Вчерашнее завтра

Мы подходим друг другу, как два осколка, которые могут создать новое единое целое.

(с) «Судьба: сага Винкс. Путь феи»

Алфея стояла на своём месте — такая же, как и всегда, но всё же другая. Стены успели очистить, башни достроить, а в центральном дворе снова зазеленели газоны. Солнце лилось в высокие окна, отражалось от начищенного паркета, и от этого света, чистого и тёплого, казалось, что никакой войны и не было. Только если присмотреться — на некоторых камнях всё ещё виднелись тёмные пятна крови, вот только не в действительности, а в памяти старых студентов, вернувшихся к учёбе. Аиша сидела в инвалидном кресле за столом, за которым когда-то сидела Розалинда. Стол был слишком высок для неё теперь, и кто-то из студентов притащил подушку, смешную, в цветочек, явно из чьей-то спальни, чтобы она могла доставать до бумаг. Аиша её не использовала, но и не убирала, потому что этот цветочек, глупый и неуместный, напоминал, что жизнь продолжается. И в этой мысли она находила счастье. Так, Аиша перебирала документы, когда в дверь постучали. — Войдите! Терра появилась в проёме — улыбающаяся, живая, с дорожной сумкой через плечо. Она бросила сумку у двери и сразу подошла к Аише, наклонилась, обняла крепко, по-дружески. — Ну здравствуй, директор, — сказала она, отстраняясь. — Как ты тут без меня? — Скучала, — Аиша искренне улыбнулась. — Кто мне будет жаловаться на студентов, если не ты? — Найдутся, — Терра отмахнулась, после чего плюхнулась на стул напротив. — Как дела вообще? — Работаем. Алфея потихоньку встаёт на ноги. Студентов набрали — маловато, конечно, но те, кто есть, стараются. А ты как добралась? — Поезд из Солярии теперь ходит регулярно, представляешь? Всего шесть часов — и ты на месте. Раньше мы добирались днями, с перекладными, с ночёвками в придорожных трактирах. — Мир меняет людей, — Аиша покачала головой. — И транспорт. Терра усмехнулась, тепло, без той горечи, что была раньше, ещё несколько месяцев назад. — Рассказывай давай, как там отец? — Бен? — Терра расплылась в гордой улыбке. — Ты не поверишь. Он снова главный врач во дворце Солярии. Королева Луна лично его назначила. Представляешь? Мой отец, который всю жизнь боялся собственной тени, теперь ходим там, командует, лечит королевскую семью. Аиша рассмеялась: — Бен — придворный врач. Я не сомневалась. — А Сэм, — продолжила тем временем Терра, закатывая глаза, но в этом жесте не было злости, только привычное сестринское ворчание, — Сэм уехал в Линфею. К своей ненаглядной Кристал. Ты бы видела эту девицу — волосы розовые, как сахарная вата, и глазки строит такие, будто она принцесса, а не дочка местного торговца. Жуткая девчонка. Но он счастлив. Звонит каждый день, уже надоел. Говорит, что они с Кристал открывают кафе. Кафе! Сэм, который в жизни ничего сложнее тоста не приготовил. Я теперь жду, когда он начнёт писать кулинарные книги. Аиша залилась смехом: — А ты к ним не собираешься? — Нет, — Терра покачала головой. — Я к ним потом. Сначала здесь. Я по Алфее соскучилась. В этот момент в дверь снова постучали — коротко, уверенно, будто человек снаружи точно знал, что его ждут. — Войдите, — привычно