Разлом миров

В комнате начал раздаваться писклявый звонок. От этого звука всё тело билось в неприятных мурашках. Евангелия, лежащая на своей койке, резко протянула руки к подушке и молниеносно накинула на своё лицо, повернулась на бок и прижала ладонями не очень мягкую девичью подружку к ушам, дабы утренний мерзотный звон, пробирающий дрожью внутренние органы, казался хоть немного, но тише. Тут открывается дверь, прерывая уединение всех новобранцев в комнате. Юношам уже был не по душе, ещё не вошедший внутрь помещения, человек. Парни из одиннадцатого экипажа не успев полностью проснуться оборачиваются на скрип открывающийся двери. Евангелия немного отодвигает подушку с лица и приподнимает голову, чтобы посмотреть на того, кто вторгся в их и так уже нарушенный покой. В комнату заходит пожилой мужчина, не высокого роста с небольшим мешочком в руках. Он явно не блестел здоровьем, лицо было покрыто морщинами, особенно выделялись морщины на лбу и около губ. Волосы седые, серебристые, прядями падали на лицо старичка. Они были чуть длиннее ушей. Так же на лице красовалась такая же седая щетина. С одного взгляда можно было понять, что она тверже, чем недавно отпраздновавшие свой серебряный юбилей, половые щётки в этом армейском корпусе. Одет он в незамысловатую, потёртую рубаху, да темно-зелёные армейские шаровары, которые уж повидали не одну дюжину лет. Поверх был накинут черный халат. По виду он не отличался особой теплотой. Ткань была прохудившаяся и из-за времени немного выцвела, но на халате не было ни одной проплешины, ни одной затяжки. Старик бережно относился к нему, но течение времени не было возможным остановить. -Так, новобранцы, давайте, вставайте! Сначала на водные процедуры, потом в столовую комнату на завтрак. Зубные щетки и порошок вам выдали- старик положил на тумбочку возле выхода мешочек и раскрыл его. Там лежали средства гигиены, рассчитанные на каждого человека- Давайте, давайте, шевелитесь- скрипящим, высоким голосом сказал пожилой мужичок и выглянул в коридор, осматривая ещё две заселённые комнаты.- Вот подходил я к этому вашему генералу, сколько уж раз, но хоть бы хны. Говорю я ему, ну снесите пару стен в комнатах и сделай одну общую казарму. «будет тебе общая казарма, будет, не волнуйся и не хрипи тут»- всегда одно и то же молвит. Обещает, обещает, но толку никакого, как об стенку горох. Больно мне оно надо по вашим комнатам ходить, дверь за дверью открывать, а это зашёл в общую казарму, крикнул на весь корпус и вы быстрей встаёте и мне старому передвигать своими больными ногами меньше. Тьфу ты!- из коридора доносилось громкое ворчание старика. В одиннадцатой комнате раздались хриплые смешки парней. Евангелия тоже немного посмеялась, так же скрипя, как и все остальные. Новобранцы не успели полностью отойти ото сна, но комнату начали заполнять звуки шуршания и только сейчас противный звон прекратился. Евангелия наконец перестала закрывать уши подушкой и убрала её на законное место. Девушка приподнялась, опираясь на локти и осмотрела комнату. Ничего необычного. Всё как и вчера. Переведя взгляд на окна, Евангелия увидела, что лучи солнца только недавно начали показываться из-за горизонта. Глаза до сих пор были закрыты полупрозрачной пеленой сна и девушке казалось, что она находится в царстве Морфея. По ощущениям можно было сказать, что всё, что сейчас происходит, не является реальной жизнью, тем не менее Евангелия села и протерла руками глаза, после чего немного помешкая, она слезла со второго этажа кровати. Стоя на полу, девушка провалилась в своеобразный астрал. Душа будто вылетела из тела, оставляя пустую оболочку бесцельно стоять, не реагируя на всё, происходящее вокруг, но спустя пару секунд то, чем люди иногда прикрываются, при ответе на вопрос «За что ты её любишь?», возвращается в материальную оболочку. Евангелия оглядывается по сторонам, будто путешествие её души заняло не пару секунд, а несколько лет, но к счастью или к сожалению, ничего вокруг не изменилось. Девушка приподнялась на носочки, чтобы заправить кровать. Она слега встряхнула подушку, в надежде на то, что этим вечером она не будет такой же твердой, как в ночь со вчерашнего по сегодняшнее число. Натянула легкое одеяло, которое с натяжкой можно было назвать обычной обычной простынёй и укрыла всё это покрывалом. После того, как работа была сделана, девушка потянулась и обернулась, чтобы посмотреть на парней. В комнате остались два лежебоки, которые продолжали валяться на своих кроватях. -Ну и чего вы лежите? Давайте вставайте- поторопила их девушка. Утром даже не надо было особо стараться изображать мужской голос. Но всё же приходилось. Почему же у Евангелии так хорошо получается парадировать голоса? В детстве, когда она ещё жила в деревушке в горах маленькая Евангелия любила изображать своих сверстников или каких-нибудь вечно недовольных бабушек, которые то и дело ворчали на резвых ребятишек. Этот навык у неё был хорошо отточен, да, возникали некоторые трудности, но они были предельно минимальны. -Мы сейчас встанем- отвечал первый -Да, ещё чуть-чуть и встаем, честное слово- ответил второй, поддакивая первому. М-да уж. Девушка решила от них отстать, но если они не станут после того, как она вернётся из душевой, то ей придётся их насильно поднять. Или это сделают за неё. В коридоре начали раздаваться хромающие, быстрые шаги. Двое парней резко повернули головы по направлению двери и быстро вскочили с кроватей, будто ошпаренные. Когда в комнату вошёл тот самый старичок, то койки новобранцев были уже аккуратно застелены. Девушка усмехнулась. -Ну и чего вы тут встали, как вкопанные? Марш на водные процедуры, лентяи.- просипел старик. -Будет сделано!- сказали двое новобранцев и, прихватив с собой полотенца, словно две пули вылетели из комнаты. Пожилой мужчина перевёл свой взгляд на Евангелию- Тебе особое приглашение требуется? Давай, перебирай своими ластами и следуй примеру двух своих товарищей, они видимо быстрее тебя соображают. Помимо того, что ты дохлик какой-то, так ещё и тугодум. Не протянешь тут долго, если таким и останешься.- наступила небольшая пауза. Старик и Евангелия просто смотрели друг на друга. -Ты что, ополоумел что ли? Кому говорю, марш в душ!- уже на повышенных тонах говорил старичок. Если честно, то его крик не вызывал страха, а лишь натягивал на лицо улыбку, но Евангелии было некуда деваться, она накинула на плечо своё полотенце, натянула на ноги черные сапоги, подошла к тумбочке и взяла зубную щётку с порошком, после чего поспешно удалилась в коридор, обходя стоящего в дверном проёме седого мужика. Он стоит и смотрит не спрятался ли кто ещё под одеялом или под кроватями. В это время Евангелия слегка шаркая ногами об пол подходила к душевой и тут ей в голову приходит вопрос, который не достиг её вчера. Почему в душевой подвешены бочки с водой, если нормальный душ уже используется людьми? Да, не в деревнях, но в поселках, где есть многоквартирные дома, стоят нормальные душевые. Почему в этом корпусе стоят бочки? Для чего? Это же непрактично. Но деваться всё равно некуда. Зайди в комнату водных процедур Евангелия застала пару парней, принимающих утренний душ. Хорошо, что они всё же решили занавесить импровизированные кабины полотенцем. Евангелия устремилась в дальнее пространство комнаты. Дойдя до крайней подвешенной к потолку бочки. Девушка окинула взглядом эту шаткую на вид конструкцию. Она встала под эту бочку и сразу же повесила полотенце перед собой, чтоб никто не смог увидеть, что происходит внутри. Евангелия сняла рубаху, портки и кожаные, потёртые сапоги, одежду и средства гигиены она положила на специальную полочку, а сапоги под неё. Девушка подняла рычажок бочки и на неё, через специальную насадку полилась холодная, практически ледяная вода. Евангелия отпрыгнула от струй воды, тело покрылось гусиной кожей, а волосы встали дыбом. Она стояла в углу, около такой же холодной плиточной стены, поджав к себе руки и одну ногу. Глаза выпученно смотрели на льющуюся воду. Отличные водные процедуры. Девушке они не понравились. Зато ледяная вода спровоцировала быстрое пробуждение. Немного постояв около стены, Евангелия начала собираться с мыслями и заставлять себя всё-таки встать под бочку. Недолго она боролась