Принятие своего отказа.

24 декабря. Темнота ночи, только яркий экран телефона, что освещает сонное лицо Хвана. Уже уставшие, заплетающиеся пальцы стучат по экрану. —Как планируешь провести Рождество? —Нет никаких планов. Не с кем. Негде. —Тогда, многоуважаемый Ли Феликс, приглашаю вас на одну из самых лучших смотровых площадок. В Рождественскую ночь там безумно красиво. —Неужели это свидание, Хёнджин? —Ну, получается так. А ты будто бы против? Хёнджин улыбнулся. Он представил выражение лица Ли, если бы пригласил на свидание в живую. —А я хоть где-то упомянул, что против? Феликс частенько сердится на такие уточняющие вопросы. Он не любитель прямолинейности. —Ну, вот и отлично. Завтра, а точнее уже сегодня зайду за тобой. Часов в 9. Хорошо? —Вечера? Да, конечно. Вновь улыбка Хвана. Ликс безумно забавный. Утро 24 декабря. Оба забыли зашторить окна, после долгого сеанса в звездном кинотеатре. В глаза каждого пробивались яркие лучи солнца. Хёнджин начал этот день куда продуктивнее, чем все остальные, что он провел в этой квартире со времен заселения в нее. Брюнет метался из угла в угол, протирая везде пыль, убирая скопившийся мусор и хлам, перемыл всю посуду, и выложив праздничные тарелки на стол, он устало глянул на часы. Время подходило к полудню, а он еще не зафиксировал ни одной мысли, в которой не будет упоминания Феликса. Он действительно думал о нем постоянно. Засыпал с мыслью о нем, и просыпался тоже. Ли в свою очередь все время, а точнее до 2х часов дня провел в постели, даже не думая о чем-либо, кроме него. Кроме Хвана Хёнджина, что написал столь внезапно, и стал близким так же быстро. Брюнет, к губам которого тянет, словно к магниту. Хёнджин, не выдержав, вновь настрочил тому сообщение. —Ликс~ииии, с наступающим Рождеством!) На уведомление Феликс отреагировал бодро, увидев там светящееся «Джинни». —И тебе, Джинни! —Я так подумал, может, после прогулки ко мне? Я хоть повар и никудышный, но что-нибудь да умею) —Почему бы и нет? Встретим Рождество вместе. Отлично) —Тогда, до встречи вечером, Ликси! —До встречи, Джинни) Оба, словно в синхрон отложили телефон с безумно счастливыми улыбками. Тепло, что грело их даже в холодную зиму, разлилось по всему телу приятным чувством. Оба ждут в предвкушении этот вечер. Вечер, в который каждому стоит сказать свои слова. Слова, которые хочет слышать и говорить любой. Искренние. Время уже тикало к 8, а значит нужно собираться. Хван натянул на себя недавно постиранный темно-зеленый свитер, утепленные брюки, зимние ботинки, белый плащ, а сверху, замотавшись в шарф, накинул на себя капюшон. Положив в карман паспорт, кошелек и телефон, Хёнджин крайний раз оглянул квартиру, посмотрел на себя в зеркало со словами: —Надеюсь, мой подарок тебе понравится Ли Феликс,—улыбнулся тот, и поспешил на выход, закрывая по очереди каждую дверь на замок. До дома Феликса было не так уж и далеко, но, оттуда им нужно было еще идти на смотровую площадку, где должны были решиться многие вопросы. Проходя по усыпанным белоснежными хлопьями тропам, брюнет увидел под козырьком подъезда знакомый силуэт со спины. Подходя ближе, Феликс обернулся на хруст снега, и Хвана пронзила улыбка. Искренняя, умиляющая. Ликс был безумно мил в своей зимней шапочке, длинном пуховике и замотанным в шарф. Выглядел словно самый прекрасный в мире ребенок. Безумно хрупкое существо, на защиту которого безусловно хочется встать. Оберегать, дорожить, хранить как зеницу ока. —Джиииинни!