Магический коктейль

      Днем граф предпочитал оставаться в темном сыром подземелье Малфой-мэнора, чьи каменные стены надежно защищали его от убийственно-жгучего солнца.       Но как только наступала ночь, и на земли Уилтшира опускалась прохладная тьма, Дракула покидал древний фамильный замок и, скользя серой тенью, отправлялся на охоту, чтобы снова увидеть ее. Странную юную деву, гуляющую в темноте вдоль лесной опушки.       Она любила разводить жаркие костры и громко петь песни, плетя венки из полевых цветов. В полном одиночестве. Бесстрашная, наивная жертва, которая сама просилась в его цепкие лапы.       Кипучая энергия била в ней ключом: столько слепой радости и энтузиазма, что ему почти больно было смотреть на это прекрасное дитя природы.       Казалось, что, будучи переполненной жизненной силой, она могла обжечь его одним прикосновением, ведь граф давно был мертв и забыт живыми. Он оставался лишь призраком былого человека, некогда бродившего по земле. Сердце вампира окаменело, однако что-то дергало внутри при взгляде на нее.       — О, приветствую вас, сэр… — пропела она, когда он, наконец, решился выйти из тени, представ перед ней.       — Вы не боитесь? — граф удивленно приподнял бровь, глядя на ее беззаботное выражение лица.       — Чего же мне боятся? — спросила она, искренне улыбаясь.       — Разве я не пугаю вас?       — Мне не страшны мужчины, лишь дикие звери опасны, но на тот случай у меня разведен костер и нож припрятан.       — Но ведь бывают существа и пострашнее зверей. Настоящие хищники.       — Уж не себя ли вы возомнили таковым? Как мне к вам обращаться, сэр?       — Можете называть меня мистером Малфоем… так меня раньше звали.       — Так вот, мистер Малфой, приятно познакомиться. Можете называть меня просто Гермионой, — она с легкостью протянула ему руку.       — Весьма польщен, — в холодных глазах Дракулы мелькнул алый всполох. Он опустил взгляд, убрав мертвенно бледные, ледяные на ощупь ладони за спину.       — Думаю, это вам опасно бродить тут одному посреди ночи, — не растерялась она, — а не мне.       — И почему же, Гермиона?       — Кто знает, вдруг я ведьма.