Ложное спасение

— Отпустите меня, — она укачивает меня и поёт на непонятном языке какую-то херню. Я же просто уже устала. Ещё у меня есть нехорошие предположения, что под этой сраной мантией на мне даже нижнего белья нет. — Отпустите. Я не буду частью вашей секты. Отцепитесь. У меня кровь стекает по ногам и с ладоней капает, а эта ненормальная поёт мантры какие-то. — Слушайте, дамочка, мне так-то кровь смыть надо, — а она только сильнее прижимается ко мне. Я уже испачкала и свою мантию и её. До того, как Катя пропала у нас была вполне нормальная адекватная семья. Если всё же она в секте, то что же её могло подтолкнуть на такой шаг? Мне лично ничего не подталкивало кроме как её пропажа и то в самой секте делать мне нечего. — Женщина! — Закричала я. — Отпустите. И тут же в столовую вошли ещё шесть сектантов. Вглядываюсь в их лица в надежде увидеть знакомое лицо, но Кати нигде нет. — Ты кого-то ищешь? — Схватив меня за челюсть женщина повернула моё лицо к себе. — Почему ты так вглядываешься в них? — А я молчу и не знаю, что сказать. — Ты сюда пришла в поисках кого-то. И тут она вдруг встала и сбросила меня со своим колен. Падаю на пол больно ударившись задом. — Эта помойная крыса лазутчик! — Закричала вдруг женщина и на меня словно по команде накинулись те шестеро. Я даже встать не смогла, сектанты стали бить меня руками и ногами я только успевала закрывать голову руками. Били сильно и весьма болезненно. — Хватит. — Тут же всё резко прекращается, а я лежу на полу вся избитая и в крови и просто трясусь. — В подвал её. Несколько пар рук схватило меня и потащили в подвал. Я плохо помню, что было дальше помню, что пришла в себя уже в самом подвале прикованная цепями к столбу. Всё тело ныло от боли, а цепи больно впивались в кожу. Сколько прошло времени? Точно несколько часов. Я несколько раз слышала как они поют. Закрываю глаза и просто засыпаю. Просыпаюсь всё в той же темноте. Тело помимо того что болит так ещё и затекло всё. Но пения никакого уже слышно не было. Закрываю глаза и вроде бы снова заснула, но проснулась от пения. Оно было громким, а после перешло в стоны. Вслушиваясь в эти стоны я в начале даже не поняла, что там происходит, а потом с ужасом до меня дошло. — Они ещё и оргию устроили, — волна отвращения накрыла меня. Стоны и охи длились так долго что я пыталась зажать уши, но из-за оков ничего не вышло, и я вынуждена была слушать весь этот ужас. — Да заткнитесь вы уже! — Закричала я. Я не поняла когда стоны и охи прекратились. Я даже не сразу заметила, что в подвал спустились трое сектантов во главе с этой ненормальной бабой. — Женя, — поднимаю на неё глаза. — Ты подумала над своим поведением? — Идите вы на хер! — Дёргаюсь и тут же вскрикиваю от боли, когда цепи впиваются в тело. — Что ж, — вздохнула женщина. — Значит ты ищешь сестру. — Чего?! — Откуда она узнала? — Твой телефон, мы посмотрели его. Оставьте нас. Всё ушли, а женщина подошла ко мне и опустила передо мной на колени. Пусть и было темно, но я отчётливо видела её лицо. Она смотрела на меня ласково и с какой-то любовью во взгляде. — А ты конечно же молодец, — она протянула руку и коснулась пальцами моей щеки. — Так ради сестры поступить дорогого стоит. Закрываю глаза невольно наслаждаясь её лаской. — Я сделаю тебе огромный подарок и то только благодаря твоему характеру, — она поцеловала меня в лоб. Она встала и ушла, а спустя несколько минут в подвал снова открылась дверь, и я замерла при виде Кати. Сестра была очень худой. Хоть она и улыбалась, но глаза у неё были грустными. — Катя! — Обрадовалась я. — Я за тобой. Развяжи меня и давай сбежим. — Женя, — она опустилась на пол и обняла меня. — Я знала, что ты придёшь. Знала. — Освободи меня. Сестра отстранилась и покачала головой. — Святая Дева сказала, что ты пришла за мной. Но, Женя, я не хочу уходить