Мои братья Ким Намджун, Чон Хосок и Ким Тэхен/ 18+

Ли. -Ли, прости меня, я все понял, - с глаз Юнги стекала, слезала. -Юнги, ты трахал ее, а мне говорил, что любишь меня больше жизни. Я тебе не верю, - я кричала на него, меня не волновало, что я могла сорвать голос. -Ли, как тебе ещё доказать, что она для меня ничего не значит? – он посмотрел на окно, и сразу же запрыгнул на подоконник. -Слезь, Юнги, ты же высоты боишься, - я испугалась за него, мало ли что им сейчас движет. -Нет, - он открыл окно. -Я не слезу отсюда, пока ты меня не простишь. -Все, простила, - кричу я, лишь бы слез. -Теперь слазь с подоконника, - медленно подхожу к окну. -Ты это специально говоришь, лишь бы я слез, - его красные от слез глаза, заставляли меня чувствовать себя виноватой. -Нет же Юнги, простила, иди ко мне, - зову его к себе и тяну руку, чтоб хорошенько дать ему по щам, за такое выступление. -Ли, - его ноги начали заплетаться, он, словно ничего не видит. -Юнги? – он делает не верный шаг и оступается, он падает из окна. -ЮНГИИИИИ!!! – я подбежала к окну, а толку? В комнату зашёл Чимин. -Что ты здесь делаешь? – со слезами на глазах спрашиваю я. -Проснись, - о чем он, Чимин начал трясти меня за плечи. -Ли, просыпайся. Это был лишь сон, фууух, мне это всего лишь приснилось. Боже, я уж было подумала, что это правда. -Чимин? – удивилась я. -Ли? – он поднял бровь. -Ты что кричала-то? -А…кошмар снился, - ведь и вправду кошмар. -Пошли завтракать, Тэхен уже семь раз звонил, спрашивал, когда ты дома будешь? -Стоп, а я где? – поднимаюсь на локти, чтоб осмотреться вокруг. Отлично, я даже не заметила, что это не моя комната. -Ты в моем убежище, - он заливался от смеха. -Добро пожаловать! -Ты никогда не рассказывал, что у тебя есть убежище, - я встала с кровати, Чимин протянул мне свою футболку. -Про него никто не знает, кроме Тэхена, ну и теперь тебя, - он наблюдал, как я натягивала на себя его футболку, его взгляд выглядел, как взгляд победителя, ну уж нет Пак Чимин, мы ещё поиграем. -Мы особенные? -Можно и так сказать, - он запустил руку в волосы. -Пошли завтракать? А то все остынет, - он скомандовал и мы пошли на кухню. Дом был небольшим, но уютным, здесь всего четыре комнаты. Комната, в которой мы провели ночь, напомнила мне мою, ничего лишнего шкаф, кровать, а над ней картина, комод и телевизор, но больше меня удивило пустая стена слева от кровати, в точности, как в моей старой комнате. Зайдя на кухню, в нос ударил приятный запах кофе и оладьев. Я признаться удивилась, способностям Чимина, он начинает удивлять меня все больше и больше. -Ты все это сам приготовил? – я удивилась. -Да, а что ты сомневалась во мне? – нахмурив, брови он посмотрел на меня. -Ни на секунду, - взглянув на него, ответила с иронией. Боже, это так вкусно, эти оладьи просто прекрасны, я в жизни таких не ела. Намджун всегда рассказывал про нашу бабушку, она готовила очень вкусные оладьи, ее не стало ещё до нашего рождения. Хоби и Джун пытались научиться печь оладушки, как это делала бабушка, но все равно таких вкусных у них не получалось. Хоби всегда говорит, что мы мало любви в них вкладываем, и правда, оладьи Хенов не такие вкусные, как оладьи Чимина. Вот бы попробовать оладьи бабушки, вкус у них наверно прекрасный. Мои рассуждения прервал телефон Чимина. -Тэхен? Да брат, что случилось? – его глаза забегали. -Понял, сейчас будем, - он посмотрел на меня растерянными взглядом. -Что случилось? -Собирайся быстрее, Хоби в больнице, - я пулей побежала в комнату, понимая, что в этом платье я не могу появиться в больнице. -Мы заедем переодеться? – спросила я бегающего Чимина. -У меня есть вещи мамы, они должны тебе подойти, - Чимин направился в комнату, которая была дальше всех, через несколько минут он вышел