сама с собой. Выбор у неё был, но ей всё же больше хотелось освежиться. Вновь встав под холодную воду, она поспешно умыла лицо, отошла от потока ледяной воды, взяла в руки зубную щетку и баночку с порошком. Щетку она намочила и обмакнула в содержимое небольшого контейнера. Эти водные процедуры Евангелия не планировала растягивать. Девушка сунула за щеку щётку, а баночку с зубным порошком она закрыла и поставила его обратно на полочку. В воду Евангелия не осмеливалась заходить, но и выключать не хотелось, ведь рука попадёт под холодные струи. Даже в родной деревне её водные процедуры не были столь замораживающими. Евангелия своими цепкими пальцами ухватилась за зубную щётку и начала водить ей по зубам. Порошок был твёрдый и царапал эмаль с дёснами, но девушка уже привыкла к этому. Зубы она чистила не как следует, её торопил холод воды и плитка стен, которая ни на градус не была выше температуры воды. Щётка уже лежала на полке. Девушка быстро сполоснулась и наконец опустила рычажок на бочке. Ледяная вода наконец перестала стекать на поверхность нежного тела девушки. Ева выглянула из-за полотенца и убедившись, что в душевой комнате осталось мало народу, а те кто до сих пор находился внутри были так же занавешены и не могли увидеть девушку, она стянула полотенце, поспешно обтёрлась им, убирая всю холодную влагу из-за которой на её коже до сих пор были большие мурашки. После этого она второпях оделась, натянула на себя сапоги, взяла в руки средства гигиены и пошла в сторону выхода. На этот раз шаги были уже намного активнее. Она чуть ли не добежала до комнаты её отряда. Открыв дверь, которую, наверное, уж год назад надо было бы смазать, девушка вошла внутрь. В комнате не было ни единой души. Скорее всего все уже были в столовой. Евангелии тоже следовало бы поторопиться. Она быстро дошла до своей кровати, сунула в сумку зубную щётку и порошок, после чего поспешно направилась в сторону столовой. Девушка подходит к открытым дверям и видит, что все уже сидят и завтракают. Евангелия глазами отыскала столик, за которым сидит одиннадцатый экипаж «Шигны». Она нашла своих товарищей. Она заняли столик около окна, из которого бил утренний, желтый, ослепительно яркий свет. Пылинки на лучах небесного светила медленно кружились в своём завораживающем танце. Юноши весело разговаривали о чём-то, смеялись и шутили, прикрывая лицо ладонью, чтобы солнце их не слепило. Утро обещает быть хорошим. Девушка бросила взгляд на низкорослую фигуру, стоящую вдоль стены столовой. Это стоял тот самый пожилой мужичок. Сейчас он не выглядел таким недовольным. И на нём не было того черного халата. Одет он был совершенно по-другому. Черные порты, рубаха на выпуск и высокие кожаные сапоги. Сейчас он выглядел свежо и даже в каком-то роде опрятно. Старик жмурился от солнца, но его руки непоколебимо оставались сцепленными в замок за его спиной. Солнечный свет играл на седых волосах, притворяясь то золотом, то бриллиантом. И видимо пожилой мужчина почувствовал на себя чей-то взгляд и повернул голову в направлении Евангелии. Глаза его до сих пор щурились, а на лице красовалась не особо довольная ослепительным светом ухмылка. -Ну и чего ты встал, как не родной? Проходи давай, сейчас остынет всë. Ты же из экипажа «Шигны», да? Как зовут? – спросил девушку старик. Да, сейчас он был в хорошем настроении и голос его, хоть и был скрипящим, но уже не имел повышенных или приказных тонов. -Евгением меня звать – девушка улыбнулась и слегка пожала плечами. – А вас как? -Яков я – ны выдохе произрастает мужичок – так, давай проходи на завтрак, не завлекай меня тут беседами, мне самому ещë поесть надо. Не спал всю ночь, голодный, как бродячий пëс, щас тебя целиком съем и даже не подавлюсь! – старик начал хохотать. Не плохой он, видно же, что добряк добряком, только года своëдело делают. Евангелия посмеялась вместе с мужичком и пожелав приятного наступающего аппетита смотрящему, направилась в сторону своих товарищей. Осталось единственное свободное место за столиком, которое заняла Евангелия. Сегодня на завтрак лёгкий овощной суп. Похлёбка один словом. А к ней подали чëрный хлеб. Практически пища самих богов, никак иначе. Видимо, суп довольно вкусный, товарищи Евангелии уплетали его за обе щеки. Девушка не отставала от юношей и, взяв в руки ложку, начала есть похлёбку из алюминиевой тарелки. Взаправду, суп был ещë тëплым и достаточно вкусным, что нельзя было сказать о питательности. Все вновь захотят есть через два часа. Но это проблемы, которые настигнут новобранцев потом, а сейчас у них на столах вкусная похлëбка, чёрный хлеб и чай. Разговоры товарищей девушка активно поддерживала, но она заметила одного парня, сидящего с краю. Он молча ел свой завтрак. Глаза его блестели в лучах утреннего солнца, но живого блеска не было. Волосы тëмные, кудрявые и выглядели они очень мягкими и шелковистыми. В лучах его пряди переливались рыжим цветом. Лицо усеяно едва заметными веснушками, под левой бровью находилась родинка. Такая же была и под нижней губой, на нижней челюсти, возле правого глаза, даже на ушах находились маленькие родинки. Нос слегка вздëрнут, что делало парня довольно милым на вид, но кто знает какой он человек на самом деле? Сейчас можно было лишь догадываться. Девушка перевела взгляд на руки Тихого парня. Они, как и лицо были усеяны веснушками и родинками. Можно было сказать, что этот юноша был далеко не из физически слабых людей, но по лицу его легко можно было назвать мягкотелым, наивным и доверчивым. Так это или нет, сейчас узнать не представлялось возможным. Парень периодически посматривал на своих товарищей и, повернувшись в очередной раз, он увидел как Евангелия пристально смотрит на него. Девушка была погружена в раздумья, но еë вернул в реальный мир этот кудрявый юноша. Они смотрели друг на друга недоумевающим взглядом. Между ними наступило неловкое молчание. Парень пробежался глазами по лицу Евангелии и вернувшись обратно к еë глазам приподнял одну из своих густых бровей. Девушка, ещë немного потупив на парня, улыбнулась одним уголком губ и пожала плечами. Парень поступил так же, после чего оба продолжили спокойно завтракать, делая вид, что ничего не произошло. Евангелия посмотрела на тарелку. В ней оставалось совсем немного похлëбки. Девушка поводила ложкой по супу и вновь ушла в свои мысли, хоть и мыслей так таковых и не наблюдалось. Пустота и ничего кроме пустоты. Евангелия опять перестала реагировать на всё постоянные внешние раздражители и циклично водила ложкой по супу. Душа вновь покинула осязаемую оболочку. Неясно куда она постоянно путешествует и нравится ли ей в том месте больше, чем в собственном теле. Тупой взгляд самозванки сверлил обеденный стол. Ещë чуть-чуть и она бы прожгла в нëм дырку, но товарищ справа слегка толкнул еë локтем в плечо. Это вышло случайно и юноша даже не заметил этого, в отличии от девушки, душа которой вновь вернулась в свою оболочку. Быть может она вообще не хотела возвращаться и только и хочет, что покинуть это тело навсегда. Может оно не даëт душе полностью раскрыться, показать весь свой скрытый потенциал, может эта оболочка только тяготит еë? Никто не знает. Даже самая Евангелия не может дать на это ответ, но когда-нибудь, может и не через одно десятилетие, но кто-нибудь сможет ответить на эти вопросы. А сейчас Евангелия продолжила есть похлёбку, не особо задумываясь о чем говорят товарищи. Времени было достаточно, чтобы спокойно доесть суп. Девушка отнесла пустую посуду и направилась в комнату одиннадцатого экипажа, но по дороге её поймал Яков, который, судя по всему, уже успел поесть. Быстро же он управился. -Чего это ты бродишь тут? Давай на улицу выходи, там сейчас перекличка, а там и начнётся ваша учёба.- Яков побурчал на Евангелию и уж прошёл мимо девушки, но тут резко остановился, повернул голову так, чтобы краем глаза видеть необычного новобранца. Старик немного постоял, смотря на Евангелию- Мой тебе совет, касатик: лишний раз по этим коридорам не шляйся. Любопытную Варвару в камеру поймали, да там она и пропала, никто её не видел, никто её не слышал. Мало ли что с тобой случится может. Кто за вора тебя примет, кто ещё за кого. Пристрелить могут, если подумают, что ты что-то своровать хочешь. Были уже такие случаи. Тут особо не разбираются. Ладно, давай не хворай, не буду больше время твоё тянуть, тебе на улицу надо, если не запамятовал ещё.