Новый мир

Казна государства пустела с ужасающей скоростью, в парламенте нарастало недовольство, жена беспокоилась за его здоровье. А ведь прошёл только год с коронации Якова, что же тогда будет дальше? Вот только Эссекса при дворе ему для счастья не хватало! Король решил дать ему еще один шанс в память о прежних днях. В память о тех письмах, которые, скорее всего, даже не сам Эссекс ему писал. Правда, судя по выражению лица, его враг был вовсе не рад снова оказаться во дворце. Роберт сам бы хотел сейчас очутиться подальше отсюда. Ибо они опять начали заседание Тайного совета с того, на чем не смогли договориться в прошлый раз. Опять вернулись к вопросу продажи испанцам голландских городов. Которые стали собственностью короны в предыдущее царствование. Эссекс хранил зловещее молчание, и чем дальше, тем больше оно Роберта пугало. А уж выглядел его враг так, что можно было класть в гроб и закапывать. Роберт по такому случаю с удовольствием сам взял бы в руки лопату, да и король, кажется, был бы не слишком огорчен смертью придворного. Эссекс, был единственным из всех присутствующих здесь, кто воевал с испанцами в Нидерландах. На мгновение Роберт даже что-то вроде сочувствия испытал. Прямо-таки свинцовая бледность, примерно как накрашенное лицо покойной королевы.Было , похоже, что курс, взятый королём, похоронит Деверо вернее, чем это сделал бы Тауэр. -Вам дурно?- почти против воли спросил Роберт. -Здесь раньше было много разногласий , но я не помню чтобы половина Тайного совета пыталась продать Англию. Вы полагаете, что парламент с этим согласиться? -Это чрезвычайно непрактичный подход. -Я знаю точно, что Вашему Величеству будет трудно снискать любовь подданных. Если Тайный совет с вашего согласия и одобрения станет превращать кровь одних в золото для других. -Вы мне угрожаете? Но король здесь я, а не вы. Яков и впрямь выглядел испуганным. - Лорд Эссекс всегда был склонен преувеличивать- с досадой заметил Роберт Пугать беспорядками короля, который и так все время боится за свою жизнь? Так боится, что носит подбитую ватой одежду, едва ли было мудрым. Но когда Эссекс думал о том, что будет с ним завтра? Первая трещина между ним и королем случилась год назад, а сегодня прибавится еще одна. -Сегодня самый черный день моей жизни- решил вбить еще один гвоздь в крышку своего гроба Эссекс. -Вы платите черной неблагодарностью за все мои милости. Для человека, которому он вернул все звания, и место в Тайном совете, Эссекс выказывал на удивление мало благодарности. Ни тени преданности и восхищения, которыми когда-то дышали его письма, не было и в помине на застывшем лице графа. Роберт с тревогой заметил, что Эссекс схватился за шпагу, да так с рукой на эфесе и просидел весь совет. Деверо уже однажды выхватил шпагу на заседании, и после этого был отправлен в Ирландию. Сесил надеялся, что враг об этом помнит. Роберт был почти уверен, что это была не первая оплеуха, которой удостоился Эссекс от Её Величества, но первая, у которой было так много свидетелей. -Я ревностно служил Вашему Величеству до того, как вы были коронованы в Вестминстере. Не многие здесь могут похвастаться тем же- еле вымолвил он бледными до синевы губами. Эссекс был одного цвета с фламандским кружевом своего воротника. Лицо у него было такое же белое и безжизненное. После заседания совета его враг сидел сгорбившись и закрыв лицо руками. Но сегодня отчаяние графа его совсем не обрадовало. Роберт остановился возле его стула. -Вот интересно, а знает ли наш новый король, сколько под одним только Зюфтеном погибло? -Нет, откуда же ему знать. Вы забываете, что Яков Стюарт всю жизнь прожил в Шотландии. Наши дела, за исключением здоровья королевы, были ему… не особенно интересны. -Скажите, что вы не думаете тоже, что и я, граф Солсбери. Только вам никогда не хватит смелости чтобы произнести это вслух. -Вы никогда не давали себе труд задуматься на шаг вперед. Вас отстранят и меня, король найдет себе более сговорчивых советников. Вот он, монарх, которого вы так жаждали увидеть на троне, наслаждайтесь. Великий государь, умеет тратить еще быстрее, чем вы. Воистину велик, во всех своих расходах- язвительно заметил Роберт. -А вы, Сесил, на какие средства возвели ваш замок и сады вокруг? На взятки от испанцев мне думается. Яков и вас не склонен слушать. -Настроив против себя короля вы ничего этим не добьетесь. -Неужели так теперь будет всегда и ничего нельзя сделать? Но это же настоящий позор. -Принц Генри подает большие надежды. Если не можешь победить сейчас, надо отступить и подождать. Раз вы так разочарованы в короле, то может вернетесь в свои поместья и будете разводить лошадей? -Вам бы очень этого хотелось. Но такой радости я вам не доставлю. -Вы всё ещё хотите мою должность, лорд Эссекс? Вы будете чрезвычайно популярным государственным секретарём. Правда, очень недолго- усмехнулся он и повернулся к окну. Толпа на площади и не думала расходиться. -Я не умею добывать деньги из ничего. Это всё, что этому… королю от Тайного совета нужно. - Вы на удивление быстро ухватили суть. -Я никогда не ожидал, что решу когда-нибудь, что королевские фавориты дорого обходятся казне. Это позор для Англии. Роберт Сесил кивнул. Снова против воли. Никогда он так часто не соглашался с Эссексом, как сегодня. И это было очень пугающее открытие. -Якова