Ненавижу тебя, Агрест

Маринетт вышла со школы и вдохнула свежего воздуха, побежав домой, да побыстрей, дабы Адриан её не заметил и не начал опять её обижать. В это же время из школы вышел Агрест, отпихивая надоевших ему фанатов. Ну а что? Они за ним весь день бегали, как хвостик, который так и хотелось оторвать. Кому не надоест? Парня уже ждала машина. Телохранитель Агреста-младшего, стоял и ждал. Тот, ни о чём не думая, сел в машину. Он лишь открыл окно, и начал там дымить, предварительно открыв окно. А что? Горилла всё равно разговаривать толком не умеет, отцу не расскажет. Почему бы и нет? Через пятнадцать минут, Адриан уже сидел у себя в комнате и пил вино. Он конечно же, знал о вечеринке в ночном клубе, но при этом решил немного выпить. «А вдруг эта дизайнерша пойдёт туда? Унижу-ка я её перед всеми…» — подумал Агрест и тут же расхохотался, после достал свой дорогой телефон IPhone 13 и начал там сидеть. Маринетт пришла домой в приподнятом настроении и уже без тараканов в голове с неприятным именем «Агрест заявится на вечеринку». Она быстро сделала уроки и пошла собираться. Надев длинное красное платье (клуб «Райский Цирк» был достаточно элитным) в винтажном стиле, девушка сделала себе пучок, накрасила ресницы, подчеркнув глаза тенями, она взяла шестьдесят евро (примерно 3590 руб.), положив их в сумочку пудрового оттенка. Девушка выбежала из дома, направившись на автобусную остановку. Вскоре Маринетт уже была на месте. Дюпен-Чен зашла в клуб, где было, как ни странно, много народу и играла музыка. К её счастью, Аля всё-таки пришла. Синевласка разглядела подругу в толпе и побежала обнимать. Маринетт оглянулась, надеясь, что приставучий Адриан сюда не явился. Но не тут-то было. Этот самовлюблённый придурок всё-таки пришёл. Девушка надула губы. Её опасения стали явью. Отдохнула называется. «Вот ведь зараза…» — подумала Маринетт и произнесла: — Аля… — не успела она и договорить, как Сезар её перебила. — Да, знаю, он здесь. Мы с тобой спрячемся в толпе и нас не увидят, — сказала мулатка, потащив Дюпен-Чен за свободный столик. Маринетт даже и не заметила, как подруга протащила её мимо Агреста! Ну вот и всё, пиши пропало. Адриан, конечно же, её увидел и пошёл за ней. Ему же обязательно надо испортить настроение Дюпен-Чен! Адриан подошёл к столику, где сидели подруги. Маринетт выпучила глаза, а сердце забилось так, что казалось, грозило выскочить из грудной клетки. — Вижу, ты тут славно проводишь время. Ты боишься меня, и это я тоже вижу. Пришёл сказать, что ты, Маринетт Дюпен-Чен, самая отвратительная на этом свете, — сказал он, расхохотавшись. Маринетт нахмурилась и встала. — Ты… ты… я тебя не боюсь, это раз! И два: я не отвратительная, лучше на себя взгляни! Ты самый отвратительный, самовлюблённый придурок и мерзавец, которого я только видела на этом свете! Если ты ещё раз ко мне подойдёшь или что-то скажешь в мой адрес, я даже не знаю, что с тобой сделаю! Я ясно выразилась? — она тыкнула своим пальцем ему в грудь, разрываясь от гнева. Адриан стоял как вкопанный, не зная, что и ответить. Маринетт Дюпен-Чен только что отчитала его перед всеми, как нашкодившего котёнка. Кто-то даже повернулся, интересуясь, что же там творится. Аля тоже была ошарашена. Адриан тихо поплёлся к своему столику с недопитым алкоголем, промолчав и ничего не ответив. — Ну ты даёшь, Маринетт, — процедила Аля и запила ком в горле вишнёвым соком. Дюпен-Чен стояла возле столика, смотря вслед идущему на своё место Адриану. Она закатила глаза, садясь на стул. Фигура парня наконец-то скрылась за толпой людей. Она его отчитала! Впервые в жизни сам Агрест-младший не смог ответить на чужие слова! Она вздохнула и помахала на себя ладонями, от гнева ей стало жарко. — Так, давай это забудем и просто сделаем вид, что ничего не было, — объяснила Маринетт Але и выпила лимонад, но девушка всё равно не смогла бы забыть тот случай. Так до поздней ночи Сезар и Дюпен-Чен просидели в клубе. Маринетт, попрощавшись с Алей, пошла домой. Агрест выходил после неё. — Поехали, я тебя домой отвезу, — сказал блондин, останавливая Маринетт. — Отстань, ничего мне от тебя не нужно, я как-нибудь сама, спасибо! — она зачем-то толкнула Агреста. Тот начал на неё таращиться, а потом, ни с того ни с сего, поцеловал. Да ещё и в губы. Маринетт ответила. Зачем? Кто знает… Тут девушку осенило, что она делает что-то не то и моментально отлипла от Агреста, покраснев от возмущения, которому не было предела. — Что ты делаешь?! Ты в своём уме вообще?! Совсем мозги отшиб своей этой дрянью! — она часто задышала, дожидаясь от него ответа. Агрест опять не знал, что ответить. Он и сам не знал, зачем так поступил. — Я… я не знаю… Погоди, а ты зачем меня поцеловала? Ты ответила на поцелуй, — заметил парень, скрестив руки на груди. Маринетт превратилась в «мямлезавра» и попросту опустила голову, ещё сильнее покраснев. — Ты меня слышишь? Ау! — спросил Агрест, щёлкнув пальцами возле её лица. — Зачем ты меня поцеловала? Почему сразу не отошла, например? У Маринетт уже терпение лопнуло, её возмущению не было предела, она даже затряслась от эмоций. — Я?! Да… Чтоб тебя чёрт побрал! Не целовала я тебя, отвали уже от меня! Прекрати за мной гоняться, как хвост, который руки так и чешутся оторвать! Ненавижу тебя, Агрест! — она отвесила ему пощёчину и убежала домой.