—улыбчиво протянул Ли, потянувшись к Хвану, обнимая его. —И тебе здравствуй, Ликси,—разведя руки в стороны, тем самым открываясь для контакта с шатеном, Хёнджин продолжал улыбаться. В этот момент он полюбил зиму. Заснеженную, холодную, продувающую своим ледяным огнем до глубины души, но полюбил. А это благодаря ему. Феликсу Ли. Дизайнеру интерьера, что стал самым теплым солнцем, согревающим в такую пору. —Зачем вышел раньше? На улице не лето, холодно, Фелик….—начал причитать Хван, как того прервали кратким поцелуем в губы. —Тише, Джинни. Не начинай, прошу. Такое прекрасное настроение, Рождество, ты, прогулка на смотровую площадку.—заключил Ли, улыбнувшись. —Пошли лучше. Так я согреюсь быстрее, не так ли, умник?—заиграл бровями шатен, потянув за собой Хёнджина, желая сдвинуть того с места. Поддавшись манипуляциям парня, Хван послушно поплелся за Феликсом. Его улыбка действительно согревала. Хрустящий под ногами снег сопровождал каждый шаг сделанный парнями. Поднимаясь на холм, они разговаривали обо всем. И это «обо всем» зашло до вопроса, что озвучил Феликс: —Как ты вообще сюда добрался?—спросил Ли, разглядывая освещенные слабыми фонарями, столь привлекательные черты лица Хёнджина. Под этим светом они казались куда интереснее. Но, и сейчас Феликс наблюдал грустную улыбку Хвана. Видимо, от этого вопроса брюнет не был в восторге, но все же начал свой рассказ. —Ну, привела меня сюда ссора с родителями. Не поладили, и, грубо говоря, «отпустили на свободу». А я в свою очередь купил билет, сел на поезд и очутился тут. Был здесь в детстве, с бабушкой, когда меня сплавляли родители. Как только зашел на порог квартиры, сразу же принял решение сделать ремонт, но не просто так. Зашел в браузер, первый выпал ты. Посмотрел работы, отзывы, написал тебе, а увидев аватарку, сразу что-то кольнуло. Эти щечки, где расположились прекрасные веснушки которые хочется целовать, губы, ресницы..Меня очаровало все, в ту секунду.—искренне закончив свой рассказ, парень выжидающе глянул на Ликса, что завороженно смотрел на Хёнджина, даже не заметив, что они пришли. Шатен действительно потерялся. Приходя в себя, стал замечать весь город под ними, украшенный яркими гирляндами, что переливалась каждая по своему. —Хёнджин..Джинни..Я..—растерявшись, Феликс спрятал лицо в ладонях, несвязно что-то промычав. Наконец, показав свои румяные, толи от мороза, толи от смущения, щечки, Ли улыбнулся. Неловко, на выдохе, и просто взглянул в карие глаза Хёнджина. Они отличались от его. Глаза Хвана были похожи на перемолотые кофейные зерна, а в них вкрапления янтаря. Разум брюнета заметно терял контроль, смотря в эти медово-карие глаза. По настоящему осенние. Он мог бы с уверенностью сказать, что самое подходящее время года для Феликса—осень. Он выглядел как осень. Его глаза, цвет волос. Все выдавало в нем эти прекрасные нотки. —Ли..Феликс Ли.—начал официально Хёнджин, подбирая слова.—Пусть прозвучит это довольно странно, учитывая время нашего общения, но..—черт, ну репетировал же.—Раз это официальное свидание, то..— Феликс не отрывал взгляда от уст Хвана. Сердце, казалось пропускало несколько ударов.—Мое официальное предложение и признание. Ли Феликс, ты будешь моим парнем?