Лабиринт

Pov Мел

      Ярость колотилась о рёбра, я чувствовала, как больно давался мне этот яд по отношению к Ньюту, но другого выхода просто не было. Если он отталкивает меня, царапает мне душу… Я не буду молчать. Я не стану просить пощады или пытаться смягчить углы. Никаких моральных сил на это не было. Будучи уверенной, что со всем этим дерьмом мы разберёмся потом, я разрешала себе поддаваться эмоциям и делать такие опрометчивые трюки, как с пистолетом.       При этом я понимала, что была вероятность того, что кто-то из нас не доживёт до рассвета. Стараюсь гнать такие мысли прочь, ведь если не буду думать о конечной цели, то просто застряну в начале. Первым делом Минхо, потом возможность выяснить о своём прошлом. И только затем Ньют с его выкидонами. Приоритетность не очень, но трудные времена требуют расставлять подобные приоритеты.       Выныриваю из размышлений и оглядываюсь.       Сейчас нам с Брендой нужно организовать путь отступления. Фрайпан уже забирался на высокий кран, чтобы потом вытащить автобус с нами и иммунными за пределы города. Его прикрывал Джеймс. Как только часть плана по отступлению будет выполнена, я смогу ускользнуть и направиться в архив. Слышу как Томас связывается с Брендой, но не слушаю их разговора.       Вспоминается разговор с Терезой в тоннелях.       К удивлению остальных, вызываюсь вести Терезу по коридору. В своих целях, конечно. Пока ребята обсуждают план и все возможные несостыковки или проблемы, что могут возникнуть, я стараюсь говорить монотонно, чётко и тихо. Так обычно разговаривал Винс, когда говорил с кем-то из ребят и не желал, чтобы другие разобрали о чём речь.       - У меня к тебе будут вопросы.       - Какие? – хмурится Тереза.       - Говори тише. Если кто-то нас услышит, не поздоровится нам обоим, поняла? – убедительно произношу я и надеюсь на благоразумность девушки.       - Поняла.       - К делу, где в здании находится архив? – спрашиваю напрямую.       - Архив, зачем те...? Ах, да, - понимает она. – Архив находится рядом с лабораторией на девятом этаже, но это далеко и одна ты в архив не попадёшь, нужен допуск.       - У тебя он есть?       - Да.       - Значит, у меня тоже будет этот допуск. Как только ты поможешь ребятам с Минхо, ты найдёшь способ улизнуть. Встретимся на девятом этаже и найдём то, что мне нужно.       - Он не опустит меня, ты же знаешь... – с сомнением говорит Тереза и оборачивается чуть назад, оглядывая Томаса.       - Найди способ, - шиплю я, - у тебя всегда хорошо получалось сбегать.       - Я…       - Не волнует, ты мне должна. Как минимум за то, что я тебя не убила при встрече, как и обещала.       - Я постараюсь, - девушка замолкает, опустив голову, а потом вдруг поднимает глаза на Мел. – Слушай… Ньют, он… ему нужна помощь. Он…       - Тронешь его – не доживёшь до рассвета, - отрезает светловолосая. – От кого, но от тебя точно ему не нужна помощь.       - Послушай… - отчаянно начинает Тереза.       - Наслушалась, хватит, - повышаю голос, а после разворачиваюсь к ребятам. – Подмените меня, ещё час я не выдержу в её компании.       К Терезе подходит Джеймс, а я ухожу чуть назад, ровняясь с Галли. Парень обеспокоенно оглядывает меня. И полминуты решается что-то сказать.       - Мне не нравится эта твоя отчаянная решимость, словно ты не планируешь выбраться из лаборатории, - хмуро произносит он.       - Я не самоубийца, Галли.       На этом разговор сводится на нет, и всю оставшуюся дорогу мы не завязываем разговора, в какой-то момент Галли и вовсе отошёл к ребятам. Я не хотела отталкивать никого из них. Но сейчас это было больше необходимостью, вовсе не прихотью одержимого сознания, что болело и мучалось в агонии.       Шею защипало.       Подавляю болезненный вздох и желание прикоснуться к шее. Боль разливается неподъёмной тяжестью и заставляет глаза заслезиться. Говорят, что человек, который находится на грани невыносимой боли, но всё равно продолжает идти, а не теряет сознание, уже не человек. Он монстр.       Пробираемся с Брендой по парковке, находя подходящий автобус. Как только мы сделали всё необходимое для того, чтобы в нужный момент убраться отсюда, Бренда подняла на меня взгляд, полный сомнения и подозрений.       - Ты что-то задумала, подруга, - цокнула девушка, складывая руки на груди.       - А ты видишь меня насквозь, Бри, - улыбаюсь я в ответ.       - Мне тебя не переубедить?       - Нет, - мотаю головой в знак отрицания. – Я должна узнать, что они со мной сделали. Это моя единственная возможность, - закусываю губу, отводя взгляд.       - Знаешь, я могу тебя понять, - неожиданно произносит подруга, а потом берёт меня за руку и тянет в объятия. – Будь осторожна и вернись живой, иначе я пожалуюсь твоему брату, поняла? – смеётся Бренда.       - Хорошо, - смеюсь я в ответ, сжимая подругу в объятиях, а после осторожно выбираясь из автобуса и надевая маску.       Теперь я сама по себе.       Временно.       Вдыхаю воздух, чувствуя, как волнение липким холодом ползёт по спине. Иду уверенным шагом, стараясь не выдать переживаний или дрожи. Я крепко держала оружие в руках, готовая в любой момент использовать его для своей защиты. Войти с парковки в основное здание оказалось проще, чем я думала.       Оглядываюсь по сторонам.       Куча людей в белых халатах и костюмах солдат, как у меня. Все разные. Работа кипела, все мельтешили, решали какие-то важные вопросы несомненно мирового масштаба. Нахожу лифт и иду к нему, надеясь, не привлечь много внимания. Тереза сказала, что архив на девятом этаже рядом с основной лабораторией. Стараюсь вспомнить планировку, которую описала Тереза. Делаю шаг в лифт и нажимаю на нужный этаж.       Пока всё без происшествий.       Как только оказываюсь на месте, начинаю поиски. Этаж огромный, впрочем, как и всё здание. Интуиция подсказывает идти направо, и я не противлюсь, шагая навстречу своим воспоминаниям. Как же я ошибалась. Прохожу мимо стекла и непроизвольно смотрю за него и вижу знакомую растрёпанную шевелюру. Минхо лежал на кушетке в полусознательном состоянии, его обступили врачи и что-то обсуждали и спорили.       Что они собирались с ним делать?       Тереза говорила, что их держат внизу. Так какого чёрта Минхо был тут? Тревога поднялась в груди клубами, не давая шанса нормально вдохнуть. Нужно что-то предпринимать. Поспешно осматриваюсь и вижу на стене рубильник, что оповещает всех о пожарной опасности. Почему нет? Похожу и опускаю его вниз, громкая сирена раздаётся на весь этаж, и врачи за стеклом начинают суетиться, не зная куда себя деть и что делать.       Один из докторов выходит и смотрит прямо на меня.       - Солдат, это учебная тревога?       Он уточняет это у меня, и я нервно выдыхаю, стараясь предать голосу чуть большей уверенности и грубоватости, присущей пороковцам.       - Никак нет, сэр, это не учебная тревога, - рапортую я, - в дальнем коридоре случилось возгорание. Всем рекомендуется временно покинуть этаж до устранения последствий и ликвидации возгорания.       Удивляюсь тому, как ровно звучит голос и внутренне радуюсь, когда на лице врача отражается понимание и кивок.       - Ох, каких молодых сейчас нанимают в охрану, - недовольно пробухтел доктор и зашёл обратно в кабинет, а после в чём-то убеждая других. Они приковали Минхо к кушетке и через пару минут всем скопом вышли. Доктор, что говорил со мной, снова обратился ко мне:       - Будь здесь, следи за объектом, нам некогда его перевозить туда-сюда.       Настороженно киваю, а после подхожу ко входу в кабинет, попутно всё осматривая, дверь была на электронном замке и отрыть её можно было только с пропуском. Поэтому я намеренно спотыкаюсь у последней выходящей дамочки, а она по инерции меня подхватывает, тут же презрительно кривясь.       - Осторожнее, солдат, - её глаза суживаются, а потом она уходит, но перед этим я успеваю выудить из её кармана пропуск. Успешно прячу его, когда чуть наклоняюсь для извинений. Женщина принимает их с почестями и быстро семенит за коллегами, покидая опасное место.       Мерзость.       Меня они оставили тут, а сами ускакали спасать свои продажные шкуры. Кривлюсь от злости. Как только они скрываются из виду, я открываю двери пропуском и прохожу внутрь, дополнительно осматриваясь на наличие кого-то ещё. Эти напыщенные индюки даже не додумались оставить кого-то ещё. Настолько доверяют своим солдатикам?       Быстрым шагом подхожу к Минхо, попутно скидывая маску с лица. Парень выглядит бледным и измученным. Тормошу его за плечо, пытаясь привести в сознание. Он лишь мычит что-то невнятное, пытаясь продрать глаза.       