Судьба не делает ошибок

***

      До начала занятий оставалось чуть больше полутора часов, но директор при их последней встрече настоял на том, чтобы Йен появился в школе за час до занятий. Хотел типа провести экскурсию, блять. А Йен встал спозаранку из-за этого хмыря. Специально же выбиралась школа, где занятия начинаются с одиннадцати, ну что поделать если он спать любит?       Первый день второго семестра ему явно подпортили. Это не считая того, что он почти сорок минут на такси разъезжал, только чтобы эту сраную просьбу удовлетворить. Не маленький же. В сеть вышел, план школы посмотрел - вот тебе и экскурсия. Ага, как же сука.       Йен вышел из машины возле кофейни с приторным название Sweety. Он искренне надеялся, что кофе там окажется пригодным для употребления, ибо иначе это полный залëт.       Учитывая то, что кафе находилось в элитном районе, да ещë и рядом со старшей школы для "золотых" деток, имея такое название, рыжий быстро догадался, что данное место было ориентированно на богатеньких омег, которые от подобной "милоты" писались кипятком, публикуя очередное фото в соцсетях.       Нет, Йен ничего не имел против таких мест. Но раз это место создано для привлечения слабого пола, то и меню построено по их вкусу. В большинстве случаев Омеги обожали сладкое. В местах специализированных для них - сладким было всë: пирожные, булочки, напитки, чаи и даже кофе.

Рыжий ненавидел и одновременно любил сладости.

      Когда-то, ещë в детстве, он был большим сладкоежкой, но из-за проблем с весом, от них пришлось отказаться. Совсем. Йен даже помнил, как после очередного колкого высказывания отца в его сторону, он, практически находясь в истерике, беспощадно собрал и выбросил всë, что у него лежало "про запас".       Шоколадки, конфеты, печеньки, мармеладки и даже нераспакованная упаковка его любимых пирожных в тот день отправились в мусорку.       С тех пор он даже ложку сахара в чай не мог положить. Слишком свежо было воспоминание о гримасе отвращения, которая камнем застыла на лице его отца.       Уже смирившись, что ему опять придется приложить титанические усилия, пуская слюни на столь желанные лакомства, рыжий, глубоко вдыхая, резко открыл дверь заведения. На входе его встретил запах свежемолотого кофе.       Ожидания Йена не оправдались. Название совсем не подходило этому месту. Небольшое пространство кофейни было обустроено достаточно просто, но тут было довольно уютно. Йену даже вспомнилась их летняя веранда, столь любимая нынешним поколением Галлагеров.       Само оформление было в экостиле. С потолка повсюду свисали дихондры, посаженные в корзинки ручного плетения. У обратной стены стояла плетëная изгородь, вниз по которой спадали белые бегонии. Барная стойка была выполнена из пробочного дерева.       Шесть маленьких круглых столиков были хаотично распределены по всему пространству Sweety. За каждым из них стояло по два больших тëмно-зелëных кресла.       Даже несмотря на отсутствие окон, освещение казалось естественным, что было очень странно. Йену даже стало не по себе: растениям нужен солнечный свет. Света нет, так как, чëрт возьми, они у них не передохли? Странно.       Парень не стал придавать этой загадке слишком большого значения, взяв направление на стойку бара.       Меню было таким же простым, как и само заведение. Пару видов кофе и чая, несколько сандвичей и пару пирожных.       И как, с таким набором, это место держится на плаву в подобном районе? Богатенькие детки явно не выстраиваются сюда в очередь. Ещë одна загадка.       Йен оторвал взгляд от меню и посмотрел на баристу. Симпатичный альфа лет двадцати, заметив его взгляд, улыбнулся. — Один большой бреве с собой, пожалуйста - промямлил рыжий, отводя взгляд в сторону, - и один сэндвич с индейкой и авокадо. — 7.5$ - улыбнувшись ещë шире, альфа принялся за приготовление кофе. - Как тебя зовут, принцесска?       Казалось в этот момент Йен выпал из реальности. Его никто кроме семьи не называл как-то мило и глупо. Что происходит? Этот блондин так подкатывает что ли? К кому? К нему? К куче жира на ножках? Нет, должно быть это слуховые галлюцинации.       Йен не считал себя законченным уродом, но свято верил что противоположному полу вряд ли понравится такой, как он. Это просто невозможно. Таких как он не любят, с ними не дружат, с ними не разговаривают и уж тем более не подкатывают.       Тем не менее из раздумий его вырвал всë тот же вопрос: — Так что насчёт имени? Мне же нужно что-то написать на твоëм кофе - проговорил блондин, уже смотря на рыжего. — Й-йен - чуть ли не заикаясь произнëс парень, активно краснея.       О господи, как же ему, блять, стыдно. Это же надо было подумать о таком Подкат? Серьëзно? Он себя в зеркале что ли не видел? — Твой заказ - с ухмылкой альфа протянул ему пакет. — С-спасибо - тем же заикающимся голосом протараторил Йен.       Забрав пакет и рассчитавшись, он пулей вылетел из кафе. Уже на улице он отдышавшись, смирился со своим позором. Он явно больше не появится в этом месте... Ну, может быть ещë разок.       Йен, улыбнувшись себе под нос, направился в сторону школы.

