Солнечный зайчик

Ты — единственное море, в котором мой инстинкт самосохранения равен нулю... И когда я в тебе тону, то с улыбкой иду ко дну.

Владимир Ток

Юнги вёл машину, напряжённо сжимая руль. Сейчас все, что он хотел, — это обнять Чимина. Заверить, что ему нечего бояться и что у них есть все шансы быть счастливыми. За окнами мелькали огни ночного города. Будь ситуация другой, Пак сейчас бы с присущей ему жизнерадостностью любовался бы видом из окна и забрасывал мужчину вопросами. Время, проведённое в Тэгу, могло стать их счастливым воспоминанием, если бы не инцидент на празднике. Парни были уже час в дороге, и его телефон, который он небрежно бросил на панель, завибрировал от входящего звонка. Мин взглянул на экран и со свистом втянул в себя воздух. Если сейчас ответит матери, то не будет выбирать выражения. Брюнет быстро включил режим самолёт, чтобы больше не отвлекаться. Юнги незаметно посмотрел на Чимина. Тот сидел, съёжившись в сторону окна, но старший видел, как по щекам продолжали катиться слёзы. Они не сказали ни слова друг другу с того момента, как поспешно покинули родительский дом. Мин не выдержал и, съехав на обочину, остановил машину. Затем сняв с себя ремень безопасности, всем корпусом повернулся к Чимину и дотронулся до чужого плеча. Парень непонимающе уставился на старшего. Юнги протянул ему бутылку с водой, чтобы младший немного успокоился и перевел дух. — Чимина, прошу тебя, не плачь, — попросил брюнет, чуть наклонившись к нему, пальцами касаясь влажных дорожек на щеках, — это разбивает мне сердце. Чимин сделал пару глотков воды и судорожно вздохнул, избегая смотреть в глаза. — Давай остановимся в отеле и переночуем здесь. Ты слишком вымотан и устал. Ты согласен со мной? Чимин просто кивнул. — Хорошо, до ближайшего отеля рукой подать, — выдохнул Юнги, обрадовавшись, что мальчик согласился. Больше не мог выносить дистанцию между ними, когда оба так напряжены и расстроены. Недосказанность и неопределённость повисла в воздухе. Ему хотелось стереть эту горечь и печаль в любимых глазах.

