«The Brucia la terra: Наследие Корлеоне»

      Прибыв на стадион, пробравшись через толпы фанатов, Майклу Кэффи, Кевину «Мо» Рейли и Иди Камп пришлось просидеть до конца игры. Во время первого этапа игры, Иди сразу показала на общающихся на трибунах чернокожих, увидев знакомого в одном из них. Майкл постарался запомнить ниггерскую морду и, во время перерыва, направился на его поиски. Как ему посоветовал Мо, лучше было выждать у раздевалки. Так Кэффи и сделал. Идея была отличной, так как ирландец быстро наткнулся на нужного ниггера.       Чернокожий спортсмен, что занимался баскетболом почти с самого рождения, был весьма перспективным игроком в команде «Нью-Йорк Никербокерс» или, как привыкли называть их простые люди, «Никс». Оби Рендл с недавнего времени был нападающим в команде и уже успел завоевать свою армию фанатов и должный авторитет среди других игроков. Проблема была лишь в том, что имея подтянутое и спортивное телосложение, как у большинства членов его команды, Оби не вышел ростом, являясь самым низким, имея стандартный средний рост американского мужчины. Но это нисколько не мешало ему преуспевать в спортивной карьере, даже наоборот, являлось его преимуществом. Отыграв очередной победный матч, Оби направился в раздевалку, где одним из последних направился в душ, после которого, как только мужчина вновь оказался возле своего шкафчика с вещами, остался совсем один в помещении. Неспешно переодевшись в повседневную одежду, в весьма свойственном стиле для таких же афроамериканцев, как он сам, Оби застегнул спортивную сумку и перекинул ее через плечо, направился на выход из спортивного комплекса, но оказался схвачен за шкирку сильной рукой Майкла Кэффи, стоило мужчине только выйти за дверь. Резким и грубым движением развернув его к себе, ирландец обратился с угрожающим хриплым голосом. — Я знаю, что вы, твари, замешаны в черных делах. Я буду говорить коротко, а если не услышу желаемого, пристрелю, — Майкл приткнул пистолет к животу ниггера, смотря на него, — мамочка тебя не учила, что похищать людей — это очень некрасиво? — Сарказм выливался ядом, складываясь из слов грубым тоном Майкла.       От неожиданности случившегося, мужчина испуганно таращился на совершенно незнакомого мужчину, что схватил его за ворот его толстовки и притянул к себе, приставив к его животу дуло пистолета. Чёрные глаза Оби, контрастом ярких и белых белков округлённых в испуге глаз, выделялись на его чёрной коже. Спортсмен окинул взглядом Майкла Кэффи и быстро перевёл взгляд на Мо, что стоял чуть поодаль от своего напарника, но также держал в руке ствол, направленный на баскетболиста. Оби Рендл резко перехватил руку Кэффи, что держала воротник его спортивной куртки, и быстрым и отрывистым движением скинул ее с себя и, сделав шаг назад, развёл руками. — Чуваки, вы совсем охренели? Какого чёрта здесь происходит?       Оби сделал очередной шаг назад, но, понимая, что дальше идти некуда, что он упёрся в стену, остановился. — Если это какой-то розыгрыш, то это нихрена не смешно! Проваливайте отсюда, пока не получили пару сломанных рёбер!       Майкл переглянулся с Мо, издевательски улыбаясь, как бы намекая на то, что гордость и наглость чернокожего в его словах и движениях были неуместны и смешны. — Пару сломанных рёбер? — ирландец усмехнулся, снова переводя взгляд на Рендла. Красные глаза, ещё более помутневшие от недосыпа, казались совсем прозрачными и выражали безусловную решительность, — я могу выбивать информацию очень долго, черный, — приговорил Кэффи низким голосом сквозь зубы, будто само присутствие спортсмена раздражало его, — я знаю, чем ты занимаешься помимо игр в мячик. На кого ты работаешь? — На вопросе Майкл повернул голову вбок, снова сокращая дистанцию. В его голосе слышались ноты издевки. Он уже не скрывал пушку, которой начал размахивать, жестикулируя при разговоре, — Кто твой босс? А?       Майкл усмехнулся, а его лицо пронзила кривая улыбка. Взгляд, несмотря на то, что мужчина саркастично улыбался, был хищным и жестоким. Кэффи понял, что ведёт себя не совсем ему свойственно, видимо, на это влиял недосып. Лёгкая лихорадка пронизывала тело, руки тряслись из-за усталости, но он уверенно стоял на ногах. Вопрос, заданный Майклом, был скорее риторическим, так как он сразу хотел узнать от Оби Рендла чистую информацию о местонахождении Дженнефер. Почему-то он был уверен, что этот парень все знает и непосредственно замешан во всей этой ситуации. Или же Кэффи скорее хотел покончить с этим, так как поджимало время выполнения порученного задания, которое дал ему дон Винченцо. Единственное, о чем сейчас думал ирландец, так это о том, чтобы найти Джен, успокоить свою душу, избежать наказания самыми главными мафиози Нью-Йорка, а затем спокойно лечь спать. Майкл Кэффи давил на ниггера и активно размахивал своим пистолетом перед лицом спортсмена. Но Оби не акцентировал на это внимания, а лишь сверлил взглядом Кэффи, что давил на него, подходя все ближе, все сильнее вжимая спортсмена в дверной косяк. Глаза Рендла вот-вот готовы были вылететь из орбит. Он никак не мог понять, что именно хочет от него Кэффи и Кевин Рейли, но на их лицах была явная агрессия по отношению к чернокожему мужчине. Рендл резко толкнул Кэффи в грудину, от чего Майкл пошатнулся, но сделал шаг назад, чтобы сохранить равновесие. — Мужик, ты совсем уже охренел? Являешься туда, куда тебе вход закрыт, и угрожаешь мне? Либо ты немедленно убираешься отсюда по-хорошему, либо тебя ждёт нечто такое, о чем ты будешь годами вспоминать, сидя в инвалидном кресле!       Взбесился Оби Рендл, активно размахивая руками перед лицом Кэффи. На лице Майкла молниеносно вспыхнула злоба, которую мужчина не мог контролировать. Глаза его полыхнули яростью, зрачки сузились так же, как и его тонкие губы, ноздри расширились, а брови сдвинулись ближе к переносице, образовывая посередине явно выделенную морщинку. Майкл Кэффи резко кинулся к Оби Рендлу, с силой вжав его в стену, отчего мужчина тут же с грохотом ударился головой о ту самую стену. Глаза мужчины закрылись, но как только он их снова открыл, то ощутил на своём виске холод от пистолета, что с каждой секундой все сильнее и сильнее вжимался в его кожу. Чернокожий спортсмен тяжело и быстро дышал, окутанный страхом, глядя в яростные голубые глаза Майкла Кэффи, что готов был вновь поступиться собственными принципами и убить этого чертового ниггера, не тратя на него свое драгоценное время. Но только стоило Майклу открыть рот, чтобы произнести очередное оскорбление или же пожелания доброго пути в загробный мир в адрес Оби Рендла, как на телефоне Кэффи раздался звонок.       Все трое мужчин пришли в замешательство. Настолько, что по началу никто не понял, на чей именно телефон звонят. Но как только Кэффи быстро забегал глазами и осознал, что вибрирует карман именно его куртки, то чуть ослабил давление пистолета на висок афроамериканца. Оби чуть выдохнул, тогда Кэффи предупредительно и резко вновь вдавил пушку в кожу спортсмена, не желая, чтобы тот расслаблялся. Достав трубку телефона, Майкл нажал на кнопку и принял звонок. На конце провода послышался незнакомый прежде ему голос. Низкий, с ярким акцентом районов чёрных, самоуверенный и холодный. Майкл слушал, не перебивая, в то время, как Мо и Оби смотрели за Майклом практически не моргая. — Кэффи! Вот и ты! — послышался голос из трубки телефона, — Как там Рейли и его подружка? Живы и здоровы? Разумеется, живы и здоровы, — мужчина выдержал паузу, прежде чем продолжил, — а вот мои ребята дрыхнут на дешевом кладбище за городом. По твоей заслуге, между прочим, бро, — мужчина засмеялся, а затем продолжил так же серьезно, как и начал, — твоя подружка у меня. Если хочешь вернуть ее живой, то приезжай один. Ок Пойнт Авеню 500 в Бронксе. Если попробуешь меня обмануть, твоей девке не жить, — с этими словами мужчина сбросил звонок, и в трубке послышались продолжительные гудки. — Тварь.       