***

      Школа, как школа. Ничего необычного. Особых отличий от предыдущей Йен не нашëл. Сам бы разобрался. И чего этому старому хрычу так неймëтся?       Йен прекрасно знал об осведомлëнности директора о его личности и быстро догадался, что этот старпëр таким образом подбивает клинья к его семье. Ага, так он ему и сдался. Не дождëтся, и мы не лыком шиты.       Рыжий посмотрел на директора, рассказывающего о том, какая прекрасная здесь система водоснабжения, и показательно зевнул, закатив глаза.       Мистер Уайн аж побледнел. Он тут же замолчал и начал нервно искать глазами путь спасения.       Звонок давно прозвенел. Поэтому он не нашëл лучшего выхода, кроме как отвести его в класс и сбагрить столь ценного ученика на классного руководителя.       Подозвав парня к себе, он открыл аудиторию 218 и жестом сказал ему проходить. — Миссис Скотт, дети - директор начал вальяжно растягивать свою речь - знакомьтесь - Йен Даррген - он указал своей рукой в сторону рыжего - переведëнный ученик.       Галлагер уже слышал тихие смешки и хихиканье. Ничего, бывало и хуже. Проживëм. — Йен попал под программу поддержки юных талантов и был переведён к нам. Ему пятнадцать, но он уже сумел достичь таких высот, - мужчина повернул голову в сторону Йена и подмигнул ему - надеюсь вы подружитесь.       Всë, что Йену оставалось - молча наблюдать за этим цирком. Боже, его будто бы пытаются продать подороже. — Мистер Уайн, а с каких пор убогие посещают школу для нормальных людей? - с невинной улыбкой пролепетала девушка со светлыми волосами, сидящая за первой партой.       Йену была знакома эта особа. Лип ни раз показывал, какие фотки шлëт ему это "прелестное" создание... Но еë имя парень вспомнить не смог, собственно Лип его и не упоминал при нём. Очередная липучка, тут нечего запоминать. — Мисс Джексон, я искренне вас понимаю, но что делать - мальчик не по годам умëн. Он попал под программу - мы его зачислили. - директор начал оправдываться перед девушкой. — Моему отцу это крайне не понравится.- девушка цокнула языком и посмотрела Мистеру Уайту прямо в глаза.       Директор мгновенно покрылся испариной. Нервно, но всë же продолжил: — Я извиняюсь за подобную ситуацию, но ничего сделать с этим, увы, не могу. Сами понимаете - я человек маленький.       На его слова блондинка ухмыльнулась и отвернулась к окну.       Клоун, ей богу клоун. Нас, за такое поведение, Фиона лично бы придушила и прикопала бы рядом с "любимыми родителями". Даже не пожалела бы. Человек должен оставаться человеком.       Этим детишкам слишком многое позволяется. Кичатся положением своих родителей направо и налево, а сами, по-сути, ничего из себя не представляют. Мерзость.       Чувствуя накал ситуации, Миссис Скотт, бета средних лет, вмешалась в это представление: — И так, дети, давайте продолжим урок. - она посмотрела на Йена и улыбнулась - присаживайся на любое свободное место, милый.       Директор поспешил ретироваться из класса со скоростью света. Господи, что за хуйню отборного сорта рыжий только что пережил? Новый вид пыток: сдохни от тупости или умри от смеха? Блять.       Йен сел за последнюю парту у окна. Пока шëл урок он всматривался в происходящее, за пределами класса... Наружа. Исковерканное слово противным отголоском проносится по всему телу парня. Какое противное слово - наружа... Но сейчас Йен мечтал о ней больше всего.       Учительница распиналась о несчастьях и горе, преследующих главного героя, но еë будто-бы никто не слышал. Приглушëнный смех, уже в открытую, разносился по классу. Идиотизм чистой воды. Они что, полных людей никогда не видели?       Йен, с камнем на сердце, осознавал, что всë началось с начала. Сейчас они просто смеются, но совсем скоро, уже не стыдясь, придумают ему "кличку" пообиднее и он вновь станет эпицентром взрыва из остроумия. Правда, на этот раз его семьи это не коснëтся.       Эта мысль была тем единственным, что успокаивало Йена в этой ситуации. Его оскорбляли бы вне зависимости от места обучения или от личностей обидчиков, но это будет впервые, когда оскорбления направлены лишь на него. Его семья не виновата, что он такой.       Йен отвернулся от окна и посмотрел на окружающих его людей. На него оглядывались все кто ни попадя, все кроме одного. Точнее одной.       Девушка, что сидела за последней парте соседнего ряда что-то увлечëнно писала в своей тетрадки. Чëрные густые волосы каскадом спадали ей на бледные плечи. Она была одета слишком откровенно не то что для такого заведения, да даже для обычной школы.       Короткая юбка и полупрозрачная кофточка явно не подходили к случаю. Но Йен нашëл в этом необычную изюминку.       Он хотел получше рассмотреть еë лицо, но она так ни разу и не отвлеклась от своего занятия.       Она была единственной, кто кажется не замечал, что какой-то новенький, взятый фактически с улицы, своей жирной жопой занял чуть ли не половину класса. Нет, она даже не взглянула на него. Странно.       Вдруг загадочная черноволосая омега, заметив на себе чужой пристальный взгляд, повернулась и посмотрела Йену прямо в глаза.       Еë пронзительные голубые глаза острыми ножами впились в лицо Йена. Девушка была прекрасна. Волевое лицо сочеталось с кожей цвета слоновой кожи. Еë пухлые губы были чуть приоткрыты, обнажая белоснежные клычки. Еë внешность даже не портил прокол носа.       Йен испугался. Она его заметила. Всë. Теперь и это прекрасное лицо наполнится отвращением и презрением к нему. Парню даже показалось, что сейчас его сердце сорвëтся вниз.       Это был идеал омеги. Йен желал родиться таким же. Красивым, стройным и непосредственным. Но это было невозможно. И он это прекрасно понимал, но всё же он ужаснулся, представив, как идеальную омегу, в его понимании, стошнит от его ущербности.       Но случилось что-то невероятное. Девушка после их игры в гляделки покраснела и мило улыбнулась, отводя взгляд назад в тетрадь. Это была чистая и искренняя улыбка, какая бывает лишь у детей. Внутри у Йена всë замерло.       Девушка вновь начала что-то писать, а после подняла тетрадь вверх, повернув на в сторону парня. В тетрадке большими буквами было написано:

