова подобравшись поближе к нему, — Меня этому не учили. И, как я недавно узнал, другие оборотни помогать мне в этом не стали бы. Не хотят проблем из-за ещё одного обращённого. Поэтому я был вынужден искать другие варианты, и мне посоветовали найти кицунэ. Их не так много, как волков, а тебе… Подходит рыжий цвет. Ты выглядишь замечательно.       — Угу, — Сергей опустил глаза, смотря на чёрные аккуратные лапки, — Как бы то ни было, ты должен был поговорить со мной. Однако… Спасибо.       Олег был удивлён. Он не ожидал благодарности после такого, но это было приятно.       — А теперь скажи, как мне снова стало человеком, — попросил Разумовский, но увидел ещё более виноватый взгляд, направленный на себя, — В чём дело?       — Это… Не так просто, — замялся Волков, — Понимаешь… Такой ритуал проводили всего несколько раз. И то лишь на девушках. Из них только одна стала кицунэ, а остальные… Они так до конца жизни и остались обычными лисами.       — Что? — прошептал Серёжа, попятившись. — Нет… Нет, этого не может быть…       — Всё не так страшно, — попытался успокоить его наёмник, — Понимаю, это всё звучит очень страшно, но я уверен, что ты снова станешь человеком. Я не могу сказать, когда, но… Это обязательно случится, я тебе обещаю.       — Но ты не можешь этого знать! — выкрикнул Сергей, а потом издал какой-то жалобный скулёж и свернулся в клубок, уткнувшись в хвост.       — Милый… — Олег слегка пихнул его носом, но тот тихо зарычал, — Я знаю, ты злишься. И ты имеешь на это право, но мы справимся с этим. Зато теперь ты ходишь и бегаешь.       — Да, а ещё могу остаться в виде лисы!       Разумовский резко поднял голову и клацнул зубами в миллиметре от его носа. Если бы Волков секундой ранее слегка не отстранился бы, то гарантированно получил бы укус. Они с Серёжей молча смотрели друг на друга, и ни один из них не знал, что сказать. Казалось бы, конфликт с последующим расставанием был уже неминуем, но тут Сергей вновь удивил наёмника, когда едва слышно вздохнул и просто положил голову на лапы.       — Это какой-то бред… Это наверняка просто глупый сон, такого не может быть на самом деле…       — Милый, ты ещё… Веришь мне? — тихо спросил Олег.       Разумовский слегка скосил глаза на него, не торопясь отвечать и молча изучая его взглядом. Наверняка думал, какой ответ в такой ситуации будет лучшим. Наконец, он кивнул.       — Ты поступил мерзко, но я верю.       — Хорошо, потому что если ты не сможешь снова стать человеком, то я тоже останусь зверем, — уверенно сообщил Волков, и в его голове не было ни грамма сомнения, — Я не оставлю тебя одного с этой… Проблемой.       — Опять-таки, этой проблемы не было бы, если бы не твоя самодеятельность, — Серёжа дёрнул кончиком хвоста и снова резко обернулся, — Он начинает меня напрягать… Как его контролировать? А это?       Как оказалось, ушами тоже получалось шевелить, хотя пока что получалось не очень. Было сложно привыкнуть к новым частям тела, которые теперь были необходимы для жизни.       Сергей был рассержен, он хотел кричать на Олега и сказать всё, что он о нём сейчас думал, но сил на это не было. Во всём теле была какая-то неприятная слабость, связанная, скорее всего, с превращением, но когда она пройдёт, то Разумовский вряд ли решит начать ругаться. Он мечтал снова получить возможность ходить, хотя и смирился с тем, что это уже невозможно, а тут внезапно у него появился такой странный второй шанс. Конечно, до конца жизни остаться лисом не очень хотелось, но если уж такое произойдёт, то он будет вынужден принять и эту судьбу. Это всё равно было куда лучше инвалидности, поэтому, как бы Серёжа ни хотел, сильно злиться на мужа не выйдет из-за неожиданного чувства благодарности. Разумеется, было бы куда лучше, если бы они обсудили всё это заранее, но Волков пошёл другим путём, поэтому ничего вернуть уже не получится.       Наверное, именно это и задело Сергея сильнее всего. Недоверие любимого человека обижало, потому что он не понимал, в чём была сложность сразу рассказать о своём плане. Да, согласиться было бы тяжело, но это всяко лучше, чем делать что-либо втихаря, хоть и с благими намерениями. А так, получается, наёмник побоялся открыться ему и честно во всём признаться.       — Послушай, сейчас нам нужно пойти к тому месту, где я оставил вещи с нашими документами, — сказал Олег, прислушавшись, — Нас ищет вся деревня, поэтому будет лучше, если всё самое необходимое будет под рукой. Вдруг потребуется спешно бежать.       — Почему они напали на нас? — недоумённо спросил Разумовский. — Они ведь знают нас, мы не желали им зла.       — Да, но мы для них… Так называемые ёкаи, — Волков снова огляделся, кончиками лап чувствуя какое-то волнение, хотя понимал, что вряд ли люди зашли бы так далеко в лес, — Сверхъестественные существа, которые их пугают, которые, по их мнению, приносят несчастья и смерть. Так что лучше бы нам не попадаться им на глаза. Вставай, пойдём в другое место.       Вздохнув, Серёжа поднялся. Его лапы до сих пор заметно дрожали, поэтому шаги давались с трудом. Поняв, что так они будут идти очень долго, наёмник обратился, а затем взял его на руки. Сергей издал недовольный звук и попытался вывернуться, но Олег бережно прижал пушистое лисье тело к себе.       — Прости, но в таком виде я тебя не понимаю, — извинился Волков, направившись в сторону норы Айко.       В этом облике ориентироваться было значительно сложнее, так как нюх не мог охватить всю палитру местных запахов, а идти сначала в сторону деревни было слишком опасно. К счастью, он примерно помнил, где именно находилась цель, поэтому упорно шёл туда, следя за тем, чтобы случайно не свернуть. Блуждать в виде человека в незнакомом месте было не слишком приятной перспективой.       Поиски норы затянулись до обеда, и за это время Серёжа успел заснуть у него на руках, расслабившись. Так нести его стало куда проще, потому что он наконец-то перестал возиться и постоянно тявкать, явно пытаясь что-то спросить и никак не понимая, что Олег не мог ему ответить. Теперь же он мирно дремал, и Волков смог немного ускориться, иногда поглядывая на него.       Пока что наёмник не успел сказать ему об этом, но Сергей был очень красивым: мех у него был яркого рыжего цвета, уже очень пушистый, кончик хвоста и грудка были белыми, а лапки и кончики ушек — чёрными. Если бы Олег просто встретил его в лесу, то и подумать не мог бы, что это было какое-то сверхъестественное существо. Пока что, по крайней мере, он сильно отличался от Айко, которая мало того, что была чёрно-белой, так ещё и тремя хвостами успела обзавестись за все годы жизни.       Наконец, нора показалась впереди. Айко сидела там в виде лисицы и напряжённо вглядывалась в лес. Наверное, ей с такой внешностью было совсем тяжко жить, ведь если на обычную лису могли и не обратить внимание, если она не подходила близко к деревне, то такая, как Айко, очевидно была непростой и сразу же вызывала у людей желание уничтожить себя. Удивительно, что она вообще не избегала их всеми возможными способами, а рисковала подходить ближе.       Заметив его, кицунэ сразу же встала и даже как-то радостно тявкнула. Олег улыбнулся и, осторожно положив Сергея на землю, обратился, чтобы поговорить с ней.       — Ты вернулся, — заметила Айко и с интересом обнюхала Серёжу, — Надо же… И правда получилось.       — Как думаешь, когда мы узнаем результат?       — Хотела бы я сама знать ответ на твой вопрос, — лисица снова оглядела его, — Я не знаю, стал он кицунэ или нет. Пока он просто… Лис. Как будто ничего более нет. Но это на первый взгляд. Насколько я знаю, единственная обратившаяся девушка вернулась в человеческое состояние только через несколько недель. Может… И с ним будет так же.       — Это будет проблемой, — пробормотал Волков, — Как я вернусь с ним домой, если он останется в таком виде? А слишком сильно задерживаться тут я бы не хотел. Придётся разбираться с документами на животное. Причём не слишком законными путями, а на то, чтобы найти подходящий источник, который сможет всё сделать, тоже уйдёт немало времени.       — Можешь пока заняться этим, — предложила Айко, — Ну а я пообщаюсь с ним, расскажу побольше о кицунэ и чему-нибудь научу. Можешь оставить его тут, а сам отправляйся в город.       — А вдруг вас найдут люди? — напрягся наёмник и покачал головой. — Я не могу так рисковать…       — Я не в первый раз столкнулась с ними, — мягко ответила лисица и потянула Разумовского за шкирку, затаскивая его в нору, — Пока что ему нужен отдых. Поверь, если люди будут поблизости, мы сможем убежать. Надеюсь, он быстро придёт в себя. Тем более, ты же не прямо сейчас уйдёшь.       — Почему ты это делаешь? — поинтересовался Олег, попытавшись пролезть за ней, но потерпев неудачу. — Зачем тебе и дальше помогать нам? Из-за нас ты чуть не попала в беду, потеряла книгу, которую писали твои предки.       — И я попытаюсь её вернуть, — она недовольно махнула одним из хвостов, устроив Серёжу в какой-то из дальних «комнат» норы, — Да, это произошло из-за помощи вам, но я сама на это согласилась, поэтому вы не виноваты. Раз ты хочешь поскорее вернуться домой, то лучше займись своими документами. Я же разберусь с книгой, если что-то получится. Я меньше тебя, и мне проще протиснуться в любую щель. Следовательно, шансов незаметно пробраться в какой-нибудь дом у меня больше.       Волков чувствовал себя ещё более виноватым, ведь теперь Айко будет вынуждена рисковать, чтобы вернуть дорогую себе книгу. Она была не обязана что-либо делать для них с Сергеем, но почему-то пошла на это, а Олег не знал, чем мог её отблагодарить. У него не было совершенно ничего, что было бы ей нужно. Хотя кицунэ и не думала хоть что-то попросить. Даже была готова помочь Разумовскому освоиться, что не было бы лишним.       — Спасибо, Айко, — тихо проговорил Волков, — Мы в долгу перед тобой.       — Главное, чтобы от этого превращение был толк, — лисица вылезла из норы, чтобы не говорить с ним оттуда и отряхнулась, заметив на белоснежной спинке кусочек земли, — Хотя бегать он уже может. Наверное, это всё равно лучше, чем просто сидеть.       — Да… — наёмник неуверенно кивнул, — Нет, точнее, это и правда лучше, но как Серёжа будет жить, если так и останется животным? Никакого компьютера, ничего, что ему дорого… Это может сломить его даже сильнее, чем жизнь в инвалидном кресле.       — Об этом вы будете думать позже, а пока… — кицунэ втянула носом воздух, — Стоит сходить на охоту. Когда он проснётся, он наверняка будет умирать от голода. Да и мы давно не ели. Книга и ваши документы немного подождут. Первым делом нужно прийти в себя и успокоиться. Люди из деревни обычно боятся заходить так далеко в этот лес, поэтому здесь, скорее всего, нам ничего не угрожает. Но тебе всё равно стоит быть настороже, мало ли что.       — Разумеется, — Олег очень не хотел оставлять мужа сейчас, но Айко была права: совсем скоро он проголодается, — Тогда ты присмотришь за ним? А я попытаюсь поймать что-нибудь съедобное.       Она просто кивнула, а Волков, помедлив, направился вглубь леса. Он верил, что Сергей находился в надёжных руках, но от этого на душе было не легче. Если ещё вчера наёмник опасался реакции любимого человека на обращение, то теперь его пугало будущее, в котором тот мог навсегда остаться в теле лиса. Наверное, не самая худшая перспектива из возможных, но и лучшей её было крайне тяжело назвать.

***

      Разумовский осторожно приоткрыл глаза. Вокруг было очень темно и тихо. Разве что, где-то сверху раздавалось тихое шуршание, словно там кто-то медленно ходил туда-сюда.       Приподнявшись, он осмотрелся и увидел, что лежал на мягкой подстилке из листьев, какого-то мха, непонятного меха и даже перьев. Это явно был чей-то дом, но Серёжа совершенно не помнил, как и когда сюда попал. Последним воспоминанием была поездка на руках Олега, которая оборвалась, когда он погрузился в глубокий сон. Наверное, это как раз Волков дотащил его до укрытия, но его самого рядом не было. Впрочем, он при всём желании не смог бы тут поместиться: там, где расположился лис, был довольно низкий потолок. Эта «комната» казалась широкой, но от неё отходил туннель, который был значительно уже. Габариты огромного волка просто не дали бы ему забраться сюда полностью.       Глаза постепенно привыкли к темноте, и Сергей внезапно осознал, что видел куда лучше, чем раньше. Зрение быстро перестроилось и стало звериным. То же произошло и со слухом: теперь у него получалось различать кучу разных звуков отовсюду. Это было как необыкновенно, так и достаточно пугающе. Хвост сзади опять начал жить своей жизнью, и Разумовский, потянувшись, вновь сел прямо на него. Теперь стоило хорошо обдумать дальнейший план действий.       