никогда и не волновала судьба Англии. Только власть и свой карман. -Он и свою корону продаст, если с испанцами сойдется в цене. -Вы знали его лучше, чем я, милорд. -Я мало его знал, как оказалось. Не хочу спорить. Сухой кашель Эссекса звучал на редкость паршиво. С графа вполне сталось бы встать с кровати до того, как ему это разрешили врачи. -Вам стоило еще побыть в постели. Пока этот вопрос с городами не будет решен- без тени заботы посоветовал Сесил. - И как же именно он будет решен? - в голосе Эссекса прорезалась ярость. Он равнодушно пожал плечами. - Так или иначе. Будь граф здоров и преисполнен своей обычной жажды деятельности, то его недруг имел все шансы либо сесть в Тауэр вместе с Рэли, либо быть обезглавленным вместе с Гаем Фоксом. Но почему-то эта мысль Роберта не обрадовала. -Там, в Тауэре…было довольно холодно, знаете ли. Мы с Рэли, похоже, поменялись местами. Я могу его понять, политика его величества очень искушает. Я их всех могу понять. -Ваша болезнь была…очень своевременна. -Никогда не думал, что это скажу, но мне жаль Уолтера Рэли. -Принц Генри навещает его. Похоже, что они подружились. И принц не одобряет многие решения отца. Что же до короля, то он склонен… поддаваться убеждению. Но политика- это искусство компромиссов, которым вы не владеете. Хотя, возможно, вам следует действовать через королеву. Она весьма разумная женщина. И может найти ваше общество приятным. По сравнению с фаворитами Якова и с шотландской свитой короля Роберт Деверо еще прилично смотрелся. Он и в мыслях не позволял себе называть их " шотландской саранчой". Или стервятниками, что пируют над трупом Англии. Но в мыслях Роберт был с памфлетами согласен. -Жаль, что королеву не воскресишь. Я бы согласился опять жить в Тауэре ради этого. -Вы перепутали меня с кем -то из своих друзей- поэтов. Ваши пылкие монологи мне не интересны.- насмешливо заметил Сесил. -Как она умерла? -Быстро. Я не смог уговорить её ни есть, ни спать. -Вспоминала ли она обо мне? - Лишь однажды. -Представляю, в каких выражениях, Бэсс никогда не упускала случая меня отчитать. -Королева сказала, Тауэр- единственное место, что может остудить вашу чересчур горячую голову и научить вас уважению к монарху. А также терпению. -Если ради Англии я должен примириться с вами, то я готов на это. Я знаю, Бэсс хотела чтобы мы служили ей вместе- обычно гладкая речь сбилась , выдавая волнение. Понадобилось три года в Тауэре и год в постели чтобы Эссекс понял и признал то, что ему было очевидно много лет назад. Но Её Величество была тенью себя последние три года. Без своего любимца при дворе. -Не стоит обсуждать это здесь. -У вас или у меня? -Никогда не думал, что приглашу вас к себе домой. Эссекс с видимым трудом поднялся. И шёл медленно и тяжело. Это он-то, который всегда во дворце двигался с неприличной поспешностью. А смотрелся на десять лет старше, чем до заседания совета. Но его все также громко приветствовали на улицах. Бывший фаворит королевы при виде толпы быстро взял себя в руки. Ослепительно улыбался и рукой махал, как будто в его жизни никогда не было ни разочарований, ни потерь. Как и покойной королеве, восхищение и любовь были необходимы ее родичу как воздух. Эссекс сиял улыбкой на все стороны , а шляпой махал так, что с нее сыпались бриллианты и страусиные перья. А потом в толпу свой головной убор и зашвырнул. Кто-то там уже и рисовать графа начал. Роберт, который старался лишний раз не выходить из кареты, наблюдал этот фарс с плохо скрываемым отвращением. Это было опасно похоже на работу монарха, и Эссекс справлялся с этой частью куда лучше, чем король Яков. Роберт Деверо никогда не упускал возможности покрасоваться. Какой монарх стерпел бы подобное? Неизменно подписывающий свои письма к королеве "ваш самый скромный слуга", Эссекс ничего не знал о скромности. Для него это было вежливое слово без особого смысла. Зато с Эссексом рядом он может быть уверен, что никаких покушений на него не будет. Будет неплохо, если лондонцы увидят, как Роберт Деверо садится в его карету. Может не придется находить в саду убитых птиц и смывать оскорбления с ограды поместья. Любимец народа. Вопреки здравому смыслу, его равно любили в победах и в поражениях. Но Роберт не собирался весь день любоваться на то, как лондонцы поклоняются Эссексу. И притворяться, что получает от всего этого затянувшегося спектакля удовольствие. Он знал много способов провести время с большей пользой. -Садитесь уже в карету, прошу- раздраженно окликнул его Роберт. -В карету так в карету. Как же мне всего этого недоставало. -Верно вам хочется вернуться обратно в Тауэр. Ваше призвание не дела государства, а театральные подмостки- не удержавшись съязвил он. -Сегодня на совете я и впрямь не сделал ничего, чтобы заслужить их любовь. Знай лондонцы о чем мы говорили во дворце, то преисполнились бы презрения. Сегодня на совете он увидел в глазах Эссекса чистую незамутненную ненависть, очередной заговор против короля и на многое был готов, чтобы этого не случилось. Правда у давнего недруга, вопреки обыкновению, были на то причины. Роберт подозревал, что политика в Шотландии очень сильно отличалась от того, что ждали здесь от преемника Елизаветы. А вникать в тонкости здешней политики Яков не торопился. У короля и более интересные занятия имелись. Охота, например.