В конце концов, мы обе ужасные люди

"ВОТ ДЕРЬМО" "Папа?!" В ту же секунду, когда она услышала голос отца из дверного проема, она почувствовала, как Вай отстранилась от нее, и пока секунды мелькали, Кейтлин схватила все одеяла, которые могла, чтобы прикрыться. Выражение ее лица отражало ужасающее осознание того, что ее отец не только застал ее за сексом, но и застал ее за сексом с девушкой. Она была близка к слезам, лишь взглянув на отца в дверях, который, казалось, был в состоянии шока. Вай, очевидно, тоже не знала, что сказать, и тоже прикрылась руками. Кейтлин не только осознавала, что ее жизнь вот-вот закончится, но и чувствовала невероятный стыд, что отец увидел ее в таком состоянии. Возможно, это был худший момент в ее жизни. Ее отец отвернулся, как только увидел, что его дочь делает с другой девушкой, и заговорил первым: "Я дам тебе время одеться и буду ждать тебя внизу, Кейтлин", - сказал он ей и быстро вышел из спальни. Руки Кейтлин дрожали, когда она соскользнула с кровати и надела первую попавшуюся пару нижнего белья, треники и футболку. Молча Вай сняла ремешок и тоже оделась. Она, казалось, заметила состояние паники, в котором находилась Кейтлин, и остановилась, чтобы заключить Кейтлин в короткие объятия. "Мне так жаль, Кейт", - пробормотала она, но Кейтлин быстро отстранилась, покачав головой и даже не взглянув на Вай. "Ты должна уйти", - просто сказала она Вай, которая кивнула и взяла с пола свою куртку. Она положила телефон в карман и, казалось, какое-то мгновение колебалась, задержавшись в дверях. "Удачи", - мягко сказала она, и Кейтлин услышала в ее голосе, что она действительно не знает, что еще сказать, прежде чем выйти из дома и оставить Кейтлин разбираться с тем, чему только что стал свидетелем ее отец. Когда она спускалась по лестнице, ей хотелось, чтобы земля поглотила ее целиком, и ей никогда не пришлось бы иметь дело ни с чем подобным. Никогда в жизни ей не было так стыдно за себя, и ей хотелось свернуться калачиком и больше никогда не выходить из своей комнаты. Когда она вошла в гостиную, ее отец сидел на диване и выглядел потрясенным, но не таким сердитым, как ожидала Кейтлин. Возможно, потому, что его было слишком сложно прочитать. "Когда я пришел домой, чтобы пообедать с дочерью в качестве сюрприза, это было последнее, что я ожидал увидеть", - начал он. Кейтлин почувствовала, как слеза скатилась по ее щеке, поскольку она не решалась сесть. Она обняла себя руками за талию, посмотрела на пол и почувствовала, как еще одна слеза промокнула ее щеку: "Мне так жаль, папа". "Кейтлин..." "Я не... Я просто...", - тихо всхлипнула она. Она никогда не чувствовала себя меньше, чем в этот момент: "Я понимаю, как сильно я сейчас разочаровала тебя. И я понимаю, что ты расскажешь об этом маме". Хотя она не видела ответа отца, она услышала, как он прочистил горло, и поняла, что ей предстоит услышать речь. Его ответ удивил ее: "Единственное, что меня сейчас разочаровывает, это то, что ты посчитала нужным скрыть это от меня... и тот факт, что я застал тебя на месте преступления". "Ч-что?" - она осмелилась поднять глаза, впервые с момента прибытия в гостиную, - "а как насчет того, что это была... девушка, с которой я была?" На лице ее отца было выражение нежной заботы и жалости. Казалось, его искренне задело то, как испугалась его дочь в тот момент: "Я знаю, что ты, должно быть, чувствуешь себя так из-за... открытого мнения твоей матери по этому вопросу. Но я не такой, как она". Кейтлин молча смотрела на него, чувствуя себя более уязвимой, чем когда-либо с ним. Ее отец продолжил: "Она твоя девушка?". "Нет", - немедленно ответила Кейтлин, покачав головой, - "нет, мы... мы даже не очень нравимся друг другу". "Понятно" "Я не лесбиянка", - она грубо смахнула слезы, внимательно наблюдая за реакцией отца. Он казался почти... задетым тем, что она отрицала, что является лесбиянкой. Казалось, он надеялся, что так и будет, и это смутило ее до глубины души. Разве он не хотел, чтобы его идеальная дочь была натуралкой? "Я никогда не говорил, что ты