Конечно, они что-то вкололи ему, как же без этого.       Ослабляю ремни на кушетке, убирая их полностью. Быстро нахожу шкаф с медикаментами и выуживаю оттуда нашатырь и вату, возвращаясь к другу попутно промачиваю вату. В нос ударяет стойкий неприятный запах.       - Минхо, - зову я его, - Минхо, очнись! – провожу у носа ватой с мерзотным запахом и вижу, как парень морщится, пытаясь вынырнуть из незабытия, чтобы прекратить поступление этого запаха в нос и лёгкие. – Проснись же, чёрт тебя дери!       Парень дёргается слишком сильно, отчего я испуганно отступаю на пару шагов назад и не зря. В руках азиата была острая шпилька для волос, которой вполне можно было покалечить кого-нибудь, он резанул воздух в месте, где я только что стояла. А потом сощурил глаза ещё сильнее пытаясь разобрать кто перед ним и почему никто не кидается его остановить.       - Минхо, это я…       Он смотрит на меня и с каждой секундой его глаза становятся всё больше и больше.       - Кнопка…       Минхо выдыхает, не понимая, вероятно, настоящая я или привиделась ему, а я пытаюсь сдержать накатившиеся слёзы. Делаю пару шагов к нему и сжимаю парня в объятьях, таких крепких, какие только могла себе позволить. Он нерешительно отвечает на этот жест, смыкая руки на моей спине, в движениях читается только одно – неверие. Но как бы не хотелось, у нас не было времени на долгое воссоединение, отстраняюсь от него, всё ещё всматриваясь в каждую его частичку.       - Нужно уходить, врачи могут вернуться в любой момент, - хватаю его за руку и тащу на выход, попутно прихватив маску, что сразу же надеваю, Минхо обескураженно следует за мной. Выбираемся из кабинета, и я осматриваюсь.       Куда дальше?       Терезы не было нигде видно, вероятно, у неё все же не получилось улизнуть от мальчишек. Тогда нужно найти архив самостоятельно. Со стороны, куда ранее ушли врачи, слышится звук громких разговоров. Они возвращаются. Вот чёрт. Повинуясь внутреннему навигатору, тяну Минхо по коридору наверх. Следом за нами к кабинету, от которого мы вот-вот скрылись, подходит группа врачей, озадаченно оглядываясь.       Они искали меня.       Очевидно, скоро они обнаружат пропажу Минхо.       - Ты здесь одна? – парень должно быть пришёл в себя, раз начал задавать вопросы.       - Здесь – да, но на другом этаже остальные, - оборачиваюсь на него, в ониксовых глазах горит благодарность, он знает, что я скажу дальше, - мы пришли за тобой.       Останавливаюсь на развилке, Минхо почти врезается в меня. Нужно решить куда идти. Где этот чёртов архив? Зажмуриваю глаза, пытаясь успокоить беснующееся счастливое сердце. Стук сердца в ушах утихал, на его место приходила собранность и сосредоточенность.       - И куда нам дальше?       - Сюда, - уверенно киваю и тяну азиата в одну из дверей.       Открыв её пропуском, мы вошли внутрь. Широкие стеллажи украшал комнату, в дальнем углу горел монитор компьютера. Мы были в архиве. Нам чертовски повезло. В помещении никого не было и это было только на руку. Огляделась и нашла пару коробок с одеждой. Да, похоже, нам действительно везёт. Выпускаю руку Минхо и подхожу к этим коробкам, отрывая похожий на мой наряд.       - Тебе нужно переодеться, иначе мы будем слишком заметны, - кидаю в парня одежду, а сама иду между полками, отсортированными по алфавиту.       И как мне искать?       По имени? Настоящему или выдуманному ПОРОКом? По фамилии? Тогда она должна быть такой же, как у Джеймса. Когда-то он её называл. Как же… Это было так давно, что воспоминание крутилось на окраинах сознания и никак не хотело дать себя ухватить.       - Минхо, ты помнишь фамилию Джеймса? - задаю вопрос, не надеясь получить ответа.       - Прости, не помню, - лишь отвечает он, слышу шорох одежды, значит, он переодевается.       Доктор Джеймс… Доктор Джеймс. Джеймс У. Записка! Точно, он в записке указал букву «У». Ах, если бы этого было достаточно! Иду к полке с нужной буквой и перечитываю фамилии на корешках. Уайлен. Уилбергт. Уилсон. Уильямс. Уокман. Стойте… Уильямс! Джеймс Уильямс, точно. Беру папку в руки, в ней лежат четыре дела. Перебираю их.       Джеймс Уильямс       Лили Уильямс.       