Мир, сотканный из пепла

Жизненный путь всегда тернист, даже тогда, когда кажется что всё гладко.

      Крики. Они повсюду. Веки Драко Малфоя задрожали от переизбытка эмоций, рука сжимала и разжимала кулак.       Тихий выдох, и всё в миг затихло. На секунду белокурому мужчине показалось, что он в Раю, но, услышав обеспокоенный голос Пэнси, облегчённо выдохнул. Драко попытался поднять веки, но они казались тяжелее всех тех грузов, что он поднимал на тренировках.       Плач ребёнка слышался издалека, бледные губы Малфоя стали гореть от жжения. Он попытался прошипеть, но вышел лишь усталый выдох. Драко открыл глаза и увидел перед собой белую комнату без окон и мебели. Пол был из обычного булыжника и до жути холодным. — Узнал? — голос, который раньше вызывал дрожь в коленках, коснулся взрослого Драко.       Минута осознания шла чертовски долго. Глаза Драко пытались найти причину всех своих кошмаров, но все попытки оказались тщетны. — Старый трусливый отец. Как я мог не догадаться, что это твоих рук дело? — боль поразила губы Драко вновь. Послышался запах сигарет, от которых Малфоя автоматически затошнило. — Выгнали из Ада? — Закрой свой рот, щенок, — Люциус вышел из-за стены и встал прямо перед Драко. Голос его был сиплый, как у настоящего старика. Тёмно-синий смокинг и, как бы сказал Блейз, стрёмная сморщенная рожа. СТарик был ниже Драко на десять сантиметров и поэтому приподнимал голову, чтобы заглянуть сыну в глаза. — У тебя уже нет власти надо мной, ни у кого её нет. Возвращайся туда, откуда ты пришёл, — два одинаково-серых, но в тоже время абсолютно разных взгляда столкнулись. — Думал, займёшь моё место, и все упадут перед тобой на колени, выродок? — крепко держа трость, проговаривал Люциус. — Лондон падёт под тобой.       Разговоры о власти всегда выводили Драко из себя. Все, кто считал, что он не заслужил её — давно мертвы.       Крепкая рука Драко потянулась к горлу отца, но тут же свет начал мигать. Всё затряслось, и наследник Мэнора почувствовал пощёчину, сделанную крепкой сморщенной рукой. Реальность стала покидать его, и Драко упал на камни. Снова открыв глаза, Малфой увидел перед собой надоедливое лицо Блейза. Голова неистово болела, а губы всё ещё жгли адским пламенем. — Очнулся! — крикнул Блейз, и к ним подошла обеспокоенная Пэнси, а за ней и Тео. Драко попытался что-то сказать, но во рту будто пустыня Сахара объявила бунт человечеству. — Я думаю, дядя Драко хочет пить, — послышался детский голос, и Драко медленно обернулся. Необыкновенной красоты мальчишка смотрел на него с обеспокоенным взглядом. — Кастер дело говорит, — хрипя, бормочет Малфой. Черноволосый мальчик, быстро перебирая ножками, набрал для Драко стакан чистой воды и поднёс к его губам. — Спасибо, парень, но я сильный дядя и могу сделать это сам, — разочарованный вздох Кастера и последующая за всем этим обиженная гримаса не осталась незамеченной Малфоем. — Но ты настоящий герой, спас своего Капо от неутолимой жажды, — похлопывая по плечу расстроенного парня, проговаривал Драко.       Малфой осторожно приподнялся на локтях и осмотрел всех присутствующих. Около него было приблизительно семеро людей. Теодор, Пэнси, Кастер, двое охранников и Тинки. Ну и куда же без звезды программы — Блейза Забини?       Драко оскалился, глядя на довольного младшего Босса. — Ждать благодарения с поклонением в ноги уже поздно? — ухмыляется Блейз, и Драко подхватывает это на лету. — Сегодня вроде бы не День Благодарения, — Драко поправил причёску и продолжил, — Хотя, если ты принёс мне жаренную индейку, то я готов отблагодарить тебя со всеми итальянскими традициями. — Конечно! Хрен от вас дождёшься похвалы, мой дорогой Капо, — истерит Блейз. — Заткнитесь оба, — закатывая глаза, сказала Пэнси.       В глазах Малфоя новое помутнение. Стены сдавливают дыхательные пути, и тот начинает задыхаться. Медленно идущая темнота забирает его в свои объятия.       Идут секунды, минуты, Малфою даже казалось, что прошли часы, но ничего не менялось. Темнота, глушащая всё вокруг. Дышать стало легче, как и открывать глаза. Прежде, чем он открыл свои серые айсберги безразличия, он увидел перед собой ту, кого точно не должен. Заучка-Грейнджер.       