такая, дорогая, - ответил ее отец таким терпеливым голосом, который он всегда использовал, когда хотел заставить Кейтлин сказать ему правду, если ему было ясно, что она лжет, - но я надеюсь, что ты не говоришь так, потому что боишься моей реакции". "Я не лесбиянка, папа" "Хорошо... всё в порядке", - кивнул ее отец, - "но ты не можешь отрицать, что то, чему я был свидетелем, вызывает у меня подозрение, что ты и не совсем натурал". В этот момент Кейтлин ненавидела себя больше всего на свете. Потому что ее отец был таким понимающим, таким добрым и таким любящим. Больше, чем, по её мнению, она заслуживала, больше, чем хотела заслужить. Она так долго была ужасным человеком и не могла оправдать ничьих ожиданий, по ее мнению. И вот ее отец здесь, так легко признающий её. Но даже мысль о фразе «я лесбиянка», приводит ее в ужас. Ведь признание в этом, означало, что она не сможет угодить человеку, чье мнение для нее важнее всего на свете - своей матери. Это означало, что она никогда не сможет стать той идеальной дочерью, которой она стремилась быть. Это означало, что она не заслуживала материнской любви, которой так отчаянно жаждала. Поэтому она не могла признаться в этом даже самой себе. И, возможно, это было самой болезненной частью её жизни. "То, что мы с Вай сделали, не имеет к этому никакого отношения, - утверждала Кейтлин, - я натуралка. Я просто еще не встретила подходящего парня, вот и все... И я была бы благодарна, если бы ты больше не упоминал об этом, особенно перед мамой". Кейтлин ненавидела то, как сердце ее отца, казалось, разорвалось от ее слов, когда он встал и подошел к ней. На кратчайшую секунду она испугалась его физической реакции, но затем он притянул ее в свои объятия. Ей потребовалось много усилий, чтобы не зарыдать, когда она позволила отцу притянуть ее в свои объятия и мягко поцеловать в макушку: "Я не скажу ей ни слова. Но знай, что я всегда буду любить тебя, моя дорогая дочь. Неважно, кто тебе нравится и что ты делаешь. Я всегда буду на твоей стороне... помни об этом". "Я буду", - просто прошептала Кейтлин, изо всех сил сдерживая слезы, - "можно мне уйти?". Отец отпустил ее, и Кейтлин никогда не возвращалась в свою комнату быстрее, чем в тот момент. Как только она захлопнула за собой дверь, она позволила слезам пролиться. Она прижалась к двери и обняла колени, наконец-то позволив себе свободно выплакаться. Она не плакала так много лет и даже не была уверена, почему она плачет. Она плакала из-за того, что ее застали с Вай, она плакала из-за того, что заставила отца сохранить это в секрете от матери, она плакала из-за того, что не могла признаться ему, что делала это месяцами, но в основном она плакала из-за того, что ненавидела ту часть себя, которая не могла просто любить мужчин. Она ненавидела, что ей нравятся девушки, и ненавидела, что не может признаться в этом даже самой себе. Она ненавидела, как интернализованная гомофобия, которой ее кормили годами, заставила ее ненавидеть себя, и она ненавидела, как сильно это заставляло ее хотеть исчезнуть с лица земли вместо того, чтобы признаться кому-либо в своем самом темном секрете. К обеду она перестала плакать. Одна из горничных принесла поднос в ее комнату, пожелав Кейтлин скорее поправляться. Ее отец, вероятно, сказал персоналу и ее матери, что она плохо себя чувствует, и Кейтлин была бесконечно благодарна за это. Она не могла посмотреть в глаза матери прямо сейчас, не в таком состоянии. Её мать всегда видела ее насквозь, и сейчас она была не в настроении для допроса. Когда наступило воскресенье, она проспала почти весь день спрятавшись в своей комнате, предаваясь жалости к себе. Устраивать себе вечеринку самобичевания - это, наверное ничтожное занятие, но Кейтлин планировала прятаться в постели до тех пор, пока ей не придется идти в школу в понедельник утром. К счастью для нее, никого из родителей не было дома, чтобы вытащить ее из постели, и это единственное что её радовало. Около четырех часов дня она проснулась после третьего сна, поплакала еще немного и заметила, что ей пришло сообщение.