Маргарет Уильямс.       Фредерик Уильямс.       Сажусь на пол и первым делом открываю дело Джеймса. Любопытство подстёгивает, и я начинаю вчитываться в ровные печатные строчки. Всё по стандарту. Имя, возраст, пол, дата, год и место рождения, гражданство и образование. Уровень допуска к работе и статус иммунитета. Он иммун. Облегчённый вздох срывается с губ. Хотя бы в этом не придётся переживать за Джима.       Дальше идёт характеристика. «Импульсивный, не исполняющий приказы, нарушающий дисциплину». В целом, я даже не удивлена. «Прекрасный специалист в своей области, в иное время был бы удостоен учёной степени». Нотка гордости закралась в сердце. Заберу-ка я с собой эти документы. Будет что читать перед сном. Усмешка срывается с губ.       Закрываю папку и тянусь к своей, замирая.       В этот момент ко мне подходит Минхо, он не понимает почему я сижу на полу и в нерешительности смотрю на папку со своим делом. Закусываю нижнюю губу до боли и тогда беру в руки бумажную папку. Рядом со мной опускается Минхо. Краем глаза замечаю, что он переоделся и был похож на солдата ПОРОКа, как и я.       - Уильямс, - протягивает парень. – Тебе подходит. В любом случае: Мелисса Уильямс или Лили Уильямс.       - Спасибо.       - Чего ты ждёшь? Открывай, - кивает Минхо, ему и самому интересно.       - Я боюсь правды.       - А я даже если бы захотел, не нашёл бы тут её, - вдруг говорит он, опираясь головой о стеллаж и поднимая взгляд в потолок.       - Почему?       - Даже намёка на мою фамилию в беспамятной голове нет, - он поворачивается ко мне и улыбается. И эта улыбка меня обескураживает и убивает одновременно. Он мог улыбаться после всего, что с ним делали. И это были явно некурортные процедуры.       - Мне жаль.       Одна из причин его беспамятства – я. Пусть и косвенно. Пусть не напрямую. Но я приложила руку к этому. Минхо ничего не отвечает, но в его глазах не читается согласие с моими словами и этого мне достаточно.       Опускаю голову и открываю дело.       На фотографии красуется маленькая девочка с белокурыми, почти белыми волосами, заплетёнными в красивую длинную косу. У неё яркие большие зелёные глаза, в которых теплилась надежда на что-то светлое. Она ещё не знает, что большую часть детства проведёт в одиночестве, а потом её заставят отправлять своих друзей в лабиринт.       Чуть сжимаю уголок бумаги, а потом начинаю вчитываться. В графе родственников были прочерки, словно у меня никогда никого не было. ПОРОК так пытался скрыть информацию в случае чего? У Джеймса было указано, что его сестра утеряна. Листать страницы дальше было почти физически больно. В графе Иммунитет стоял прочерк.       Что?..       «…объект А17 потенциально опасна. Взаимодействие с вирусом не привело ни к каким результатам, но и иммунитета в крови испытуемой не было обнаружено. В ближайшее время приступим к испытаниям стадии Х.»       «…объект А17 благоприятно подаётся процедуре Стёрки. Воспоминаний об экспериментах не возникает. Каждый раз объект испытывает одинаковый ужас, оказываясь в незнакомой комнате.»       «…объект А17 не вспоминает об экспериментах вне комнаты, в которой они проводятся. Следов от разрядов тока не остаётся. Теперь при начале эксперимента объект испытывает тот же ужас, но с каждым разом всё быстрее вспоминает цель своего нахождения»       «…объект А17 становится не восприимчивой к Стёрке. Для продолжения экспериментов объект приходится подвергать двойной Стёрке.»       «Эксперимент подвергается риску быть сорванным. Из-за невосприимчивости объекта к Стёрке мы больше не можем продолжать опыты несмотря на то, что испытуемая делает успехи в мозговой активности. Это непременно мог быть способ получить сыворотку.»       «Последняя запись по стадии Х. Объект не реагирует на боль и не даёт никаких реакций, постоянно повторяя одни и те же фразы: «Мне больно, я всё чувствую… Только не трогайте Ньюта…». Эксперимент было принято завершить.»       Прохожусь глазами по сути эксперимента и всё становится кристально ясно. Они подвергали меня разного рода пыткам, заставляя мозг чувствовать боль и вырабатывать таким способом энтим. Это, однако, помогало. Но я просто перестала реагировать на боль и стала твердить, что я всё ещё её чувствую. Как ужасно.       