- После этих слов Яков наконец ушёл. Евангелия особо не понимала что старик имел в виду, но так или иначе ей надо было выйти из здания, но мозг сейчас был занят перевариванием информации. Девушка простояла в небольшом ступоре. Через пол минуты мышцы на шее сократились и Евангелия вернулась к нормальной работоспособности. Она поспешила вперед по коридору и вышла на улицу. Рядом со ступеньками она увидела Солодовникова и пару своих товарищей. Недолго думая, девушка подошла к ним. -Доброе утро, дохляк, как первая ночь? Выспался?- Спросил лейтенант. На лице у него появилась улыбка. У него дела, видимо, хорошо идут и нельзя было сказать, что он устал с дороги. Он просто привык кататься туда-сюда, но для новобранцев это было довольно тяжело. -И вам доброе утро, лейтенант. Да вроде выспался, ни на что пожаловаться не могу. Ну может только на эдакую сирену. Просыпаться под неё не очень приятно.- Сказала девушка с улыбкой на лице. Ей начали поддакивать товарищи, которые собирались вокруг Солодовникова. -Ну, ну, ну, привыкнуть ещё успеется, не волнуйтесь. Вы в этом городе пробудете только на время учений. После некоторые из вас отправятся в столицу да там службу и продолжите.-Ответил лейтенант и тут все зацепились языками про большой город. Все начали делится тем, что знают про столицу, но их разговоры долго не продолжились. Солодовников приказал всем выйти на площадь и там построится для переклички. Новобранцы быстро сгруппировались и сделали так, как сказал Лейтенант, не потратив много времени. В направлении площади от главного здания направлялся какой-то мужчина средних лет с щетинистым лицом, выпирающим животом, в военной форме, а рядом с ним ещё два человека. Один похожий на охранника, а второй по виду секретарь какой-нибудь. Евангелия не очень хорошо разбиралась в погонах, но, судя по всему, мужчина с животом- это подполковник. Приятных ощущений он не вызывал. Придётся потерпеть. Евангелия решила во что бы то не встало по окончанию учений отправится в столицу. Она гнала себя на верную смерть, по-другому её желания нельзя было назвать. Девушка же слышала истории и знала, что оттуда не выбираются. Наконец подполковник дошёл до площади. Секретарь подошёл к первому отряду. Сопровождающий этой группы отдал приказ, чтобы все по порядку называли свои имена. Новобранцы послушно делали всё так, как велит им старший по званию. Секретарь что-то писал на бумагах, пока молодые люди называли свои имена. Так прошла вся перекличка, после которой подполковник приказал сопровождающим покинуть площадь, а всем новобранцам построится в одну шеренгу. С утра не особо хотелось двигаться, но приходится. Евангелия построилась вместе с остальными, после чего подполковник приказал начать зарядку с десяти кругов вокруг площади. М-да, Евангелии это не понравилось. Десять кругов вокруг далеко не маленькой площади это так себе, особенно утром. Но делать нечего. Новобранцы повернулись и начали бежать. Подполковник следил за процессом со стороны. Как будто цепные собаки круги наматывают или подневольные рабочие, а за ними хозяин смотрит, дабы не отлынивали. С круга так третьего по этой огромной территории у девушки начал болеть бок так, как будто ей сделали огромный разрез тупым, ржавым ножом и, после этого, начали варварским путём доставать органы. Но видимо она не была единственным дохликом, так как и спереди и сзади были молодые люди, которые тоже начинали прихрамывать. Тут человек, который духом да телом слаб, долго протянуть не сможет. Эта мысль придавала Евангелии мотивацию. На пятом круге во рту как будто образовывалась не слюна, а густая, вязкая кровь. Дышать тяжело-лёгкие болели так, словно их изнутри разрывал сухой лёд. Сердце колотилось с такой силой, что того и гляди выломает рёбра и выскочит из груди. Тем бега был далеко не медленным и даже не щадящим. Подполковник постоянно гнал новобранцев то и дело крича им: -Давайте, быстрее! -Вы где находитесь?! У себя в захолустьях в салочки с пятилетними играете или в воинской части на учениях?! -Шевелитесь, шевелитесь! -Я вроде не давал команды темп сбавить! Вредный мужчина одним словом. Евангелия уже не испытывала к нему каких-то нейтральных эмоций. Один из товарищей девушки, бегущий сзади то и дело что-то отвечал ему себе под нос. Евангелия не могла особо разобрать что тот молодой человек говорил, но было понятно, что он выражает своё недовольство. Только надо осознавать, что они сейчас действительно далеко от дома и даже близко не на курорте. Седьмой круг. Тем бегущих впереди людей заметно сбавился. На это подполковник отвечал только агрессией. Территория и взаправду была огромной и эти семь кругов чувствовались как целых одиннадцать. Но тем не менее оставалось ещё чуть-чуть. Девушка уже начинала задыхаться, но не переставала бежать. Держалась она уже только на силе своих собственных убеждений и на силе своей воли. Больше её ничего не заставляло. Девушка бежала, глотая ртом воздух, но не могла им насытиться. В глазах мутнело после каждого вдоха, и траектория её движений приняла волнообразный вид, но Евангелия старалась изо всех сил. Восьмой круг, девятый, открывается второе дыхание. Девушка чувствует, что вот-вот и они наконец остановятся. Это ощущение, как последняя надежда придавало сил бегущим. Подполковник так же продолжал кричать о том, чтоб они быстрее двигались. Видно, он представлял в своих руках длинных кнут, а на новобранцах видел скованные цепью кандалы. Пошёл десятый круг. Ещё совсем немного. Девушка бежала будто израненный солдат пытается доползти до окопа. Ещё чуть-чуть и она найдёт своё спасение, только отдыхать ей не дадут. Но об этом девушка пока не думает или же, правильней сказать, она не хочет об этом думать. Ещё пара метров и, наконец, конец этих мучений. По ощущениям Евангелии от неё с одной стороны не осталось ничего, кроме лужи, а с другой стороны она чувствовала себя заточённой в металлолом. Подполковник отдал приказ: - На месте стой! Смирно!- Громко прокричал мужчина. Голос его был недовольным. Его явно не удовлетворило зрелище. Чертов садист. Новобранцы покорно послушались и остановились по всем правилам. Шеренга уже не была ровной, а молодые в ней люди, громко дышали, пытаясь нормально наполнить лёгкие кислородом. Было бы куда приятней, если бы им разрешили присесть на пару минут, но такого можно было не ждать. Девушка немного запрокинула голову назад и уж было хотела дотянутся рукой до своей грудной клетки и немного придавить или сжать её, но вместо этого просто дёрнулась. Была команда смирно. Надо выстоять. Голова кружилась, словно юла. Стоять из-за этого было довольно тяжело и перед глазами зависла тёмная пелена. Видела она сейчас всё в точках, тёмные участки она не могла разглядеть, а свет безжалостно резал глаза. Вместе с боком у неё болели сердце и легкие. Невыносимо больно. Но терпеть надо. -Направо!- Скомандовал подполковник и все новобранцы развернулись к нему лицо. Взгляд подполковника вызывал у каждого молодого человека холодок, который стекал по спине вместе с каплями пота. -Сами понимаете что за такое я даже не могу подумать о том, чтобы одарить вас похвалой. Пробежка у вас была вялой, но я это поправлю, не беспокойтесь- Подполковник расплылся в ехидной улыбке и прищурил глаза. Вот же стервозная личность. Новобранцы его будто не слушали, всё о чем они сейчас думали – это перевести дух. -Поднять глаза! Я не поверю в то, что вы устали, но дам вам пару минут и спрошу кое-что. Кто-то из вас учился при церквях аль при храмах каких-нибудь?- Голос подполковника к концу предложения становился всё тише, а взгляд, который поочерёдно проходился по каждому из новобранцев заставлял затаивать дыхание. Молодые люди начали оглядываться друг на друга и о чем-то спрашивать. Кто задавался вопросом: «зачем подполковник такое спрашивает?», а кто пытался выяснить кто же из его товарищей при церкви учился. Но никто не сознавался и Евангелия решила молчать. -Ну и чего вы настороженные какие? Я ж чисто из-за личного интереса спрашиваю. Кто-то из вас должен был учится в местах подобных. Давайте-давайте, сознавайтесь, я не кусаюсь.