Выругался Майкл, желая продолжить данную фразу возмущенными воплями о том, какой подонок этот парень, решивший похитить девчонку семьи Корлеоне. Ведь нужно быть таким глупым, чтобы в сложившейся еще с Мэри ситуации, покушаться теперь на Джен. Кэффи не успел сказать ничего, кроме одного слова, так как звонок прервался по желанию собеседника на другом конце провода. Опустив мобильник от уха, мужчина смотрел в него еще пару секунд, приводя мозги в порядок и думая о дальнейших действиях и планах по спасению Дженнефер Корлеоне. В этот момент Кэффи услышал смех. Это смеялся Оби Рендл. Он явно знал того, чей голос мог донестись до него из трубки телефона. Мужчина улыбался. — Ты попал, бро! Ты попал! Соболезную! Пришлю тебе цветочки на могилу! — он буквально заливался хохотом, уже даже не обращая внимания на пушку, что вжимал Кэффи в его висок, — Ах, да! Не будет у тебя никакой могилы!       Он слышал возгласы Рендла, который начал пятиться назад. Кэффи видел его движения и усмехающееся выражение лица боковым зрением. Но Майклу было все равно. Он знал, что черный, который позвонил ему, совершил великую ошибку, за что поплатиться сначала от лица самого ирландца, а потом еще и от Дона Корлеоне. Лицо мужчины прорезала легкая, недобрая и кривая ухмылка, продлившаяся пару секунд. На негра, с которым вступил в перепалку ранее, он уже не обращал никакого внимания, позволив тому скрыться. Кэффи обратился к Мо, стоящему напротив. — Собирай манатки и приготовь пушку. Мы едем на Ок Пойнт Авеню.       Резкий низкий голос прозвучал уверенно, после чего Майкл поспешил на выход. Уже через пару минут Кевин и Майкл были возле машины. Быстро выкурив сигарету, Кэффи сел за руль и решительно направился по нужному адресу. Приехав на место, ирландец еще из машины стал осматривать место. Судя по внешнему виду локации, это место было чем-то вроде склада. Также, по-прежнему еще из окна машины, припарковавшись, Майкл увидел нужное лицо. Черный стоял в ожидании своего гостя. Выйдя из машины, мужчина направился к нему стремительным шагом, готовый в любой момент схватиться за пушку, находящуюся за поясом. На складе, что находился в доках, было практически пусто на парковке, за исключением нескольких грузовых фур, что стояли почти в ряд. Ночное небо было ясным, потому движущуюся фигуру можно было увидеть и без фонаря. Когда машина с Кэффи и Мо подъехала к нужному адресу, то их уже ожидали. И уверенные шаги Майкла, заставили чёрного, что стоял у входа в складское помещение, обратить на приближающегося мужчину внимание. Как только Кэффи поравнялся с чернокожим бандитом, то тот незамедлительно сделал шаг назад и надавил рукой на ручку двери, открывая ее и приглашая Кэффи войти. Ниггер не счёл нужным задать Майклу ни одного вопроса или поприветствовать его, лишь произнёс одну единственную фразу, из-за которой у ирландца Майкла Кэффи не было иного выбора, как проследовать внутрь склада. — Пошли, покажу тебе твою подружку.       Оба мужчины шли по весьма внушительного размера складу, по длинным и пустым коридорам, от чего от их шагов раздавалось сильное эхо по всему помещению. На их путь по витиеватым коридорам, заставленных различными коробками разных размеров, железными контейнерами и какими-то железными бочками, ушло несколько напряжённых минут, прежде чем мужчины добрались до точки назначения. Стоило Майклу Кэффи и чернокожему бандиту переступить порог, как массивная железная дверь захлопнулась. Теперь Майкл Кэффи оказался в помещении, что было пустым, лишь с несколькими небольшими окнами, похожими скорее на ангар для самолетов, чем на склад. Стоило мужчине сделать несколько шагов вперёд, как перед ним открылась картина, которую он, ещё несколько часов назад, и не думал увидеть. Посреди пустого железного ангара стоял стул, освещённый лишь одной лампой, которая была повешена там словно именно для этого момента. А в этом самом круге света, на самом простом стуле, сидела та самая девушка, что Майкл Кэффи бросил несколькими часами ранее у элитного заведения, уверенный в том, что девушка доберётся до дома сама. Дженнефер сидела на стуле, обмотанная канатной верёвкой, и завязанным ртом. Данная картина напомнила Кэффи о том самом дне, когда он и Кевин Рейли прибыли в ту самую автомастерскую. Автомастерскую, которая превратилась в место кровавой перестрелки. И сейчас, тот самый босс, что звонил Кэффи и сообщил адрес, воссоздал точно такую же картину. Только вместо Иди Камп, белокурой и соблазнительной пассии Кевина Мо Рейли, была дочь дона итальянской мафии.       Чёрный бандит, что привёл Кэффи в этот самый ангар, медленными шагами подошёл к стулу, где сидела Дженнефер и встал чуть дальше от него, явно ожидая Кэффи, что подходил ближе и ближе, а его взгляду открывались все новые и новые детали. И хотя картина, воссозданная ниггерским боссом, в точности повторяла похищение Иди Камп, отличие было лишь в одном: Иди была в сознании. Подойдя чуть ближе, чтобы можно было разглядеть больше деталей, но не вплотную, Кэффи невольно сглотнул, а на серьезном и уверенном лице, в совокупности с невероятной злобой, появились прежде незнакомые мужчине страх и сожаление. Ему определенно было страшно за то, как он будет объясняться перед доном в данной ситуации, но только ли за это было страшно Кэффи? Сожаление за свою ошибку, что допустил Кэффи прошедшей ночью, и пошёл на поводу у молодой итальянки. Но только ли за это? Картина сидящей на одиноком стуле Дженнефер ввела Майкла в заблуждение. Хрупкое существо, прежде наполненное амбициями, беспомощно пребывало в бессознательном состоянии. Кэффи абсолютно не нравилась сложившаяся картина. Желание скорее закончить дело и поспать куда-то улетучилось. Все, что он хотел теперь — это освободить плененную девушку и ввести её в прежнее состояние. Узнать, чем чёрные ублюдки её накачали и выбить из них всю дурь. Теперь мужчина был уверен в том, что Дженнефер была похищена ниггерами не из-за того, что те были наемниками, что устроили покушение на Мэри. В голове Кэффи начал складываться пазл, что дело здесь совершенно в другом, что Корлеоне здесь и не замешаны вовсе. Множество мыслей кружились в голове ирландца, когда он смотрел на девушку, что сидела на этом стуле, словно кукла, без сознания, а ее дыхание было таким редким, что казалось, будто бы девушка и не дышала вовсе. На ее лице не было ни единого синяка, на теле ни единого кровоподтека, кроме следов от верёвок на коже. Ее словно чем-то накачали, а затем посадили на стул, словно игрушку. Словно… «Приманку»       Это слово, что вонзилось в разум Майкла Кэффи словно лезвие ножа, заставило мужчину резко остановиться на линии, где заканчивался круг света, исходящий от лампы, что светила, словно прожектор, прямо на стул с заложницей, и перевести взгляд голубых и крайне озлобленных глаз на ниггера, стоящего за стулом. Но прежде, чем Майкл Кэффи что-либо произнёс, послышался низкий мужской голос, исходящий из темного угла с другого конца ангара. — Как славно, что ты пришёл один, Кэффи. Ты же понял мою отсылку к тому дню? Надеюсь, что это так, а то я очень старался воссоздать этот момент максимально натурально.       