*

Отель был чистый и аккуратный, то, что сейчас было нужно. Наверное, выглядели они странно: один явно расстроенный молодой мужчина, другой опухший от слез мальчишка, который сейчас был действительно похож на подростка. Старший заказал один номер на двоих. Ему было все равно, что о них сейчас думает администратор. Юнги просто хотелось быть рядом с Чимином, несмотря ни на что. Вымотанный морально и физически мужчина стремился побыстрее оказаться в номере. Быстро разобравшись с формальностями, поднялись в самый обычный светлый номер. Юнги взял Чимина за руку, и тот вопросительно взглянул на старшего. — В душ идём вместе, — скорее поставил перед фактом, чем предложил Юнги. Глаза парня удивленно распахнулись, и усталости вдруг как не бывало. Мужчина без лишних слов потянулся к блондину, чтобы снять белый вязаный свитер. Чимин послушно поднял руки, чтобы тому было удобнее. Затем большие ладони стали гладить бёдра парня, восхищаясь его фигурой. Мальчишка застыл, завороженно наблюдая, как старший расстёгивает пуговицу и ширинку, с трудом стаскивая узкие, плотно сидящие на парне джинсы. Юнги потянулся к своей одежде, но Чимин отвёл его руки в стороны и сам стал расстёгивать рубашку чуть дрожащими руками. Устав бороться с неподдающимися пуговицами, нетерпеливо дернул, отрывая две последние. Юнги сразу скинул мешающую ткань с плеч и потянулся к джинсам, горящими глазами наблюдая, как Чимин снимает с себя оставшееся нижнее белье. Мужчина переступил через одежду, протягивая руку младшему, чтобы повести за собой в душевую. Там, стоя под водой, нежно и аккуратно мыл мальчишку, игнорируя своё и чужое возбуждение. «Потом», — мысленно пообещал он себе. Сначала было важно позаботиться о его зайчике, но Чимин думал иначе. Юнги стоял за спиной, намыливая и одновременно массируя напряжённые узкие плечи. Пак подался назад, вплотную прижимаясь ягодицами к паху мужчины. Старший охнул от неожиданности, но придержал Чимина за пояс, принимая игру. Он жадно припал к шее любимого, сильно засасывая нежную кожу и оставляя розовые следы, так, что назавтра они превратятся в синяки. Старший коснулся чужих тёмных сосков и с нажимом стал их ласкать. Шум воды приглушал срывающиеся стоны с губ Чимина. Юнги развернул его к себе и стал целовать грудь, вбирая поочерёдно соски в рот, покусывал их и дразнил. Опустился к животу, проникая языком во впадину пупка. Мужчина не пропустил ни одну линию точеного красивого пресса, плавно очерчивая языком и оставляя горячие поцелуи. Чимин не в силах держаться на дрожащих ногах, зарылся руками в волосы старшего и прислонился спиной на холодный кафель. Парень выгибался навстречу ласкам Юнги, что сейчас, уже помогая себе рукой, сладко ласкал член любимого. Он мучил его, нежно посасывая сначала головку, а затем расслабляя горло, принимал в себя до основания. Мужчина знал, на какие точки воздействовать, чтобы сделать невероятно хорошо. Пак толкался навстречу, теряя голову от ласк. Парень был близок к концу, тогда Юнги поднялся с колен, сильнее сжимая и интенсивнее двигая рукой, жарко прошептал в ухо блондина: — Давай, Чимина. Я хочу увидеть, как ты делаешь это для меня. Чимин стал сильнее толкаться в его руку и с громким стоном излился в чужой кулак и на их животы. Обессиленный мальчишка положил свою голову на плечо Юнги. Старший заботливо придержал его и быстро смыл с них следы. — Молодец, — похвалил мужчина, откровенно любуясь им, — ты такой красивый. Можешь обхватить меня ногами? Чимин кивнул, и брюнет, подхватывая его за ягодицы, поднял, крепко прижимая к себе, и направился в комнату. Там бережно положил на кровать и навис сверху, целуя его закрытые веки, лоб, щеки, нос. Не хотел пропустить ни один участок кожи на любимом лице. Чимин приглашающе приоткрыл губы, ожидая поцелуя, и Юнги не заставляет ждать. Их языки сплелись, словно в борьбе, в глубоком поцелуе. Мальчишка под ним задрожал и развел ноги в стороны, обхватывая ногами спину мужчины. Снова был возбуждён и хотел большего. Юнги обхватил руками оба члена, создавая такое нужное им сейчас трение, и задвигал рукой. Чувствовать пульсирующую плоть любимого в ладони и быть так близко к нему, было непередаваемо приятно. Когда медленный темп постепенно менялся на более быстрый, Чимин перехватил его руку и остановил. — Я хочу по-другому. Хочу быть твоим. Юнги думал, что сойдёт с ума, сталкиваясь взглядом с парнем. В нем читались решимость и сильнейшее желание. Чимин выглядел так сексуально, что последние тормоза в голове мужчины уже готовы были слететь. — Больше всего на свете я хочу этого, зайчик, — голос был хриплым и низким от возбуждения, — но мы не подготовлены сейчас, и я причиню тебе боль, а не наслаждение. Чимин сосредоточенно нахмурился. — Смазка? — прямо спросил он, и Юнги кивнул. Тогда Чимин взял два пальца мужчины себе в рот и обильно смочил их слюной. Брюнет, не