крикнула Аиша. Вошёл Люк, прикрыл за собой дверь. Он немного изменился — возмужал, в глазах появилась та спокойная уверенность, которая бывает у людей, нашедших своё место. Но всё та же модная причёска и всё та же лёгкая неловкость в движениях. — О, — сказал он, увидев Терру. — А ты уже здесь. Привет. — Привет, — Терра махнула рукой. — Проходи, не стесняйся, все свои. — Люк, — Аиша кивнула ему. — Рада видеть. Как учёба? — Почти закончил, — он присел на краешек стула рядом с Террой. — Ещё семестр — и я официально специалист. — А потом? — А потом... — он пожал плечами, но в этом жесте не было неуверенности, скорее раздумье. — Думаю, может, во дворец податься. Говорят, там работа для специалистов есть. — Да ну, — Терра толкнула его в плечо. — Оставайся в Алфее. Преподавать будешь. Аиша, возьмёшь его на ставку? — Посмотрим, — Аиша улыбнулась. — Сначала пусть доучится. Она перевела взгляд на Терру, но Люк вдруг засмеялся: — Помнишь, Аиша, как мы в классе сидели? Ты, я и бутылка крепкого, что ты у кого-то стащила? — Я не стащила, — Аиша неловко подняла бровь. — Я реквизировала на нужды обороны. — Ага, — Люк хмыкнул. — И нужды обороны требовали, чтобы мы напились вдвоём и обсуждали, кто из нас больше боится завтрашнего дня. — Это была стратегическая сессия, — Аиша старалась сохранять серьёзное лицо, но, наконец, не выдержала и рассмеялась. — Ладно, была сессия. И да, ты тогда на утро выглядел ещё хуже, чем я. — Потому что я не умею пить, — Люк развёл руками. — Я специалист, а не алкоголик. Терра смотрела на них и качала головой: — А меня не позвали? — Ты была не в Алфее, — напомнила Аиша. — Эх, — Терра вздохнула театрально. — Вечно я всё самое интересное пропускаю. — Ладно, — Аиша махнула рукой. — Хватит воспоминаний. Терра, я тебя позвала не только поболтать. Хочу предложить тебе должность. Терра насторожилась: — Какую? — Преподаватель ботаники. Ставка открыта, студенты ждут, а я не могу найти человека, который знал бы о растениях больше, чем ты. — Но я никогда не учила, — Терра растерянно посмотрела на свои руки. — Я даже школу не закончила нормально, если честно. А тут — преподавать? — Ты знаешь о растениях больше любого дипломированного профессора, — твёрдо сказала Аиша. — Ты выжила в лесу, ты сражалась, ты помогала другим. Это не диплом, это опыт. И потом... — Она замялась на секунду. — Флора бы хотела, чтобы это место заняла ты. Терра задумчиво посмотрела в окно. Там, за стеклом, сияло солнце и где-то вдалеке виднелись верхушки деревьев Запретного леса. — Хорошо, — сказала она наконец. — Я попробую. — С понедельника жду тебя с планом занятий, — Аиша кивнула. — И не вздумай отказываться потом, когда втянешься. — Не откажусь, — Терра улыбнулась. — Спасибо, подруга! Люк тут же хлопнул её по плечу: — Поздравляю, профессор. — Ой помолчи, — беззлобно огрызнулась Терра. — Ладно, — Аиша махнула рукой. — Идите уже, еще успеем поболтать. Заселяйтесь, отдыхайте. — Есть, директор, — Терра встала, отдала шутливую честь. А после они с Люком вышли, и кабинет погрузился в тишину. Аиша проводила их взглядом, потом повернулась к окну. За стеклом сияло солнце. Алфея жила.