отсюда. Я впервые за столько лет почувствовала себя на своём месте. Я рада, что я тут. — Катя, это секта. Они промыли тебе мозги. — Ты не понимаешь ничего. — Это ты не понимаешь. Я по тебе скучала. Ты просто пропала. Исчезла. Год мы тебя искали. Родители переживают. Они на грани развода. Ты о них подумала? Обо мне подумала? — Это вы обо мне не думаете, — Катя поднялась. — Я наконец-то обрела себя. Познала истину. А вы пытаетесь вернуть меня обратно. Туда, куда я больше не хочу. — Катя, почему ты не сообщила нам что жива? Могла бы хотя бы так сделать. — Потому что, Женя, вы мне больше не родны. Мои родные тут. Братья и сёстры. Святая Дева. Вот моя семья. И если ты хочешь стать частью нашей большой семьи, то присоединяйся. Она так больно резанула этими словами по моему сердцу, что я была на грани разрыдаться. — Катя, я люблю тебя, я желаю тебе только добра. — Нет, — Покачала головой сестра отходя. — Святая Дева желает мне добра. Она любит меня. Всех нас. И тебя будет любить, если ты станешь такой же как мы. — Но… — Женя, скоро конец света. Цивилизация просто погибнет и только мы, последователи Святой Девы выживем. — Даже если так, — вздыхаю понимая, что с сестрой бесполезно спорить. — Нужна ли будет вам такая жизнь? — Да, — она пошла к лестнице. — Женя, я буду молиться за тебя Святой Деве. Надеюсь ты поменяешь свою точку зрения и станешь одной из нас. Она ушла, а я осталась в таких смешенных чувствах. Обидно было ужасно. Я с трудом сдерживала слёзы, но они всё равно потекли по щекам. На её месте вернулась эта святая. Она молча подошла ко мне и опустившись на колени стала вытирать мои щеки от слёз, а после целовать лицо и что-то шептать. Мне же так было плохо от слов, сказанных сестрой что я просто уткнулась лицом женщине в плечо. — Я понимаю, — она гладила меня по голове успокаивающими движениями. — Не надо обижаться на сестру. Она просто поняла всё, а ты нет, но ничего. Мы все поможем тебе понять. Осознать свою жизнь. Присоединись к нам, ты станешь ближе к сестре. И если ваши родители будут готовы, они к вам присоединятся. Может быть она права. Я присоединюсь к ним и уже находясь внутри этого коллектива буду обрабатывать сестру на побег. — Стань такой же как мы, — она оторвала мою голову от своего плеча и смотрела мне в глаза. — Будь моей последовательницей. Ты будешь счастлива. Все проблемы пройдут. Мы станем одной большой семьёй. Я буду любить тебя. Все будут любить тебя. К своему ужасу мне нравилась её ласка. Как же было приятно. Я даже неосознанно подставляла лицо под её руки пытаясь насладиться её любовью. — Будь частью нас. — Ладно, — как же было тяжело этого говорить. — Я согласна. Я хочу быть ближе к сестре. Я хочу быть частью вас. И она взяла и поцеловала меня в лоб встала и ушла, а после пришли двое сектантов что освободили меня и помогли выбраться с подвала. Меня повели в ту комнату где молятся. Там уже было много людей и среди этой толпы я увидела Катю. Сестра смотрела на меня и улыбалась. Святая же стояла и улыбалась мне. Меня подвели к ней и женщина, шагнув ко мне заключила в своих объятиях. А я некстати вспомнила об оргии, которая тут совсем недавно была. И Кате это нравится? Нравится трахаться непонятно с кем? Что если её заразили чем-то? Может у неё ВИЧ? Да любое ЗППП можно подхватить не пойми от кого. — Я рада что ты сделала свой выбор. Мы все рады. Все загалдели и стали хлопать. — Сейчас мы будем молиться за тебя, — и в одно действие я вдруг оказалась без мантии и как была права, нижнего белья под ней у меня не было. Тут же начинаю прикрываться, сгорая со стыда. — Тебе не должно быть стыдно. — Женщина схватила меня за плечи и развернула лицом ко всем остальным убрав руки открывая перед всеми. Все эти сектанты и моя сестра стояли полностью голыми. Они стояли коленями на полу и что-то громко