Итак, он находился неизвестно где. Возможно, это была нора, но если Олег не смог бы сюда залезть, то как Серёжа здесь отказался? Значит, им кто-то помогал. Вряд ли этот «кто-то» был врагом, ведь, судя по всему, отдал Сергею свою тёплую и мягкую постель. Однако осторожность всё равно не будет лишней. Ему не хотелось отсиживаться тут всё время, поэтому нужно было рискнуть и выбраться на улицу, что бы его там ни ждало. Если Разумовскому не послышалось, то пару минут назад наверху точно раздавались чьи-то шаги. Следовательно, незнакомец был где-то поблизости. Караулил его? Может быть. Или же это был Олег, который не мог дождаться их встречи. Гадать можно было бесконечно долго, но ответов на вопросы это всё равно не приносило.       Злость на мужа почему-то куда-то исчезла. Осталось что-то вроде обиды, но кричать на него и истерить вообще не было никакого желания. Наверное, Серёжа всё же больше склонялся к тому, что такое превращение пошло ему на пользу. Лучше уж так, чем просто сидеть и смотреть, как перед глазами жизнь пролетает. А если всё-таки получится вернуться в человеческий облик, то будет совсем здорово. В теле лиса пока что было слишком непривычно, и Сергей очень надеялся, что ещё сможет нормально встать на две ноги. Ну а раз этого ещё не случилось, то приходилось привыкать в четырём лапам. Если из дома людей, где его хотели убить, он спокойно убежал, то теперь ползти, на выход, пригнувшись, было слишком сложно. Лапы слегка дрожали, и один раз Разумовский едва не упал, но смог удержаться и вылез на свежий воздух. Кажется, уже был день.       — Вижу, ты встал, — раздался незнакомый голос совсем рядом.       Серёжа машинально дёрнулся и отпрыгнул, но не рассчитал расстояние и умудрился врезаться боком в огромный валун. Моментально вспомнив непонятную тварь, которая сидела примерно на таком же камне, Сергей вновь отпрянул, прижав уши. Шерсть на спине невольно встала дыбом, а все инстинкты обострились.       — Спокойно, это всего лишь камень, — засмеявшись, Айко появилась прямо перед ним.       Если честно, Разумовский уже не знал, чему удивляться: просто чёрно-белой лисице или же наличию у неё стразу трёх хвостов. Он зажмурился, а потом снова взглянул на неё, думая, что у него сотрясение, но ничего не изменилось. Кицунэ заметила его замешательство и дружелюбно пояснила:       — Всё это происходит на самом деле, тебе ничего не кажется. Должно быть, у тебя много вопросов.       — Достаточно… — Серёжа недоверчиво взглянул на лисицу, которую знать не знал, — Где я? И где Олег?       — Ты у меня дома, — Айко запрыгнула на корень дерева, который нависал прямо над входом в нору, — Не волнуйся, здесь ты в безопасности. Я осталась за тобой присматривать, а Олег ушёл на охоту. Мы не могли оставить тебя одного: ты мог проснуться и уйти, а снова искать тебя нет ни времени, ни желания. Кстати, я Айко. Рада познакомиться.       — Сергей, — вежливо представился он, лишь чуть-чуть расслабившись, но не сводя с неё глаз, — Что ты такое?       — Не что, а кто, — уже как-то раздражённо взглянув на гостя, лисица продолжила: — Я кицунэ, как и ты. Только вот я такой родилась, в отличие от тебя. Хочешь спросить про хвосты? Каждые сто лет кицунэ отращивает по одному. Это как… Символ мудрости. Были известны случаи, когда за какие-то особые заслуги новый хвост появлялся раньше, но такое бывает крайне редко.       — Хорошо, но что ты тут делаешь? — почувствовав слабость, Разумовский сел.       — Живу, я же сказала, — Айко смотрела на него так внимательно, что в какой-то момент Серёже стало не по себе, — Мы решили дать тебе отдохнуть, а моя нора прекрасно для этого подходила. Там темно, мягко и спокойно. Ну и безопасно, само собой.       — Зачем же делать такой узкий проход? — поинтересовался Серёжа, даже тут умудрившись выразить недовольство.       — Чтобы было сложнее меня достать. Мне кажется, это очевидно. Человек сюда пролезть при всём желании не сможет. Да и охранять такой вход легче. В общем, просто меры предосторожности, ничего такого. У обычных лис норы такие же. Я уже много лет живу, по большей части, в таком виде, поэтому мне это куда привычнее, чем четыре стены из древесины и бумаги. Подстилка из листьев, перьев и шкур тоже выглядит для меня куда привлекательнее обычной постели.       — То есть… Если я останусь лисом, то буду вынужден жить так же? — с каким-то тихим ужасом в голосе произнёс Сергей.       — Необязательно, ведь вы с Олегом где-то живёте, — Айко облизнула лапку и начала умываться, на какое-то время замолчав, но потом снова заговорив: — Если у вас есть дом, то ты, скорее всего, будешь жить там, а не уйдёшь в лес. Хотя всё зависит от тебя. Может, со временем жизнь в таком облике придётся тебе по душе.       — Очень сомневаюсь, — проворчал Разумовский, а затем радостно подскочил, увидев знакомую чёрную тень, которая двигалась в их сторону, — Олег!       Волков, как пёс, радостно завилял хвостом. Ему было не менее приятно видеть, что любимый человек обрадовался при его появлении. Кроме того, тот уже встал на ноги, что было ещё одним прекрасным признаком. Конечно, он до сих пор был зверем, но лучше уж так, чем совсем без сознания и сил. Наёмник подошёл поближе, и Серёжа увидел, что у него в пасти болтался довольно упитанный заяц. Положив его на землю, Олег прижался носом к теперь пушистой шее мужа и довольно потёрся о неё.       — Я рад, что ты проснулся. Как самочувствие?       — Пойдёт, — Сергей оглядел его, только сейчас осознав, что был куда меньше и смотрел на него снизу вверх, — Теперь ты выглядишь ещё более опасным, чем раньше.       — Я и есть опасный, — Волков слегка пихнул его, — Могу и за бочок укусить.       — Можешь, но не будешь, — повернувшись к Айко, Разумовский внимательно просмотрел на неё, — Ты не могла бы оставить нас одних?       Кицунэ ничего не сказала и скрылась в норе. Скорее всего, подслушивать ей тоже не было интересно, поэтому Серёжа и Олег могли поговорить наедине.       — Что мы будем делать дальше? — Сергей отошёл от мужа и запрыгнул на тот же корень, где до этого сидела Айко, чтобы казаться выше. — Я… Очень рад, что могу ходить, но пока что мой вид будет скорее создавать проблемы.       — Я со всем разберусь, — пообещал Волков, — У меня уже есть план, но это займёт какое-то время. Нужно будет найти нужных людей, которые смогут помочь выбраться из страны. Вряд ли отсюда можно просто так вывезти животное без документов, поэтому придётся этим заняться. Но тебя тащить в город я пока не хочу, поэтому будет лучше, если ты немного поживёшь с Айко.       — Ты хочешь оставить меня в лесу? — растерялся Разумовский и помотал головой. — Нет, исключено. Я иду с тобой.       — Пожалуйста, послушай, — Олег приблизился и посмотрел в обиженные голубые глаза, — Мне будет сложно незаметно пронести тебя, а если кто-то тебя увидит, то вдруг будут проблемы. Или кто-нибудь может потребовать показать документы на тебя, которых у меня нет. В таком случае тебя могут забрать в приют… Или сделают что-нибудь ещё, а я рисковать не собираюсь. Только не сейчас, когда я таким трудом добился желаемого результата. Я обязательно вернусь за тобой, но просто… Просто не спорь со мной. Давай сделаем всё так, как говорю я.       — Похоже, особого выбора-то у меня и нет, — фыркнул Серёжа, отвернувшись.       — Это ради твоей безопасности, — наёмник подошёл и внезапно умудрился схватить его за шкирку, стащив с корней.       — Эй!       Сергей вырвался и отряхнулся. Он не столько злился на мужа, сколько пытался справиться с нахлынувшей обидой. Ему не хотелось сидеть в лесу и просто ждать, когда Олег сам всё сделает и вернётся. Тем более, могли возникнуть проблемы, из-за которых пришлось бы сильно задержаться. А если такое произойдёт, то Разумовский даже ничего не узнает.       — Тебе стоит пообщаться с Айко, — новый аргумент, как показалось Волкову, должен был звучать убедительнее, — Она родилась кицунэ, поэтому может рассказать тебе много полезного. Даже если ты останешься просто лисом… Не помешает узнать о такой жизни чуть больше. Когда я стал оборотнем, мои друзья тоже потратили какое-то время на то, чтобы научить меня самому необходимому. Они дали мне определённую базу знаний, которые не позволили мне пропасть. Теперь твоя очередь. Пока я буду заниматься бумажной волокитой, ты научишься выживать в таком облике. Наверное, она научит тебя охотиться и защищать себя. Мы не знаем, какие навыки пригодятся тебе в будущем, но лишними они точно не будут. Ты согласен? Это слова действительно имели смысл, и Серёжа был вынужден кивнуть, соглашаясь. Что ж, раз Олег считал, что это было необходимо, то следовало попробовать. Если всё-таки случится самое страшное, то Сергею придётся смириться с тем, что его жизнь уже никогда не станет прежней. И ему стоило хорошо подготовиться к этому.