Это не любовь

2,5 недели до… Домой Симон вернулся только в 7 утра, и сразу поблагодарил всех богов за то, что вообще вернулся. Ноги адски болели, а голова раскалывалась на осколки. С немалыми усилиями кудрявый снял куртку и пошёл на кухню. Порывшись в шкафах он нашёл какие то таблетки от головы, обернувшись чтобы взять стакан с водой, Симон увидел пряничных человечков. Стакан с водой и таблетки сразу ушли на второй план. Парень обожал пряники, они напоминали вкус детства и Рождества. Но эти печенья он ненавидел. Даже если бы это были последние пряники в его жизни, кудрявый все равно бы их не съел. Потому что они были от Вильгельма. Симон даже не думал, он просто подошел и свалил все печеньки в мусорку.

***

— Симон! Ты вообще меня слушаешь? — Рош ткнула пальцем в плечо парня. — Да, да конечно я тебя слушаю. — Ну и чём же я тебе изливаю душу последние 20 минут? — Не слушал. Прости. — Признался парень. — Ну Симон…! Что с тобой в последнее время? Ты какой то замкнутый, нервный и зашуганный. Что случилось? Ты же знаешь что всегда можешь мне довериться, и рассказывать всё что захочешь. Но я не давлю на тебя, в никоем случае! Симону потребовалось некоторое время для раздумий. С одной стороны — ему очень хотелось выговориться, поделиться своей болью хоть с кем то в этом мире. Чтобы его услышали. Но с другой стороны — он не хотел забивать этим голову Рош. У неё и так не самый простой период в жизни, так тут ещё и Симон со своими проблемами. Но желание быть выслушанным было сильнее. — Не хочешь об этом говорить? — Осторожно спросила девушка. — Обещай что никому не скажешь. Даже Аюбу. Не хочу чтобы он знал. — Ты меня пугаешь. — Нервно посмеялась Рош. — Ну ладно, обещаю. Всё прям настолько плохо? Вместо ответа кудрявый немного замешкавшись снял футболку. Все синяки и ссадины покрывавшие тело парня, осветились тусклым светом от лампы. Лицо девушки в миг исказилось страхом. Она будто увидела что то паранормальное. — Господи Симон… Что случилось? Тебя избили? — Можно и так сказать. Рош аккуратно прикоснулась к одному синяку ярко фиолетового цвета. Совсем свежего. — Кто это сделал? Симон молчал. — Скажи кто?! — Потребовала она. Такой испуганной Симон видел её впервые. А потом до неё дошло. В голове всё встало на свои места. — Это Вильгельм? Да? Кудрявый медленно перевел на неё свои слезящиеся глаза. Тут даже и говорить ничего не надо было. Взгляд говорил сам за себя. Рош медленно и осторожно обхватила голову парня руками и прижала к себе. На плече подруги кудрявому стало так хорошо и тепло. Даже кончики пальцев немного кололо от любви, пронизывающей все тело. — Почему ты не рассказал раньше? — Не знаю. — А полиция? Что тебе сказали? — Я не обращался не в участок, не в суд. — Блять, Симон! Что значит не обращался? Он тебя избивает и я догадываюсь что не только… И ты не хочешь чтобы это кончилось? Я не понимаю. — А что я им скажу? " Простите меня избивает и насилует кронпринц Швеции»? Это тупо. Тем более даже если я пойду, то ничего не добьюсь. Корона сделает всё, чтобы защитить и оправдать своих наследников.

***

Пустая школа. Солнце опускается за горизонт оставляя после себя настоящие произведения искусств. Симон только закончил репетиции с хором и решил немного задержаться в музыкальной комнате. Ну или по крайней мере так он сказал всем участникам хора. Кудрявый уже давно заметил неудачные попытки принца следить за ним, и уже давно знал что будет происходить в следующий час. Парень продумал всё. Или ему так казалось. Симону уже было всё равно. Делая вид, что парень не замечает Вильгельма, идущего прямо за ним, кудрявый зашёл в раздевалку. Повесив свой рюкзак на крючок, парень услышал звук щелчка. Это была дверь, которую закрыл на замок принц. — Привет малыш Симми. Как дела? — Спрашивает принц с улыбкой на лице. — Я думаю что ты не против разговора. Симон расплылся в улыбке тоже. Даже скорее в ухмылке. Всё шло ровно по плану. — Нет, не против. О чём будем говорить? — спросил парень сжимая в руках небольшой предмет. Принц медленно подходил к кудрявому, словно крадясь. Он сохранял зрительный контакт на протяжении долгих минут, будто стараясь запомнить шоколадный оттенок глаз навсегда. Когда же между парнями осталась всего пара сантиметров, Симон не дав ничего сказать Вильгельму, пошептал ему на ухо: — Если бы тебе осталось жить несколько минут, то какие были бы твои последние слова? — Принц не мог посмотреть кудрявому в глаза, но он чувствовал что тот ухмыляется. Никакой реакции от монарха не последовало. Он оставался всё таким же невозмутимым, как впрочем и всегда. — «Мне всё равно, жить или умереть. Давайте же, убейте меня». — Это всё что ты бы сказал? Да ты не многословен. — Даже удивился Эрикссон. — Ну как скажешь. В следующие секунды Симон посмотрел на Вильгельма с… Жалостью? А возможно что даже с извинениями. — Собираешься убить меня? — С усмешкой спросил принц. — Даже если и хочу, то что? — Ты не сможешь. Духу не хватит. Ты слишком мягкий и податливый, никогда не пойдёшь на убийство. Сделав глубокий вдох кудрявый лишь проронил «Проверим?» А затем добавил еле слышимое «Прости» (которое даже не было адресовано принцу. Скорее семье. Скорее маме.) То что было после- парень запомнит на всю жизнь. Всё случилось слишком быстро. Вот парень открыл заветный предмет сжатый в руке, и… Кудрявый ударил принца не большим, но острым ножом в шею. И ещё раз. И ещё. Парень видел как кровь быстро впиталась в одежду, как она начала капать на пол. Скоро на полу была целая лужа красной жидкости. Симон смотрел как монарх хватается за горло в попытках остановить поток крови, но всё было тщетно. Вильгельм упал на пол. Без признаков жизни. Его глаза стали стеклянными, будто кукольными, сердце больше не билось. А что Симон? Он не испытывал никаких чувств. Парень просто смотрел на окровавленное тело, на свои запачканные руки и смеялся.