Говорил мужчина медленно и максимально привнося в свою речь сарказм и издевку в сторону Майкла. Он медленно вышел на свет, направляясь к стулу с Дженнефер, и Кэффи смог полностью его разглядеть. Высокий чернокожий мужчина в чёрной одежде, очень короткой стрижкой на круглой физиономии и ноздрями на пол лица, больше были лишь его губы. Его брови, агрессивно изогнутые и вздёрнутые вверх, явно показывали его взрывной и крайне недружелюбный характер. Теперь Майклу было понятно, что он был загнан в ту самую ловушку, а Джен являлась лишь приманкой. И только теперь он встретился лицом к лицу с тем самым боссом ниггеров, что портили ему жизнь вот уже несколько недель. Чёрный мужчина подошел к Дженнефер вплотную и, наклонившись к ней, схватил своей рукой ее за щеки, развернув ее лицо к Майклу. — О нет, я упустил важную деталь. Тебе не кажется, ее личико, это крайне симпатичное личико, слишком уж чистым и аккуратным? Слишком… — мужчина помедлил, а затем протяжно произнёс, глядя в глаза Кэффи, — симпатичным. Думаю, стоит внести некоторые коррективы в виде нескольких гематом.       На круглом лице ниггера заиграла улыбка. Сумасшедшая улыбка маньяка. И прежде, чем Кэффи успел дернуться, он заметил, как по обе его стороны встали несколько вооружённых ниггеров. В тёмных углах ангара их было крайне сложно заметить, но судя по звукам шагов, Кэффи был окружён не только по обе стороны, а людей ниггерского босса было явно больше, чем трое. Когда чёрная рука взяла молодое женское лицо, Кэффи дернулся вперёд, желая напасть и предотвратить произошедшее, но он лишь тихо рыкнул, когда понял, что окружён людьми чёрного босса. Резко отпустив лицо Дженнефер, от чего ее голова безжизненно упала на ее плечо, а затем чуть ниже, а чёрные локоны полностью скрыли милое личико от глаз присутствующих, босс чернокожих бандитов развёл руками и, не сводя взгляда с Кэффи, произнёс достаточно громко, от чего его слова эхом разнеслись по ангару. — Джеймс Ламар! — затем его голос стал чуть тише, а сам мужчина сделал шаг вперёд, — И ты, Кэффи, вернёшь мне весь мой товар и мои деньги, что вы украли у меня вместе со своим безмозглым боссом Кортом.       «Неуже ли эти кретины понятия не имеют о том, кого взяли?» — пронеслись мысли в голове у мужчины, — «Идиоты. Ваша чёрная кишка тонка тягаться с Корлеоне». Майкл, естественно, не произнёс своих мыслей в вслух. И, взяв себя в руки, он заговорил. — Что ж. Умно, — прохрипел Кэффи, все еще пытаясь сдержать злость. Он сжал руки в кулаках, чтобы это получалось лучше, — в таком случае, я должен задать вопрос, который, вдруг, стал мне интересен, большой чёрный босс. Что насчет Кевина? Зачем именно он нужен был тебе тогда?       Джеймс Ламар улыбнулся. Его улыбка казалась какой-то хищной, словно гиена облизывалась на добычу. Сделав пару шагов в сторону Кэффи, но не отходя от девушки слишком далеко, ниггер потёр подбородок на гладковыбритом лице и громко сказал, чтобы его слова были точно услышаны Майклом. — Так вышло, что совершенно внезапно ваш дорогой босс решил, что может вершить судьбу нашего бизнеса. Видимо, сраный Джерри Корт решил таким образом оборвать все связи с нами, не прибегая к диалогу, — Ламар подошёл ближе к Кэффи, почти вплотную, и понизил свой голос, а во взгляде чёрного босса сверкнули огоньки бушующего в нем гнева, — понимаешь ли, Кэффи, твой босс в один вечер обнёс весь этот склад. Он вывез весь товар, который должен был быть передан в другие руки. Всё оружие, всю контрабанду, даже чёртову технику, вместе с наркотой. Понимаешь, у нас с твоим стариком был бизнес. Он мне контрабанду и траву, я ему деньги. Примерно, две недели назад, Корт перестал выполнять наш договор сотрудничества, обнеся при этом склад. Ты спросишь, почему я переживаю? Ведь товар я получил, а этот склад мой. А я тебе отвечу, ирландский ублюдок, — мужчина подошёл к Кэффи совсем близко, да так, что Майкл ощутил на своём лице его горячее дыхание, запах пота и травы, что исходили от чернокожего босса, — твой сучий босс получил деньги, забрал товар и скрылся! Он решил меня обобрать и надуть, думая, что выйдет сухим из воды!       Ламар крикнул так громко, что его голос сильным эхом пронёсся по всему складу, резонируя от стены к стене, острым шумом вонзаясь в уши Кэффи. Майкл слушал Ламара молча. Его взгляд был сосредоточен на его чёрной физиономии. Когда чернокожий подошёл ближе, одаряя своим смрадом, ирландец чуть отвернул голову, отводя глаза в сторону и кривя лицо в недовольной гримасе. Ниггер с характерным звуком, вложив в это действие весь свой гнев, харкнул прямо рядом с ногой Кэффи, чуть не задев плевком его куртку и ботинок. Одарив испепеляющим взглядом своего гостя, Ламар отошёл от Майкла и медленным шагом направился в сторону Дженнефер, что все ещё не приходила в себя. Когда чёрный босс оставил свой плевок, Кэффи посмотрел вниз и чуть отошёл. Вряд ли ниггер метил четко рядом с его ботинком. Скорее всего, он просто "не попал". Мужчина не имел понятия о мыслях и планах Корта, но выслушал чёрного босса с серьёзным видом, польщенный тем, что является не последним человеком для ирландского босса. Тем не менее, Майкл не желал подвергать Джен подобного рода насилию из-за Джерри Корта. Очевидно, Ламар не знал о том, кем, на самом деле, является сидящая на стуле девушка. — Кевин, Кевин, Кевин… Кевин, мать его, Рейли, — мужчина говорил низким басом, уже не привнося в голос нотки гнева, словно бы не психовал мгновением ранее. Мужчина был спокоен, — парень напарник что надо, не правда ли? И девушку спасёт, и друга не предаст и боссу поможет. Эх, Майкл, такой напарник просто золотой клад, среди дерьма! — ниггер засмеялся и принялся медленно ходить кругами вокруг стула, где сидела Дженнефер Корлеоне, — У меня тут камеры на входе в склад. Так вот камеры показали, что в тот вечер, когда ублюдок Корт приказал зачистить его, этот склад обносил кто-то подозрительно похожий на своего дружка. Вы, уроды, отлично скрываете свои места жительства, сложно было найти логово твоего ублюдочного дружка. Зато херово скрываете свои излюбленные места отдыха. Если бы не его сивая шлюха, что обслуживала это отвратительное заведение и водилась с местными ниггерами, мои ребята ни за что бы не вышли на твоего напарника и не заманили бы его.       Ламар остановился. Он задержал заинтересованный и спокойный взгляд на лице Дженнефер, а затем провёл своими толстыми пальцами по нему. Его пальцы медленно скользили по молодому и нежному личику итальянки, словно мужчина наслаждался ее мягкой кожей и видом девушки, что не могла ответить ему плевком в лицо за подобную наглость. Задержав свое внимание на итальянке и какое-то время помолчав, наслаждаясь тишиной и звуками оружия, что сжимали в руках его люди, Ламар, не сводя заинтересованного взгляда с милого личика пленницы, произнёс. — Мы не сразу поняли, что доверенное лицо Корта не этот трусливый жирный пёс. А ты. Ты выполнял всегда всю работу для босса. Решал все вопросы. Вытаскивал из задницы своего дружка. Но организовать зачистку склада тех, кто вёл с вами бизнес столько лет… — Ламар обернулся на Майкла, все ещё держа в руках личико Дженнефер, — это очень глупо с твоей стороны. Зачистить склад, убить моих лучших людей, а кого-то и вовсе отправить за решетку. Я понимаю, что ты, должно быть, вместе со своим боссом и дружком, уничтожил все деньги и товар. И мне теперь ничего из этого не вернуть… Но скажи мне, Кэффи. Кем ты себя возомнил? Боссом?       