***

За это время медпункт Алфеи успели не только восстановить, но и расширить: теперь здесь было три отдельных палаты, перевязочная и даже маленькая аптека с полным набором трав и настоек. Пахло чистотой, сушёной ромашкой и ещё чем-то лекарственным, неуловимым. Солнечные лучи пробивались сквозь высокие окна. Эйми сидела на кушетке, закатав рукав кофты. Рука была всё ещё замотана бинтами, но уже не так плотно, как месяц назад — поранилась на работе, но скоро можно будет снять повязку совсем. Сол сидел рядом. Близко, но не вплотную — сохраняя ту дистанцию, которую они оба ещё не решались сократить. — Не больно? — спросил он, осторожно касаясь пальцами края повязки. — Нет, — Эйми покачала головой. — Уже почти не чувствую. Только иногда, когда погода меняется, ноет. Они вновь замолчали. В медпункте было тихо, только где-то в глубине капала вода из неплотно закрытого крана. — Сол, — позвала Эйми тихо. Я хочу тебе кое-что сказать. Он повернулся к ней, внимательно, чуть настороженно: — Я слушаю. Эйми посмотрела на свои руки, на бинты, на солнечные пятна на полу. Потом подняла глаза: — Я очень рада, что ты тогда выжил. В бою. Я... я не представляю, что бы я делала, если бы ты... Она не договорила. Сол взял её руку в свою — осторожно, стараясь не задеть больное место. — Я тоже рад, — сказал он просто. — Что мы оба выжили. Они смотрели друг на друга, и между ними было что-то такое, чему даже названия нет. Тёплое. Светлое. Очень робкое. Несмотря на возраст. В этот момент дверь внезапно распахнулась с такой силой, что едва не слетела с петель. — Профессор Лерой! — выпалил Марко, влетая в медпункт. Сол с Эйми тут же отпрянули друг от друга, будто были подростками. — Профессор Лерой, вы здесь! А я вас везде ищу! Он запыхался, на щеке красовалась свежая царапина, а в руках он сжимал какую-то старую книгу — потрёпанную, с выцветшими буквами на корешке. Форма помощника сидела на нём кривовато, рубашка выбилась из-за пояса, но глаза горели таким огнём, что на остальное никто не обращал внимания. — Марко, — Эйми вздохнула, но беззлобно. — Сколько раз тебе говорить: не врывайся. Ты работаешь здесь уже полгода, мог бы научиться стучать. — Простите, — выдохнул он, но было видно, что извиняется он только из вежливости. — Я нашёл! Я должен был сразу вам показать! — Здравствуй, Марко, — спокойно сказал Сол, напоминая, что и он вообще-то здесь. — Как твоя царапина? — А, ерунда, — Марко махнул рукой. — Зацепился об ящик в подвале, когда книги перебирал. Профессор Сильва, вы не представляете, что я нашёл! — Покажи, — Эйми похлопала по кушетке рядом с собой. — Садись и рассказывай спокойно. Марко подбежал, рухнул на кушетку с другой стороны от Эйми и развернул книгу на нужной странице. Пальцы у него дрожали от возбуждения. — Вот! Смотрите! Ритуал восстановления магии! Я копался в старых архивах Алфеи, в подвалах, там, где ещё не всё разобрали, и нашёл! Это древний текст, ему лет двести, но формула работает! Я проверил расчёты, я всё перевёл, я... — Марко, — перебила Эйми мягко. — Дыши. Он послушно выдохнул; не сдержавшись, рассмеялся от радости и, наконец, собравшись ткнул пальцем в страницу. Эйми перегнулась через него, вглядываясь в пожелтевший пергамент. Сол тоже подался вперёд. — Тут половина слов непонятна, — сказала Эйми. — Я перевёл! — Марко вытащил из кармана мятые листы, исписанные убористым почерком. — Вот, смотрите, поэтапно. Сложно, опасно, но если сработает — я снова буду магом! Я смогу вернуть то, что забрали эти твари! Сол переглянулся с Эйми. — Ты уверен? — спросил он у Марко. — Нет, — честно ответил парень. — Но я хочу попробовать. Вы... вы поможете? Он смотрел на них с такой надеждой, что отказать было невозможно. — Куда ж мы без тебя, — сказала Эйми. — Разберёмся. Марко расплылся в улыбке до ушей: — Спасибо! Я не подведу! Я обещаю! Он вскочил, прижимая книгу к груди, и вылетел в коридор так же стремительно, как влетел. Дверь за ним хлопнула. В медпункте повисла тишина. — Никогда не изменится, — сказала Эйми, качая головой. — А надо? — спросил Сол. — Наверное, нет, — она улыбнулась. — Было бы скучно. Они снова остались вдвоём. Сол посмотрел на неё и неожиданно, даже для себя, спросил: — Эйми, а ты как думаешь, у него получится? — Не знаю, — она пожала плечами. — Но если у кого и получится, то у Марко. Он упрямый и талантливый. Я за полгода работы с ним это хорошо усвоила. — Ты хороший начальник, — сказал Сол. — Он тебя уважает. — Он просто боится меня, — Эйми фыркнула. — Я его один раз отчитала за опоздание, и он до сих пор вздрагивает, когда я строго смотрю. — А ты строго смотришь? — Когда надо. Они засмеялись. И в этом смехе, лёгком и свободном, было всё то, что они не решались сказать вслух. — Сол, — Эйми вдруг стала серьёзной. — Я рада, что ты есть. Просто... рада. Он кивнул: — Я тоже.