выдержав, застонал, отрицательно качая головой. — Я знаю, что в любом случае будет больно, но я хочу этого. Хочу почувствовать тебя и стать твоим. Его слова сломали последнюю оборону Мина. Он глубоко вздохнул, пытаясь унять бешено бьющееся сердце. Затем кивнул, сдаваясь, и присел между ног Чимина. Мужчина начал осторожно и нежно массировать тугое колечко мышц. Чимин с непривычки напрягся, но тут же расслабленно и томно выдохнул, когда другая рука легла ему на пах и стала ласкать. От представшей его глазам картины Юнги едва держал себя в руках. Он старался запомнить каждую мелочь, каждую часть, чтобы навсегда запечатлеть в памяти. Палец осторожно проник внутрь. Чимин зашипел, и мужчина тут же остановился. — Нет, не останавливайся, — запротестовал парень, распахивая глаза. В его голосе был такой испуг, что все закончится, так и не начавшись, что старший не мог не улыбнуться. Мужчина медленно продолжил и, проникая чуть глубже, начал аккуратно растягивать тугую плоть, такую одуряюще узкую и горячую. Юнги добавил ещё палец, а Чимин уже полностью расслабился и тихонько постанывал, стараясь не обращать внимание на неприятное жжение. Парень неосознанно стал легко подаваться вперёд, навстречу мягким толчкам. Тогда брюнет добавил третий палец и уже мог чуть свободней проталкиваться. Сквозь пелену желания не сразу понял, что Чимин обращается к нему. — Что? — тупо переспросил он. — Я сказал, что вспомнил. Там, в моем рюкзаке, есть крем от растяжений. Используй его. Юнги нашёл рюкзак на полу, куда сам же его и положил. Вещей внутри было немного, но пальцы не слушались его, никак не находя проклятый крем. — Хен, пожалуйста. Быстрее, — позвал Чимин с кровати, — вернись ко мне. Мужчина нетерпеливо высыпал все содержимое на пол и наконец увидел то, что нужно. Вернувшись к Чимину, выдавил немного на пальцы и чуть погрел в руках, чтобы не доставлять ненужный дискомфорт. Три пальца проскользнули внутрь чуть глубже, и парень, вздрогнув, начал протяжно стонать, когда Юнги раз за разом попадал точно по простате. —Юнги, пожалуйста, — взмолился Чимин, по вискам которого выступил пот. Мужчина и сам больше не мог медлить. Приставил истекающую смазкой головку ко входу и мягко толкнулся наполовину. Парень под ним запрокинул голову и зажмурился. Юнги медленно погрузился в него до основания и наклонился к лицу, чтобы оставить невесомые поцелуи на чужих веках, сцеловывая выступившие слезинки. Внутри было так узко, что было одновременно и невероятно хорошо и больно. — Зайчик, тебе больно? — с трудом ворочая языком, спросил Юнги. — Немного, — прошептал блондин, открывая глаза и стараясь привыкнуть к непривычной и чуть болезненной наполненности. — Чимини, пожалуйста, постарайся расслабиться. Я буду осторожен, обещаю. Парень кивнул, и тогда мужчина поцеловал его, сначала посасывая нижнюю губу, затем проталкивая глубоко язык, словно хотел показать, как он его сейчас хочет там. Чимин крепко обнял его за шею, с готовностью отвечая на ласки. Почувствовав, как парень отвлекается на жаркий поцелуй и расслабляется, Юнги снова задвигался в нем. Медленно и осторожно, сжимая в руках бёдра парня. Они тяжело дышали, смотря друг другу в глаза, не желая разрывать зрительный контакт, что распалял их ещё больше. Чимин пальцами нежно стёр пот с висков мужчины и закинул свои ноги ему на спину, выгибаясь навстречу, требуя его в себя ещё глубже. И Юнги отпустил себя. Поменяв немного угол проникновения, стал быстрее вбиваться в него, вызвав у блондина громкие стоны наслаждения. Невероятно узко и хорошо, брюнет ни с чем не мог сравнить эти ощущения, словно Чимин был создан специально для него. Словно ничего не может быть более правильного, чем происходящее сейчас. В этот момент младший открыл глаза и посмотрел на любимого, словно ощущал то же, что и Юнги. Единение душ? Даже эти пафосные слова сейчас недостаточно подходили им, это нечто гораздо большее. Чимин ещё крепче прижался к старшему и, прикрыв глаза, задрожал. Мужчина понял, что его мальчик вот-вот дойдёт до пика. Он стал двигаться ещё быстрее, входя до основания, желая сделать оргазм парня ярче. И Чимин кончил, бурно и громко. Юнги хватило ещё на несколько толчков, и в последний момент смог выйти из него, с низким стоном излившись на бедро обессиленного парня. Они лежали на влажных простынях и смотрели друг другу в глаза. Никаких слов не хватило бы, чтобы описать, что чувствовали в этот момент. Юнги видит в глазах Чимина бесконечность, он только в этих глазах может увидеть ее и поверить безоговорочно в вечное. Только эти глаза способны любить так, чтобы понять это без слов. Где-то там, в самом сердце, где, казалось, уже нет места ни для кого, этот мальчик смог пустить корни и привязать крепко к себе. В этом и не было необходимости, потому что Юнги сам хотел быть привязанным всей душой, чтобы никто не разлучил и не отделил друг от друга неделимое.

