Сердце зверя

      Документы были на руках, а в душе наконец-то наступила пусть и временная, но тишина. После постоянных беспокойств на протяжении месяца и нескольких рисков ареста Олег был готов возвращаться в лес за Серёжей. Он не рассчитывал, что на это уйдёт целый месяц, но Япония была для него не такой уж гостеприимной и найти в незнакомой стране тех, кто был бы готов оформить документы на дикое животное без него самого и кучи прививок, было крайне проблематично. Пару раз Волков думал о том, что мог просто забрать Серёжу и повезти его к ветеринару, но не был уверен, что того где-нибудь не отберут. Более того, ему довелось узнать, что в некоторых регионах Японии лисы находились на грани вымирания, и их популяция стремительно сокращалась. В связи с этим лисицу, которая, вроде как, была дикой, ему могли запретить вывозить из страны. Поэтому пришлось продолжать поиски, несколько раз вызывая к себе подозрения со стороны полиции и оказываясь в очень затруднительном положении.       Около двух недель назад, пока Серёжа и Айко крали книгу, Олег настойчиво пытался связаться с Игроком, надеясь, что у того есть какие-нибудь знакомые контакты в Японии, но, к сожалению, оказалось, что звонил он зря, и никаких русских, европейских или хотя бы американских наёмников там не было. Ни в данный момент, ни вообще — страна восходящего солнца была большинству, что удивительно, не слишком интересна, и заказы оттуда или, наоборот, туда давненько не поступали, а постоянного человека там никогда не находилось. Олегу пришлось выкручиваться, и он нашёл того, кто делал поддельные документы по сумасшедшим ценам. Пришлось разориться, но теперь можно было забрать Сергея. Будет забавно, если тот уже стал человеком, и все эти танцы с бубном были напрасны.       Японией Волков насладился в полной мере и больше возвращаться сюда не хотел, поэтому сейчас спешил оказаться в лесу и добраться до норы Айко. Главное, вспомнить, где она находилась и случайно не уйти слишком далеко. Сумку с документами он припрятал под корнями дерева вдалеке от тех мест, где проходили люди, а перед этим убедился, что дерево было самым обычным. После этого Олег обратился и рванул в лес.       Ветер свистел в ушах, а под лапами хрустел снег. Эта зима здесь, насколько он успел понять, выдалась достаточно аномальной. В Токио, когда они приехали, снега было столько, что они едва добрались до деревни, в которой жили, а там, что удивительно, было прохладно, но снегом и не пахло. Зато чуть позже, за какие-то полторы недели, его намело достаточно, чтобы где-то появились сугробы. В здешних местах снегопады были нормальным явлением, однако до этого казалось, что зима будет тёплой. Когда Олег покинул Айко и Серёжу, погода была сравнима с серединой осени у них дома.       В каком-то месте Волков внезапно провалился прямо под снег, который засыпал большую яму и скрыл её от глаз. Заворчав, Олег попытался выбраться, но в итоге его завалило ещё и сверху. Недовольно отфыркиваясь и рыча, он не без труда выбрался на поверхность и отряхнулся. Даже его слегка передёрнуло от холода, несмотря на густую шерсть. Хорошо, что Волков давно полинял, и сейчас выглядел ещё более тёплым и огромным, чем летом. Убедившись, что снега на нём почти не осталось, волк побежал дальше, но теперь старался ступать осторожнее, чтобы не попасть в очередную ледяную ловушку.       Лес выглядел волшебно, и Олег успевал осматриваться и восторгаться деревьями, занесёнными снегом. Зима ему не нравилась даже дома, но тут природа, закрытая белым покрывалом, почему-то казалась ему совершенно другой. А ещё было удивительно спокойно. Он не чувствовал чужого присутствия, и если какой-нибудь ёкай и был поблизости, то вылезать из своего укрытия не торопился. Возможно, видел в Волкове своеобразного сородича. Кроме того, Олег, видя белоснежный лес, задавался вопросом, действительно ли здесь покончило с собой огромное количество человек. Или же во всём была виновата сверхъестественная нечисть?       