"Эм... Привет, Йен, да? Не обращай внимания на них. Они все просто спидозные сучки, сосущие у своих папочек. Я Мэнди, кстати)))"

      Сердцу Йена стало тепло. Впервые кто-то за пределами дома был к нему добр просто так. Не потому что кому-то от него что-то нужно, а просто так.       Дочитав, рыжий вновь посмотрел на девушку, застенчиво улыбнулся и кивнул ей в ответ. Похоже и в его жизни свершилось чудо.       Йена привык к злобе и непониманию людей, к их жестокости и лицемерию. И вот впервые кто-то вëл себя так, как будто правда хотел с ним дружить.

***

      Мэнди оказалось и впрямь чудесной девушкой. Красивая, лучезарная омега пересела к нему уже на следующем уроке.       Они болтали о музыке и фильмах. Она совершенно не обращала внимание на его недостатки. Рядом с ней Йен почувствовал, что живёт. Он жив. — Что значит ты не смотрел Будку поцелуев? - тихо возмущалась брюнетка - как так можно! Это же классика! - девушка свела брови вместе.       Йен хихикал, выслушивая возмущения, девушка так мило хмурилась. С ней Йен позабыл про одноклассников, свою закомплексованность и то, какая у него херовая жизнь. Рядом с ней просто невозможно было думать о чëм-то плохом. Будто бы этого вообще никогда не существовало.       Она сидела с ним за партой, она же ела вместе с ним в столовой, она же смеялась с его шуток и она же объясняла кто из какого теста в их классе. В принципе некоторым было вообще фиолетово на присутствие Йена, у них своих забот по горло. Но всë же были особо обделëнные личности, которые вечно были чем-то недовольны.       Йен также узнал, что они с Мэнди очень похожи. Она так же перепрыгнула по учебной программе и на самом деле являлась ровесницей Йена. У него чуть челюсть не отпала, когда он узнал, что они одногодки, девушка выглядела очень взрослой. Девушка в ответ на его шок лишь посмеялась.       Так же оказалось, что старший брат Мэнди учится вместе с ними, но сейчас он в командировке с их отцом и братом, так что в ближайший месяц его не будет.