От Вайолет Эй, просто хотела спросить, как ты держишься.

От: хваленая принцесса кинка Бывали дни и получше.

От: Вайолет Могу я спросить, как все прошло с твоим отцом? Можешь не отвечать, если не хочешь.

От: хваленая принцесса кинка Я бы предпочла не говорить об этом.

От: Вайолет Хорошо

Кейтлин положила телефон, открыла ноутбук и включила какой-то случайный фильм на Netflix, чтобы хоть как-то отвлечься, но это не очень-то помогало. Примерно через 30 минут она получила еще одно сообщение.

От: Вайолет Могу я сводить тебя кое-куда сегодня вечером? Будет весело, и я хочу загладить свою вину за то, что втянула тебя в неприятности.

От: хваленая принцесса кинка Я не в настроении покидать свою кровать.

От: Вайолет Кейт, пожалуйста, отвлекись. Если будет отстой, я отвезу тебя обратно домой через 30 минут.

Кейтлин вздохнула, закрыв глаза, и подумала о предложении Вай. Конечно, было бы неплохо ненадолго забыть то, что произошло на днях, и немного развеяться. Но ей была неприятна мысль о том, что ей придется провести вечер с девушкой, которая была втянута во всю эту ситуацию с самого начала. Однако Вай была права. Если ей это не понравится, она сможет просто уйти. От: хваленая принцесса кинка Хорошо. Во сколько мы встречаемся и где?

От: Вайолет Рада, что ты рискнула со мной, Кейт, встретимся в 7 в центре города, оденься, как в "Последней капле".