с футболкой и джинсами в руке. -Вот, держи. Белая футболка и чёрные джинсы, сели просто идеально, словно, они были взяты из моего гардероба. Чимин сидел в машине и покорно ждал, пока я закрою дверь дома. Сев в машину, мы резко сорвались с места, оставив за собой следы от шин. Всю дорогу я думала, что случилось с Хоби, тысячи мыслей и не одной успокаивающей. Все самое плохое сразу лезет в голову, он самый старший, и всегда нам помогал, на нем мы все держались, черт, все ещё держимся. Чимин то и дело смотрела на меня, проверял, плачу я или нет, но у меня всегда так, пока не увижу полной картины, не поддамся эмоциям и не зальюсь слезами. Подъехав к больнице, я заметила машину Хоби и Тэхена, на которой он почти не ездит. Залетев в больницу и найдя регистратуру, спросила у медсестры. -В какой палате Чон Хосок? – медсестра была в возрасте, и еле двигалась. -А вы ему кто? – нагло посмотрев на меня, она спросила. -Сестра, - процедила в ответ. -А это кто? Брат? – саркастически спросила женщина, глядя на Чимина. -Я ее муж, - рявкнул Чимин, я даже не обратила внимания, кем он представился. -На третьем этаже, 307 палата, - указав, куда нам идти, мы рванули туда. Около палаты стоял Джун, Джин, Чонгук и Тэхен. Увидев меня, Джун подбежал ко мне и обнял меня, мне сейчас страшно как никогда. Он обнял, на душе стало легче и теплее, но что с Хоби он не спешил говорить. -Джуни, - посмотрев ему прямо в глаза, я начала допрос. -Где Хосок? – к нам подошёл Тэхен. -Ли, ты главное не нервничай, - положив, руку на плечо сказал Тэ. -От этих слов я ещё больше нервничаю, поэтому говорите, где брат? - громко сказав, все сидящие вздрогнули. -У него операция, он попал в аварию…- Джун выдал, и мне стало плохо. Парни усадили меня на кресло, Чонгук принес воды. -Какая авария? – собравшись с мыслями, спросила я. -Он ехал на перекрёстке, машина, которая по дорожным правилам должна была пропустить, рванула, когда Хоби нажал на газ. Машина въехала, прям в то, место, где сидел Хоби, - меня, накрыла пелена слез, в ушах звенит, руки трясутся, ноги не держат. Чонгук, стоящий около меня сразу же подхватил. -Что говорят врачи? – тихо, словно шёпотом спросила я. -У него сломано пару рёбер, и повреждена нога, рассечена сильно, какой-то железкой распороло, ее зашивают. И сломана рука, сказали, жить будет, - спокойно рассказал Джин. Кто это был? Какая тварь не знает правил дорожного движения, я найду эту суку и заставлю пожалеть о том, что он вообще решил учиться на права. Мы сидели около операционной порядка трех часов, доктор все не выходит и не выходит, что там можно делать, зашить ногу и все. Чимин который сидел напротив меня, переживал ещё сильнее, чем я, только вот не ясно, его беспокоил исход операции, или ему было страшно за меня. Все здесь сидящие знают, как для меня важна семья, как для меня важны мои братья. Они заменили нам родителей, и тянули нас и до сих пор тянут, они ни разу нас не осудили за что-то, они всегда поддержат нас и помогут с выбором. Хоби меня всегда ревновал к Джуну, потому что я всегда была с ним, а ему уделяла мало времени. Но Хоби я люблю не меньше Джуна, он мой самый родной и близкий человек. На его двадцатый день рождения, я пришла к нему в кабинет, когда у него было совещание, и принесла рисунок, где был нарисован он и я, державшись за ручку, а сверху и снизу подпись «С Днём Рождения, Хосок. Я тебя очень люблю». Этот рисунок стоит до сих пор на его рабочем столе, возле нашей совместной фотографии. Он тогда злобно на меня посмотрел, пока я не дала ему этот рисунок, он сразу изменился в лице и поцеловал меня в макушку, посадив на колени. Тогда я впервые побывал на совещание. Хоби даже не пытался меня выгнать. Из мыслей меня приземлил врач, вышедший из операционной.