***

      Новое знакомство окрыляло Йена, он мчался домой со всех ног, напрочь позабыв про то, что можно вызвать такси.       Мэнди предлагала подвезти его, но Йен всë же не решился. Сказать ей адрес - выдать свою личность. Вдруг она бы разочаровалась в нëм? Нет, он не будет ей говорить. Потом - возможно, но не сейчас.       Мальчик, поцелованный солнцем, бежал по улицам в сторону дома, крича миру всем своим нутром, что счастлив. Через минут тридцать таких пробежек, уже запыхавшийся и изрядно замëрзший, парень всë-таки решил вызвать себе такси. К таким нагрузкам он ещё не готов.       В машине было тепло, но глубоко внутри было теплее. Его приняли. К нему подошли. Не посмотрели с отвращением, не посмеялись, а просто поняли. Этот день Йен навсегда запомнит, отложит на отдельную полочку и никогда не отпустит. Этому ребëнку всего лишь не хватало друга.

***

      Дома было на удивление пусто. Только горничные крутились по коридорам. Кто-то подметал, кто-то смахивал пыль - может только благодаря этим милым дамам Йен никогда не чувствовал одиночества в отсутствии братьев и сестёр.       Йен поднялся на третий этаж и, пройдя по коридору, открыл дверь своей комнаты. Ничего не изменилось.       Всë те же чëрные обои, та же не заправленная с утра кровать, тот же шкаф, наполненный худи и другой мешковатой одеждой, тот же компьютерный стол, стоящий у панорамного окна, те же постеры различных рок-групп, россыпью развешанные по стенам, то же хрустальное зеркало, которое его раздражало... Всë ровно так же как он и оставил сегодня утром.       Но сейчас Йен по другому воспринимал свой маленький уголок спокойствия. Сейчас он уже не ненавидел своë пресловутое зеркало, не бесился, что шкаф медленно открывается, его не вгонял в апатию цвет обоев, которые он сам и выбирал...       Всë стало как-то по другому. Посветлело вроде, даже приобрело какой-либо смысл.       Скинув рюкзак на кровать, он скинул с себя худи и штаны. Йен взглянул в зеркало. Это всë ещë он. Такой же жирный. Но и здесь что-то поменялось. Что-то о чëм он ничего не знал.       Накинув на себя домашние шорты и футболку, парень принялся разбирать рюкзак. Среди учебников и тетрадей рыжий вдруг заметил пакет. Стоп. Пакет? Вот черт! Йен совсем забыл про кофе и сэндвич, купленные утром.       Парень глубоко вздохнул, вспоминая тот стыд, который он пережил, что бы купить себе кофе. Ну что ж, везения много не бывает. Ему уже повезло повстречать Мэнди, не стоит расстраиваться из-за какого-то дрянного напитка.       Достав из пакета его содержимое, рыжий распаковал сэндвич. Пережëвывая свой "утренний" перекус, парень взглянул на стаканчик с кофе... "Милой принцесске"       Йена на этом моменте коротнуло. Какой принцесске? Он же узнавал его имя!... Стоп, если он изначально собирался так написать, то какого чёрта узнавал его имя? Парень моментально покраснел.       Его щëки напоминали две спелые помидорки, те самые, которые Карл так любил отправлять на эшафот.       Вся эта ситуация казалась шуткой. Может этот парень просто так пошутил, а Йен себя уже накрутил? Происшествия сегодняшнего дня ураганом крутились в голове.       Йен решил, что всë-таки посетит ещë раз это странное кафе. Нет, не потому, что ему интересно узнать что тот парень имел в виду, а хотя бы потому что ему очень понравились сэндвичи оттуда, да и кофе он так и не попробовал.       Ещë раз взглянув на стаканчик с кофе, Йен потянулся за ним и сделал глоток.

Холодный.