От: хваленая принцесса кинка Понятно, тогда увидимся. Кейтлин определенно не прикладывала столько усилий к своему внешнему виду, как во время посещения "Последней капли". Она просто надела тот же наряд, что и тогда, и полагала, что все равно не продержится дольше этих 30 минут, так что тут такого? Она собрала волосы в небрежный хвост и лишь слегка накрасила ресницы, прежде чем направиться к месту встречи. Как только она вышла за дверь, она сразу пожалела, что вообще согласилась. Чего она добивалась, проводя вечер с Вай после вчерашнего беспорядка? Наверное, она просто сошла с ума, раз решилась на это, но теперь отступать было некуда. Когда она добралась до центра города, Вай уже была там и выглядела очень подавленной и виноватой, когда Кейтлин подошла к ней. "Привет", - сказала она, - "я хочу начать с того, что очень сожалею о вчерашнем дне". "Не стоит", - просто сказала Кейтлин, уже ненавидя то, как началось их общение, - "это была моя вина, что я пригласила тебя". "На самом деле никто не виноват, но я хочу извиниться за то, что тебе пришлось объяснять это своему отцу". Кейтлин кивнула, вздохнув: "Мы можем просто пойти? Куда ты меня ведешь?" Вай кивнула и обернулась, ожидая, что Кейтлин последует за ней. Некоторое время они шли в тишине, прогуливаясь по улицам Пилтовера. Кейтлин ненавидела то, что ее сердце учащенно билось каждый раз, когда Вай смотрела на нее, и ненавидела то, что ее все еще влекло к девушке, даже после того, что произошло на днях. В конце концов, Вай остановилась, и Кейтлин нахмурилась. Они стояли перед небольшим концертным залом, который вмещал около 300 человек и был известен в основном тем, что в нем проходили концерты небольших групп, начинающих свой путь. Кейтлин никогда не была там, но она заметила, как большая толпа входила в здание, когда Вай остановилась перед ним. "Ты ведешь меня на концерт?" "Не просто концерт", - Вай повернулась и слегка улыбнулась, глядя на более высокую девушку, - "сегодня вечером выступает довольно новая панк-рок группа, и поскольку ты увлекаешься этим, я подумала, что, возможно, тебе захочется отвлечься на хорошую музыку". Кейтлин должна была признать, что это был очень милый жест. Вай вспомнила о ее музыкальных пристрастиях и приложила немало усилий, чтобы достать оба билета, хотя у нее не было столько денег. Так что теперь она не могла отступить. "Это... очень мило, спасибо", - призналась Кейтлин, на ее губах появилась крошечная улыбка, когда она поняла, что собирается пойти на свой первый в жизни концерт панк-рока. Она всегда мечтала об этом, но ее мать, будучи такой, какая она есть, узнает, если Кейтлин воспользуется своей кредитной карточкой, а никто из ее знакомых не любит панк-рок. Ну, никто, кроме Вай. "Хочешь зайти и послушать?" Вай игриво подтолкнула ее, и на этот раз Кейтлин широко улыбнулась. Она действительно сможет отлично провести вечер, если постарается выкинуть все переживания из головы. "Хорошо. Пойдем внутрь", - кивнула Кейтлин, следуя за Вай в концертный зал. Вай достала им билеты на открытое пространство в центре, ближе всего к сцене, откуда открывался хороший вид на весь зал. Кейтлин смотрела вокруг широко раскрытыми глазами, когда Вай потянула ее к бару и принесла им обеим по напитку. Как только они выпили по бокалу пива, они заняли место среди толпы. Когда группа начала свой вступительный номер, Кейтлин сразу же ощутила восторг. С первых нот песни, она вспомнила, почему ей так нравится этот жанр, а когда она посмотрела направо, то увидела, что Вай наслаждается им не меньше её. Песня за песней, Кейтлин позволила себе потеряться в музыке, и это было именно то, что ей было нужно после того, что она пережила за последние два дня. Ее сердце наполнилось радостью, когда она погрузилась в музыку и подпевала песням, которые знала. Через 45 минут после начала шоу, Кейтлин повернулась к Вай: "Я не могу поверить, что ты сделала это для меня", - крикнула она ей, чтобы Вай могла услышать ее сквозь громкую музыку. Лицо Вай засветилось от этих слов, и она кивнула, делая глоток второго пива, которое она принесла им двоим, как только первое было допито: "Эй, я действовала немного эгоистично, потому что хотела увидеть эту группу, и никто из знакомых не любит панк-рок так, как я... так что я все равно хотела попросить тебя пойти со мной". Кейтлин тихонько хихикнула над оправданием, которое Вай придумала, чтобы не показаться слишком слащавой, предлагая Кейтлин билет, чтобы выразить, как она сожалеет о том, что произошло в тот день: "Ну, какая бы у тебя ни была причина просить меня, я действительно отлично провожу время, так что... спасибо". Вай подарила ей самую искреннюю улыбку, которую Кейтлин когда-либо получала от нее, и дрожь в животе снова заиграла знакомыми нотками. Когда Кейтлин улыбнулась ей в ответ, она заметила кое-что, глядя через плечо Вай. На небольшом расстоянии от них она увидела двух девушек на несколько лет старше их. Одна из них обвила другую за шею, а другая обнимала её за талию. Эти двое, казалось, смотрели только друг на друга, подпевая песне, которую исполняла группа. Кейтлин тяжело сглотнула, глядя на двух девушек. Одна широко улыбнулась, прижавшись носом к носу другой, а секундой позже другая нежно поцеловала девушку, обняв ее за шею. На глаза Кейтлин навернулись слезы, так как она была полностью поглощена этими двумя девушками, которые так открыто