Она стояла перед ним в белом порванном платье, мирно раздуваемом на ветру. Вокруг неё шли ожесточённые бои, белый цвет стал пропитываться красным, а дыры от пуль в красноватой ткани были неисправимы. Но она продолжала стоять. Ненавистные Малфою кудрявые волосы сейчас выглядели такими красивыми, что у Драко отнимало речь. Наследник Мэнора смотрел на ту, кого ненавидел всей душой с таким животным удовлетворением, что хотелось пустить пулю себе в голову.       То, что было, быстро развеялось, оставив за собой лёгкий запах крови и пороха. Тихий выдох, а затем подъем на локтях. Глаза Малфоя по новому смотрели на удивлённых ребят.       Сидящий около Драко Кастер быстро поднялся на ноги и убежал к матери. Пэнси обняла сына и прижала к себе. Её зелёные глаза бегали по Малфою и не могли остановиться. Зелёные зеркала души Пэнси будто бы бежали марафон.       Блейз потянулся за сигарой и стал задумчиво вглядываться в Малфоя. Темнокожий друг остановился взглядом на лице Драко, на что белокурый фыркнул. — Кто-то объяснит мне, что происходит? — медленно протягивает Драко, и Тинки тут же начинает рыдать навзрыд.       Тео поднимается с кожаного чёрного дивана и медленным шагом обводит комнату. Истерический смешок выводит его из строя. — Тео? — ожидая ответ, прошептала Пэнси. — Я думаю, не мешайте, — Консильери наматывал круги по комнате и не затруднялся с отвращением поглядывать на своего Капо. — Если вы сейчас не ответите на мой вопрос, я не собираюсь сдерживать свой гнев, — напряженно говорит Драко, и все в миг умолкают. Даже ходящий Тео остановился. — Когда все теперь во внимании, я хотел бы услышать ответ.       Тихий смешок Блейза не заставил друзей ждать. — Тебе стоит посмотреть на это, мой дорогой Капо, — протягивая маленькое зеркальце с розовыми сердечками Драко, говорит Блейз. — Откуда эта дрянь? Ты продолжаешь воровать у шлю… — Малфой остановился, так и не закончив очередную издёвку над Блейзом.       Тихий вдох и более громкий выдох. Желваки на лице блондина заиграли. Взгляд серых глаз, который не сулил ничего хорошего, обвёл всех присутствующих. Зеркало выпало из рук Драко, и все услышали огромный сборник матов.       Никогда столько языков не звучало из рта Малфоя, но он не мог остановиться. Он материл всех: судьбу, отца и даже Риту Скиттер, к которой особенной симпатии точно не испытывал. — Удивлён? — спокойным голосом спрашивает Теодор. — Какими успокоительными ты пользуешься, кучерявая бошка? — Блейз снова издаёт смешок и спрашивает, похлопывая спокойного Тео по плечу. — Ром, — мигом отвечает Пэнси, закатывая большие глаза. Кастер смущённо улыбнулся Блейзу, которого уже буквально разрывало от смеха. — Мам, дяде Блейзу плохо? — Кастер медленно кривит пухлые губы и приподнимает бровь. — Дядя Блейз сейчас получит по своей смазливой роже, вот тогда ему будет плохо, Кас, — отвечает Драко, поднимаясь с пола. Сын Пэнси тихо смеётся, а Блейз тут же показывает малышу язык. — Хозяин, я думаю, вам стоит прилечь, — тихо произносит Тинки, на что Драко издаёт хрип, похожий на отрицание. — Принесите мне зеркало. Нормальное, — прикрывая глаза, говорит Драко.       Спустя несколько секунд, один из охранников выполнил просьбу Малфоя. Зеркало в полный рост было перед сидящим Драко.       Мужчина стал вглядываться в своё отражение. Правый глаз изменил свой цвет на карий, цвет шоколада и корицы, цвет сентября. Одна прядь, вечно свисающая перед глазами, была тёмно-русой и волнистой, она напомнила ему цвет октября. Одно лишь представление об этом месяце навеяли Драко Малфою о жизни до. Опустив взгляд чуть ниже, он увидел у себя на былой чистой шее — россыпь неизвестных ему родинок.       Всё это до жути напоминало ему кого-то, но понять кого — он так и не смог. Спустя небольшую паузу, во время которой все стояли около Драко как по струнке, Малфой закатил глаза и усмехнулся. — И это всё? — подал голос блондин. — Я ожидал чего-то из ряда вон выходящего, — хмыкая, проговаривает Малфой. — Что делать, Драко? — смотря в разные глаза блондина, спрашивает Пэнси. — Ну что делать? Что делать? — протягивает белокурый. — Можете с меня шкуру снять, если хотите. Плевать. — Тебе не может быть на всё плевать, кретин, — подходя в плотную к Малфою, шипит Тео. — Успокойся, Теодор, — властный голос Драко Малфоя словно отрезвил кучерявого парня. — Ты разговариваешь с Капо, будь