***

Юнги взглянул на наручные часы – девять утра. В душевой тихо журчала вода, и мужчина воспользовался этим временем, чтобы позвонить Юнчону. — Рвёт и мечет, — сказал брат, — кричит, что ты нас опозорил. Как тебя плохо воспитали, что ты оставил без пяти минут свою невесту одну. — Как она может говорить о воспитании, хен? — разозлился Юнги, — позор – это то, что она там устроила. Она саму себя выставила посмешищем перед гостями. Зачем так было мелочиться? Надо было сразу Соен жить к нам позвать, а не на обед. — Тише, Юнги-я. Я ей уже это сказал. Она невозможная, — вздохнул старший, — даже отец был в шоке от ее бестактности. — Попроси ее, чтобы не звонила мне сейчас, — вздохнул он, — я сам ей позвоню, когда успокоюсь. Все равно никогда не поймёт, что сделала не так. — Это точно. Как там Чимин? — участливо спросил брат, — вчера он выглядел очень плохо. — Сейчас ему лучше, — улыбнулся Юнги, представляя в мыслях вчерашнюю ночь. — Я рад, что с ним все хорошо. Юнги услышал, как стихла вода, и попрощался с Юнчоном. Чимин, закутанный в огромный белый халат, вошёл в комнату. Увидев, что старший проснулся и пристально его разглядывает, покраснел от смущения и застыл на месте. — Иди ко мне, — похлопал по своим коленям Юнги и протянул к нему руки. Чимин опустился на него и оказался в надежном кольце рук. Немного поёрзал, чуть поморщившись, и мужчина понял, что мальчишка испытывает дискомфорт. — Сильно болит? — забеспокоился старший. — Не особо, но резких движений делать не стоит, — смущённо улыбнулся он. Юнги зарылся носом во влажные и душистые волосы парня и с удовольствием вдохнул его аромат. — Я полюбил утро каждого дня, — сказал старший, — я могу видеть тебя и обнимать. Он приподнял чужой подбородок и поцеловал полные чувственные губы. Нежно и мягко, будто приветствуя. — Хен, — Чимин немного нервничал, — твои родители и брат сильно злятся, что мы уехали вчера? Юнги нахмурил брови и отвёл взгляд. — Это сейчас абсолютно не важно, зайчик. Я прошу у тебя прощения за то, что ты стал свидетелем той ситуации. Мама не должна была так поступать в любом случае. Неважно, было ли ее целью помочь кому-то или нет. Чимин поёжился от чужого холодного тона. — Я тоже неправильно повёл себя, хен. Я думал об этом, когда мы уезжали. Ведь мог бы перетерпеть и ничего бы не испортил. Это же твой дом и родители… — Чимина, — мягко перебил его Юнги, — я для себя понял одну вещь. Неважно, где я нахожусь, главное, чтобы ты был всегда рядом. Я был счастлив с тобой в Сеуле и был счастлив с тобой в Тэгу. Я давно не чувствовал себя так хорошо в своём родном городе. Мой настоящий дом – это ты, зайчик. Счастливый Чимин обнял Юнги и прошептал: — Я так счастлив с тобой, Юнги-хен. Спасибо тебе за каждый день, спасибо за эти слова. Я все время боялся, что так чувствую себя только я один. — Только слепой не увидел бы, что я чувствую, — улыбался брюнет, — мои родители слепы, потому что плохо знают своего сына. — Юнчон-хен знает о нас, да? Он вчера странно отреагировал. То есть, нормально. — Да, — кивнул Юнги, — от него я не хотел скрывать. Брат всегда был тем, кто слушал и пытался понять меня. — Он хороший, — согласился младший, — как ты. — Нет, — усмехнулся Юнги, — он лучше меня. Общительный, душа компании, добрый и отзывчивый. Никогда не оставит в беде. — Но ты для меня такой же, — возразил Чимин, — мне так нравится разговаривать с тобой, а ты всегда слушаешь и терпишь меня. Старший рассмеялся от души. — Терплю? — Я иногда веду себя, как дурак, — мрачно сказал Пак. — Не говори так. Я никогда так не думал о тебе. Мне важно все, что связано с тобой, и это здорово, когда люди понимают и тянутся друг к другу, согласен? Младший кивнул, доверчиво глядя на него своими ясными глазами.

