Фактура

В продюсерский центр Тутберидзе хотели попасть многие девушки. Когда в начале 2010-х она приехала из Штатов, на российской сцене о ней никто не знал. Ну, появилась такая особа с заграничным опытом продюсирования, ну, обещает применить его на практике, вот только удастся ли его повторить в отечественных реалиях — тот еще вопрос. Однако всего за несколько лет она смогла выстрелить целой плеядой ярких и юных звездочек. Липницкая, Медведева, Загитова были везде, пусть и не обошлось без проблем. Очередь на кастинг к Тутберидзе растянулась огромная. От нескончаемого потока разных лиц и голосов к обеду у Ани в глазах мельтешило и начала побаливать голова. Претендентки были и потрясающе красивые, и невероятно голосистые, и задорные с пробивным характером — и все они не подходили. Идея создать группу под Аню к Этери Георгиевне пришла давно. Пиар-агентство Щербакова-старшего плотно сотрудничало с продюсером «Хрустального», и так получилось, что чисто рабочие отношения переросли в дружбу семьями. Женщине сразу приглянулась Аня. — Девочка рождена артисткой, — уверяла Тутберидзе ее отца. — Да вы с Юлей и сами это знаете, иначе не возили бы ее по музыкальным и танцевальным школам. — Ну, мы не заставляем Аню чем-то насильно заниматься, — пожимал плечами Стас, — она сама горит музыкой. Последнее было правдой. К выпускному классу девушка профессионально занималась вокалом, играла на нескольких инструментах и танцевала. Кроме того — что очень импонировало Тутберидзе — она умела впахивать и отдавалась всей душой любимому делу. И харизмой Аня была не обделена, надо было лишь правильно подать её публике. — Девочка, безусловно, замечательная. Умница, красавица… — подтверждал Глейх, главный хореограф центра. — Комсомолка, спортсменка, — хмыкал Давыдов, вторая рука Тутберидзе. Глейх наигранно возмущался тому, что его перебили, но всё же продолжал: — Все, кто знает Аню лично, ею очарованы. Проблема в том, что ее очарование надо сперва заметить и раскрыть, а народ у нас простой и любит мишуру, чтобы всё было ярко и со вспышками. — Поэтому я и предлагаю раскручивать Аню через новую группу, — улыбнулась Тутберидзе. — Люди купятся на общий вид, получше узнают об участницах, влюбятся в Аннушку, а дальше можно будет и сольную карьеру развивать. Решение было принято единогласно, и штаб «Хрустального» начал собирать состав будущей группы. На правах лидера Аня привела с собой одноклассницу по музыкальной школе Косторную, с которой они были не разлей вода и лучшие подруги. Никто не возражал: с голосом и внешностью у Алены всё было в порядке, да и сработалась она со всеми отлично. А вот с поиском третьей участницы пришлось изрядно повозиться. Задача была поставлена сложная и противоречивая. Найти яркую исполнительницу, чтобы сразу привлекала, но не оттягивала на себя внимание. Если бы всё зависело от Ани, она взяла бы каждую претендентку, пришедшую на кастинг. У нее разбивалось сердце от того, что приходилось отказывать всем этим талантливым и красивым девушкам, у которых глаза горели азартом и бьющей через край энергией. Наверное, в Японии так когда-то и придумали АКБ-48. Но Этери Георгиевна была сурова и беспощадна. — Индивидуалистки, — клеймила всех Тутберидзе. — Смотри, как все держатся и подают себя. Не понимают, что идут работать в коллектив. Обязательно станут перетягивать одеяло на себя. Шла не первая неделя поисков. Аня ответственно отсиживала каждый отбор, но отчаялась найти кого-то, кто бы устроил сурового продюсера. Им с Аленой уже написали материал, и они активно разучивали хореографию номеров. Возможно, в штабе «Хрустального» стоило отказаться от идеи трио и поразмыслить над перспективами их дуэта. Но Этери Георгиевна настаивала на том, что для успеха группа должна сложиться как паззл, и сейчас чутка не хватает изюминки. — Спасибо. Если