***

Симон проснулся. Сердце бешено билось, а тело дрожало. Парень был настолько напуган, что просто обхватил голову руками пока из глаз текли горячие слёзы. Он сидел так минут 10, а может и все 30.Кудрявому было страшно от самого себя. Самым страшным было даже не то, что он убил этого конченого придурка, самым страшным было то, что Симон наслаждался происходящим. Ему было приятно смотреть на мучения принца, на его жалкие попытки выбраться из своего ада. В детстве, парень считал что убийцы — худшие люди на земле. Что таких как они просто не должно существовать. Убийцами он считал так же живодёров и людей работающих на скотобойнях. В возрасте 11 лет он полностью отказался от мяса, и даже записался в школьный клуб по борьбе с браконьерством или что то вроде того. Сейчас же парень просто сидел у себя на кровати, думая о том, что во сне он убивал, и ему это нравилось. Конечно это сильно сказано. Симон никогда бы не посмел сделать что то похоже с другим человеком. Никогда. Но Вильгельм похоже был исключением.

***

Всё хорошо? Выглядишь ужасно. — Поинтересовалась Сара. Симон и правда выглядел мягко говоря не очень. Синяки под глазами и апатичное состояние давали о себе знать. — Да. Всё прекрасно. — Не отводя глаза от точки где то на стене проговорил парень. — Ты хоть спал сегодня? Может тебе воды принести? — Сестра опустилась на колени и обняла брата, сидящего у класса истории. Она действительно беспокоилась за кудрявого. Это читалось глазах. Симон уже давно читал Сару как открытую книгу. Даже когда она скрывала эмоции или говорила что то, что противоречило её моралям — кудрявый всегда это знал. По одному взгляду. — Всё хорошо, честно. Просто не выспался. — Придумал отмазку на ходу кареглазый. Хорошая реакция. — Ты не высыпаешься последние недели 3. Тут дело точно не во сне. Я тебя слишком хорошо знаю. — Слова Сары даже заставили Симона немного поёрзать. Хоть она и могла залезть в его голову, а тем более не умела читать мысли. — Ты опять до ночи в приставку играл. — выпалила девушка. — Симон, ты придурок. Симон даже выдохнул с облегчением, но ничего не ответил. Остаток дня прошел более-менее нормально. Один урок сменялся другим, люди проходящие мимо ощущались массовкой, которая просто существует, будто она не влияет ни на что в твоей жизни. Вильгельм судя по всему решил в школу не приходить. Ну и отлично. Минус хотя бы одна проблема. Наверно.

***

Эта неделя окончательно выбила Симона из колеи. Режим совсем сбился, парень мог заснуть в 5 утра, или не засыпал вовсе, учеба слетела ко всем хуям, и отношения с родными тоже. То — что радовало раньше — сейчас стало обыденными вещами. Например — чай по вечерам. Для семьи Эрикссонов это было что-то особенное, что то родное. За чаем все собиралась за столом в гостиной и играли в настолки, разговаривали по душам и делились планами. Это всегда радовало Симона, он ощущал что не одинок, что у него есть поддержка, но в последнее время он присоединялся к Саре и маме все реже и реже, пока вообще не перестал. Сон, который приснился на прошлой неделе, въелся в мозги Симона. Намертво. Не было ни секунды когда парень не вспоминал бы нож в руке и лежащего на полу принца. Кудрявого это очень пугало, с одной стороны, но вот с другой… Он думал что было бы очень приятно… Повторить это? Симон оборвал себя на своей же мысли. Он вообще понимает что несет? Парень даже испытал отвращение к себе.

***

Очередная бессонная ночь. Симон сидел на кровати и наблюдал за рыбками. Такие красивые и невинные. Движения у них плавные, изящные… В голове уже на автомате вспоминаются руки на талии, поцелуи в шею и один вопрос. Всего один. «У них есть имена?». Ещё и этот предательский оранжевый свитер! Это убивает. Нет, не убивает… а медленно выцарапывает душу, заставляя сердце остановиться.