Произнеся вопрос, который был адресован Майклу Кэффи, Ламар с силой сжал щеки Дженнефер и снова повернул ее лицо в сторону ирландца. Ее черные ресницы чуть двигались, но сами глаза не открывались, пухлые губы, на которых уже почти не осталось ее любимой красной помады, были чуть приоткрыты. Девушка все еще без сознания, но действие того, чем ее накачали явно начинало постепенно проходить. Ламар приблизил свое лицо к ее и находясь на одном с ней уровне, но все еще не прерывая зрительного контакта с Кэффи, уже чуть громче произнёс. — Роскошная сучка! Неужели настолько хороша в постели, что ты решил пожертвовать своей жизнью ради неё? Или всё бабло, что ты украл у нас, ты решил спустить на эту элитную молодую шлюху? Или пустим ее по кругу? А? Кэффи! Мои парни весь день пускают слюни на такую красоту!       Ламар тут же обтерся своим лицом о ее, одарив ее похотливым и грязным взглядом, смешанным с каким-то сумасшествием, и в один миг оказался за ее спиной, резко схватив девушку за ее волосы и с силой потянув на себя, обнажая Кэффи ее тонкую и длинную шею. Руки Кэффи сжались в кулаки, а мышцы напряглись. Огромные толстые чёрные руки вцепились в белое чистое лицо, ирландец сжал челюсть, по-прежнему молча и терпеливо наблюдая за действиями Ламара. Девушка, как никогда прежде, была беззащитна. Мерзкий черный босс обтерся своим лицом об лицо Дженнефер, но и это Майкл постарался стерпеть. Он отвёл взгляд на пару секунд, но снова вернул его, по-прежнему серьезно смотря на ниггера. На некоторое время ирландец посмотрел на Джен. Её вид заставлял ещё больше переживать. Эта девушка не должна была быть здесь и страдать. Слова, которые вытекали из огромного рта чёрного босса, мало волновали Кэффи, его больше заботили его действия. Майкл не мог позволить, чтобы девушке было ещё хуже. Ламар приставил к ее горлу лезвие ножа, устремив все свое внимание на Кэффи. Всё происходило так быстро, что казалось, что босс ниггер вот-вот проткнет Дженнефер шею, выпуская фонтан крови из ее артерии. Но он лишь дразнил Кэффи. Ламар отчего-то был уверен, что раз Кэффи пришёл на верную смерть ради этой девчонки, то перед этой самой смертью прихвостень ирландского босса должен помучиться. Ламар, натягивая чёрные волосы итальянки все сильнее и зная, что Кэффи теперь стоит под прицелами уже возведенных пушек его чёрных бандитов, крикнул, вновь заполняя металлическим эхом помещение. — Выбирай, Кэффи! Либо сдохнешь ты! Либо сдохнет эта сука!       И когда чёрный натянул волосы девушки, будучи позади нее, открывая взор на изящную тонкую шею, ирландец двинулся вперёд, снова сопровождая короткое действие тихим рыком, вызовом и гневом во взгляде. Звук оружия по бокам, исходящий от людей Ламара, заставили мужчину остановиться, выводя его из равновесия его ещё сильнее. — Руки от неё убери, — тихий, но злой тон мужчины был направлен на ниггера, — если убъешь ее, то умрешь сам. Гарантирую. Медленно и мучительно. Отпусти ее и решай дело со мной как положено!       Ламар усмехнулся, чуть стрельнув взглядом в сторону Джен. Он вновь наклонился к ее лицу, нежно проведя лезвием ножа по тонкой и нежной коже. Он ожидал подобной реакции от Кэффи. Более того, именно этого он и хотел. Хотел выбесить его, вывести из равновесия, задеть за живое. Ламар резким движением отпустил волосы Дженнефер и направился прямо к Кэффи, встав напротив ирландца буквально в паре метров от него. Он вытащил из кобуры пистолет и крепко сжал его в руке. С лица босса ниггеров не спадала самодовольная усмешка, а глаза искрились каким-то азартом, которого прежде не было. Он в момент махнул рукой в сторону своих людей, что буквально окружили мужчин. — Хорошо, Кэффи, — он одним движением направил пистолет на ирландца.       Кэффи молниеносно среагировал и сделал шаг в сторону, отчего пуля выпущенная Ламаром, прошла мимо, так и не задев ирландца. Кэффи выстрелил, ранив ниггера так, что пуля прошла лишь слегка коснувшись кожи, оставив незначительную царапину на руке. Ламар был больше Кэффи в разы, потому был более неповоротлив и явно делал ставку на оружие. Сам же Кэффи, хотя и уступал по габаритам чернокожему бандиту, но просчитал каждый возможный свой ход и ход противника, пока стоял и наблюдал за происходящим. После выстрела ирландца, Ламар пришёл в ещё большую ярость и, стрельнув гневным взглядом в сторону Майкла Кэффи, резко направил курок на Майкла, готовый выстрелить в любую секунду. Но прежде чем Ламар нажал на курок, он заполнил своим криком все помещение. — Убейте девчонку!       Кэффи, услышав приказ, отданный верным солдатам чернокожего бандита, резко дёрнулся вперёд, игнорируя решительно настроенного Ламара по отношению к самому Кэффи, и несколько раз нажал на курок, попав лишь в одного чёрного бандита, что готов был всадить пулю в заложницу. В данный момент ирландца не так волновал этот бугай, что желал сделать из Кэффи решето. Майкла волновала девушка, которую могли убить в любой момент. Он всячески пытался устранить людей Ламара, создать хотя бы какую-то помеху их плану, выиграть хотя бы немного времени. Времени, которого у него не было. И пока мужчина пытался устранить чернокожих бандитов, он совсем позабыл о том, на кого и нужно было обращать все внимание. Потому, как только Майкл перевёл взгляд на Ламара, то ужас в глазах ирландца возрос в разы. Казалось, что Ламар и вовсе потерял интерес к Кэффи за всеми этими выстрелами и осознанием, что ирландец положил уже двоих его ребят. Ниггер смотрел на Майкла с нескрываемым и сумасшедшим азартом, готовый вот-вот сорвать джекпот. Джекпот от убийства молодой итальянки. Кэффи тотчас же остановился, с ужасом глядя на Ламара, что усмехнулся и, не отрывая взгляда от ирландца, направил пушку на мисс Корлеоне. Раздался громкий мужской крик, наполненный самыми разными эмоциями. Майкл бросился в сторону Ламара и Дженнефер, желая остановить чернокожего мужчину. Но, улыбаясь довольной улыбкой, видя, как Кэффи подорвался в их сторону, слыша его крик полный эмоций, Ламар выстрелил.       И в этот самый момент, под оглушительный звук выстрела, закрытые двери и немногочисленные окна ангара были выбиты громким хлопком, отчего помещение заполонили густые клубы пыли и дыма. Все присутствующие в один момент закрыли лица, чтобы не надышаться грязью, что поднялась вверх и окутала их. Кэффи, что был удивлён произошедшим не меньше людей Ламара, среагировал чуть быстрее и, не переставая кашлять, направился в сторону Дженнефер, не обращая внимания на происходящее. В густой дымке было сложно ориентироваться, а помещение заполнили громкие и не прекращающиеся звуки выстрелов из различного огнестрельного оружия. Ирландец почти прополз до стула, который был спрятан в клубах дыма и пыли, и на котором была связанная девушка, Майкл, все ещё прикрывая лицо рукой, наткнулся на черную фигуру. Подняв взгляд выше, Майкл встретился лицом к лицу с человеком в чёрном костюме и чёрной маске. Незнакомый мужчина тут же схватил Кэффи за предплечье, резко поднял его на ноги и, встряхнув его, притянул к себе ближе, громко крикнув. — Уводи отсюда Дженнефер! Немедленно! — крикнул Фрэнк, под оглушительные звуки перестрелки. — Я должен убедиться, что она в порядке! — крикнул Кэффи, вглядываясь в единственное, что видел за маской: в серые глаза МакКарена. — Она в порядке! Уводи ее немедленно! Я разберусь с остальным!       