на твоём месте кто-то другой — он бы лежал на полу в луже собственной крови. Я бы отрезал ему язык, а следом перерезал глотку. Тебе просто повезло, что ты мой друг, милый Тео, — холодно произносит Драко, и встаёт. — Что бы ты сделал на моём месте? Бился бы в истерике? Нет, точно нет, — шепчет Малфой, но кажется, что слышат его все. — Смею подозревать, что ты сразу бы начал искать виновного, — заканчивает Драко. — Я — твой Консильери, и я поклялся, что буду защищать тебя до своего последнего вздоха, — несмотря на несколько сантиметров, различающих парней в росте, Тео выглядел уверенно, что всегда нравилось Драко. — Ты должен что-то делать, хоть что-нибудь! — рычит Тео. — У меня есть предположение, — всё время наблюдающий за перепалкой друзей Блейз вдруг подал голос.       Драко с акульей ухмылкой на губах повернулся к Забини, оставив Тео наедине со своим конфликтом. — Весь твой образ напоминает мне одну тобой забытую персону, — медлит Блейз, а Драко терпеливо ждёт. — Но я долго думал и не мог понять, что же всё-таки напоминает мне её, — Забини вдыхает в себя дым сигары. — Твои родинки на шее выдали эту волшебницу с потрохами. Гермиона Грейнджер.       Пэнси громко выругалась, и Кастер поднял на мать свой осуждающий взгляд. — Ты в этом уверен? — не веря своим ушам, спрашивает Драко. — Да, Катастрофа, я уверен на все тысячу процентов, — кивая, проговаривает итальянец.       Тео прикрывает лицо рукой от несуразности ситуации, а Пэнси загадочно оглядывает Драко. — Зачем ты нужен ей? Она входит в список умнейших людей, которые окончили Хогвартс, — поправляя короткую стрижку, протягивает Паркинсон. — Она первая, кто из маглорождённых добился такого успеха в карьере Министра. Ты ей нахрен не всрался, Драко, особенно если она не знает, кто ты, — усмехается Пэнси. — Мне также не понятны её мотивы как и тебе, Пэнси, — соглашается Малфой. — Но давайте дадим убедиться Блейзу в своей правоте.       Блейз кривит губы, словно это выражение чем-то его обидело. — Тео, тебе задание, — проговаривает Драко, и Нотт кивает. — Ты должен следить за Грейнджер, должен знать, что она делает и с кем видится. Пэнси, ты делаешь то же самое, только в другое время. — Но я должен быть твоим Консильери, почему я не могу поставить на своё место этого задолиза? — спрашивает Тео с явным намёком на Блейза. — Детки, вы все мои любимчики, но иногда, Тео, мне нужен отдых от твоего красивенького смазливого личика, — закатывая глаза, отвечает Малфой. — Тогда какого хрена я работаю? Я то и делаю, что молчу, Драко, кстати, из-за твоего же желания! — не удовлетворённая приказом Паркинсон выдвигает своё мнение. — Пэнси, я думал интрижки — это в прошлом. О каких желаниях речь? — усмехается с гнева черно-волосой Малфой. — Шлюхи всю память из тебя вытрахали? — прикрывая уши своему ребёнку, насмехается Пэнси. — На прошлой неделе не ты ли напился и придумал играть в Правду или Действие? Не из-за тебя ли у меня всю неделю завал с бумагами на работе, о которых я впервые слышу? — Всё бывает впервые, Пэнс, — похлопывая подругу по плечу, проговаривает Забини. — Но, серьёзно, какого хрена я не могу занять себя слежкой? — Ты с простым то компасом разобраться до сих пор не можешь, Блейз, о какой слежке речь? — тихие смешки Пэнси и Тео послышались из-за спины Драко. — К тому же, тебя явно недолюбливают в этой компании, — усмехается Малфой. — У нас есть незаконченное дело, Блейз Забини. — Это так теперь называется поход в бордель? — вставляет Тео. — Это так называется подготовка ко Дню Рождения, — отвечает Драко. — На которое я хрен приглашу слишком умных, — намекая на кучерявого друга, проговаривает Драко.       Когда все разошлись, Малфой громко выдохнул. Блейз скорчил рожу и следом издал хриплый смешок. — Дело же не в Дне Рождении? Ты терпеть его не можешь, — Блейз усаживается на диван около Драко. — Я, как и все другие, прекрасно это знаем, так что отмазка так себе, — белокурый присел рядом с Блейзом и заглянул ему в глаза. Чёрные, как крепкий кофе с утра. — Ты ошибся, caro amico, — Драко скучающе обвёл взглядом комнату. — Разошли приглашения важным спонсорам, капитанам и… — блондин задумался. — И Грейнджер.       Удивлённый взгляд собеседника не заставил долго ждать задумчивого Малфоя. — Это риск. Огромный риск, Малфой, — цитировал Блейз.       