*

Чимин с сожалением смотрел на мятую рубашку Юнги с оторванными пуговицами. Старший молча заправил ее в джинсы, чтобы ничего не было заметно. — Мы же на своей машине в конце концов, а остальные тут переживут мою неопрятность, — махнул рукой Мин, — но вот пальто в Сеуле нам купить придётся. Я вчера совсем забыл о нашей верхней одежде. Завтракали парни в кафе неподалёку от отеля. Юнги внимательно следил за тем, чтобы парень поел как следует. — Я и так набрал вес здесь, — вздохнул Чимин, но и не думал спорить. Наконец, спустя час они выехали из города. И все же, никто из парней теперь не мог не согласиться, что воспоминания все же оставили приятные, сумев изменить и общее впечатление от поездки.

***

Джин встретил их дома с понимающей улыбкой. Когда парни были в дороге и Чимин отлучился в магазин, Юнги сразу позвонил другу предупредить, чтобы он не задавал лишних вопросов и не комментировал их внешний вид. — Эй, я уже думал, вы там до конца твоего отпуска застрянете, — сказал Ким, обнимая парней. — Когда я там оставался надолго за последние несколько лет? — криво усмехнулся Юнги. Джин все же бросил недвусмысленный взгляд на брюнета, увидев шею Чимина. Весь вид младшего и так говорил сам за себя. Он выглядел осунувшимся, и, если бы не сияющие от счастья глаза, он решил бы, что поездка прошла ужасно. Но Ким не так уж и сильно ошибся. — Чимина, я попросил конспекты у твоего Хэджуна, сделай копию учебного материала. Еще мне досталось от твоего хореографа, которому я наплел, что ты заболел. Он заявил мне, что видел тебя совершенно здоровым накануне. Кстати, справка о том, что ты действительно болел тоже на столе. Чимин подошёл и благодарно обнял Кима. — Спасибо огромное, хен. Хочешь, я буду весь месяц готовить и мыть посуду? Джин улыбнулся и похлопал его по спине. — Иди, приводи себя в порядок и поешь. Чимин подобрал рюкзак с сумкой старшего и исчез за дверью комнаты. — Что за Хэджун? — нахмурился Юнги. — Его приятель в универе, да брось, — закатил глаза Джин, — ты серьезно сейчас? Я наблюдаю первую вспышку ревности у Мин Юнги. Кому расскажи, не поверят. — Не говори глупости, я просто спросил, — отмахнулся тот. — Расскажешь, что было в Тэгу? Юнги с опаской посмотрел на закрытую дверь и кивнул.

***

— Она будто с цепи сорвалась, — делился брюнет, сидя в кресле у Джина в комнате, — раньше были просто намёки и наводящие вопросы, но сейчас это превратилось в какое-то безумие. Мама задалась целью и не собирается отступаться. — Слава Богу, моя мама пока не подняла этот вопрос, — расстроенно вздохнул Ким, — что Чимини? — Чимин плохо отреагировал, да и как тут не расстроиться? — Черт, мне жаль мальчишку, — покачал головой друг, — но все же госпожа Нара ведь не знает о вас. — Ты можешь себе представить, как я собираю родителей в гостиной и объявляю об этом? — поморщился Юнги, — я и так их неудавшийся во всем сын. Ещё они возненавидят и оторвутся на Чимине. Я не могу позволить этому случиться. — Я все понимаю, Юнги-я, но как долго вы сможете скрывать это от них? — Я очень боюсь этого, боюсь признаться родителям, — Юнги опустил голову, — увидеть отвращение в их глазах… Я не знаю, как переживу это. Я такой трус, Джин, а еще эгоист, потому что Чимина потерять не могу. — Юнги-я, я пробовал ставить себя на твоё место и понял, что вряд ли бы решился на такие отношения. Но тебе уже поздно бояться. Надо брать ответственность за себя и за Чимина. Я не осуждаю твой страх, он понятен. Но я буду среди тех, кто будет за вас, а не против, просто знай это. — Как мне сказать им, — брюнет закрыл лицо ладонями, — я все время возвращаюсь к этой мысли. Я знаю, что нужно обязательно рассказать, чтобы пресечь попытки матери меня женить. Я больше не хочу делать ему больно. Я все время обещаю не расстраивать его, а получается наоборот. — Набирайся смелости. Ты сам понимаешь, что иного выхода нет, — твёрдо сказал Ким.