С этими словами Фрэнк резко оттолкнул от себя Кэффи и направился в самую гущу перестрелки между людьми Корлеоне и бандитами Джеймса Ламара. Кэффи, не задумываясь ни на минуту, бросился в сторону лежавшей на полу девушки, которая все еще оставалась связанной. Дженнефер была без сознания, хотя веки ее глаз немного дергались. Кэффи достал из внутреннего кармана своей куртки складной нож и незамедлительно разрезал веревки. Освободив девушку, он тут же осмотрел помещение, продумывая максимально безопасный путь, по которому смог бы вытащить ее до машины, в которой приехал с Кевином Рейли. Оценив обстановку и тяжело вздохнув, понимая, что шансы безопасно вынести девушку крайне малы, Кэффи аккуратно взял Дженнефер на руки и, стараясь держаться безопасного пути, который проложил в своей голове, направился к выходу. И хотя Майкл Кэффи желал лично всадить целый магазин из своего оружия в голову Ламара, он понимал, что его главной задачей является спасение молодой итальянской девушки. Как только Майкл практически добрался до выхода из ангара, он остановился. Прямо перед ним, откуда-то сверху, с грохотом упало тело чернокожего бандита, а затем послышались крики, на которые Майкл невольно обернулся, перешагивая свежий труп. — За ним! Живо! Найдите его!       Это кричал Фрэнк МакКарен, командуя своим людям найти того, кто во всей этой перестрелке успел скрыться. Но Майклу некогда было выяснять о том, кто смог скрыться и избежать расправы, Кэффи осторожно, но весьма быстро, покинул ангар. Кевин Рейли, прекрасно понимая, что происходит в помещении, завидев фигуру Майкла, незамедлительно подогнал машину и торопливо открыл заднюю дверь. На лице Рейли был очевидный страх, потому как помимо его машины, ангар окружило множество чёрных и бронированных автомобилей. Вероятно, все это время Мо сидел в салоне авто, словно на иголках, с каждым мгновением считая секунды о возвращении напарника. Но сейчас, как бы ему не было страшно, Мо слушался Кэффи беспрекословно. Поместив Дженнефер на заднее сидение автомобиля и сев рядом с ней, чтобы удерживать ее, пока девушка не пришла в сознание, Кэффи хлопнул дверью и приказал Кевину гнать в особняк Корлеоне. Резко надавив на газ, Мо направился в особняк. Пока мужчина выжимал из автомобиля все, на что тот был способен, любопытство Мо взяло над ним верх, потому он спросил, не сводя взгляда с дороги. — Что там произошло? Это та самая Дженнефер? Дочь твоего нового босса?       Майкл аккуратно придерживал голову девушки, что лежала на его груди, а второй рукой придерживал ее со спины, чтобы Дженнефер никуда не скатилась на очередном крутом повороте. Если бы Мо не знал, что произошло что-то серьёзное, то при взгляде в зеркало заднего вида мог бы подумать, что девушка просто заснула на груди Кэффи, а тот защищал ее сон, периодически крепко прижимая к себе своими ладонями. — Да, это она. Эти ниггеры хотели ее убить. Но сейчас не время обсуждать эту тему. Нам нужно доставить ее домой, — жестко произнёс Майкл. — В неё попали? Почему она без сознания? — не прекращал задавать вопросы Мо. — Ее накачали какой-то дрянью. Она постепенно приходит в себя, но, по всей видимости, это был очень сильный наркотик. — В таком случае, ей нужен врач. Может быть, стоит отвезти ее в госпиталь? — Винсент однозначно его уже вызвал. Или вызовет сразу же, как только ее увидит. — Он не убьёт тебя за то, что ты доставил его дочь в таком виде? — осторожно поинтересовался Мо, бросив быстрый взгляд в зеркало заднего вида, глядя на Майкла и Дженнефер.       Майкл промолчал, бросая взгляд то на дорогу, то на девушку. Ее милое личико оставалось таковым и в ее бессознательном состоянии. Но каждый раз, когда взгляд Кэффи падал на закрытые глаза итальянки, мужчина чувствовал себя обеспокоенным, но его злоба пропадала. Он понимал, что в том, что девушка в таком состоянии, есть немалая часть исключительно его вины. Он корил себя за это. Майкл чувствовал себя виноватым перед Дженнефер каждый раз, как только смотрел на ее лицо. Оно было безмятежно спокойным. Словно девушка и правда просто спала. Макияж практически не смазался, ни единого синяка на ее миловидном личике. Лишь растрепанная причёска и следы верёвок на коже не давали забыть, что девушка не просто спит и видит сладкие сны. Майкл нервно сглотнул и его рука крепче сжала предплечье девушки. Он чуть наклонил голову и, спрятав свой нос в ее чёрные вьющиеся волосы, вдыхая аромат ее стойких и приятных духов, мужчина тихо, почти неслышно, произнёс, глядя куда-то вдаль, затуманенный миллионами собственных мыслей. — Мне очень жаль, малышка.       Вдыхая приятный лёгкий аромат парфюма и крепко прижимая девушку к себе, Кэффи корил себя за свою ошибку. Ошибку, которая могла стоить жизни им обоим. Сейчас он знал только одно: что бы ни предпринял Винсент, когда увидит дочь, Кэффи ответит за свой поступок, если останется в живых. Сейчас он даже не думал о махинациях Корта, которые тот провёл за спиной своего бывшего напарника. Сейчас Майкл Кэффи желал лишь, чтобы Дженнефер пришла в сознание. Сейчас ему, как никогда прежде, было страшно.       Когда машина, вверенная Майклу Кэффи в пользование самим доном Винченцо Корлеоне, миновала ворота территории особняка, Мо остановился прямо у мраморного крыльца дома, не успев заглушить автомобиль, резко подорвался помогать своему напарнику выбраться из автомобиля. Но стоило Кевину Рейли открыть водительскую дверь, как несколько охранников в один миг оказались рядом, преграждая пусть неизвестному им водителю, и взяв всю инициативу, которую хотел проявить Мо, на себя. Один из охранников дона заслонил собой водительскую дверь, несколько других окружили машину, направив на неё пушки, а ещё двое направились к задней пассажирской двери, где находились Майкл и Дженнефер, которая все еще была без сознания. Резко открыв дверь автомобиля, один из охранников направил ствол на Кэффи и, дёрнув пистолетом, как бы показывая характерным жестом ирландцу на выход, грубо произнёс. — Живо на выход!       Безусловно, подобное поведение и отношение могло запросто вывести Кэффи из себя, но сейчас он был не в той ситуации, чтобы показывать свой характер. Все, что он мог, все ещё удерживая девушку своими крепкими руками, так это просто молча послушаться охранников дона и выполнить их требования. Усталость, буря эмоций, испытываемых чрезмерно, но не выходящих наружу, и беспокойство за честь, которая была под вопросом перед семьёй Корлеоне, не давали Майклу показывать свой обычный характер. Потому, прямо перед выходов, бросив взгляд на удивлённого и явно испугавшегося напарника, Кэффи быстро выпалил, как бы успокаивая этими словами Мо. — Всё нормально. Мужчина вышел из машины. Стремительно и молча он направился к крыльцу дома. Полное отсутствие внимания на уставленные на него дула пистолетов объяснялось решительным желанием выполнить поручение. И как только Кэффи выполнил требования и оказался на крыльце дома, все ещё преследуемый дулами пистолетов охраны, дверь особняка тут же резко отворилась, и на пороге появился взволнованный дон Винченцо. Как только дон увидел на руках Кэффи Дженнефер, его глаза непроизвольно округлились от удивления, а затем на его лице пробежал целый набор эмоций: от невероятного удивления, до печали и сожаления, а затем до злости, что сменилась холодностью и рассудительностью. Винсент, казалось, не замечал Майкла Кэффи, он видел только Дженнефер и ее состояние. Мужчина буквально не сводил взгляда с девушки и, протянув руки, буквально выхватил ее из рук Кэффи, твёрдо сказав. — Давай ее сюда.       Майкл молча и осторожно передал Дженнефер на руки Винсента. Взяв ее на руки, его взгляд был таким, словно Винсент и правда держал на руках собственного ребёнка, которого постигла страшная участь. Он крепко прижал девушку к себе и уверенно направился наверх, в ее спальню, попутно громко призывая своих людей лишь об одном. — Вызовите доктора Коллинза! Немедленно!       