Губы Драко сжались от острой боли. Громкое втягивание воздуха и лёгкое потемнение в глазах. — Смеешь оспаривать мое решение? — губы Драко растянулись в довольной улыбке. — Что ж, раз нет возражений — приступаем к исполнению.       Драко знал, что Блейз ненавидит проигрывать в спорах, ведь именно так однажды ему и досталось то, кем он является сейчас. Блейз — младший босс. Он владеет всем тем, что и Драко. Его слушают все, ему буквально подчиняется любой, ведь по статусу он максимально приближён к Малфою.       То, как Забини начал свой путь к младшему боссу — заставляло людей покрываться мурашками. Смотря на темнокожего друга, стало обыденным видеть повсюду кровь. Она всегда была на лице, на рукавах и на брюках.       Блейз однажды поспорил на целый город, будучи простым головорезом под руководством Люциуса. Ох, знатно матерился отец Драко, когда узнал, что чёртов Забини выиграл его город у его младшего босса! После этого война за власть между двумя младшими боссами продолжалась. В это время Драко выдавал Блейзу все слабости Рульбуса — таково имя было у человека, заведующим всем тем, чем владел отец Драко. Малфой-младший пытался помочь Блейзу с его планом по краже власти из-под носа отца.       Неожиданная смерть младшего босса поразила всех, в том числе и Люциуса. Драко знал, что это Блейз, ведь именно он помог ему убить Рульбуса. Малфой на всю жизнь запомнил эту эйфорию после убийства высокопоставленного говнюка. После этого это стало его зависимостью, в этом они с Блейзом похожи.       Ничто не вызывало такого удовольствия или блеска в глазах, как убийство предателя. Ничто до появления рыжеволосой Уизли. Забини поплыл по реке любви, позабыв о былых приключениях. Драко усмехнулся. Такие чувства никогда не были знакомы Малфою, возможно, поэтому он до сих пор на троне. — Она из Ордена. Она из Министерства. Она, чёрт побери, Грейнджер! Первая во всём, первая абсолютно всегда! Откуда ты знаешь, что с ней не придет план по твоему убийству? — истерит Блейз, чем только сильнее раздражает Драко. — Она просто девушка, Забини. Мы имеем Лондон и приличное количество охранников, — Драко взял с полки дорогой виски, названия которого даже не успел прочесть. Сильная рука, покрытая венами, открутила крышку и поднесла бутылку к губам. Глоток за глотком, и резкая остановка. Момент осознания поразил Драко, и тот усмехнулся, глядя на злого Блейза. — А может быть ты просто очень хочешь увидеть Джиневру Уизли вместо Гермионы Грейнджер? — ревнивый взгляд, кинутый другом, удовлетворил Драко. Малфой поставил незакрытую бутылку вновь на полку. Тихий хмык и сжатые кулаки Блейза. — Думаешь только о том, чтобы трахнуть Джинни Вислую? Как же это жалко, Блейз, — Драко специально провоцирует Забини, но тот не сдаётся и продолжает терпеть. — Закрой свой рот, Драко, — грубый хрип от Блейза. — Боишься, что пока ты развлекаешься, её трахает другой мужчина? А может быть даже и Поттер, кто этих рыжих знает, — хмыкает Драко.       Все идёт как в замедленной съемке. Блейз подходит ближе к Драко и медленно выдыхает. — Закончил свою истерию, За-би-ни? — всё больше и больше выводя из себя Блейза, проговаривал Драко.       Забини замахивается и ударяет Драко кулаком в живот. Малфой издаёт громкий выдох от настигшей его боли. — Какого хрена ты хотел, чтобы я тебя ударил? — видя то, что Драко никак не сопротивляется, с упрёком спрашивает Блейз. — Ты выглядел напряженно, я позволил тебе выбросить свои эмоции на меня, — ухмыляясь, проговаривает Драко. — Признаю, момент с Джинни был перебором. Я уважаю твой вкус и выбор. — Я не буду говорить спасибо, Малфой, но я удивлён, что в твоём лексиконе присутствует слово «перебор», — кладя руку на плечо другу, проговаривал Блейз. — Я согласен на Грейнджер. Где будем отмечать? — В Мэноре, а если быть точнее, на его заднем дворе, — говорит Драко, и челюсть Блейза отпадает. — Ты идиот? — громко вставляет Забини, горя от негодования. — Если кто-то и захочет напасть, то удачи им. Буду рад увидеть кровавое месиво у нас на заднем дворе. — Которое устроит Грейнджер! Прекрасно! Ты гений, Катастрофа! — закатывая глаза, отвечает Блейз. — Хорошо, раз тебе не нравится идея с заучкой, то мы пригласим и твоё рыжее сумасшествие, — усмехается Драко.