В снегу весь лес был как будто одинаковым, и вскоре Волков понял, что рисковал не найти нужное место. Появилась гениальная идея выйти к деревне с теми ужасными жителями, а добраться до норы оттуда было уже гораздо проще. Туда Олег и направился, а когда очертания селения появились впереди, замедлил шаг и припал к земле между камней, где его было не так сильно видно. Чёрная шерсть могла запросто выдать его, и не следовало слишком уж светиться. В деревне было заметно какое-то оживление, и Волков, невольно заволновавшись, решил подобраться ещё ближе, чтобы выяснить подробности.       Разобрать речь с такого расстояния было невозможно, но глава деревни выглядел крайне раздраженным и указывал пальцем на то место, где не так давно был курятник. Сейчас на его месте зияла огромная дыра, а все курицы разбежались по округе и не давались в руки людей. Неужели кто-то решил поживиться свежей курятиной? Не исключено, что это были Айко и Серёжа, но зачем они так подвергали свою жизнь опасности?       Рядом с главой деревни стояла совсем девочка. У неё было миловидное, но очень худое лицо, словно она недоедала или чем-то болела. На фоне других жителей деревни она даже могла показаться красивой, и если остальные обладали типичной крестьянкой внешностью, как бы странно это ни было в двадцать первом веке, эта девочка могла быть настоящей принцессой. Приглядевшись ещё, Олег увидел, что тоненькие ручки придерживали под одеждой уже заметно округлившийся живот, который, кажется, в любой момент грозил перевесить и опрокинуть это маленькое и едва держащееся на ногах создание на землю. Вероятно, это была та самая Йоко, о которой говорила чета Хаяси. Их дочь, которой ещё даже пятнадцати не исполнилось, но которая уже носила под сердцем ребёнка. И, к сожалению, Волкову было очевидно, что эта девушка либо вообще не доживёт до весны, либо умрёт при родах. Она выглядела откровенно плохо, и беременность явно давалась ей слишком тяжело. Заметив Йоко на улице, какие-то женщины засуетились вокруг неё и поспешили отвести в дом, а перед этим до Олега донёсся её надрывный кашель. В этот момент он полностью согласился с Серёжей, который говорил, что эти люди дикари. Так оно и было. Относительно недалеко отсюда стоял Токио, и там кипела жизнь, а здесь она застыла в семнадцатом веке. Если бы Йоко отвезли в город, то её и ребёнка ещё можно было бы спасти, но тут она была обречена на скорую смерть. И ведь о ней наверняка быстро забудут, а глава деревни найдёт себе новую невесту.       Подумав, что больше ему тут делать было нечего, Олег отполз подальше от края леса и побежал к норе. Ему не хотелось оставаться здесь ни минутой дольше. Эта страна была ему чужой, он чувствовал себя здесь некомфортно, а дом манил к себе всё сильнее. Цель поездки была достигнута, и даже если Сергей не сможет вернуть себе человеческий облик, он хотя бы будет ходить и бегать. Пускай ненавидит мужа и проклинает его, но такая жизнь всяко лучше инвалидного кресла до конца дней. С другой стороны, если он стал просто лисом, то его век будет в разы короче. И эти мысли также не отпускали Олега весь месяц       Нора была видна впереди, и он невольно замахал хвостом, однако как только оказался ближе, то сердце куда-то провалилось. Вход был раскопан, повсюду валялись комки земли, уже покрытые снегом. Рядом никого не было видно и слышно.       