Поднимаясь вверх по лестнице, Винсент не замечал никого: ни Мэри, что наблюдала за происходящим с тревогой в глазах, ни суетящуюся прислугу, ни охранников, что все ещё держали на прицеле Майкла и его друга Мо, что сидел в машине, ни самого Кэффи. Майкл опустил свой взгляд вниз, дожидаясь, когда дон скроется на втором этаже, а затем вновь, успев проследить взглядом за его исчезновением с лестницы, поднял тяжёлый взгляд. Как только Винсент скрылся с глаз людей, что провожали его взглядами, Мэри повернулась к Майклу. Тот молча стоял в дверном проеме парадной двери и не сводил взгляда с лестницы, с которой только что скрылся дон с крёстной дочерью на руках. Казалось, что в его голове целый рой различных мыслей, но этого Мэри предугадать не могла. Она осторожно положила свою тонкую ладонь на его плечо и, посмотрев на него с благодарностью, тихо сказала. — Спасибо, что вернул ее живой.       Встретившись ненадолго взглядами с Майклом, Мэри поспешно отвернулась и, медленно убрав ладонь с его плеча, поспешно направилась вслед за своим мужем. Когда к Кэффи подошла Мэри, обращаясь к нему, он машинально чуть отодвинулся, не желая в данный момент говорить. Его нутро будто сбросило огромный груз, тяжесть своей же провинности. Мужчина выдохнул. Сейчас он, возможно, был более расслаблен, чем обычно, но его состояние было похоже на эмоциональное выгорание. Слишком многое он успел прочувствовать и о многом попереживать за столь короткий период. Несмотря на полную, казалось бы, отрешенность и облегченность, его переносица типично была прорезана морщинкой серьёзности от сдвинутых бровей. Майкл не нашёл ничего более подходящего, чем просто кивнуть миниатюрной женщине на её высказывание. Может быть, даже это было слишком грубо, но одаривать миссис Корлеоне словами у Кэффи попросту не было сил. В этот момент, пока Майкл Кэффи все еще стоял на пороге под прицелами огнестрельного оружия, в доме происходила суета. Обратила на себя внимание ирландца та самая знакомая ему женщина, что однажды мешала ему сделать яичницу на завтрак, а теперь не могла найти номер доктора. Она кричала что-то то на испанском, то на английском, мешая слова, от чего в слух Майкла врезались лишь отдельные очень громкие фразы ее препротивного, для его ушей, голоса. — Где этот номер?! Где этот доктор?! Что мне делать?! Я не могу найти номер!       Женщина металась по гостиной, которую частично видел Кэффи, словно загнанный заяц, пытаясь найти укромное убежище от охотничьих борзых. Но на помощь ей не подоспела ни одна из служанок, что были рядом. Все лишь разводили руками. Облегчение и долгожданное чувство того, что все позади, стало сменяться на нарастающую тревогу. «Ещё не всё», — подумал Майкл.       Уставшее выражение лица сменилось возбужденным. Он вытащил из потертого кармана джинс свой мобильный телефон. Батарея разрядилась, и это нисколько не удивило мужчину. Кэффи резко направился в гостиную, молча отталкивая жёстким движением стоявшую у телефона женщину, и совершенно не слушая ее протест на смеси испанского и английского. Перед тем, как вступить на долгосрочную службу к Корлеоне, Майкл узнал от Фрэнка и самого Винсента пару нужных доверенных номеров, в числе которых был и номер того самого доктора Коллинза. Несмотря на то, что телефон ирландца сел, он знал, где быстро найти нужный номер в лежавшей в гостиной толстой телефонной книге. Адреса мужчина не знал, но, сделав короткий звонок, оповестил мужчину, что его присутствие в особняке Корлеоне требуется незамедлительно.       В этот момент, в комнате Дженнефер, девушка уже лежала на своей кровати. Ее глаза, за закрытыми веками, двигались чаще, чем раньше, они явно желали открыться, но все еще были не способны на это. Она все также не могла двигаться, но пальцы девушки изредка подергивались, давая понять окружающим, что девушка постепенно приходит в сознание. Мышцы на лице тоже периодически то сжимались, то вновь возвращали ее мимику в неподвижное состояние. Винсент сидел рядом с девушкой, крепко сжав ее руку в своей, накрыв сверху второй ладонью. Он склонился над ней так, словно готов был прощаться, но тут в комнату вошла Мэри. Она была на удивление спокойна. Ее взгляд встретился со взглядом мужа, что смотрел на неё глазами покрасневшими, обеспокоенными и наливающимися слезами, которые мужчина не смел проронить. Бросив короткий взгляд на жену, Винсент вновь перевёл свое внимание на Дженнефер. Мэри медленно подошла к нему и села на край кровати, проведя своей ладонью по ссутуленной спине мужчины. — Все будет хорошо, Винс. Она поправится. Прислуга уже вызывает доктора.       Произнесла женщина очень спокойно, явно желая также успокоить и своего мужа. Но Винсент, слушая Мэри, не обращал на жену внимания, лишь, почти дрожащим голосом, произнёс. — Мне нужен Фрэнк. Позвони ему. Пусть Фрэнк немедленно явится к доктору Коллинзу и доставит его в мой дом. — Хорошо, но прислуга наверняка уже позвонила доктору Коллинзу. — Фрэнк доставит его быстрее, чем тот доберётся сам. Мы не можем ее потерять.       Обеспокоено произнёс Винсент, все ещё не сводя взгляда с Дженнефер. Тогда Мэри поднялась и направилась к выходу. Но вдруг она обернулась, вновь посмотрев на мужа, что не отходил от кровати своей крестницы. И спокойно сказала. — Майкл Кэффи ждёт тебя внизу. Он выполнил то, что ты велел ему. Он спас ее.       Винсент резко повернулся к жене вполоборота и сурово посмотрел на неё. Его глаза, покрасневшие от сдерживаемых слез и внутренних нервов, казались сейчас ещё более пугающими, чем тогда, когда мужчина в гневе был готов убить Майкла Кэффи во дворе своего особняка. Мэри слегка дёрнулась, но стойко выдержала тяжёлый взгляд мужа, не сдвинувшись с места и сохраняя спокойствие. — Не смей мне ничего сейчас говорить про Майкла Кэффи. Я не желаю ни видеть, ни слышать его. Иди и выполни то, о чем я тебя просил.       Его голос был твёрдым и тяжёлым. И хотя мужчина не повышал голоса, все же ощущался он так, будто бы своими словами Винсент готов был порубить каждого, словно мечом. После сказанного, Винсент вновь отвернулся от жены. Мэри же, ничего не ответив мужу, поспешно направилась в его кабинет, чтобы оттуда набрать номер консильери и сообщить ему требования дона Корлеоне. Теперь Винсент был один в комнате с Дженнефер, чьё состояние ему было неизвестно, как и то, доживет ли его крёстная дочь до утра.       В этот момент, когда Мэри вышла из комнаты Дженнефер, то столкнулась прямо у дверей кабинета дона с Майклом Кэффи. Женщина могла бы спокойно пройти дальше, но остановилась, увидев озадаченное лицо Майкла, который словно что-то хотел сказать. Она развернулась к ирландцу вполоборота и спокойным голосом произнесла. — Что-то случилось, Майкл? — Одна из служанок никак не могла набрать номер доктора, но я уже обо всем позаботился, миссис Корлеоне, — небрежно махнул рукой Майкл и сделал шаг в сторону комнаты Дженнефер. — Да, да. Винсент как раз хотел, чтобы Фрэнк немедленно привез доктора Коллинза в особняк, — затораторила Мэри и открыла дверь кабинета, — я сейчас как раз ему позвоню и сообщу.       