- Подполковник постарался выдавить из себя дружелюбную улыбку. Евангелия посмотрела ему в глаза и до её плеча дотронулась холодная, костлявая рука, а возле уха послышалось хриплое дыхание. Девушка распахнула глаза и уж было дёрнула головой чтобы повернуться, но краем глаза увидела знакомую страшную фигуру. То самое существо, которого она встретила подле трактира никак не отставало от неё. Бледная, худая фигура со своей фирменной жуткой улыбкой стояла в паре сантиметров от неё. Видимо, что никто, кроме Евангелии его не видел. Это существо вызвало бы страх ну или хотя бы негодование у молодых людей. Лицо существа приближалось всё ближе и ближе к уху девушки. -Не вздумай говорить ему, не вздумай. Хоть сейчас уважь меня, да послушайся совета моего скромного. Худо тебе будет, худо. Не раскрывай ему правды. Пусть это останется нашим маленьким секретом. Я зла тебе не желаю, по нраву ты мне. Не такая ты, как остальные. До тебя одни остолопы да дураки были с нравом скучным, да и подумать не смогу, что Дмитрий Иваныч у себя на груди змею пригрел- Старик улыбнулся ещё шире. Девушка посмотрела на него испуганным, щенячьим взглядом, но после выдохнула и отвернулась, чтобы никто ничего странного не заподозрил. Существо не двигалось пару секунд, но тут послышался хриплый смешок и костлявая, длинная рука начала медленно сползать с плеча девушки. -Умница, просто умница. Запомни: зла тебе не желаю.- Голос старика удалялся куда-то в пустоту. После этих слов существо просто испарилось. Евангелия начала думать, что сходит с ума. -Я так понимаю никто. Ну что ж, ладно, не велика потеря- Немного огорчённым тоном проговорил подполковник -Вспомнил, точно, у нас есть человек, который при церкви учился! Жень, ты чего молчишь-то? Тебя такие привилегии ожидать могут!- Воскликнул один из товарищей Евангелии. После чего все из экипажа «Шигна» уставились на бедную девчонку. А ведь и вправду. Евангелия рассказывала об этом. На секунду в её глазах загорелась неуверенность. Подполковник с жестокой ухмылкой смотрел на девушку. Евангелия нервно сглотнула слюну. Колени начинали дрожать, а горле образовался ком, который мешал ей вымолвить даже одно слово, но надо было что-то срочно ответить. Евангелия быстро выдохнула и собрала свои мысли, которые успели разбежаться по всему её телу. Подполковник уже собирался что-то сказать, но как только он открыл рот, Евангелия начала говорить. -Нет, ты меня не совсем правильно тогда понял. Не я при церкви учился, а сестра моя. Я не владею особой грамотностью.- Почти уверенно произнесла девушка. Взгляд подполковника сменился на раздражённый. Евангелия увидела эту реакцию и в этот момент она поняла, что, похоже, спасла себе жизнь и увеличила шансы на побег из этих стен с колючей проволокой. Но не поняла как именно. -Разве? Хм, странно, я вроде помню что ты тогда говорил… Может я просто был тогда уставший?- Этот же товарищ погряз в раздумьях, но в итоге махнул на это рукой. Конечно же, на пользу Евангелии. -Так, меньше болтовни, новобранцы. У нас есть дела поважнее, но документацию мы переберём. И если найдём хоть одного человека из присутствующих, который учился где-то, то этот человек будет насильно отобран. А сейчас продолжим нашу зарядку. – После этих слов подполковник опять продолжил командовать. Евангелии эта зарядка давалась довольно тяжело, потому что в основном она была построена из упражнений, которые требовали физическую силу и выносливость. Девушка не была особо сильна и отжиматься под быстрый счёт подполковника для неё не самое лучшее время препровождения. Тем не менее через некоторое количество мучений эта зарядка кончилась. Подполковник приказал всем построится и отправиться за ним. Все так и сделали, не задавая лишних вопросов. Сперва все думали, что подполковник ведёт их в один из корпусов, но когда он начал его обходить возникло много вопросов. Они обошли корпус и отправились ближе к стене. Было ощущение, что их ведут на расстрел, но не может плохая концовка этой истории так быстро наступить, это только самое начало. Подполковник довёл их до стены и Евангелия заметила огромное количество вёдер. Совершенно разных. И деревянных и металлических. Вот тут Евангелия и поняла, что ближайшую неделю она не сможет в полной мере дышать носом. Заболеть весной от такого - не самое лучшее, что могло с ней случиться, но даже уже сейчас это становится понятно. Особо сильным иммунитетом девушка не наделена. И вот последовал не очень-то и долгожданный приказ от подполковника. -Новобранцы, взять вёдра!- Сухо и без эмоционально произнёс мужчина. Пришлось следовать приказу. Закалка – дело полезное, но не так же резко начать обливать себя ледяной водой после жаркой зарядки. Евангелия, вместе с остальными, подошла к вёдрам, присела и протянула руки к одному из них, заглянув внутрь. Вода с кубиками льда показывала отражение девушки. Этот вид не вызывал каких-либо тёплых чувств, но вдруг в воде показался какой-то силуэт. Девушка присмотрелась в воду. Опять этот жутких старик стоял позади девушки и махал ей рукой. Евангелия резко обернулась, но сзади неё никого не было. Она снова посмотрела в воду. Существо уже стояло, приложив свой костлявый, кривой палец к губам, которые были искривлены в омерзительной улыбке. Почему этот старик не даёт ей покоя? Девушка поднялась с ведром в руках, не желая думать об этом существе и встала к стене вместе с остальными. Подполковник ничего не говоря начал отсчёт. -Три, два, один – Без лишних объяснений все и так поняли что надо делать. Все дружно вылили холодную воду на себя. Дрожь пробила тело Евангелии, она как будто заново проснулась. Вместе с холодной водой на девушку как будто вылилась бодрость. -Молодцы, а теперь у вас есть немного свободного времени чтобы переодеться в настоящую форму, которую вам выдадут в левом корпусе. Можете быть свободны. – После этих слов подполковник взмахнул рукой и отправился в центральный корпус. – Через пол часа жду вас всех на площади. На этом мужчина наконец ушёл. Евангелия простояла около стены пару секунд, дрожа от холода. Двигаться надо. Девушка пересилила саму себя и сделала первый шаг на дрожащих ногах. Дальше дело пошло само собой, на автомате. Она отравилась к левому корпусу, сразу за «настоящей формой» Евангелии интересно что эта одежда будет из себя представлять. На улице не было никого, кроме знакомых новобранцев и охраны. Это место кажется очень спокойным, что доставляет самозванке дискомфорт, как будто впереди ожидает нескончаемый шум. Девушка дошла до левого корпуса, вошла внутрь и внутри её встретил сторож, сидящий на табурете. Этого мужчину нельзя было назвать полноценным охранником. По своим обязанностям он походил на Якова. Но по внешности совсем не похож. По виду ему лет сорок, выше Евангелии на пол головы. Лицо вытянутое, нос острый, губы тонкие, словно нитки, а глаза отражали в себе угрюмость и злобу. -Ты по поводу одежды, парень? – Спросил не очень приятный на вид мужчина, подняв бровь. Тон его голоса тоже был не особо дружелюбным. -Так точно. – Ответила Евангелия, ловя на себя злостный взгляд. -Тогда иди по правому коридору до конца. Дверь слева. Там ты и заберешь свою одежду. – Мужчина отвернулся и сделал вид, что начал о чем-то размышлять, но в его глазах виднелась пустота вперемешку с той же злобой. Девушка уж было хотела пойти по указаниям этого сторожа, но мужчина решил своё недовольство. -Ну и чего ты встал то? Тупень что ли? Не понял куда идти надо? Ну так знай, что второй раз я объяснять не намерен, это твои проблемы. Может ты вообще не различаешь где право, а где лево? Наберут деревенских, а потом такой геморрой с ними. Сгинь с глаз моих, неразумный! – На что этот мужчина был так разозлён девушке не понятно. Она постаралась не реагировать на это и до того как он закончил она уже начала своё движение в нужную сторону, но от услышанного у Евангелии остался неприятный осадок. Не самое лучшее начало. Девушка дошла до конца коридора и постучалась в левую дверь. -Да, да, проходите – Послышался женский голос за дверью. Евангелия вошла внутрь. Встречала её красивая девушка примерно двадцати пяти лет, может чуть больше. Рыжие, кудрявые волосы, ярко голубые глаза, веснушки по всему округлому лицу и вздёрнутый нос. Евангелия уставилась на неё в недоумении. Она думала, что тут никого кроме мужчин не встретит. Рыжая девушка рассмеялась. -Чего встал? Да, тут женщины тоже работают, может условия и тяжелые, не каждая сюда отправится, но всё же есть смелые, которым терять нечего. И ты единственный, кто для начала постучаться решил. Воспитанный, сразу видно, может сдружимся. Ты за формой пришёл? Ой, прости, что сразу на ты, я просто привыкла, что обычно все новобранцы относятся без единого уважения, да и не только они, а все мужчины в этом месте. Так приятно говорить с человеком, который уважает других. Ой-ой, я что-то заболталась, прости пожалуйста. Так ты за формой да?