—проговорив это как можно четче, Хёнджин внимательно наблюдал за реакцией Феликса, но, спустя мгновение, лишь ощутил уже знакомые и узнаваемые из тысячи, губы, на своих. Пухлые, мягкие но уже заметно замершие. Это было согласие. Безмолвное. Просто согласие, в котором таилась страсть, любовь и желание. Но, и тревожащий страх. —Вот, вот, Ликс, смотри!—начал тыкать пальцем в звездное небо Хёнджин. —Вон та звезда. Видишь? Она всегда горит ярче всех именно в это время,—восторженно проговаривал парень, только потом обернувшись на еле слышную усмешку Феликса. Шатен улыбался, чувствуя себя счастливым в эту секунду. В это мгновение. Он никогда не забудет их встречу и все проведенные моменты вместе. С ним—все самое запоминающееся и яркое, что только было за всю никчемную жизнь Ли. Феликс, как любитель понаблюдать за ночным небом долго рассуждал на тему того, что все, кто умирают, зажигают свою звезду на небе, верно светя в путь любимым людям. Кто-то бледнее, кто-то ярче. Так похоже на действительный мир, не так ли? Кто-то борется за свое, а кто-то старается отмалчиваться. Кому-то есть за что бороться и ради чего жить. А кто-то считает дни до своей кончины. По такой теории можно было понять, какие люди зажигали эти звезды. Феликс искренне верил в то, что он и Хёнджин будут самыми яркими звездочками. Светить друг другу, не боясь ничего. —А вообще…Самые лучшие звездочки о твои веснушки!—воскликнул Хёнджин, и улыбнулся, увидев покрасневшие щечки Ликса. *flashback’s* *** —Ликс, ты издеваешься? Мука не для того, чтобы меня в ней извозить!-возмущался Хван, отряхивая с себя муку. —Это неотъемлемая часть готовки моего брауни! Не бухти, Джинни!—засмеялся Ли, явно желая продолжения. —Ага, слушаю и повинуюсь. —заключил брюнет, а после заключил Феликса в объятиях. Руки в муке, все в муке, но сейчас было без разницы. Ли аккуратно повернулся, убирая мизинчиком остатки теста на его носу, а после слизал вкусную консистенцию, самодовольно улыбаясь. —Вот это ты романтик, конечно,—усмехнувшись, Хёнджин коснулся губами виска Феликса. —Как ты меня очаровал за такое маленькое количество времени? Ведь, одна твоя фотография пробудила какие то безумно приятные чувства…—прошептал Хван, улыбаясь. Улыбаясь своему счастью, что он обрел с Феликсом. *** —Блядский Бог, неужели и в правду существуют такие тупые люди ..—ругался Ликс, агрессивно стуча по экрану пальцами. —Тише, Феликс. Вновь заказ?—обеспокоено взглянул Хёнджин на рядом идущего молодого человека. —Скажи что занят, на работе, ответишь как появится возможность. Не грузи себя сейчас этим. Тем более, если мы вместе,—проговорил Хван, уткнувшись носом в коричневую макушку. После этих слов Ликс действительно успокоился. Сказал заказчику что занят, и вновь вернулся к Хёнджину. К его рукам, которые переплетали пальцы обоих, губам и объятиям. *** —Мистер Хван, вы же понимаете, что тут стоит запастись терпением? Иначе, красивой работы тут не будет. Чересчур большое пространство требует должного времени. Будет всё как вы скажете, но, и постараться нужно будет обоим. —Профессионально заключил шатен, изучая внимательно слушающего Хёнджина. —Да, конечно. Все понимаю, мистер Ли.—проговорив это шепотом, он продолжил слушать план Феликса, вовсе не вникая в суть, а лишь тая от его голоса. *** *End of flashbacks* —Я всегда буду рядом. Как те звезды. Видишь? Они одинаково яркие, и находятся близки друг к другу. Как мы. Стараемся, светим ярко, и находимся рядом друг с другом.—прошептал Феликс, а потом получил взаимный ответ легким поцелуем в макушку. —И я. Всегда.—прошептал Хван, не сводя глаз с неба.