Майкл Кэффи тут же остановился и развернулся к Мэри. Его брови сдвинулись к переносице от мысли о том, что жена Винсента не дозвониться до консильери в данный момент, потому как Фрэнк был занят куда более важным делом. Потому он быстрым шагом обошел Мэри и преградил ей путь, не дав возможности пройти в кабинет. Его уставшее лицо, покрытое синяками, кровоподтеками и ссадинами заставило брови Мэри выгнуться от удивления как его внешним видом, которое она увидела так близко, так и нахальная наглость его поведения. — МакКарен сейчас не сможет ответить на ваш звонок при всем его желании. Позвольте, я сам доставлю доктора Коллинза? — голос Майкла был хриплым, тяжелым и настойчивым, отчего Мэри сделала шаг в сторону и закрыла приотрывшуюся дверь кабинета дона. — Что ж... Если это действительно так, то медлить нельзя, — вздохнула Мэри и еще раз взглянула на Майкла, — его адрес в телефонной книге в гостиной. Поторопись, Майкл.       Но Кэффи ничего не ответил, лишь небрежно кивнул и быстрым шагом, практически переходя на бег, направился в гостиную. Спустившись вниз, Кэффи тут же нашел нужный адрес, переписал его на какой-то клочок бумаги, что завалялся в кармане его куртки и, покинув особняк, сел в автомобиль, где его ждал Мо и, попросив друга передать ему руль, резко нажал на газ. Он гнал так, что казалось, что его совершенно не волнует то, что у него могут забрать права за многократное нарушение прав, главной целью Майкла было лишь задание, которое он сам же проявил инициативу взять. Добравшись до дома доктора Коллинза за какие-то двадцать минут, ирландец вышел из машины и принялся тарабанить в дверь частного дома. Через минуту дверь открыл пожилой белый мужчина, которого явно разбудил интенсивный стук в дверь. Он сонно и неспешно нацепил на свой сморщенный нос очки и, взглянув на Майкла Кэффи, ахнул от удивления. Вид Майкла мог напугать кого угодно, особенно если бы кто-то увидел его таким сразу же после пробуждения. Майкл стоял на пороге и сурово смотрел на доктора, который никак не решался выйти и цеплялся за приоткрытую дверь. — Мистер, чем я могу вам помочь в столь позднее время? — прохрипел доктор Коллинз, не сводя взгляда с Кэффи. — В машину. Времени нет, — отрывисто буркнул под нос Майкл, кивнув головой в сторону машины. — Простите, но вынужден отказаться.       Доктор Коллинз тут же попытался скрыться за дверь, но Майкл молниеносно подставил свою ногу в дверной проем, а затем прошел внутрь без приглашения. Доктор Коллинз был примерно на голову ниже Майкла, потому человек в черной бандитской одежде, с множеством синяков и кровоподтеков на лице, внушел пожилому доктору страх. Мистер Коллинз медленно пятился к тумбочке, на которой стоял стационарный телефон, не сводя взгляда с ворвавшегося к нему в дом бандита. — Я вызову полицию! — дрожащим голосом крикнул доктор, хватаясь за трубку телефона. — Нет, — Майкл выхватил трубку и бросил ее обратно, почти нависая над испуганным пожилым мужчиной, — дон Винченцо Корлеоне требует вас к себе в особняк. Ему нужны вы и ваши навыки в медицине. — Что? Сейчас? — удвился Коллинз, переводя дыхание и постепенно выпрямляясь. — Да. Сейчас. И вам уже звонили, на что вы сказали, что собираетесь. И что-то я не вижу на вас белого халата, — съязвил Кэффи, указывая Коллинзу на его оплошность перед доном. — Простите, — начал метаться по дому Коллинз в поисках чего-то, — изините, я сильно виноват. Я не думал, что ночью может понадобиться моя помощь именно личном особняке, прошу меня извинить, — мужчина бегал и извинялся очень громко, но подойдя к чемоданчику, видимо, к тому самому, который искал, он пробубнил себе под нос, — не обязательно было сразу присылать ко мне головореза.       Майкл тут же, услышав бурчание доктора себе под нос, усмехнулся и, качнув головой, открыл пошире входную дверь дома доктора, как бы пропуская его вперед. — Что вы, доктор! Какой же я головорез? Я - фея крёстная! — Майкл выдавил саркастичный смешок и захлопнул дверь дома доктора.       Доктор сел на пассажирское сидение сзади и понял, что они тут не одни. Тогда все внутри Коллинза сжалось еще сильнее, и мужчина начал представлять в голове самые страшные картины, но все молчали. Мужчины сидели в машине и уже двигались на всей скорости к особняку Корлеоне. Коллинз с силой сжимал свой портфель и пытался держаться за поручень над головой. Видимо, так быстро его еще никто и никогда не возил по ночным улицам Нью-Йорка и его районов. Майкл усмехнулся, а затем вновь принял серьезную мину, не сводя взгляда с дороги. — В следующий раз, делайте сразу то, что вам говорит дон. Иначе, — Майкл запнулся, впомнив то, как встретил его дон Корлеоне, когда Кэффи прибыл в особняк без Дженнефер, отчего все синяки на его лице болезненно заныли, и Майкл поморщился, — думаю, вы и сами прекрасно знаете, что будет, если ослушаетесь дона.       Коллинз сглотнул. Он понимал, что так как он является личным лечащим врачом семьи Корлеоне, то малейший его проступок может стоить ему жизни. И однажды, если он еще раз выберет сон вместо долга, к нему снова заявится очередной головорез, который на этот раз отвезет его не лично к дону, а в последнюю поездку в доки. По пути Майкл рассказал доктору о том, что случилось с Дженнефер, и выдвинул свои предположения на этот счет. Через несколько минут машина подъехала к особняку и доктор автомобиль. Майкл проследил за тем, как доктор вошел в особняк, и затем, отвез Кевина Рейли домой. Не решившись остаться на ночь у Мо, который уговаривал своего бывшего напарника отоспаться, Майкл вернулся к корлеоне. В этот раз, припарковав автомобиль и покинув его, Майкл не решился закурить очередную сигарету, потому как у него попросту не осталось сил даже на то, что приносило ему расслабление и успокоение. Кэффи медленно передвигая ногами направился в дом, прокручивая в голове все, что произошло за это сумасшедшее время.       В дверь постучались, и та незамедлительно отворилась. Когда в комнату Дженнефер вошёл доктор, Винсент тут же выпрямился и поднялся с кровати Джен. Мужчина направился к доктору и, быстро пожав его руку, разрешил специалисту осмотреть пострадавшую мисс Корлеоне. Как только врач приступил к осмотру, за плечами дона послышался шорох. Это была Мэри, что с любопытством заглянула за дверь и, осторожно войдя в комнату, тихо закрыла за собой дверь. Женщина медленно подошла к мужу и коснулась его руки, с грустью и ожиданием устремив свой взгляд на сестру. Винсент нежно накрыл ее ладонь своей и крепко сжал. Хотя, он и старался держаться мужественно и не показывать своих переживаний, поддержка ему, как и его жене, была необходима в данный момент. Тем более поддержка близкого человека. Поддержка его жены. Они стояли прямо напротив кровати, наблюдая за тем, как доктор проводит свои исследования, делая какие-то заключения в свой блокнот, и совершенно не замечая присутствия мистера и миссис Корлеоне. Прошло достаточно много времени, около часа, потому Винсент и Мэри переместились на небольшой диван, ожидая заключение доктора оттуда. Спустя ещё несколько минут доктор Коллинз отошёл от кровати Дженнефер и приблизился к мистеру и миссис Корлеоне. Мужчина и женщина незамедлительно поднялись с дивана и ожидающе посмотрели на доктора. Тот сделал шаг в сторону, открывая членам семьи вид на Дженнефер. Теперь девушка лежала под капельницей, что совершенно не обрадовало Винсента и Мэри. Женщина ахнула, прикрыв рот рукой, а дон непроизвольно нахмурился и перевёл взгляд на доктора. — Что с ней? — сурово проговорил дон, обращаясь к доктору Коллинзу. — Ваш человек был прав, ее накачали сильным наркотическим веществом. Анестезирующий эффект данного опиоида мог быть совершенно непредсказуемым в комбинации с другими лекарственными и химическими веществами, если девушка употребляла до введения этого препарата спиртное или анальгетики. Ей нужно, как можно скорее, очистить кровь, так что мы вовремя успели поставить капельницу, — произнёс Коллинз, показывая свои записи в блокноте. — То, чем ее накачали, сильно повлияет? — обеспокоено спросила Мэри, не сводя взгляда с сестры. — Мисс Дженнефер нужен покой пару дней. Я заеду вечером и завтра утром, чтобы проверить ее состояние и поставить новый препарат.       