***

Дворец Солярии сиял. Полгода назад здесь было мрачно — слуги ходили на цыпочках, королева не выходила из тронного зала. Теперь всё изменилось: люстры горели ярко, полы блестели, в вазах стояли свежие цветы, и даже стража у дверей улыбалась. Королева Луна всё так же сидела на троне в полном облачении, и вид у неё был такой величественный, что даже птицы за окнами пели тише, но рядом, чуть поодаль, стояла Стелла — в платье наследницы, с диадемой в волосах, и смотрела уже не капризно и устало, как раньше, а спокойно, по-взрослому. Будто война выжгла в ней всё лишнее и оставила только то, что действительно важно. События на границе и та последняя битва оставили неизгладимый отпечаток. Перед ними стоял Брендон. В парадной форме короля Эраклиона он выглядел... непривычно. Слишком официально для парня, который ещё полгода назад таскал тяжёлые мешки с провизией и спал в седле. Но он держался прямо, смотрел открыто, и даже корона — лёгкая, из белого металла, с тонкой гравировкой — сидела на нём не как чужой предмет, а как заслуженная награда. — Ваше Величество, — королева из уважения к правителю другой страны встала и спустилась, чтобы быть на одном уровне. — Я наслышана о вашей работе. Говорят, вы лично участвовали в последней стычке с остатками ведьм. — Участвовал, — Брендон кивнул. — Но это была не стычка, скорее... зачистка. Те, что остались, без Себастьяна не представляют угрозы. Они разбегаются при первом же появлении армии. — И всё же вы рисковали. — Я солдат, Ваше Величество, несмотря на корону. Риск — моя работа. Стелла смотрела на него и не могла сдержать улыбку. Он ловил этот взгляд и каждый раз слегка краснел — даже после всего, даже будучи королём. — Как там Скай? — спросила Стелла, когда пауза затянулась. Брендон вздохнул: — В порядке. Насколько это возможно. Живёт в Эраклионе, помогает восстанавливать разрушенные территории. От престола отказался окончательно — я уже устал ему говорить, что это был его выбор и я не в обиде. Он просто кивает и уходит в лес. Говорит, там легче думается. — Всё ещё ждёт? — тихо, почти шёпотом, спросила принцесса. — Да. Говорит, она обещала вернуться. Будет ждать, сколько надо. Я спрашивал — долго ли? Он ответил: «Столько, сколько потребуется. У меня теперь только это и осталось — ждать». В тронном зале повисла тишина. Даже Луна отвела взгляд куда-то в сторону окна, давая этой тишине место. — Что ж, — сказала она наконец, возвращаясь к разговору. — Я пригласила вас, Ваше Величество, чтобы обсудить будущее наших королевств. Солярия и Эраклион могли бы стать сильнее вместе. Я подумала, что объединённое королевство звучит неплохо, не находите? Стелла замерла. Брендон — тоже. Но в его глазах мелькнуло не смущение, а лёгкое беспокойство. — Мама, — начала Стелла осторожно. — Я понимаю, — Луна подняла руку, останавливая её. — Я понимаю, что Эраклион только недавно обрёл нового правителя. И я помню, сколько лет ваше королевство боролось за независимость. Это не пустой звук. Брендон выдохнул — незаметно, но Стелла заметила. — Ваше Величество, — сказал он спокойно, — я ценю ваше предложение. Честно. Но вы правы: Эраклион слишком долго шёл к тому, чтобы стать самостоятельным королевством. Если мы сейчас объединимся с Солярией... мои люди не поймут. Решат, что я предал их мечту. — Я не предлагаю объединяться завтра же, — Луна покачала головой. — Я предлагаю думать о будущем. О том, что наши королевства могут быть партнёрами. Союзниками. Возможно, когда-нибудь, через поколение, границы сотрутся сами собой. Но не сейчас. Брендон кивнул: — Это мудрое решение, Ваше Величество. Эраклион будет рад партнёрству. Торговля, обмен магическими знаниями, совместная оборона границ — это мы можем обсуждать хоть завтра. — Вот и хорошо, — Луна улыбнулась, тепло, почти по-матерински. — А личные отношения... они пусть остаются личными. Я в них не вмешиваюсь. Она перевела взгляд на Стеллу. Та стояла красная, как помидор. — Мама! — Что? Я ничего не сказала, — Луна подняла брови с невинным видом. — Я просто констатировала факт. Брендон кашлянул в кулак, пряча улыбку. — Ваше Величество, если позволите, я бы хотел обсудить детали торгового соглашения с вашим казначеем. У Эраклиона есть несколько предложений по поставкам... — Конечно-конечно, — Луна кивнула. — Мой казначей вас примет. А сейчас, если не возражаете, я оставлю вас со Стеллой. Уверена, вам есть о чём поговорить. Она величественно поднялась с трона и удалилась, оставив их вдвоём в огромном пустом зале. Стелла выдохнула: — Ну и мама у меня. — Она заботится о тебе, — Брендон пожал плечами. — Это нормально. — Она заботится о политике. Я тут просто приятное дополнение. — Не просто, — он покачал головой. — Ты никогда не была «просто». Они стояли посреди зала, и солнечные лучи падали на них сквозь высокие окна. — Брендон, — сказала Стелла тихо. — Насчёт того, что она сказала... про личные отношения... — Я помню. — Ты... ты не против, если мы... ну, не торопясь? Без политики, без обязательств, просто... — Просто ты и я? — он улыбнулся. — Я только за. Хотя «просто» с тобой не будет. Стелла рассмеялась: — И никаких объединённых королевств? — Никаких! На этот раз в улыбке расплылся уже он — светло, открыто, как улыбался только ей. — Тогда, может, поужинаем сегодня? — предложила Стелла. — В городе открыли новый ресторан. Говорят, там волшебно готовят. — С удовольствием! Только прошу, давай как-нибудь без охраны? А то я никак не привыкну. — Ты обратился к специалисту, — подмигнула ему фея, на что специалист тут же отсалютовал: — Конечно, ведь эта прекрасная фея может исполнить любое желание. На это Стелла уже закатила глаза.