Вижу, что есть ещё несколько записей.       «Объект А17 отправлена в Лабиринт А на прохождение общих испытаний. Для проведения полной Стёрки потребовались четыре процедуры. Мы надеемся, что это не отразится на психическом здоровье объекта, в ином случае её придётся удалить из лабиринта.»       «…к объекту А17 начали возвращаться воспоминания в виде рассказов и сказок.»       «Объект А17 начала вспоминать за день до прибытия объекта А2. Совпадение или закономерность?»       «Объект А17 испытывает симпатию к объекту А5. Мозг сохраняет остаточные симпатии или чувства сильнее Стерки и просачиваются через беспамятство? Также объект положительно относится к объекту А7.»       «Объект А17 с осторожностью и недоверием относится к объекту А2, но все же проявляет признаки дружелюбия»       «Объект А17 негативно настроена по отношению к объекту А1. Помнит ли она события до помещения в Лабиринт или негатив к объекту А1 сохранился на инстинктивном уровне?»       В контексте понимаю о ком идёт речь в записях и удивлённо хлопаю глазами. Для чего они вели эти записи? Во всех ли делах такое? И какого черта они проводили надо мной эксперименты? Непонимание накрывает с головой, мешая думать и анализировать.       Срываюсь с места, вставая на колени и немного пугая этим рядом сидящего Минхо, он продолжает всматриваться в записи моего дела. Здесь рядом должна быть буква М и Н. Пробегаюсь глазами по папкам и с удивлением обнаруживаю дела Минхо и Ньюта. Не замаскированные под настоящие имена, просто в общем доступе. Их можно найти случайно или очень быстро намеренно. Моё дело было спрятано по реальной фамилией и именем.       Что за чёрт?       Открываю дело Минхо и Ньюта и застываю в ужасе, открыв страничку с наблюдениям. Перескакиваю со дня на день  читая одну и ту же фразу.       «День 1. Без изменений...»       «День 4. Без изменений...»       «День 9. Без изменений...»       «День 17. Без изменений...»       «День 46. Без изменений...»       «День 453. Без изменений...»       После этой чёртовой фразы было краткое описание дня каждого из ребят, но ничего конкретного или странного.       Никаких воспоминаний.       Никаких пометок о взаимоотношениях их с кем-то из Глэйда. Буквально ничерта. Словно в этом херово лабиринте они следили только за мной. Словно... только у меня что-то менялось? В груди что-то сжалось от ужаса осознания. Возвращаюсь на место и беру свою папку в руки снова, отбирая чтиво у Минхо. Пролистываю до конца и вижу закрепленный диск.       Неприятная догадка пронзает мысли.       С дрожью беру диск в руки и, словно напившись бурды Галли, на негнущихся ногах иду в сторону компьютера. Как только дохожу, с трудом опускаюсь в кресло и вкладываю диск в разъём. Файлы грузятся минуту, открывая папку с содержимым. Ко мне подходит озадаченный Минхо, держащий в руках тонкую папку. Вероятно, это его собственная. Запускаю видеоматериалы, готовясь к самому худшему.       На экране появляется красивая женщина, похожая на меня. Или если сказать вернее: я похожа на неё. Это... моя мама. Она выглядит уставшей, но все равно улыбается в камеру.       - Фред, прекрати, сейчас не время для этого, - раздаётся мелодичный голос женщины.       - А по мне так, самое оно, что ещё останется после нас? - улыбающийся голос раздаётся за кадром, мужчина снимает происходящее.       - Лиса! - вдруг чуть недовольно вскрывает женщина и камера переводится на белокурую девочку, что перевернула тарелку с кашей. Она выглядит виновато и сразу прячет свои зелёные глаза в стол смущаясь и готовясь к тому, что её сейчас будут ругать.       Рядом сидит рыжеволосый мальчик, хитро улыбаясь и наблюдая за разворачивающейся сценой.       Джеймс.       - Прости, мамочка, - произносит Лиса, как назвала её женщина, и исподлобья смотрит на неё извиняющимися глазками.       - Ладно, ничего, - выдыхает женщина. - Давай с тобой уберёмся тут, хорошо? - девочка усиленно кивает и радостно спрыгивает со стула, подбегая к столу и доставая с него тряпку.       - Какая она у нас замечательная и самостоятельная, Марго, - хихикает мужчина, - вся в маму.       Девочка пытается убрать устроенный ею же кавардак, но делает ещё хуже, пачкая стол ещё больше и стряхивая кашу прямо на платье. Женщина смеётся.       - А неуклюжая она в папу, - не остаётся она в долгу.       На этом запись прерывается и начинается следующая.       - Мама, папа! Смотрите, что я сделала, - девочка бежит к отцу, на этот раз камера у матери и видно красивого мужчину. Он улыбается самой прекрасной улыбкой для дочери и смотрит на самолётик, что сложила девчушка из бумаги.       - Ох, ого, а я так не смогу, - притворно говорит мужчина, но этого достаточно, чтобы светловолосая девочка улыбалась во все зубы и гордо поднимала самолётик вверх.       Тут камера падает из рук женщины, снимая под косым углом. Раздаются крики, выстрелы, девочка плачет. Перед камерой появляется рука женщины, что упала, а потом перед камерой возникает мужчина с девочкой на руках. Он закрывает её маленькое тельце, видно, как он содрогается от рыданий. Он молит отпустить их. Дать шанс вырастить дочь. А после опускается на колени, отпуская девочку на землю. Что-то бормочет ей, раздаётся выстрел и вдруг мужчина замирает в ужасе оглядывая девочку. Та безостановочно плачет. Мужчина кренится набок и падает замертво.       В ужасе отстраняюсь от монитора, прикрыв ладонью рот. Дрожь пронзает каждую клетку моего тела и я не могу контролировать себя. Даже пошевелиться. Словно меня непрерывно били током. Условный рефлекс? Мысль возникает на фоне, но увиденная счастливая семья, а после ужас и трагедия не позволяли пробиться этой мысли.       За что? Почему?       Тёплая рука опустилась на плечо, я почувствовала дыхание на своей шее. Картинка на компьютере погасла и дыхание с шеи исчезло. Где-то на грани я подумала о том, что Минхо выключил видео, ведь оно начало играть на повторе. Вторая рука опустилась на другое плечо, он развернул меня к себе, а я, пребывая в ужасе, даже не могла увидеть парня перед собой.       Мне хотелось верить, что все, что я увидела это лишь сфабрикованная ложь, но картинки воспоминаний всплывали перед глазами. Теперь такая желанная правда разрывала мой мозг и душу на миллионы клочков. Минхо потряхивал меня за плечи и что-то говорил. Чёрт. Ведь это я пришла его спасать, а теперь он пытался меня дозваться.       - Мешок плюка, - ругался азиат, опустившись ниже и смотрел на меня снизу вверх. - Мел, послушай, я знаю, что это всё ужасно, но нам пора выбираться, поэтому собери всю свою чёртову волю в кулак и поднимай задницу! Ищем остальных и валим, пока не поздно!       Но все было бесполезно. Я его не слышала. Не могла. Перед глазами всё та же картинка и накатывающие волнами воображаемые удары тока, что ощущались вполне реально и потрескивали в каждой мышце. Рот приоткрылся и с губ сорвалась фраза.       - Мне больно, я всё чувствую... Только не трогайте... - имя Ньюта утонуло в охрипшем голосе. Или подсознание намеренно не подкинуло его, учитывая наши проблемные отношения.       - Кнопка... - обескураженно выдыхает Минхо, похлопывая меня по щекам. - Что же мне с тобой делать, чёрт тебя дери... Нести не вариант, нас же так поймают, - парень звучал неуверенно и несвойственно для себя любимого.       Если бы сознание не заполняла жгучая боль, я бы подумала о том, что его все же смогли тут сломать. Я, наконец, могла видеть парня перед глазами, но тело отчаянно отказывалось меня слушать.       - Мне больно, я всё чувствую... Только не трогайте... - снова произношу, но на этот раз из глаз градом начинают течь слёзы.       Как это остановить?       - Бл... - жёстко выражается парень и с силой встряхивает меня, но моё тело безвольно падает ему в руки.       Он растерянно застывает, слушая, как я непрекращая бормочу одну и ту же фразу. Минхо подхватывает меня на руки и усаживает снова, но уже на пол, облокачивая о стеллажи. Парень смотрит обеспокоенно, пытаясь придумать, что делать. Я пытаюсь остановить себя, но процесс запущен и, насколько я поняла, это останавливала только Стёрка.       - Не так я себе это представлял, - вдруг произносит он, оглядывая меня с сомнительной решительностью. - Ты уж извини. И бей не сильно, если это сработает...       Минхо неожиданно приближается к моему лицу и.. целует меня!? Я застываю в удивлении. Ток, что отдавал в мышцы утихал, успокаиваюсь и разливаясь освобождением и облегчением. Мозг, что вдруг испытал что-то приятное вместо нескончаемый боли, пустил по венам расслабление и импульс к ответу. Всё ещё не контролируя себя, я начала отвечать на поцелуй друга.       