- Рыжая девушка так и светилась от счастья. Евангелия только хотела дать ответ на вопрос, но видимо этого и не требовалась. -Сейчас всё принесу, подожди чуть-чуть, а потом поговорим, если ты, конечно, не против. – Девушка убежала за дверь, но не прошло и пары секунд как она вернулась – Забыла на твои размеры посмотреть, подними руки, пожалуйста и выпрямись Евангелия сделала так, как её попросили и рыжая девушка начала кружиться вокруг неё и ощупывать. Она быстро взяла мерки на глаз и, словно пуля, вылетела из кабинета. Евангелия стояла с широко распахнутыми глазами, в её голове было абсолютно пусто. Самозванка совершенно ничего не поняла, всё прошло буквально молниеносно, она даже не успевала уследить за рыжей. Евангелия опустила руки и принялась ожидать. Просто стоять слишком скучно и самозванка решила осматривать кабинет. Маленькая комнатушка, около окна стоит деревянный стол, заполненный бумагой и зелёной тканью. В углу кабинета стоят коробки. В них тоже виднеется зелёная, но уже камуфляжная ткань. Около стены стоит небольшой шкаф. Что в нем находится Евангелия смотреть не стала, потому что уже в этот момент в кабинет прибежала девушка с веснушками. Быстро же она управилась. -Вот, держи, это теперь твоя новая форма, поздравляю!- Рыжая рывком протянула руки с формой, утыкаясь ими в грудь Евангелии. Самозванка сначала опустила глаза и посмотрела на одежду. Камуфляж, на вид фасон формы вообще не отличался от предыдущей, но это не тот случай, где вообще можно говорить про разнообразие. Евангелия взяла в руки новую одежду, а рыжая девушка из угла комнаты достала табурет и поставила его рядом со своим рабочем месте, а сама села за стол. -Давай садись, чего как не родной-то?- Рыжая указала на поставленный ей табурет, как бы приглашая Евангелию присесть. Самозванка неуверенно села. -Какой же ты хороший! Ой, представиться забыла, меня Хейли зовут. Да, да, странное для этих мест имя, может потому что оно женское, а не мужские. Ты не представляешь как я устала постоянно находиться в окружении грубых мужчин. Я когда у себя в поселении жила, все молодые люди добрые были, а тут хорошего слова не услышишь. Есть, конечно, парочка приятных, но в основном только те, которые никого не уважают и к людям, ниже их по званию, даже не относятся как к людям, а как к расходному материалу. Это ужас какой-то! Ой-ой, сама представилась, а тебе даже слова вставить не даю, прости пожалуйста, я просто так счастлива!- Хейли хотела продолжить говорить, но закрыла себе рот руками и уставилась на Евангелию, которая находится в состоянии шока. Самозванка не успевает ничего сделать, Рыжая тараторит не давая даже понять о чем она говорит. Пока до Евангелии доходило что именно от неё требуется, Хейли чуть ли не прыгала от нетерпения. Видно, что рыжая – хороший человек, но её спешка и заметная рассеянность вводит в ступор. - А…Я это, Евгений, да. Спасибо за форму и табурет. И да, я действительно не ожидал увидеть тут девушку. А имя у тебя красивое и поболтать я не против – На удивление Хейли даже не перебила Евангелию, а с интересом выслушала. Будь она собакой, у неё бы хвост уже открутился. Ярко голубые глаза внимательно смотрели на Евангелию, распиливая её насквозь. - Лицо у тебя, Женька, миловидное, да и телом на девушку похож. Ой, прости пожалуйста, если что не хотела тебя обидеть, но ты в серьез на девушку похож. Надеюсь, что ты не против если я тебя Женькой звать буду. Как же сердце радуется, что удалось познакомиться с таким приятным человеком. А то одни и те же лица угрюмые, уже видеть их не могу – противно до жути. Приходится с утра до ночи в своём кабинете сидеть, лишь бы других не видеть. Правда тебя жалко, хороший ты. Не дай бог сгинешь на экзамене или даже раньше ликвидировать могут, если узнаешь чего не положено, а узнать то легко, достаточно просто в библиотеке книги поискать или не в ту дверь зайти, что уж там про центральный корпус, там же просто можно случайно услышать разговоры двух исполнителей и если тебя засекут, то на месте там от тебя и избав – Хейли резко закрыла рот руками и напугано уставилась на Евангелию. Самозванка же так же ошарашенно смотрела на рыжую, но в этот раз все её слова были понятны. Рыжая была так радо встрече, что даже не заметила, как выдала всё, что показалось интересным Евангелии. - Ой-ой-ой! Ты ничего не слышал, понял? Ничего не слышал! Я не должна была тебе этого говорить, это я случайно на радостях выдала. Ой-ой-ой, не дай Бог нас услышали другие! Тогда и меня и тебя через пару минут на месте убьют. Что же я наделала? Поаккуратней со словами быть надо! Глупая, глупая, вот так взяла и выдала тебе все, что знать тебе не положено, напугала тебя наверное. И вопросов у тебя, наверное, куча появилось! А ведь ответить на них я тебе не могу. Спасибо, что нас хотя бы не прослушивают, а вот охранников и всех остальных под контролем держат, кроме сопровождающих. Ой-ой-ой, опять лишнего болтаю! Лучшая находка для шпиона – это я! – Хейли опять закрыла себе рот руками. И Евангелия приметила привычку постоянно ойкать. Самозванка поняла, что из неё можно вытянуть всё, что душе угодно или она сама поймёт, что скрывать больше нечего и расскажет всё сама. Но ход мыслей перебила Хейли. - Ты ничего не слышал! О, Боги, мне наверное, так и придётся всю правду рассказать не хочу, чтобы ты оказался неподготовленным и умер на экзамене, хороший ты, но и ты пообещай, что не расскажешь никому! Я надеюсь, что тебе можно доверять. Сейчас всю правду я тебе не выдам, сначала тебе бы морально подготовиться, хотя ты и так уже много знаешь и скорее всего сегодня же пойдешь в библиотеку в свободное время! Я тебя отговорить не смогу, но знай, что там надо быть поаккуратней! – Хейли будто прочитала мысли Евангелии, она и вправду уже планировала отправиться в библиотеку в ближайшие пару дней. -Хотя, стой, я опять говорю всё не подумав! Ой-ой-ой, надо успокоится. Тихо… - Хейли сделала пару глубоких вдохов и выдохов, после чего начала разговаривать в умеренном теме, но как будто, сама с собой -Мне сказали, что из новобранцев нет никого, кто бы учился где-то, так что скорее всего грамоте ты не научен, так что и прочитать ничего не сможешь. Ну так а если читать не умеешь, то зачем тебе в библиотеку идти? Ну вот, видишь, Хейли, всё не так плохо и рассказывать ничего не придётся, я его сейчас выпровожу по добру по здорову, а потом может и познакомимся поближе нормально.