***

В небольшой комнате, заставленной картами и документами, сидела Эрата. Форма капитана группы анализа сидела на ней идеально. Перед ней громоздились стопки бумаг, отчёты с границ, донесения разведки, списки личного состава. Дверь открылась без стука. Уолтер вошёл, как к себе домой, в форме капитана армии, с той самой лёгкой усмешкой, которая никогда не исчезала с его лица, и с двумя кружками горячего чая в руках. — Мешаю? — спросил он, закрывая дверь ногой. — Постоянно, — ответила Эрата, не поднимая головы. Уо тем временем подошёл, поставил одну кружку перед ней, вторую — на край стола. Потом бесцеремонно сдвинул часть бумаг в сторону и уселся прямо на освободившееся место. — Ты опять на мои документы сел, — сказала Эрата, но в голосе не было злости. — Они мягкие. И пахнут интересно. — Чем? — Тобой. Она подняла голову, посмотрела на него долгим взглядом: — Ты идиот, Уолтер. — Знаю. — Он взял её за руку, ту, что лежала на столе. — Ты идёшь ужинать? — Мне надо закончить отчёт. — Отчёт подождёт до завтра. А я не подожду. Эрата вздохнула театрально, но с улыбкой, и всё-таки встала: — Ладно. Но если королева спросит, я скажу, что ты меня похитил. — Договорились. Я всегда мечтал быть похитителем капитанов. Это звучит почти романтично. — Почти? — с усмешкой вскинула бровь Эрата. — Ну, если очень постараться, — пожал плечами Уолтер. Наконец, они вышли в коридор, держась за руки. Уже не прячась, не скрываясь. Уже открыто, уже навсегда. В коридоре было пусто — только стража в дальнем конце да слуги, спешащие по делам. Уолтер вдруг остановился, развернул Эрату к себе и поцеловал — прямо посреди коридора, при всей страже. — Ты с ума сошёл? — выдохнула она, отстраняясь. — Давно, — ответил он. — Ты просто не замечала. Эрата рассмеялась — тихо, счастливо: — Пошли уже, похититель. И они ушли, только стража за их спинами непонимающе переглянулась.