Через пару мгновений, чувствуя, как к горлу поднялось отвращение к себе, я обрела способность вновь двигаться. Рука взметнулась вверх и ударила по щеке Минхо. Тот, ойкнув, отстранился. В месте удара расцветало красное пятно, так удачно сливающееся с покрасневшими от смущения щеками парня.       - С ума сошёл?! - хотела было прикрикнуть я, но голос был слаб и хрипел.       - Зато сработало, - обиженно буркнул Минхо, - вообще-то, больно.       - Вообще-то...       - Это сработало, лады? - примирительно тянет парень. - Ты была вне зоны доступа, если помнишь, и нужна была нефиговая встряска, чтобы достучаться до тебя.       Он поднялся на ноги, слегка потерев щёку, по которой я вмазала со всей силы. Удар у меня был тяжёлый, все говорили об этом. И сейчас мне стало даже его жаль. Но ведь он действительно пытался помочь... и, надо признать, у него получилось.       - С-спасибо, - смущённо тяну я, все же осознавая, что это был поцелуй.       - Если надо, то я сам извинюсь перед Ньютом за это, - он легко прячется за маской безразличия, пожимая плечами.       - Не надо, ему всё равно.       Поднимаюсь на ноги и отвожу взгляд, воспоминание о расставании проходится по сердцу ножом. И тут я вдруг понимаю, что почти ничего не помню из того, что увидела на экране сейчас. Ещё один условный рефлекс? Или поцелуи Минхо обладают действием Стёрки? Внутренне усмехаюсь от этой мысли.       - Ну... Знаешь, я знаю, что ты ему нравишься. И наоборот. Так было, по крайней мере, до того, как я оказался тут...       - Верно подмечено, было, - подчеркиваю я. Минхо единственный, с кем я обсуждала Ньюта с момента расставания. Галли и Джеймс предпочитали не поднимать эту тему, а Бренда знала, что мне это неприятно, поэтому тоже молчала.       - Невозможно, чтобы он вдруг перестал тебя любить, потому что по тебе я вижу, что ты не перестала, - парень смотрит на меня с сомнением, а потом весело добавляет: - Иначе бы не вдарила мне, я же неотразим, как мне отказать?       Смотрю на него, как на дурачка, а потом вдруг заливаюсь смехом.       - Действительно, - киваю я. - А по поводу невозможно.. Скорее маловероятно, - цокаю я. - Мы встречались, а потом он предложил расстаться. Сказал, что разлюбил. Вот и вся сказка...       - Оу... Может мы тогда..?       - Нет, Минхо, не может, - смеюсь я, он снова попытался пошутить.       Он странно смотрит на меня и в голову прокрадываются сомнения о том, что это была шутка. Встряхиваю головой, отгоняя эти мысли, вытираю остатки слёз и поднимаю с пола маску, тут же надевая её на голову. Нам пора двигаться дальше. Я вполне себе узнала то, что хотела. Хоть вопросов и не стало меньше. Но я вынесла урок: меньше знаешь, крепче спишь.       Иногда правда не доставляет облегчения.       А иногда преподносит неожиданные сюрпризы. Косо смотрю на друга, отдалённо понимая, что в какой то мере он воспринимал меня не только, как напарника и подругу, но и как девушку. Но разбираться с этим сейчас не было времени. Как и не было времени на мою истерику, но, увы, это было неподконтрольно мне.       Я навсегда запомню этот ужас, что испытала.       - Нам нужно выбираться, ты прав, - киваю я и иду к выходу, попутно взяв в руки оружие.       Парень семенит за мной, в напряжённом молчании. Перед выходом, он забирает свою маску и натягивает её на лицо. Ему не хватало только пушки, но и найти её в архиве не получилось бы. Сойдёт за стажёра. Если спросят, конечно.       Когда мы оказываемся в коридоре, то нас встречает хаос. Солдаты и врачи бегали туда сюда, крича и ища укрытие. Что-то определённо происходило. Переглянувшись с Минхо, мы направились в противоположную сторону от бегущих. Выйдя из-за угла, в Минхо почти полетел электрозаряд, но я вовремя успела его оттолкнуть. Оглядевшись, я вижу Ньюта и Томаса, борющихся с толпой пороковцев и прикрывающих друг другу спину. Через пару мгновений солдаты были обезврежены электрической гранатой.       Завидев нас, Томас уже поднимает пистолет, но я опережаю его, снимая маску.       - Стой! Это мы.       