- Хейли пробурчала это сама себе, но это услышал бы даже глухой. -Скажи ей, что грамоте научена, такое представление будет! – Послышался знакомый голос за спиной Евангелии. Девушка даже не стала оборачиваться, но существо вызвало интерес и Евангелия все же решила попробовать. -Ну читать я умею. – Скромно сказала самозванка и ей даже не пришлось ожидать ответной реакции. Хейли выпучила глаза и с открытым ртом уставилась на Евангелию. - Умеешь? Что же я натворила?! – Хейли вскочила со своего стула и начала расхаживать по кабинету, взявшись руками за голову. Шаги быстрые и сбивчивые, она периодически что-то бубнила себе под нос. Девушка выглядела сумасшедшей не в плане данной ситуации, а в целом. Евангелия тоже встала со своей табуретки, подошла к Хейли и взяла её за руки. - Тихо, успокойся, я возьму твои слова на заметку, но никому ничего не расскажу, не волнуйся. Я обещаю, что ни единого слова не вымолвлю об этом разговоре. Если что можешь мне доверять. Я могу даже заслужить твоё доверие, если ты того хочешь, только успокойся. – Евангелия медленно и размеренно выговаривала эти слова и смотрела спокойным взглядом прямо в глаза рыжей. Хейли вцепилась в руки самозванки и не собиралась их отпускать. Она напугано смотрела на Евангелию, но в её глазах можно было увидеть отчаянное доверие. Хейли не оставалось выбора, кроме как довериться самозванке. - Хорошо-хорошо-хорошо! Заслуживать ничего не надо! Я тебе доверюсь, хоть и вижу тебя впервые, но я действительно надеюсь, что ты ничего никому не выдашь. Я могу рассказать всё, что знаю, но не более. Тебе эта информация пригодиться. Но учти, что знаю я это только по слухам! Это может оказаться полной чушью, так что извиняй если что. Зря я тебе всё это выдала, язык себе откусить надо, я впервые была готова с кем-то заговорить за пять лет работы тут. Сам знаешь, что уволится от сюда я теперь не могу! Да я даже с родственниками своими поговорить всё это время не могу, а люди в этой части противные такие! Другие девушки постоянно прячутся… как и я. А некоторые работают в лаборатории и увидеться с ними я просто не могу, но как я знаю, у них там совершенно другая обстановка. Более дружелюбная, не то что тут! Обидно, если честно. Хотела бы я оказаться там, чтобы просто поговорить, а то тут с ума схожу, сам видишь. Да даже я сама это замечать начала! Как будто вся жизнь, как песок сквозь пальцы высыпается! Так страшно за этим наблюдать и понимать, что ничего не можешь с этим сделать… Я схожу с ума, я серьезно схожу с ума, мне страшно, я просто не понимаю что делать! Я постоянно смотрю на то, как тут кого-то убивают или привозят целую гору трупов… Причем, я знаю из-за чего их убивают, я примерно знаю ту страшную тайну, но опять же только по слухам и если то, что я знаю, окажется неправдой, то мне даже подумать страшно что действительно от нас скрывают! – У Хейли глаза на мокром месте, Евангелия с ужасом слушала её, ведь она представила себя на её месте. Самозванке удалось высвободить одну руку от цепкой хватки Хейли, а другой рукой притянуть её к себе и обнять. Это было одно из самый странных знакомств. Рыжей девушке серьёзно нужна была помощь. Евангелия свободной рукой начала гладить Хейли по голове. -Тише, я тоже вижу тебя впервые, но я готова тебе помочь. Ты можешь мне доверять, а я доверюсь тебе в ответ. Я могу составить тебе компанию, чтобы ты смогла выговориться в полной мере, но ты же понимаешь, что сейчас у нас мало времени на разговоры. Мне уже пора идти. Я вернусь к тебе, как только у меня появиться хоть минута свободного времени. – Евангелия настолько прониклась эмоциями, что даже не заметила того, что начала обращаться к себе в женском роде, но Хейли этого, видимо, не заметила, так как дальше у неё не было никаких вопросов. Она просто стояла и плакала в плечо Евангелии. Рыжей было трудно молчать о всех её переживаниях и они начали поедать её изнутри. Все стало так плохо, что она даже решила довериться совершенно незнакомому человеку, которого посчитала вежливым. Такого отчаянья Евангелия ни разу не видела в своей жизни. Девушки простояли так пару минут и Хейли решила отпустить Евангелию. Она аккуратно и нерешительно отстранилась от самозванки, смотря в пол, после чего подняла свои заплаканные глаза. - Спасибо тебе, Жень… Я… Я понимаю, что сейчас ты считаешь меня ненормальной, но поверь что такого общения мне не хватало. Мне нужно было выговорится. Спасибо тебе большое. А сейчас иди, тебе ещё переодеться надо. – Хейли вновь опустила глаза в пол и опустила руку с плеча Евангелии. Этим движением она как будто отрекается от света в тёмном туннеле, отрекается от единственного, что может её спасти. -Слушай, у меня мало времени осталось, ту есть свободные кабинеты, в которых я могу переодеться? – Спросила самозванка. Может она и дала Хейли довериться, но сама выкладывать все карты на стол не собирается. Да, может рыжая и не сможет об этом никому рассказать, но безопасность сейчас важнее. Евангелия даже не знает что может случится, если в воинской части узнают, что она девушка. - Да, дверь на против. Там сейчас никого нет, да и тот, кто там работал, уже давно умер, а нового человека найти не могут. Не задерживаю тебя больше, прости. Ты и так много времени тут потерял. – Хейли сделала пару шагов назад и смотрела на самозванку, как на последнею надежду. Евангелия кивнула головой, как бы благодаря Хейли и начала уходить. Но рыжая девушка её окликнула -Эй, Жень… Я надеюсь, что мы взаправду ещё увидимся. И надеюсь, что твоё обещание — это не слова на ветер. – Хейли вытянула из себя улыбку и осталась стоять, провожая глазами силуэт Евангелии. -Не волнуйся, встретимся ещё и слово своё сдержу. – Самозванка положила руку на грудь, придавая уверенности Хейли и вышла из кабинета. Пустой коридор. Только слышно недовольное бурчание того противного сторожа. Евангелия зашла в кабинет напротив. Пустая комната, в которой кроме стола ничего не было. Похоже, что в этом кабинете никто не убирается, на всех горизонтальных поверхностях лежат слои пыли. Хорошо, что у Евангелии нет аллергии. Она бы тут задохнулась с первой же секунды. Девушка не долго думая, начала снимать с себя промокшую и от ледяной воды и от слез Хейли одежду. Вот она стоит в одном белье перед пустой комнатой. Лучи света приятно греют девушку через стекло. Хотелось бы Евангелии понежится ещё, но лучше поторопиться. Взяв в руки новую одежду, она начала одеваться. Она не может посмотреть на себя со стороны, но, по её мнению, камуфляж ей подходит. Евангелия взяла свою старую одежду и быстрыми шагами вышла из кабинета, а потом из левого корпуса, направляясь в жилой, чтобы сложить уже ненужную форму. На площади уже начинают собираться новобранцы, были слышны их немногочисленные, тихие голоса. Интересно, о чем они говорят? В голову лезут разные мысли по этому поводу. Евангелия дошла до живого корпуса и отправилась в тринадцатою комнату, там она просто положила вещи на свою койку и направилась обратно, на площадь. Дальше всё происходило скучновато. Новобранцы дождались остальных, на площадь снова пришёл подполковник и их повели на стрельбище. Странно, что обучение сразу же начинается с пальбы по мишеням, ведь никакой чрезвычайной ситуации по приказам нет. Да и в чем смысл будущего экзамена? Одна неделя для обучения – маловато. Для начала всем новобранцам показали как правильно разбирать и собирать оружие, после чего все молодые люди начали повторять. Дальше им показывали как правильно держать оружие, но на всё это вместе взятом было выделено очень мало времени. Потом в течении целого часа новобранцам пришлось стрелять по мишеням. Пока что неподвижным, но их предупредили, что скоро они будут палить по движущимся целям. Добавить какие-то мысли к этому процессу Евангелия не могла. Никаких вопросов у неё пока что не возникало. Дальше по плану они должны заниматься физическими нагрузками. Им даже объяснили как это будет происходить. Новобранцы будут вынуждены таскать колёса от машин. Для Евангелии это звучало не так сложно, потому что ей не доводилось видеть машины, а уж тем более таскать колёса, но один из товарищей сделал для неё пометку, что это намного тяжелее, чем может показаться на первый взгляд. Стрельба закончилась. Их повели в сторону ворот. Удивительно, не уж то сейчас им придётся куда-то ехать или покидать стены. Выйдя за ворота к ним присоединилось три охранника, которые сделали полукруг не давая новобранцам выйти за положенные рамки. Около стены были разбросаны большие колёса, Евангелия не могла сказать какой примерной машине они принадлежат, ведь она их ни разу не видела, но транспорт, однозначно, тоже был немаленьких размеров. Невысокий сопровождающий, который представился Григорием, начал объяснять что это всё надо будет перенести к главному корпусу и аккуратно сложить их вдоль правой стены здания. Вот раздался приказ и новобранцы приступили к делу. Смотря на молодых людей, Евангелия поняла, что эти колёса слишком тяжёлые для неё и вот так сразу поднять она их не сможет. Хотя в её голову пришло решение этой проблемы. Она с трудом подняла одно колесо в вертикальное положение и просто покатила его в нужную сторону. - Эй, хитрец, как звать? - Окликнул девушку сопровождающий. Прочитать его эмоцию было довольно тяжело, но его лицо казалось удивлённым. - Женькой кличут, товарищ сопровождающий – Ответила Евангелия, остановившись на месте. Она