***

Юнги сидел в машине перед университетом и наблюдал за покидающими здание студентами. Чимин не ждал его сегодня, так как они не договаривались, что старший приедет за ним. Но Мин хоть и был после дежурства, все же желание увидеть Чимина снова оказалось нестерпимым. Студенты всё выходили, но Юнги так и не увидел своего парня. Он уже пожалел, что не позвонил ему заранее, решив, что Чимин освободился от занятий раньше обычного. Мин решил позвонить ему в дороге. Уже начав разворачивать автомобиль к выезду из парковки, он случайно заметил Пака у дверей универа. Тот был в компании какого-то высокого парня и трёх девушек. Видимо, настроение у младшего было отличное, он широко улыбался высокому брюнету, а тот по-хозяйски закинул руку ему на плечо и непозволительно близко склонился к чужому лицу. Его парень не отстранился, и они продолжали, на взгляд Юнги, вполне себе мило ворковать. Кроссовер Мина находился напротив компании, но Чимин был слишком занят, чтобы заметить мужчину. Что-то необъяснимое творилось в душе старшего. Было неприятно, больно, что даже стало трудно дышать. Он с силой нажал на сигнал руля. Чимин вздрогнул от резкого звука и заметил, наконец, Юнги. Он сразу попрощался с компанией и с улыбкой направился к автомобилю. По мере его приближения с лица парня медленно сходила приветливая улыбка. Пак невольно остановился, с замешательством глядя на старшего. Юнги резким кивком головы указал ему на пустующее место рядом. Он был так зол, что не хотел даже выходить к нему навстречу. Чимин послушно сел и пристегнулся, а Юнги резко сорвался с места, наконец, выезжая с территории универа. — Юнги-хен, я не ждал тебя. Думал, ты высыпаешься после дежурства, — растеряно сказал парень, гадая, почему мужчина так холоден и даже не взглянул на него. — Я заметил, — сквозь зубы процедил Юнги. Чимин озадаченно нахмурился. — Что случилось? — спросил младший, и Юнги бросил на него колкий взгляд, — хен, я правда не понимаю. Я что-то сделал не так? — Кто этот парень, что был рядом с тобой? — все так же не глядя на младшего, спросил Мин. — О, это Хэджун. Он мой приятель и одногруппник, у него Джин-хен брал для меня конспекты. — Тот самый Хэджун, — мужчина сжал руль сильнее, зло уставившись на дорогу. Чимин с неверием смотрел на старшего, в шоке от своей догадки. — Хен, ты что, ревнуешь меня? — удивленно протянул парень. Его сдержанный и такой спокойный мужчина и вдруг ревнует? Он застал врасплох Юнги своим вопросом. Старший мог поклясться, что никогда не сталкивался с этим неприятным чувством. Неужели, это правда ревность? Чимин рассмеялся так неожиданно, что Юнги растерянно посмотрел на младшего. — Что смешного? — раздраженно бросил брюнет. — Ничего, просто это так необычно и приятно, — продолжал улыбаться блондин. Юнги вздохнул, понемногу успокаиваясь. Ужасное чувство, он почувствовал себя круглым дураком, поддавшись эмоциям. — Чимини, ты прав. Я, похоже, и вправду ревную. Этот Хэджун, почему вы стояли так близко и почему он позволяет висеть на тебе, будто ты его собственность? — Если честно, я никогда не обращал на это внимания, — ответил младший, — так ты хочешь, чтобы я держал дистанцию с Хэджуном? Он нормальный парень, и у него есть девушка. Юнги остановился перед небольшим автобусом. Парни попали в классическую пробку в час пик. — Чимини, я чувствую себя так глупо, — сказал Юнги, откидываясь на спинку сидения и виновато прикрывая глаза, — извини за грубость. Пак взял его за руку и прижал к своей груди. — Хен, мне не сложно держать дистанцию с ним, — сказал Чимин, разглядывая профиль старшего, — ты такой горячий, когда ревнуешь. — Что? — Юнги повернулся к парню, не поверив своим ушам, но Чимин смотрел так, будто был готов хоть сейчас отдаться ему. Мужчина неожиданно почувствовал, как сильно тянет низ живота и приливает туда кровь. — Сначала я немного испугался, увидев тебя таким, но потом почувствовал такой сильный прилив адреналина, — нисколько не стесняясь, откровенничал Пак. — Чимин, — простонал брюнет, — перестань так смотреть на меня. Чимин увидел на красивом лице хена то, что ему было нужно. Он быстро расстегнул ремень безопасности и подался вперёд, накрывая губы Юнги своими и страстно целуя. Мин незамедлительно ответил и прижал парня покрепче к себе. Чимин обхватил шею мужчины рукой и, почувствовав внутри требовательный язык, протяжно застонал. Старший сжимал стройные бока и бёдра и обхватил ладонью уже крепкий член блондина. Чимин сразу начал тереться об него, не отрываясь от любимых губ. Страсть накрыла лавиной, отключая разум и заставляя задыхаться от сильнейших ощущений. Их прервал сигнал автомобиля позади них, Юнги вздрогнул и посмотрел вперёд. Автобус уже отъехал от них на довольно приличное расстояние. Чимин со вздохом разочарования упал на своё место, дрожащими руками снова пристёгиваясь.