выражали свою любовь друг к другу. Это было так... чисто. Не было ни стыда, ни вины, это не было странным, и никто не говорил им, насколько они отвратительны или грешны. Они были просто двумя девушками, которые целовались, чтобы выразить свою любовь друг к другу. И это было именно так. "Эй, ты в порядке?" - услышала она вопрос Вай, почувствовав ее руку на своей спине, и кивнула. Когда она повернула голову к Вай, из ее глаза выкатилась слеза, и Вай быстро вытерла ее большим пальцем: "Почему ты плачешь?". Голос Вай был таким нежным. Таким добрым. Это было не то, к чему она привыкла. Кейтлин тихо вздохнула, когда еще одна слеза скатилась по ее щеке, и кивнула в сторону двух девушек, чьи лбы теперь соприкасались, когда они обнимали друг друга и смеялись над чем-то, что сказала одна из них: "Я плачу, потому что...". Кейтлин тихонько сглотнула, еще одна слеза вырвалась наружу: "Потому что я хочу этого". Она почувствовала, как Вай слегка напряглась, и она знала, почему. Она никогда не была уязвима с Вай, и уж точно не до такой степени. Но что-то в том, что они пережили вместе на днях, и в разговоре с отцом изменило их отношения. На самом деле Вай больше не была ее врагом, но все, что происходило в тот момент в ее жизни, сбивало ее с толку. "Понятно", - просто ответила Вай, отводя взгляд от девушек и возвращаясь к Кейтлин. Их глаза встретились, когда Вай протянула обе руки и обхватила ее щеки, большими пальцами смахивая слезы. Кейтлин не могла отвести взгляд от Вай, чувствуя себя более уязвимой, чем когда-либо во время секса с ней. Потому что на этот раз все было по-настоящему. В этот раз она почувствовала всплеск эмоций, которые никогда не позволяла себе раньше и все еще изо всех сил пыталась сдержать: "Могу я тебя поцеловать?". Пальцы Вай остановились на середине движения, стирая ее слезы. Кейтлин увидела, как она сглотнула слабый намек на свои собственные слезы из-за сырой уязвимости момента, который был создан. Затем она кивнула. Кейтлин понадобилась секунда, но затем она медленно наклонилась и после секундного колебания коснулась губами губ Вай. Это было совершенно иначе, чем когда-либо, когда они целовались. Другие разы всегда были полны голода и похоти, горячи и страстны. В этот раз поцелуй был нежным, мягким и, откровенно говоря, имел вкус привязанности и взаимного уважения друг к другу. Вай мягко углубила поцелуй, когда Кейтлин притянула ее ближе и позволила Вай взять инициативу на себя. Кейтлин чувствовала на губах соль новых слез, стекавших по ее щекам, в сочетании со сладким вкусом губ Вай. Это был первый раз, когда она целовала девушку на публике, когда их окружали другие люди, которые могли их видеть. Другие люди, которые могли бы сказать что-то об этом, если бы захотели, но никто этого не сделал. Когда Кейтлин отстранилась от поцелуя, она поняла, что никто не сделал им замечание, и никто, похоже, не обратил внимание на то, что она целуется с девушкой. Это чувство легкой свободы было тем, что она всегда хотела почувствовать, но она знала, что за него приходится платить, и это было не то, чем она хотела рисковать. Поцеловать Вай в общественном месте было уже большим шагом, и ей сразу стало стыдно за это, когда она сделала шаг назад. "Спасибо", - сказала она Вай, - "Я принесу нам еще выпить". "Хорошо", - кивнула Вай, вероятно, также сдерживая волну эмоций, нахлынувших после их неожиданного откровения и последовавшего за ним поцелуя. К тому времени, когда Кейтлин вернулась к Вай с напитками, казалось, что им обоим понадобилось время, чтобы вернуться к настроению концерта. Вай постепенно вернулась к своей прежней, шутливой сущности, а Кейтлин просто позволила себе погрузиться в атмосферу толпы и концерта. Они больше не целовались, но танцевали и пели. Кейтлин время от времени невинно прикасалась к руке или кисти Вай, как будто у них не было секса накануне. Но ей было приятно. Все шло своим чередом, и Вай, казалось, с пониманием относилась к ситуации. Когда концерт закончился и они возвращались в центр города, где их пути должны были разойтись, большую часть прогулки они молчали. Обе, казалось, были погружены в размышления, особенно Вай. Казалось, мысли Вай были заняты с того момента, как они покинули концерт, и Кейтлин было трудно определить, о чем именно она думает. Пока она не заговорила. "Я рада, что ты была честна со мной там". Кейтлин сглотнула, когда ее глаза нашли глаза Вай, пока они продолжали идти. "Спасибо... когда я увидела тех девушек, меня просто осенило". "Что именно?" с любопытством спросила Вай, заставив Кейтлин смотреть прямо перед собой, пока она отвечала. "Что я знаю, чего желает мое сердце, но мой разум слишком силен, чтобы позволить сердцу вести меня". "Как поэтично" "Я бы скорее назвала это жалким". "Кейт" - Вай остановилась, заставив Кейтлин сделать еще два шага, прежде чем она тоже замерла: "Это не жалко, ты просто должна разобраться с этим, и это нормально". Кейтлин мягко улыбнулась, кивнув головой: "Спасибо за сегодняшний вечер, это... именно то, что мне было нужно". Вай одарила ее застенчивой ухмылкой, от которой ей стало немного легче на душе: "Нет проблем, я... тогда увидимся завтра в школе". Кейтлин кивнула: "Спокойной ночи, Вай, и спасибо тебе... за все". "Спокойной ночи, Кейт" С этими словами они разошлись с сердцами и головами, полными смятения и эмоций, которые ни одна из них не могла понять.