уж было подумала, что сейчас её будут отчитывать. - Евгений значит, ну приятно познакомится. Буду иметь в виду, что лазейку в правилах найдёшь, молодец, смышлёный малый. Вижу не особо силён ты, так что пока массу себе не нарастишь можешь их катить. А остальные почему остановились? Я только с Евгением разговариваю, для вас такой привилегии нет. Вы вон какие крепкие, так что давайте, не отлынивайте! – На этом Григорий замолчал и продолжил наблюдать за процессом. По его лицу понятно, что теперь на Евангелию будет направляться больше внимания и её заставят накачаться как можно быстрее. Весь оставшийся день проходил спокойно, новобранцам то и дело приказывали что-то делать. Постепенно наступал вечер и молодым людям наконец сообщили, что они могут отдыхать до следующего утра. До отбоя целых два часа. Евангелия опустила голову и посмотрела на себя, стоя на месте сбора. Зачем им выдавали новую форму, если она в первый же день стала такой грязной? Придётся всё стирать. Евангелия уж было хотела пойти в жилой корпус, но вспомнила про Хейли. Девушка быстрыми шагами отправилась в левый корпус и только она перешла через порог, как на неё накинулся сторож. -Ты чего сюда припёрся? Здесь тебе не место для отдыха! Если хочешь, можешь пойти в библиотеку и посидеть там, но сюда носа не смей совать! Говори живо зачем ты сюда пришёл? – Прокричал сторож. Где-то в коридоре послышался скрип открывающейся двери. Кому-то действительно интересно что происходит. -И вам добрый вечер. Не к вам пожаловал, а к Хейли. Имею наглость сказать, что с ней поговорить пришёл. – Недовольно выпалила Евангелия. -Наглец! Проваливай от сюда! Не рады здесь таким гостям, как ты! Лучше бы пошёл колёса таскать, вон дохлый какой. Надеюсь, что такие наглецы, как ты, скоро в земле лежать будут! - Сторож был просто в ярости. Из его рта вылетали слюни, а взгляд горел злостью. Чего он привязался? Почему он так себя ведёт? Напряжение между ними становится всё больше и больше, Евангелия не желала подчиняться такому, как он. - Да, благодарю за столь добрые пожелания, но я не с вами пришёл поболтать, а с Хейли, так что на данный момент я вынужден покинуть столь отвратительное общество и попрошу вас уйти с дороги. Вы мне мешаете. – спокойно сказала Евангелия, зная, что сейчас крики сторожа будет слышно не только в этом корпусе. - Ты хоть представляешь что с тобой могут сделать, если я хоть одно слово вымолвлю про тебя?! В твоих интересах сейчас же убраться от сюда, я тебя не пропущу дальше! Жди скорой казни, остолоп. Я уже жду того момента, когда твоя голова будет висеть, подобно трофею, в главном корпусе! – Сторож оскалился. Ещё чуть-чуть и из его рта пойдёт пена. Бешенный старый пёс. На крики пришла Хейли. Удивительно, что она выбралась из своего кабинета, ведь она говорила, что обычно весь день проводит в нём. - Рудольф, его трофей может и будет висеть в главном корпусе, но вы останетесь гнить в этих стенах, как последний отброс. Не смейте говорить с молодыми людьми в таких тонах, иначе уже мне придётся слово вымолвить. Вы же прекрасно понимаете, что такого дряхлого старика, который и умеет только кричать, никто не пожалеет! – Дрожащим голосом высказала Хейли, но в глазах читался серьёзный настрой. Видимо, рыжая девушка последовала примеру Евангелии и решила отблагодарить её за то, что она вспомнила и действительно пришла. - Ах вы!... Да как вы смеете?! Я доложу о вас генералу и вся проблема решиться в считанные секунды! – Сторож никак не хотел униматься. А люди, которые работали в этом корпусе постепенно начали стягиваться в месте событий. - Считанные секунды вашей жизни. Поймите, что от ваших постоянных жалоб и криков устали все! А сейчас у меня кончился рабочий день, доброй ночи, Рудольф! – Хейли резко пошла вперёд, толкнув сторожа в сторону. Рыжая схватила руку Евангелии и вместе с ней скрылась на улице. В след им кричал разъярённый Рудольф, но слушать его не хотелось. Другие мужчины начали поддерживать слова Хейли, ведь и они уже устали от вечного ворчания сторожа. Двое девушек забежали за угол здания. Хейли нужна была передышка. У него сильно дрожали ноги, дыхание всё время сбивалось. Она взяла пример с настойчивости Евангелии и решила высказать всё, что думает. Для неё это был безумный поступок. Самозванка придерживала Хейли под локти, чтобы та поняла. Что не одна и Евангелия её успокоит. - Давай присядем, так тебе легче будет. – Продолжая держать Хейли под локти Евангелия медленно начала спускаться, чтобы сесть на землю. Рыжая послушалась и села рядом. Наступили несколько секунд тишины. Хейли нужно было перевести дух, для неё эта ситуация была чуть ли не подвигом. Видно, что девушка она слабая, скромная и тихая, прям как напуганная мышка. -Спасибо большое, что не забыл про меня, мне это действительно важно. Я, наверное, для тебя, как обуза. Только-только познакомились и вот тебе уже второй раз приходится меня успокаивать. – Тихо проговорила Хейли, отводя свои ярко голубые глаза в сторону. - Все хорошо, я готов тебе помогать. Как ты оказалась в этом месте и почему от сюда никого не выпускают? – Евангелия обняла за плечи Хейли и подвинулась чуть ближе к ней. -Я пришла сюда работать, потому что моей семье нужны были деньги. Отец серьёзно болел, но как он сейчас я даже представить не могу. Деньги нам давать перестали три года назад, сейчас мы тут как рабы. Некоторые устраивали бунт, пытались сбежать от сюда, но всех тех давно уже в живых нет. Кого-то расстреляли прямо на месте, а кого-то забрали. Причём никакого приказа не приходило. На сколько я знаю все воинские части в государстве закрылись примерно в один день. Значит кто-то всё же отдал приказ, но какой? Про него ни слова никто не говорил! После закрытие в главном корпусе начались строительные работы. Нам говорили, что производят ремонт здания, но каждый день оттуда вывозили землю. Значит там что-то выкапывали. Нам запрещено приходить в главный корпус, кроме случаев, где нам нужна библиотека. И то за нами там устанавливается контроль. А не выпускают людей от сюда, потому что нельзя допускать утечки информации. Представь, что народ узнает о том, что здесь происходит! Больше про это я ничего не знаю, но могу про экзамен рассказать. – Хейли виновато посмотрела на Евангелию - Ты уверена что нас здесь не услышат? – Подняла бровь Евангелия, смотря на Хейли. Рыжая отрицательно помотала головой. Но это особо не успокаивало. -Сейчас до наших разговоров никому нет дела, но поторопиться нужно. Скоро будет смена охраны и нас отправят в корпуса. Так что быстро расскажу о экзамене всё, что знаю. Смотри, эту неделю вы будете готовиться. Советую тебе уделить внимание ловкости и бегу. Перед экзаменом вас всех вывезут в лес. В какой именно не знаю. Вас оставят там и скажут пересечь лес, где вас будут ожидать наблюдатели. Выдадут вам автоматы и без подробных объяснений уедут. Я даже не могу представить что находится в этом лесу, но знаю, что после этого вывозят целые горы трупов. Скорее всего всё завязано на нечисти. По моим догадкам, новобранцев отправляют в лес, где обитают твари. – С задумчивым видом произнесла Хейли, но не успела она договорить, как её перебила Евангелия -Что? То есть, по твоим догадкам, нас всех отвезут на верную смерть в качестве экзамена? – Начала возмущаться Евангелия. -Думаю, что да. И эта мысль имеет смысл, ведь я мельком видела трупы новобранцев. Я бы предпочла забыть об этом, ведь их вид был… ну… далеко не красивым. Они умирали мучительно. До глубины души жалко всех погибших новобранцев, но я ничего сделать не могу, кроме как любым способом помочь тебе. А разглашение правды — это уже хорошая услуга, надеюсь, что ты это понимаешь. – С виноватым лицом сказала Хейли. Ей было стыдно за то, что она не может дать точные ответы и помочь человеку, который решился ей помочь. -Да, я это понимаю и спасибо тебе. Всё, рассказанное тобой, действительно пригодиться, а сейчас нам, наверное, пора идти. Темнеет уже. – Евангелия посмотрела наверх. Небо было серое. Скорее всего скоро начнётся дождь и если они не хотят промокнуть, то им нужно расходиться. -Да, ты прав. – Хейли встала с земли и подала руку Евангелии, чтобы та встала. Самозванка улыбнулась. Она притворяется молодым человеком и в этом образе ей