что, мы вам перезвоним, — отшила Тутберидзе очередную старлетку. Аня всё никак не могла скопировать покерфейс наставницы и виновато кивнула девушке, провожая её взглядом. — Эх, Аннушка, как думаете, закончатся сегодня наши мучения или нет? — Всё имеет свойство когда-нибудь заканчиваться, Этери Георгиевна. — И то верно, Анна Станиславовна. Сережа, запускай следующую. Дверь открылась, и в залу на прослушивание ворвалось «солнце» в ядовито-желтом спортивном костюме и распущенной в пол огненно-красной гривой волос. — Да вы нас просто ослепили, милая моя! — воскликнула Тутберидзе. — Представьтесь, пожалуйста. «Солнце» держало под мышкой гироскутер. Оно застенчиво заправило за ухо налезавшую на лицо прядь и ответило: — Трусова Александра. От звука ее низкого и грудного голоса у Ани побежали мурашки по спине. Захотелось, чтобы «солнце» не умолкало и продолжало говорить. — Расскажи, пожалуйста, откуда ты и почему решила прийти сюда, — спросила Аня и тут же пожалела о внезапно накатившей фамильярности. Прежде она не позволяла себе тыкать незнакомым людям. Она понадеялась создать дружелюбную атмосферу, но, сказав вслух, поняла, что подобное обращение можно посчитать грубым и снисходительным, а перед этой девушкой она не хотела показаться грубой и снисходительной. Краем глаза Аня заметила, что Этери Георгиевна со странным взглядом наблюдает за ней. От этого она еще больше разволновалась на ровном месте и нервно облизнулась — и поняла, что выдала себя с головой. И еще поняла, что раньше никогда не брала на себя инициативу и предоставляла Тутберидзе расспрашивать претенденток. — Приехала из Рязани. В Москве работаю моделью, рекламирую Адидас. Друзья говорили, пою неплохо, вот и оказалась здесь. — Александра не заметила чего-то странного в поведении Ани и просто рассказала о себе. — Я смотрю нахальства вам не занимать. С вашим ростом на подиумы обычно не метят, — Тутберидзе попыталась подколоть девушку. — На фото, думается, фактура важнее. Да и времена все-таки меняются, есть много примеров нестандартных моделей, — сдержанно отвечала Александра. Ане нравился её спокойный и добрый взгляд. Они встретились глазами и не смогли сдержать глупых улыбок. — Ладно, но вы как модель все-таки умеете держаться на сцене, можете станцевать что-нибудь. — Если это вопрос, то я, конечно, могу показать, как двигаюсь. — Будьте так любезны. — Хм, без музыки? — Да, просто чтобы иметь представление, на что вы способны. Александра забавно повела бровями, но не замешкалась и отложила в сторону гироскутер. Подумав ещё, она сняла свитшот и осталась в обтягивающем белом топе. На секунду у Ани перехватило дыхание: фигура у Трусовой оказалась богической. Одного взгляда на два столбца кубиков на животе было достаточно, чтобы понять, почему её выбрал Адидас. А потом Александра начала танцевать, и Аня на несколько минут выпала из реальности, а когда вернулась в неё, то увидела, как Тутберидзе дарит ей (Ане) насмешливую ухмылку. — Хорошо, с этим разобрались. Давайте вас послушаем. Что будете петь? Александра выбрала песню «Венера-Юпитер». Голос у нее был сильный, но сырой. Ане было слышно, что она — самоучка, и без сомнений, это слышала и Тутберидзе. Но вот чувствовал ли великий и страшный продюсер, как от простых и незатейливых слов сердце то замирало, то билось быстрее? Когда песня закончилась и Тутберидзе привычно произнесла: «Спасибо, мы вам перезвоним», Аня впервые испытала плохо скрываемое разочарование. Может, догнать Александру и попросить у неё номер телефона лично? Это ведь будет максимально неловко, если её кинут с группой, но Аня решит ей всё же позвонить. А так можно будет узнать, не против ли Александра, даже если не сложится, общаться дальше. Пока Аня взвешивала за и против, Этери Георгиевна приняла решение за нее: — Фактурная девушка. Думаю, она нам подходит.