Мэри ничего не сказала в ответ и направилась к Дженнефер, осторожно присев на край кровати и вложив ее ладонь в свои. Винсент стал говорить чуть тише, чтобы разговор его и доктора казался более приватным, хотя на самом деле дон не желал ничего скрывать от жены. Тем более в данной ситуации. — Каковы прогнозы и диагноз? — Диагноз самый обычный в таком случае: незначительная наркотическая передозировка. Повезло, что доза не была превышена, иначе исход был бы летальным, — доктор чуть помедлил, а затем продолжил, — не беспокойтесь, дон Корлеоне, девушка быстро придёт в себя. Ее организм силён и он борется. К вечеру, после того, как сработает препарат, она уже придёт в себя. Осложнений нет, — Коллинз заговорил тише, складывая свой блокнот в рабочую сумку, — при осмотре я обнаружил несколько ссадин, синяков и кровоподтеков. Но, как я понимаю, это не мое дело спрашивать вас, что случилось. Мое дело лишь лечить людей, включая эту прекрасную молодую девушку. — Что это был за препарат? — тихо спросил Винсент. — Опиоидный анальгетик. Подозреваю, что это был фентанил. И надеюсь, что я не ошибаюсь, — дрожащим голосом произнёс доктор, смотря в глаза Винсента с толикой сожаления, если посмел ошибиться в диагнозе. — Откуда такая неуверенность? — грубо переспросил Винсент, наклонившись к мужчине чуть ближе, внушив тем самым второму ещё больший страх за его возможную оплошность. — Фентанил применяется в анестезиологии, в должных дозах он безвреден, иначе бы не использовался в медицине для человека. Но если захотите успокоить слона или же, будучи врачом, облегчить смерть умирающего, то будете использовать другое производное от препарата. Я взял кровь на анализ, чтобы убедиться в своих заключениях.       Поразмыслив над сказанным, Винсент закрыл на мгновение глаза, представляя ужасные картины, если бы доктор Коллинз и в самом деле ошибся и не успел приехать вовремя. Но, прогнав прочь навязчивые ужасающие картины, Винсент одобрительно кивнул и легонько коснулся предплечья доктора, как бы благодаря мужчину за работу. Он окинул взглядом кровать, на которой сидела Мэри, сжимая в ладонях кисти Дженнефер. В голове мужчины вновь промелькнули все слова доктора, и дон, тяжело сглотнув, облегченно выдохнул. Он направился к выходу из комнаты, но перед этим обратился к доктору. — Мистер Коллинз, если Дженнефер станет хуже, то я просто не могу терять время, чтобы посылать за вами своего человека. Останьтесь до завтрашнего утра в моем доме, чтобы проследить за ее состоянием и поставить последний препарат. — Но Дон Винченцо, у меня есть и другие пациенты, — осторожно возмутился доктор, но резко замолчал, понимая, что его мнение совершенно не волнует дона. Тем более сейчас. — Деньги не проблема, вы знаете. Я выделю вам комнату для гостей рядом со спальней Дженнефер.       С этими словами, не дожидаясь одобрения самого доктора, Винсент покинул комнату. Мэри осталась сидеть с сестрой, периодически задавая вопросы доктору, который также остался в комнате. Покинув комнату, Винсент уверенным шагом направился в сторону своего кабинета. Он явно желал в данный момент видеть своего консильери, но знал, что тот занят более важным делом. Вырвал в реальный мир из тяжелых мыслей Винсента тот, кто даже не появлялся в его размышлениях. Винсент тут же остановился и сделал шаг чуть в сторону, как только перед ним возник Майкл Кэффи. Лицо дона тут же скривилось в недовольной гримасе и он одарил своим взглядом Кэффи. Винсент, разумеется, тут же задался вопросом: что делает на втором этаже, возле спальни Дженнефер, этот человек? Ведь главной задачей Кэффи было лишь доставить девушку в особняк, но никак не охранять дверь ее комнаты. Сейчас, как и в другие дни, Майкл Кэффи мог бы заняться чем угодно, например, отправиться вниз, в свою комнату, отсыпаться, но никак не быть там, куда никогда прежде и вовсе не поднимался. Уставший и помятый вид мужчины, что выполнял множество мелких поручений вот уже несколько недель, а сегодня и вовсе хлебнул сполна, говорил сам за себя. Длительное обхождение без сна сказалось на его глазах — они были красными, а синеватые круги под ними делали взгляд ещё более тяжёлым. Лицо мужчины было не в силах выдавать хоть какие-то эмоции, но взгляд голубых глаз взял эту работу на себя. Покрасневшие, но обеспокоенные, они буквально вцепились в фигуру дона Корлеоне, заставив Винсента переступить через себя и на мгновение остановиться и, хотя и без особого желания, что отчасти также зависело от усталости самого дона, выслушать Майкла Кэффи. — Дон Винченцо, — осторожно и уставшим голосом поинтересовался Майкл, — как там Джен? — Жить будет, — спокойно ответил Винсент и сделал шаг вперед от Кэффи. — Я сожалею, что так вышло, — Майкл обернулся на уходящего дона, глядя ему вслед. Он и правда желал извиниться, так как чувствовал свою вину, но переступать через собственный характер ему было сложно. — Доктор Коллинз рассказал мне, что ты привез его, — развернулся Винсент и остановился, глядя в глаза Кэффи, — что странно, ведь этим должен был заняться Фрэнк. — Фрэнк занят поисками Ламара. — Я уже знаю, — оборвал мужчину Винсент, — и благодаря тебе Дженнефер вовремя удалось спасти, — спокойный и немного довольный тон дона тут же сменился нотками злобы в голосе, — и благодаря тебе она попала в эту ситуацию. — Дон Винченцо, я искуплю свою вину перед вами, — всполошился Майкл и сделал шаг навстречу дону. — Искупишь, — Винсент сделал шаг вперед к Кэффи и вглядываться в его уставшие глаза, под которыми красовались множественные синяки, на его разбитый нос, на разбитую губу, понимая, что все эти отметины, подаренные Майклу на несколько недель, были подарены именно доном Винченцо. Им самим. Голос Винсента был спокойным, в нем не было ни намека на злобу, — но не передо мной ты должен в первую очередь искуплять вину, Майкл. И неизвестно, простит ли она тебя после всего, что с ней произошло по твоей вине. Майкл стойко выдержал взгляд дона Корлеоне, но как только тот сказал про Дженнефер и в очередной раз напомнил Кэффи о том, что именно он виновен в ее состоянии, Майкл тяжело вздохнул и опустил взгляд вниз, совершенно не заметив удаляющуюся фигуру Винсента. — И Майкл, — вырвал из тяжелых мыслей Кэффи Винсент, крикнув ему почти что закрывая дверь в свой кабинет, — ты знаешь, что бывает с предателями.       С этими словами Винсент захлопнул дверь кабинета, оставив Майкла наедине с мыслями. Майкл не понимал, к чему нужна была эта фраза, если он никого не предавал, но вскоре вспомнил о своем задании от Джерри Корта, понимая, как тяжело теперь будет его выполнить, не подставив при этом собственную шкуру перед Корлеоне. Он также не понимал, в какой момент он вообще присягал на верность этому семейству, но тем не менее, одна только мысль о том, чтобы предать дона, заставляла что-то внутри Майкла переворачиваться. Одна мысль о том, как теперь будет воспринимать его Дженнефер. Одна мысль цеплялась за другую, заставляя голову Кэффи разболеться как от самой сильной мигрени. Мужчина потер лоб и неспеша спустился вниз по лестнице. Пройдя в свою спальню, отведенную для него доном, ирландец небрежно снял ботинки, бросил куртку куда-то на кресло и упал на кровать, оставшись в грязных пыльных джинсах и окровавленной майке. Этот день, наконец-то, закончился, подарив Майклу Кэффи долгожданный отдых и длительный глубокий сон.