Ненавижу тебя, Агрест

Маринетт приехала домой злая и с мыслями о том, что она снова поцеловалась с Агрестом! Бред! Она забралась к себе в комнату, села на стул и, пытаясь отмахнуться от этой мысли, принялась вязать шарф. Но тараканы голову покидать не собирались. «Может, рассказать об этом Але?» — подумала Маринетт и продолжила дальше. — «Хотя, она может разболтать Нино. Опять не то». «Неужели этот остолоп и правда в меня влюбился? Он же не умеет» — думала Маринетт, пребывая в растерянности. Она знала это не только благодаря эгоизму Адриана, но и из-за одной ситуации с Цуруги, которая так же ему поверила, влюбилась в него, а тот попросту её использовал. Он сказал Кагами, что никогда её не любил, тем самым очень обидев японку. Маринетт, узнав об этом, очень разозлилась на одноклассника, пообещав себе, что никогда больше не заговорит с этим придурком, не знающим ничего, кроме «теории унижения людей» и «уроков ощущения себя лучшим и правым в любом деле». С Дюпен-Чен, конечно, это не прокатило. У синевласки от этих мыслей, вместо шарфа, получился ёжик из ниток и торчащих спиц. Девушка встряхнула головой, пытаясь выкинуть таракана из головы, мешающего ей вязать. Она выдернула спицы и принялась распутывать узелки, после чего начала заново вязать.

***

Спустя три часа, в дверь Маринетт постучались. Девушка, погружённая в свои мысли, вздрогнула, отложила работу и побежала вниз открывать гостю дверь. К удивлению и ужасу Маринетт, незнакомцем оказался Агрест. Дюпен-Чен открыла дверь, отпрянула, а в голове возник малюсенький вопрос: «Какого черта он тут забыл?». Она просто стояла, как вкопанная, не зная, что и сказать. — Я пришёл извиниться, — бросил Агрест и продолжил. — Ты меня так отчитывала последнее время, что я понял, что был не прав. Мне и правда понравились те два поцелуя, — произнёс он, заставив Маринетт окончательно потерять контроль над собой. У неё начался нервный тик и задёргался правый глаз. — Убирайся отсюда! И из моей жизни тоже! Не желаю тебя больше видеть! Никогда! Ты делаешь, даже не думая, а потом извиняешься! Вон отсюда! — она закричала, готовясь бросить в Агреста пенал, который вовремя схватила. — Нет, ты неправильно поняла. Я исправлюсь, клянусь. Только если и ты мне не поможешь, не поможет никто, — тихо произнёс Агрест, медленно и в тоже время незаметно подходя к Дюпен-Чен. От этих слов у девушки чуть сердце на Мальдивы не улетело. Он точно слетел с катушек! — Ты что, хочешь, чтобы я поверила тебе, как последняя дура, а потом у меня будет ситуация, как и у Кагами? Да? — спокойно ответила Маринетт, но в её голосе звучали нотки гнева. — Маринетт, прошу тебя, — Адриан взял её за талию, захотев её поцеловать, но не тут-то было. Дюпен-Чен взяла, оттолкнула Агреста и закрыла дверь прямо перед его носом. С тех пор они больше никогда не общались. Адриан продолжил быть таким, каким и был, но хотя бы не приставал к Дюпен-Чен, к великому её счастию.