Сердце

За окном стояла ночная тишина, только лунный свет освещал замурованную комнату. На полу которой был… весь искалеченный и измученный сосуд. Держа в руках кухонный нож, и, нанося себе колотые раны по всему телу, на его лице была лучезарная улыбка. Та, что бывает при встрече с любимым человеком. Но истошный вопль разогнал тишину, и в грудь воткнулось лезвие. Пронзив плоть до костей, на пол хлынула густая багровая кровь, окрашивающая пол. После чего последовал очередной удар, который перебил реберный хрящ, осколки которого впились в кровоточащую рану. Рассудок постепенно мутнел, и боль становилась не такой ужасающей. Сжав рукоять ножа, и медленно вводя его в тело, лезвие проткнуло правую долю легкого. Дыхание становилось мучительным из-за наполняющей крови. Не выдержав, изо рта хлынул кровавый кашель, руки окропила кровь, она буквально разъедала кожу до костей. Проедая мышцы и сухожилия, руки становились вялыми и не подвижными, а кожа слазила слоями и была похожа на воск стекавший по свече. Прикусив губы от боли, зубы впились настолько глубоко, что пробили губные артерии. Решив закончить начатое, руки снова сжали рукоять. Нож медленно разрезал плоть вдоль грудины. Кровь хлынула рекой. Сдержав рвотный позыв, и откинув окровавленный нож в сторону, рука сжимала разрез. Костлявые пальцы рук, на которых не осталось кожи, болезненно расширяли разрез на груди. Медленно, но с большими усилиями, рука проникала в грудную клетку, царапая об осколки ребер остатки кожи. Достав до всё ещё бьющегося сердца, костлявые пальцы жадно его сжали. Медленно, насколько это возможно, сердце покидало тело, а вены были порезаны острыми ребрами. По ощущению страдания длились вечно, но вот мгновение, и окровавленное, изрезанное и еле бьющееся сердце лежало на ладони. На глазах стали появляться слезы, то ли от боли, то ли от нахлынувших воспоминаний. Издав последний вопль, рука сжала из последних сил сердце, которое по итогу лопнуло, как воздушный шарик. Яркие лучи утреннего солнца пробились в замурованную комнату и осветили брошенный сосуд на багровом полу. Из отверстия в грудине начали прорастать маленькие ростки. Прошло мгновение, и вот уже пустой сосуд даровал жизнь прекрасной сакуре.