Волков ощутил какой-то холод на душе, а после медленно двинулся вперёд. До этого ему было слишком тесно здесь, но теперь он мог немного протиснуться дальше в нору. Кто-то очень сильно разрыл проход, и теперь Олег осторожно, но мог тут передвигаться. Он не издавал лишних звуков и отчаянно искал хоть какие-то следы присутствия Сергея или Айко. Лисий запах почти полностью выветрился, а когда Волков пробрался в большую «комнату», то с ужасом увидел клочки рыжей шерсти и капли крови на подстилке и в углу. Кажется, это был тупик, в который кто-то загнал двух или, как минимум, одну лисицу.       К горлу подступила паника, и Олег был готов в беспамятстве рвануть наружу, чтобы попытаться найти хоть какой-то след, хоть какую-то надежду, но тут же ему в глаза бросился незаметный проход дальше, вглубь норы. Он тоже был заметно прокопан, а это значило, что кто-то убегал по нему. Возможно… Там был ещё один выход, и если нечто загнало Серёжу и Айко в угол, то они искали любые пути для отступления.       Олег исследовал пустые туннели, но не чувствовал даже малейшего свежего запаха. Было пусто и слишком тихо. Он попробовал несколько раз тихо позвать обоих, но никто не откликнулся. Волк заглядывал в каждый коридор, искал и искал, уже понимая, что в норе никого не было. Но вдруг в каком-нибудь самом дальнем туннеле он бы нашёл двух напуганных и голодных лисиц, которые не находили в себе сил, чтобы ответить на его зов?       На голову сыпалась земля, а в некоторых местах живот неприятно царапало камнями. И в одном из таких узких коридоров Олег с ужасом ощутил, что застрял. Он попытался выбраться и вернуться, пятясь, назад, но без толку: Волков завёл себя в ловушку, и никто не знал, что он находился здесь. Однако он всё-таки был военным, поэтому быстро запретил себе паниковать и собрался с мыслями. Пришлось принять самое логичное в данной ситуации решение: стать человеком.       Обращение удалось, и Олег стал гораздо меньше, хотя этот проход, похоже, никто не трогал, раз он был настолько узким. Даже ползком ему едва удалось преодолеть ещё метра два, чтобы увидеть свет. В голову закралась какая-то мысль, и Волков прислушался к ней, после чего быстро почувствовал, что земля под пальцами была рыхлой, словно кто-то в панике копал этот проход. Наверное, Айко собиралась не только расширить нору, но и сделать запасной выход наружу с другой стороны. Что-то случилось, и им, либо только ей, пришлось спешно прокопать этот путь, пока сзади был кто-то, кто напал.       С большим трудом Олег выбрался из-под земли и прекратился на спину, чтобы отдышаться. На глаза навернулись слёзы. Он не понимал, что произошло, как так вышло и сколько времени прошло. Пока он занимался документами, Айко и Серёжа попали в беду. Может, вообще погибли, ведь Волков видел кровь. Но кто мог напасть на них и зачем? А если они и выжили, то где их теперь искать?       Просто лежать было бесполезно, и Олег, снова обратившись, встал на четыре лапы, принимаясь изучать землю у входа в нору. С этого ракурса он казался ещё меньше, и Волков поразился, как даже в виде человека умудрился проползти там и не застрять намертво. Это было чудо, не иначе. Но зато версия подтвердилась: под снегом он смог разглядеть несколько бурых капель, но было сложно определить, в какую сторону шёл след. Прошла минимум неделя с тех пор, как это место покинули. Зато Олег убедился, что кто бы тут ни оставался в момент атаки, он выбрался из норы и убежал. Либо попытался, потому что существо, разрывшее нору, могло догнать и закончить начатое.       Волков не знал, что делать. Если раскапывать повсюду снег и искать кровь, то на это уйдёт куча времени, но и бегать по лесу в надежде наткнуться на кого-нибудь случайно, вроде как, глупо. Никакого послания для него поблизости не было. Значит, никто не возвращался сюда после побега. У Олега была надежда найти какую-нибудь подсказку от Серёжи с информацией, где его искать, но раз ничего такого не нашлось, то по какой-то причине тот, если, конечно, был жив, не вернулся. В норе Олег видел брошенный рюкзак, где оставались документы. Следовало вернуться за ним.       