*

Стоило им добраться до дома, как Юнги бросился на Пака прямо в прихожей. Брюнет прижал Чимина к стене и сорвал с него новое пальто, забираясь руками под тонкий свитер. Мин с нетерпением водил ладонями по гладкой коже и сжимал соски. Чимин выгнулся, обнажая беззащитный изгиб шеи. Он сразу стал покрывать ее мокрыми поцелуями, покусывая, чтобы сорвать стон с пухлых губ. Затем Юнги впился в чужие губы своими, чуть прикусив, безжалостно сминая, словно пытался показать, кому он принадлежит на самом деле. — Хочу тебя, — прохрипел Юнги, отрываясь от губ и вжимаясь пахом в бёдра младшего. Парень инстинктивно чуть развёл ноги настолько, насколько он мог сделать это стоя. Юнги схватился за его бедро, закинув себе на поясницу, продолжал вжиматься и тереться. Все это не приносило желанного облегчения, тогда старший стащил с себя куртку и потянул парня за собой в комнату. Никаких ласк и прелюдий, нетерпеливо и жадно сорвав с себя оставшуюся одежду, они упали на кровать. Юнги, смочив слюной два пальца, тут же начал растягивать Пака. Тот ерзал и выгибался навстречу толчкам, его член весь истекал смазкой. Чимин недовольно застонал, когда старший убрал пальцы и куда-то исчез. Но он быстро вернулся со смазкой в руке и сел у разведённых ног младшего, выдавливая ее себе на пальцы и согревая. Когда в Чимина проникли сразу три пальца, он дёрнулся словно от разряда тока. — Юнги, иди ко мне, — попросил он. Юнги пристроился и вошёл медленным, но уверенным толчком и задрожал от нестерпимого наслаждения. Он наклонился к младшему и задвигался настойчиво и ритмично, жадно ловя стоны Чимина. Пак ухватился за плечи Юнги, крепче сжимая его спину ногами, чуть болезненное, но такое сильное наслаждение накрыло его лавиной. Чувство наполненности сводило его с ума. Мин наклонил голову и прижался губами к бьющейся жилке на шее парня. Пак кричал особенно громко, когда Юнги проезжался по нужному месту, попадая точно в цель. Мин загонял член до конца, дыхание стало рваным, Чимин запрокинул голову назад и, первым не выдержав, излился на свой живот, задев Юнги. Звонкий стон младшего раздался на всю комнату, и Юнги кончил следом, не успев даже выйти из парня. Он повалился рядом, шумно дыша и прижимая к груди любимого. Юнги целовал влажные от пота виски любимого и нежно поправлял спутанные светлые волосы. Это был их второй раз с того времени, как они вернулись из Тэгу. Юнги не требовал близости и, более того, всячески избегал, выжидая, когда Чимин отойдёт от их первого раза. Он был убеждён, что травмировал бы младшего, если бы сразу продолжил их близость. И вот теперь, неделю спустя, они изголодались по друг другу так сильно, что чуть не сделали это в машине на главной дороге посреди многочисленных машин и людей. Стоило Юнги посмотреть на парня, как снова начал заводиться от одного его вида, а когда Чимин томно шепнул ему, что хочет попробовать другую позицию, и вовсе потерял голову.