бормотали. — Никому не стыдно и тебе не должно. Вот она говорит, а сама-то почему-то всё ещё в своём балахоне. Чувствую, как её руки легли мне на плечи и стали давить, вынуждая меня опуститься на колени. Так она и стояла не позволяя мне встать. Молили часа два, а после они все вдруг стали целоваться друг с другом. В ужасе смотрю на всё это и вижу, как моя сестра целуется с каким-то парнем, а с сзади её целует какая-то девушка. Тут же закрываю глаза не в силах на это всё смотреть. — Святая Дева, — с трудом выговариваю. — М? — Она наклонилась ко мне, я почувствовала её дыхание на коже. — Если тут все братья и сёстры, — сглатываю. — То какого хрена весь этот инцест? — Тебе ещё многому предстоит научиться, дитя моё. Если она ещё раз так меня назовёт, я ей врежу. — Ты хочешь есть? — Очень. — Тогда пошли, — она вложила мне в руку балахон, и я надела его. И взяв меня за руку она провела сквозь эту трахающуюся толпу. — Так столовая же тут, — останавливаюсь, когда меня ведут к лестнице. — У меня есть кое-что вкуснее, — она обаятельно улыбнулась. — Специально для тебя как для новенькой. Тебе понравится. И она привела меня в свою комнату. В комнате с времен моего первого появления тут ничего не изменилось. — Садись на кровать, — слушаюсь и вижу, как она что-то достаёт из шкафа. Какую-то коробку, которую несёт ко мне и садится рядом. — Угощайся. Открывает коробку а там какой-то изюм. Разочарованию моему не было предела. Есть я хотела очень, а изюм, это ведь, приглядевшись я понимаю, что это даже и не изюм вовсе, а что-то отдалённо напоминающее его. — А может я лучше дождусь, когда все пойдут есть? — Я просто изюм сам по себе не люблю. — Ты приняла наши правила, — нахмурилась женщина. — Да-да-да, — хватаю горсть этого изюма и закидываю в рот. Какой же он кислый. — А что он не сладкий? А она даже не притронулась к этому изюму. Прожевав его проглатываю, а во рту такой неприятный привкус. Внезапно меня бросила в жар, а потом и в холод. Комната поплыла и я за ней. вроде бы встала а на деле оказалась на полу. Всё кружится, а где-то вдалеке говорит эта женщина. Вижу её лицо и тут же всё темнеет. — М-м-м-м-м, — слышу множественное мычание и открываю глаза. Я лежу на полу голая, а рядом стоят голые люди со свечками и мычат. — М-м-м-м. — Что за херня?! — Пытаюсь вскочить на ноги но меня крепко держат пятеро людей. Мужчины держали мои руки и ноги, а Катя голову. — Катя! Катя! Отпусти. Помоги мне. — Всё будет хорошо, — неестественно улыбалась сестра. — Это часть обряда посвящения. — Так оно же было. — Там было только начало. — Что это за изюм был? — Это не был изюм. Зашибись, я ещё и наркоту сожрала. То-то мне так плохо. На зубах ещё какая-то херня после этого изюма скрипит. — Всё будет хорошо, — успокаивала меня сестра. — Ты молодец что согласилась стать одной из нас. Молодец. И тут я увидела эту деву. Она всё ещё была в своём балахоне. В руках она держала кинжал. — Эй?! — Пытаюсь вырваться, но ничего не выходят. — Не подходи! — Не бойся, — Катя крепко держала мою голову, не давая мне биться затылком об пол. — Мы все остались живы после этого. — А-а-а! Вот только кинжалом она меня на била. Она просто взяла и порезала себе руку, кровь из раны стала капать мне на лицо. На губы и попадать в рот. Отплёвываюсь, а после она встаёт на колени и схватив меня за руку делает надрез на ладони. — А-а-а! — Как же это было больно. Она ещё так глубоко проткнула. — А-а-а! — Ты теперь наша, — она сжала мою порезанную руку своей окровавленной рукой. — Ты теперь моя. — А-а-а! — Рану так защипало в этот самый момент что у меня в глазах потемнело. — Вот и всё. Она встала убрав руку и меня отпустили. Тут же сажусь и смотрю на свою руку. рана зарубцевалась и больше не кровила. — Что? Как так? Смотрю на женщину, а она только нежно улыбнулась мне и погладила по голове.