Парень ошарашенно смотрит на меня, явно не ожидав увидеть здесь, а потом в сомнении смотрит на рядом стоящего Минхо. Парень замер, не в силах снять маску, настолько рад был увидеть друзей. Переборов себя, он стаскивает маску и показывает лицо.       - Чёрт возьми, я сплю?       Он знал, что ребята тут, но увидеть их свои глазами было не одно и тоже, что услышать об их присутствии.       - Минхо! - одновременно произносят парни и, подлетая к нам, заключают азиата в объятия.       Через плечо Минхо на меня смотрит Ньют, оглядывая виноватым взглядом. Он выглядит плохо и я не понимаю, с чем это связано. Плохое предчувствие, словно мигалка, гудит в голове, раскалывая её на части и заставляет болеть. Я отворачиваюсь. Теперь же это не моё дело, что с ним, верно?       Правда же?       Сердце протестующе колотится о ребра, крича, что я не права. Но глупая гордость затыкает сердце, охлаждая его, временно затягивая раны. Парни отпускают из объятий друга, все ещё с искренней радостью оглядывая того.       - Где Тереза? - уточняю я, не заметив девушки.       - Бросила нас, - ничего нового Томас не сказал, -  но, похоже, пыталась защитить. Немного.       - Если запереть нас на этаже считается защитой, - фыркает Ньют.       - Ясно, что с Брендой? Она готова?       - Ты должна была быть с ней и знать это, - резко бросает копач, но я игнорирую его слова. Минхо хмурится, удивлённо оглядывая Ньюта.       - Томас, дай рацию, - спокойно прошу друга и тот протягивает мне её сразу же. У них у всех было по рации, но нам с Брендой досталась лишь одна, поскольку не подразумевалось, что мы разделимся. - Бренда, - ответом служит тишина. - Бренда, ответь.       Парни переговариваются о чем-то, а я взволнованно пытаюсь достучаться до подруги. Безуспешно. Оборачиваюсь к ребятам, хмуро оповещая:       - Она не отвечает.       - Значит, что-то пошло не по плану... Она должна увозить иммунных и сыворотку подальше отсюда.       - Сыворотку? - хмурюсь я, уставившись на Томаса. - Зачем она нам?       Парень выглядел так, словно проглотил жабу. До меня постепенно начало доходить, что он сболтнул лишнего, особенно, когда он виновато переглянулся с Ньютом. Но, как только я хотела что-то спросить или Томас объяснить, сзади послышались громкие неторопливые шаги.       - Так, так.. Что тут у нас?       В панике оборачиваюсь и вижу крысиную морду, довольно растянувшуюся в ухмылке. Дженсен. Вместе с подкреплением. Не сговариваясь, мы рванули в противоположную сторону в надежде найти выход. Солдаты нагоняли нас и мы забежали в первый попавшийся кабинет, баррикадируя вход. Страх бился у горла, сдавливая и мешая отдышаться, но меня волновало больше не то, что нас могли поймать.       - Хреново, - тянет Шнурок.       - Зачем нам сыворотка, Томас? - требовательно уточняю я.       - Для Лоуренса, - слишком быстро и коротко отвечает он.       - Только для него? - с нажимом спрашиваю я.       - Да, - он чуть медлит с ответом, но говорит твёрдо. Или старается так звучать? Сердце отчаянно колотится, а разум пытается отыскать подвох.       - Идеи есть? - спрашивает Минхо.       - Может быть... - с сомнением говорит Томас, оглядывая окно.       - О боже... - тяну я, улавливая ход мыслей.       Парни быстро разбивают окно баллоном, что находился в помещение и он летит вниз, падая в бассейн. Спрыгнуть с высотки в воду, ну конечно! Мы же останемся в полном порядке при падении с девятого этажа в воду!       - Ладно, прокатит, - Томас с замирает сердца смотрит вниз, а после оглядывает нас. - Надо только чуть разбежаться...       Скрежет металла раздаётся по всей  комнатке, предупреждая, что вот-вот солдаты ворвутся сюда.       - Ты уверен? - с сомнением уточняет Минхо.       - Не очень...       - Вдохновил...       - Да уж, зажигательная речь, - с отдышкой кивает Ньют.       Оглядываюсь, но другого выхода действительно нет. И что теперь? Пытки или смерть от падения? Безумие какое-то. Дверь выламывают и ребята реагируют молниеносно, срываясь с места и прыгая в пропасть. Я на мгновение опаздываю и это становится фатальной ошибкой, ведь мне так и не удаётся прыгнуть вслед за ребятами. Цепкая рука смыкается на моем запястье, я шокировано выдыхаю и оборачиваюсь. Мерзкая улыбка застывает на губах Дженсена.       - Вот ты и попалась, Мелисса.