Тот вход был заметно шире, и Волков быстро забрал оставленные вещи и, вновь усевшись на снегу, стал думать. Рюкзак никто не тронул, но раз Сергей не потащил его с собой и не пришёл потом, чтобы забрать, то это можно было считать плохим признаком, так как он знал, что в нём лежали ценные вещи.       Кто-то смотрел на него. Олег спиной почувствовал чужой взгляд и тут же резко обернулся, готовясь либо напасть, либо защищаться. Он хорошо помнил, как не так давно сцепился с Шурой и как нехватка опыта чуть не стоила ему здоровья. На ветке дерева сидел молодой парень и, помахивая ногами, смотрел на него сверху вниз. Страха в глазах перед огромным волком у него не было, но зато был заметен интерес. У него на голове была бамбуковая шляпа, а одет он был в тонкую накидку и лёгкие хлопковые штаны. На ногах у незнакомца ничего не было. И холода он, кажется, не испытывал.       Человек что-то сказал, но Олег его не понял. Тот, должно быть, увидел растерянный взгляд потенциального собеседника, потому что перешёл на английский.       — Заметил всё-таки.       — Ты ещё кто? — грубо спросил Волков, и мышцы под шерстью напряглись, готовясь к прыжку, если понадобится.       — Тот, кто сегодня здесь… А завтра там. Сегодня человек, а завтра зверь.Человек и зверь, озорство и игра, вечный баланс живых.       — Что? — удивился Олег.       — Ты хорошо составляешь стихи? — парень наклонился, пристально смотря ему в глаза. — Хочу соревнование по стихам.       — У меня нет на это времени, — буркнул Олег, собираясь развернуться и уйти, но человек спрыгнул прямо перед ним, нагло заглядывая в глаза.       — Если сыграешь, я скажу тебе, куда делись обитатели этой чудесной норы.       — Что? — снова выдохнул Волков, тут же навострив уши. — Говори. Где они? Что с ними?       — Хэй, не так быстро, волчара, — фыркнул незнакомец, а когда Олег собрался подойти ещё ближе уже с угрозами, мгновенно залез обратно на ветку. — Либо играем, либо нет. По три стиха с каждого.       — Я не… Ладно, только быстро.       Волков ничего не смыслил в японских стихах, но если этот парень мог как-то помочь ему, то стоило воспользоваться предложением, ведь другой возможности могло и не быть, а так получится хотя бы узнать, что произошло в норе и где могли находиться Серёжа с Айко сейчас.       — Отлично! — обрадовался парень и весь вытянулся, прокашлявшись. — Правила такие: я даю первую строчку, а ты должен закончить. Итак… Первая строчка: золотая осень.       — И что мне с этим делать? — растерянно спросил Олег.       — Дополнить до полноценного стиха, разумеется, — незнакомец скрестил руки на груди. — Давай же, я не стану жать полдня.       — Ну… — Волков замялся, пытаясь вспомнить, что вообще слышал о хокку или же хайку, после чего осторожно продолжил: — Ветер сбил меня с ног… Пришлось звать на помощь.       Парень скривился и отрицательно покачал головой, показывая, что ему категорически не понравилось.       — Нет, вообще не то. Но ладно, ты сделал свой ход. Теперь твоя очередь.       — Так, ладно, — Олег потряс большой головой, стараясь собрать мысли в кучу. — Первый снег ложится.       — Интересно, — задумался парень, но почти сразу же выдал: — Всё, о чём шумел мир, замерло под белым. Думаю, балл за первый раунд присуждается мне.       — Это… Красиво, наверное, — вынуждено согласился Волков.       Кажется, он впустую тратил драгоценное время непонятно на что, но раз уж всё так закрутилась, он поспешно спросил:       — Как тебя зовут? Я должен знать, раз уж у нас соревнование. Я вот Олег.       — Странное имя. Олег, — облизнул губы парень, словно пробуя его на вкус. — Меня зовут Ютака.       