***

Домик стоял на краю леса — небольшой, уютный, с крыльцом, увитым плющом, и садом, в который явно вложили душу. От Алфеи сюда было часа два пешком через лес, но тишина того стоила: никаких студентов, никаких звонков, только птицы и ветер. Это был Блэкбридж. Солнце садилось, окрашивая небо в тёплые оранжево-розовые тона. Где-то вдалеке пели птицы, и ветер доносил запах свежескошенной травы и цветов. Муза сидела в кресле-качалке на крыльце, укутавшись в мягкий плед, и держала на руках Мию. Малышка повзрослела — пухлые щёчки, смешные кулачки, которые она всё время пыталась засунуть в рот, и удивительно осмысленный взгляд, будто она понимала что-то, чего не понимали взрослые. Мия что-то лепетала на своём младенческом языке, хватала маму за палец и пыталась стянуть с неё плед. — Ах ты, маленькая хулиганка, — ворковала Муза, целуя дочку в лоб. — В кого ты такая непоседа? Мия в ответ выдала серию торжествующих звуков и ухитрилась-таки стянуть плед на пол. В этот момент Ривен вышел из дома с двумя кружками чая. Поставил одну на перила крыльца, вторую протянул Музе. Потом поднял плед, отряхнул и укутал их обеих обратно. — Держи. Ты опять не спала полночи, я слышал. — Она не спала, — Муза кивнула на Мию. — Зубы режутся. Весь дом на уши поставила. — Я слышал, — повторил он, усмехаясь. Ривен сел на перила напротив, закинул ногу на ногу. Смотрел на них — на жену, на дочь — и не мог насмотреться. В свете заката они казались сошедшими с какой-то старой картины: мать с ребёнком, тишина, покой. — Заснула? — кивнул спустя время он в сторону Мии. — Только что. Представляешь, она сегодня сказала «мама». Не специально, конечно, просто звук, но я всё равно чуть не расплакалась. — И в кого такая говорливая? — с нежностью спросил Ривен, но Муза фыркнула: — В тебя, конечно. Ты у нас любишь поговорить. — Я? — Ривен сделал удивлённое лицо. — Я молчун. — Ой, да ну. Он усмехнулся и замолчал. Смотрел, как закат разливается по небу огромным оранжевым веером. — Красиво здесь, — сказал он тихо. — Да, — Муза кивнула. — Я каждый вечер смотрю и не могу насмотреться. — Не жалеешь, что уехали? — Ни разу. Мия во сне чему-то улыбнулась — наверное, снилось что-то хорошее. Она что-то пробормотала на своём младенческом языке и сильнее прижалась к маме. Ривен спрыгнул с перил, подошёл к ним и опустился на корточки рядом с креслом, после чего положил руку Музе на колено поверх пледа. — Я люблю вас, — сказал он. — Обеих. Сильнее, чем могу объяснить. — Мы знаем, — Муза улыбнулась, протянула свободную руку, коснулась его щеки. Щетина кололась, но это было приятно — живое, настоящее. — И мы тебя. Он повернул голову и поцеловал её ладонь. Вдалеке, за лесом, зажглись первые огни Алфеи. Где-то там Терра готовилась к первому уроку, Аиша разбирала бумаги в кабинете, Люк натачивал оружие для тренировочного спарринга, Марко листал старую книгу в поисках чуда, а Эйми и Сол снова сидели в медпункте и говорили ни о чём — или обо всём сразу. Они не знали, где Розалинда — и не хотели знать. Они обрадовались бы за Брендона и Стеллу, узнав, что в столице они прячутся от королевской охраны, переплетая пальцы под лестницей. В их сердце всегда было место для Уо и Эраты, обретших, наконец, своё счастье. И их душа болела за всех, кого уже было не вернуть. Но прошлым жить долго невозможно. Когда они смотрели на Мию, им хотелось верить в будущее. — Знаешь, о чём я думаю? — вдруг спросила Муза. — О чём? — Что всё получилось. Вопреки всему, вопреки войне, вопреки страху, вопреки тому, что мы столько раз могли погибнуть — всё получилось. Ривен кивнул, не отводя взгляда: — Да. Получилось. Он прислонился головой к её ноге. Она запустила пальцы в его волосы, перебирая пряди. Мия сопела на руках, закат догорал за лесом. Где-то далеко, в Эраклионе, на балконе стоял Скай и смотрел на звёзды. Ждал. Верил. Надеялся. А здесь, на крыльце, было просто хорошо. Тихо. Тепло. Дома. Муза посмотрела на заходящее солнце, на мужа у своих ног, на спящую дочь — и почувствовала, как внутри разливается что-то огромное и светлое. Счастье, наверное. Просто счастье. Конец.