подаёт руку девушка. Евангелии это показалось забавным, но она приняла столь маленькую и смешную помощь Хейли и благодаря руке рыжей быстро встала. Девушки немного постояли в тишине, смотря друг другу в глаза. Хейли смотрела прямо в душу и глаза у неё выражали нежность, Евангелия же неловко то и дело отводила свой взгляд. Нет, рыжая не могла влюбиться в человека, с которым знакома всего лишь день. Ей просто понравилось то внимание, которое уделяет Евангелия. Ну а если Хейли действительно влюбилась в новобранца, который на самом деле девушка и через неделю может оказаться трупом в повозке, то это очень печально. Евангелия уже было хотела рассказать всю правду о себе, но рыжая начала говорить. -Ладно, Жень, нам и вправду уже идти пора. Скоро ещё и дождь начнётся. Давай, приятного аппетита и спокойной ночи. – Неохотно проговорила Хейли. -И тебе тоже спокойной ночи. – Евангелия посмотрела на рыжую. Хейли улыбнулась на прощание и пошла обратно в корпус. Перед самыми дверьми она остановилась и с той же милой улыбкой помахала рукой на прощание. Хейли не осталась без ответа. Евангелия тоже помахала с лёгкой улыбкой. Рыжая скрылась за дверьми. Евангелия немного постояла, смотря в пустоту. А ведь на этом месте пару секунд назад стояла Хейли. Сейчас же в округе нет ни единой души. Все прячутся по корпусам. Как будто на улице гуляют твари, которые так и норовят кого-нибудь сожрать. Евангелии не оставалось ничего, кроме как пойти в свой корпус. Через пару минут должен быть ужин. Может девушка и не хотела есть, но это всё равно нужно. Не спеша, самозванка направилась в сторону своего корпуса. Где-то вдалеке послышался гром. Облака начали сгущаться над воинской частью. Евангелия прибавила скорость – промокнуть она не горит желанием. Может и резвиться под дождем весело, но сейчас не до этого. Самозванка дошла до корпуса и не успела она зайти в комнату экипажа «Шигна» как всех новобранцев начали созывать на ужин. Евангелия, вместе с толпой, пошла в столовую. На столе, перед девушкой тушёная капуста. Евангелия никогда её особо не любила, но поесть нужно. Поэтому, она, взяв в руки вилку, начала медленно класть в рот еду. Не особо приятная пища, но хоть что-то и этому будем радоваться. По крайней мере Евангелия знает, что эта еда не сделана из погибших новобранцев. Да, в её голову начали закрадываться такие мысли. Съев половину капусты, девушка поняла, что больше съесть не может. Она уж было хотела взять тарелку и отнести её на помыв, но её остановил один из товарищей. - Женька, ты не будешь доедать? - Знакомый голос заставил девушку обернуться. -Нет, а что? Хочешь моё доесть? - Спросила Евангелия. -Если честно, то да. Ты не против, если я возьму? -Бери, конечно, мне не жалко, я всё равно больше не съем. – Евангелия отдала тарелку с оставшейся половиной тушеной капусты своему товарищу. Кому-то эта еда поможет насытиться, а девушке она сейчас ни к чему. Теперь тарелку не надо относить на помыв и Евангелия со спокойной душой отправилась в тринадцатую комнату. Она хотела лечь пораньше. На выходе из столовой стоял Яков. Выглядел он слегка помято, видимо день у него тоже выдался тяжёлый. Дедушка засыпал прямо стоя. Наблюдать за этим оказалось довольно мило, но неприлично смотреть на засыпающего человека. Евангелия подошла к бедному Якову. - Добрый вечер, Яков. Как у вас день прошёл? - Девушка с улыбкой на лице начала разговор с уже проснувшимся дедушкой. -А? Кто это? - Яков сначала начал мотать головой в поиске того, кто решился с ним поговорить. После того, как с его глаз пропала пелена сна, он увидел Евангелию, стоящую перед ним, но сначала не узнал. Немного прищурившись, Яков начал осматривать самозванку и над его головой будто бы загорелась лампочка. – А, Женька, ты что ли? Во проказник нашёлся! Ладно-ладно, касатик, спасибо тебе сердечное, что разбудил, а то бы так и уснул на месте. Что ты сказал, не расслышал я, извиняй старого. - Ничего страшного. Спрашиваю: как у вас день прошёл? Чего ж вы такой сонный? - Повторила Евангелия. - Да работы мне много сегодня обозначили. Ещё и заставили вам для закалки вёдра со льдом набрать! А я чей думаю: откуда мне лёд то в этом месте достать? Ну и пришлось по корпусам бегать. Нигде не нашёл. Так и отправили меня с сопровождающими на лошадях к трактиру ближайшему, а в руки дали переносную бочку небольшую с крышкой, ну эту, с ремнями. Её еще на спину надевать надо, знаешь, дума. Без повозки, верхом на лошади, а за спиной ещё и бочка. А я давно не молодой, верхом давно не ездил. У меня как защемило спину на середине дороги! Но деваться-то некуда, пришлось дальше ехать. До трактира добрались, льда набрали в эту бочку и обратно поехали. Теперь бочка не пустая, ещё тяжелее стала! В общем кошмарный день выдался. Ты то как? Первый учебный день же. – Яков полностью проснулся. Евангелия и подумать не могла, что обычные разговоры могут так приободрить людей. Видимо некоторым тут действительно не с кем поболтать. Ну Евангелия не против перекинуться парой словечек с хорошими людьми. -У меня всё хорошо, первый день заставил немного попотеть, а мне тоже на здоровье и силу не повезло особо. Приходилось выкручиваться. Познакомился с Хейли, когда приходил в левый корпус за новой формой. Хорошая девушка, милая, разговорчивая. Ещё шины сегодня перетаскивали. А я же не силён особо, вот и начал их катить. Сперва меня за смекалку похвалили, ну а потом сказали, что для меня временная привилегия и пока силы не наберусь могу их катить. – Рассказала небольшую историю о сегодняшнем дне Евангелия. -Глянь-ка каков хитрец! Ну ты, Женька, молодчик, конечно! До тебя так никто не делал. Сказано перетащить, вот все и перетаскивали, а ты взял, да покатил. Молодец! Хороший навык в любых правилах лазейку искать. Поможет он тебе, жизнь облегчит. А Хейли тебе как? - С ухмылкой спросил Яков. -Вы на что мне тут намекаете, Яков? - Рассмеялась Евангелия, а вместе с ней и сам дедушка. – Хорошая девушка. Рассказывала про охранника в левом корпусе. -Про этого старого ворчуна Рудольфа? Небось он уже всех в левом корпусе из себя вывел. Так себе человек. Ворчит и ворчит без остановки, а слово ему хоть одно вымолвишь – сразу крик поднимает. Мне он тоже не нравиться. Хотел я с ним поболтать пару раз, так он на меня бочку катит, мол вот чего это я посмел нарушить его покой, мне бы работать надо, да и вообще пожелал, чтоб я ему больше на глаза не попадался больше. – Возмущался Яков. Кажется, что каждый думает о Рудольфе, как о старом противном ворчуне, с которым невозможно нормально поговорить. Все, кто так думает, думает правильно. Человек гнилой. Но что-то же заставило его так сгнить. -Я когда в левый корпус в вечернее свободное время пришёл, чтобы с Хейли поговорить, он мне смерти пожелал и сказал, что моя голова будет висеть на стене главное корпуса, как трофей. Я его ненормальным посчитал. Что вообще с ним произошло? Он же не просто так злой такой. - Евангелии действительно интересно что же такого глобального с ним произошло, что он стал таким. -А мне почем знать? Я уж тут столько лет работаю, только года три или даже четыре никому из нам не платят ни копейки. И уволится теперь нельзя. Ну не об этом сейчас. Я его когда впервые тут встретил, а Рудольф работать сюда позже меня пришёл, то он уже такой был. Слово из него хорошего вымолвить нельзя. Хоть дуло пистолета к его пустой голове поставь, он все равно слова доброго не скажет. Заболтался я что-то с тобой, давай иди на водные процедуры, да спать ложись. А у меня время трапезничать пришло. – Сказал Яков, потирая руки от предвкушения. За столько лет работы он уже привык к такой еде. -Ладно, приятного вам аппетита и спокойной ночи. - Сказала Евангелия на прощание. -Спасибо тебе большое, завтра ещё встрянемся. – Улыбнулся Яков. После этого хорошего разговора, Евангелия, как и сказал Яков, отправилась на водные процедуры. В душевой было прохладно, но смыть с себя грязь с потом надо. Девушка переоделась, пока никого нет и отправилась в комнату. Там она легла на свою койку и немного погодя уснула. Завтрашний день может быть даст ещё больше ответов, на некоторые вопросы. А может и не принести никакой пользы, а только вред, но об этом мы узнаем потом. Сейчас же пожелаем самозванке доброй ночи.