Хотелось съязвить, что его имя не менее необычное для иностранного восприятия, но уже новый знакомый поспешил дать ему следующую строчку:       — Солнечные нити.       — Пробиваются сквозь ели, — Олег не торопится, обдумывая каждое слово, — Я шёл и думал о смысле жизни.       — Это уже лучше, — Ютака улыбнулся. — А что предложишь мне?       — На песке ребёнок, — это показалось Волкову несколько сложнее, но только не для загадочного парня.       — Рисует солнце с руками И себя в середине, — молодой человек с превосходством взглянул на Олега. — Кажется, моё стихотворение звучит красивее твоего и в этот раз.       — Ну уж нет, — возмутился Волков. — Я старался, и получилось хорошо. Так что засчитай этот мне. Будет поровну, а третий станет решающим.       — Хорошо, — сразу же согласился Ютака, определённо веря в свою победу. — Твоя строчка: река не спешит.       Олег очень хорошо задумался. Ему нужно было выиграть, хоть это и было тяжело. Он настолько ушёл в свои мысли, что парень покашлял у него над ухом, требуя ответа или сразу же присуждая победу себе.       — Знает: все дороги ведут к одному устью, — это был лучший вариант из всех, что пришли ему в голову.       — Несколько… Банально и просто, но сойдёт. Всяко лучше самого первого.       Это был абсолютный провал. Что бы сейчас ни загадал Волков, была почти или вообще стопроцентная вероятность, что он проиграет. Однако и совсем уж сдаваться не хотелось, поэтому он снова выбрал что-то, на его взгляд, сложное.       — Старый колодец.       — А это очень интересно! — воскликнул Ютака и даже спрыгнул на землю, начиная ходить туда-сюда.       — Время, — напомнил Олег.       — О, конечно, — парень щёлкнул пальцами, сказав: — На дне — отражение луны, которой нет уже.       — Что? — Волков фыркнул. — Это бессмыслица. Кажется, балл за мной.       — Бессмыслица?! — глаза Ютаки полыхнули огнём, после чего Олег резко повалился на землю.       Его задние лапы обвили корни дерева, на котором до этого сидел парень. Волк издал какой-то то ли вой, то ли скулёж, а в результате оказался висящим вниз головой, пытаясь передними лапами хоть как-то достать до земли, чтобы спуститься. В глазах была целая гамма эмоций: от шока до какой-то паники от осознания, что просто так деревья никогда не хватали ни людей, ни животных. И вообще деревья не умели и не должны были никого обвивать корнями и подвешивать над землёй!       — В своём стихе я сказал о том, что прошлое остаётся лишь в качестве иллюзии. Это отблеск того, что уже исчезло, — Ютака подошёл ближе, смотря в волчьи глаза. — Если ты не способен понять смысл, который лежит на поверхности, то я могу лишь посочувствовать твоей ограниченности. Извинись, волк, и я отпущу тебя.       — Слушай, я вообще… — внезапно Олегу в голову ударила мысль, которая должна была прийти сразу же, как этот человек с ним заговорил. — Погоди ты… Ты понимаешь меня? Как ты со мной разговариваешь?       — Языком, который ты явно понимаешь с трудом.       — Нет, я же… Зверь, а ты человек. Ты не должен понимать мою речь, — Волков попытался выбраться, но тут корни резко отпустили его, и он грохнулся на землю.       — Я ни слова не говорил о том, кто такой, — через секунду Ютака вновь сидел на излюбленном месте на дереве. — Но сейчас говорю, что я не человек, хоть и могу выглядеть, как он.       — Кто ты? — Олег поднялся, отряхиваясь от снега и принюхиваясь, однако запах Ютаки был ему незнаком.       — А какая разница? — парень прислонился спиной к стволу дерева и натянул шляпу на глаза. — Можешь идти, спасибо за соревнование, хоть оно и было несколько скучным.       — Ты должен помочь мне! — оперевшись лапами о дерево, Волков умоляюще посмотрел на молодого человека. — Я в жизни не составлял японских стихов, только слышал их. И ты не можешь отрицать, что для первой попытки это было весьма недурно. И прости, что я невольно оскорбил твой стих, я был не прав. Мне нужно узнать, куда делись лисицы, что жили в этой норе не так давно.       — Для чего тебе это? — поинтересовался Ютака, продолжая валяться. — Волку захотелось полакомиться одной кицунэ и одним лисом? Весьма странный союз для этих существ.       — Они не пара, — покачал головой Олег. — Просто… Были вынуждены какое-то время жить вместе. Они ждали меня, но когда я вернулся… Увидел только разрытую нору и кровь. Ты что-то знаешь? Если да, то помоги мне.       — А что я от этого получу? — парень перевернулся на бок и сощурился, теперь немного заинтересовавшись. — Что ты можешь предложить мне за помощь?       Олег молчал. У него не было абсолютно ничего, даже денег местных толком не осталось. Ему было нечего дать этому существу. Внезапно тот решил его удивить и сказал:       — Хорошо, я помогу, но взамен ты расскажешь, кто такой и откуда здесь взялся.       — Такая плата меня устроит, — тут же согласился Волков, так как это было идеальное предложение в его ситуации. — Ты первый.       — Как хочешь, — Ютака в очередной раз оказался на земле, рассматривая вход в нору. — Я видел, как это случилось. Здесь побывал оками. Около двух недель назад. И это удивительно: обычно они тайно помогают людям, а к лисам относятся равнодушно, но этого… Словно его натравили на них.       — Кто такой оками? — будь Олег сейчас человеком, он бы нахмурился.       — Волк, — ответил парень, окинув его взглядом, — но не такой, как ты. Сначала я и тебя на мгновение принял за него, но потом увидел, что ты другой. Увы, есть вероятность, что его нападение было связано в том числе и со мной.       — Что? — Волков тут же оскалился, но Ютака поднял руки в мирном жесте.       — Эй, потише, зверюга, это лишь предположение. А вообще… Они сами навели на себя беду, когда сунулись в деревню. В ту ночь я решил выпустить куриц и повредил ограждение. Видел, как они сначала пробрались в какой-то дом, а потом удрали в лес. Должно быть, люди решили, что это тоже их лап дело.       — Зачем ты вообще это сделал?! — глаза Олега словно наполнились кровью, и он едва удержался, чтобы не броситься на молодого человека.       — Такая уж моя натура, — развёл руками Ютака. — Решил подшутить над извергами, которые держат за решёткой бедных курочек. С тех пор их ограждение ни на что негодно, и птички то и дело сбегают.       — Да, я заметил, — буркнул Волков, действительно припомнив, что видел, как жители деревни ловили сбежавших куриц. — И я не знал, что в Японии есть волки-оборотни.       — Кто? — выгнул бровь парень. — О нет, оками не оборотень. Просто добрый дух, который всячески помогает людям. Однако, по слухам, они давно то ли вымерли, то ли покинули эти земли, то ли стали обычными волками и также умерли, поэтому я был удивлён, когда увидел своими глазами одного из них. Говорят, однажды люди перестали ценить помощь оками, начали использовать её в корыстных целях, и те отказались и дальше помогать этим неблагодарным созданиям. Соответственно, этот оками мало того, что, возможно, последний представитель своего рода, так ещё и вёл себя крайне странно.       — И где же он сейчас?       — Этого я сказать не могу, — Ютака пожал плечами, а, увидев нервозность волка, благоразумно отошёл подальше, — но после того, как лисы сбежали отсюда, он погнался за ними в лес. Больше я ничего не видел.       — Ты даже не помог им? — осуждающе поинтересовался Олег. — Им была нужна помощь!       — А я как-то мог помочь? — фыркнув, парень достал что-то из кармана и закинул в рот. — Это меня не касалось, но я точно знаю, что сюда никто, кроме оками, не возвращался. Он что-то вытащил из норы и ушёл.       — Эта информация мне абсолютно ничего не даёт! — чертыхнулся Волков. — Мне нужно знать, где они сейчас и… И живы ли вообще, а не только то, что ты рассказал.       — Твоя очередь рассказывать о том, кто ты, — Ютака словно и не обратил внимания на его возмущение.       — Обойдёшься, — Олег кое-как накинул на шею рюкзак, перед этим растянув одну из лямок, развернулся и направился в лес, пытаясь разглядеть под снегом капли крови.       — Эй! Тяжёлый валун придавил росток к земле — вот и весь закон. Мы договорились.       — Ты не сказал ничего, что могло бы мне хоть немного помочь, — прорычал Волков, вовремя отскакивая, когда то же дерево чуть снова не схватило его корнями.       — Я и не говорил, что знаю много, — Ютака на секунду задумался, но предложил: — Я могу поспрашивать у местных деревьев, вдруг они что-то видели.       — Ты, что, эльф? — ещё раз появилось желание скривиться.       — Нет, но я с лесом в хороших отношениях, и если он захочет помочь, то поможет. Не все деревья, конечно, по-прежнему разговаривают, но есть такие, как это, — он мягко похлопал по стволу, — которые готовы пойти навстречу.       — Странно, но если это правда возможно, то… Я был бы рад, — быстро спохватившись, Олег предупредил: — Но в этот раз никаких сделок. Либо ты помогаешь, либо уходишь. Я и так потратил на тебя достаточно времени.       — Если они мертвы, то им всё равно, в каком состоянии ты найдёшь их тела, — заметил Ютака, но тут же замолчал, стоило ему увидеть взгляд волка. — Ладно-ладно… Подожди немного.       Он коснулся дерева, а потом прикрыл глаза. Повисла тишина, и Волков сел в сторонке, наблюдая за ним. Может, этот непонятный парень опять разыгрывал его, но хотелось верить, что это было не так. В противном случае… Олег мог пересилить себя и всё-таки пообедать им.       — Они могут показать дорогу, — вдруг сказал Ютака. — Они что-то видели, и я тебя проведу.       Волков собирался сдержанно поблагодарить его, но тут тело молодого человека изменилось, и перед Олегом появился небольшой зверь размером со среднюю собаку. У него были короткие лапы, а также длинный и пушистый мех. На широкой морде находился чётко выраженный рисунок, напоминающий маску енота-полоскуна. По бокам же располагались пышные тёмные бакенбарды, а вокруг головы — пушистый «воротник». Цвет у зверя был грязно-бурый, но вдоль спины проходила тёмная полоса.       — Ты… — опешил Волков, даже не понимая, как на это реагировать.       — Я бакэдануки, — наконец-то пояснил парень, который теперь на фоне Олега казался совсем уж мелким.       — Кто? — непонимающе спросил волк.       — Ох уж эти иностранцы, — издав недовольный звук, Ютака побежал в лес. — В других странах нас называют просто тануки.       — Точно, — Джесс что-то говорила об этом, — я слышал о вас. Выходит, ты енотовидная собака. И можешь превращаться в человека.       — Это мой настоящий облик, — пояснил зверь, под бег которого приходилось постоянно подстраиваться, — а так я могу быть кем угодно: хоть любым животным, хоть человеком, хоть предметом. Так глубоко в лесу я бываю редко: мне нравится подшучивать над людьми, а их тут куда меньше, чем в городе. Да и там больше мест, где можно украсть еду.       — Выходит, ты вор? — в голосе прозвучало осуждение, но Ютака предпочёл проигнорировать его.       — А зачем мне как-то напрягаться, если я могу получить всё, что мне нужно, и без этого? Но хватит уже обо мне. Пока у нас есть время, можешь всё же рассказать и о себе.       Пришлось начать с самого начала и того, как Олег стал оборотнем, до момента, где они с Серёжей поехали в Японию. Открыто говорить об их отношениях Волков не стал, но Ютака, кажется, и без этого догадался, что они были не просто друзьями.       После долгого рассказа Олега на какое-то время наступила тишина, и они просто куда-то бежали, но потом молодой человек, устав молчать, начал увлечённо рассказывать о своей семье.       — Таким образом, нас родилось семеро: я, мои братья Кентаро и Широ, а также сёстры — Кейко, Марико, Аска и Фумико. А перед нами был выводок всего из трёх щенков: Мику, Оми и Ёшихару. А после…       — Я понял, понял, — прервал его Волков. — Вас рождается очень много и довольно часто. Но мне говорили, что вас крайне сложно найти. Я думал, вы тоже вымирающий вид.       — Глупости! — воскликнул Ютака с возмущением. — Мы просто не любим слишком сильно светиться. Моя любимая сестрёнка Кейко уже давно живёт в городе, как человек, а её муж — самый обыкновенный представитель этого рода. Он даже не знает о том, кто она такая. Марико тоже работает в большом офисе среди людей и встречается с человеком. Аска живёт в лесу, по большей части, иногда выходя к людям для разных шалостей. Но предпочитает окружение природы. Фумико несколько лет назад, к сожалению, покинула Японию и уехала в Южную Корею. Ей там предложили какую-то работу… С братьями я давненько не виделся, но они оба тоже не городские. По крайней мере, Кентаро. Он самый старший, и у него уже своя семья. Его жена не менее очаровательная бакэдануки. И Широ нашёл себе кого-то из наших. Забавно, что почти все сёстры предпочли современность давним традициям.       — Вижу, вы почти не теряете связь друг с другом, хотя давно выросли, — заметил Олег с интересом. — Никто из вас не живёт в больших стаях?       — Нет, это не для нас, — Ютака остановился, словно прислушиваясь, после чего немного свернул в сторону. — Мы предпочитаем жить сами по себе. Хотя бы до того момента, пока не появится партнёр. Мои мать с отцом вместе уже много лет, и у них было больше десяти выводков. Хоть и не каждый год. И… Не все выжили. Наш выводок был одним из самых больших, и, что удивительно, никто не умер. До нас было трое, как я уже сказал, и Мику погибла в детстве, когда на них напали какие-то люди. Должно быть, охотники. Тогда же ранили Оми, и с тех пор он заметно хромает. Были и другие случаи смертей, разумеется. Всё же раньше и в детстве мы чаще жили и живём в виде животных. А сейчас вид человека почти всем нравится больше.       — Неужели ты знаешь про всех своих братьев и сестёр? — болтовня с этим необычным существом помогала отвлечься от гнетущих мыслей.       — Нет, но про многих, — ответил тот. — Я частенько вижусь с Кейко, и она думает признаться мужу в том, кто такая на самом деле, так как хочет детей, а он явно удивится, если их будет пять или шесть… Хотя, учитывая, что он человек, вероятность этого куда меньше.       — Интересно… — протянул Олег. — Насколько мне известно, у моего вида то же самое. Хотя я мало слышал о волчатах именно от человека.       — У нас кто-то может приобрести такие способности, а кто-то родится обычным человеком.       Ютака заметно подобрел, увидев интерес Волкова, поэтому с радостью рассказывал ему всё, что знал и посвящая во все подробности жизни тануки. Олегу было бы полезнее узнать что-то про таких, как он сам, но вряд ли когда-нибудь ещё подвернётся возможность познакомиться с таким японским оборотнем, и из-за этого он тщательно впитывал в себя всю получаемую информацию. Вдруг однажды даже это ему пригодится. Тем более, его сородичи откровенничать не то чтобы любили и скорее стыдились его. Волков особо не рассчитывал на то, что выйдет узнать гораздо больше, чем он знал уже сейчас.       — Деревья говорят, что мы почти пришли, — сообщил приятную новость Ютака. — Они что-то знают, и есть шанс, что увидишь ты нечто хорошее. Однако они не очень разговорчивые, поэтому подробностей у меня нет.       В душе проснулась радость, и лапы сами понесли его вперёд как можно скорее. Его Серёжа был где-то там, и Олег был уверен, что с ним всё было хорошо. Оставалось всего лишь добежать, всего лишь не оставить веру в лучшее.