***

Послесловие от автора Знаете, есть вещи, которые невозможно спланировать. Я начала писать этот фанфик в 2022 году. Тогда мне казалось, что всё — точка. Что я больше никогда не смогу сложить буквы в слова, а слова — в истории. Вера в себя закончилась. Я сидела и смотрела на пустой экран, думая: «Ну всё, приехали». А потом появились вы. Сначала один комментарий. Потом второй. Потом кто-то написал в личку: «Ты где? Мы ждём». И я подумала: «Бред. Кто меня ждёт?» Но оказалось — ждали. И не просто ждали, а верили. Сильнее, чем я сама в себя. За это время случилось столько всего, что не уместить в одно послесловие. Чат в телеграмме, где мы смеялись и плакали вместе. Видео, которые вы делали по моим главам — я пересматривала их, когда не верила, что допишу. Мемы, от которых я хохотала в голос посреди ночи. Награды на фикбуке, от которых у меня каждый раз перехватывало дыхание. А ещё — я стала профессиональным автором. Уже за пределами фикбука, за пределами этого фанфика. И знаете что? Без вас этого бы не случилось. Никогда. Я знаю, что в последние годы было трудно. С интернетом, с сайтом, со всем на свете. Иногда казалось, что мир специально чинит препятствия, лишь бы мы не дочитали, не дописали, не встретились в финале. Но мы справились. Я справилась. Я закрываю эту книгу. Она закончена. Можно выдохнуть. Но в сердце осталось столько всего, что не передать словами. Остались вы — те, кто был рядом всё это время. Те, кто писал, поддерживал, ждал. Те, кто ругал меня за задержки (и был прав). Те, кто присылал теории, от которых у меня глаза на лоб лезли. Этот фанфик — наш общий. Не мой, а наш. Потому что без вас он так и остался бы пустым документом на моём компьютере. Да, я закрыла книгу. Но истории не заканчиваются. Они просто ждут своего часа, чтобы начаться снова. И знаете... Вчерашнее завтра наконец-то наступило. То самое, которое мы так долго ждали. Оно здесь. Оно в каждой строчке, в каждом вашем комментарии, в каждом сердце, которое осталось с этой историей до конца. А значит — всё было не зря. Спасибо вам. Честно. От всей души. До новых встреч. Там, за поворотом. Во вчерашнем завтра. Ваша Эмерона *2022–2026*