Жизнь в Аду

Утро на Небесах вышло не самым хорошим для Гавриила, хотя как оно может быть хорошим, сидя взаперти с демонами. Но даже так, прошлые утра были для него более приятными чем это. Всё началось когда он встал с раскалывающейся головой. Гаврик предположил, что это из-за выматывающих тренировок с ангелами. Всё же раздавать всем свою любовь и веру было трудной задачей, особенно когда работаешь в саду, а после идёшь выполнять приказы Люцифера. После того, как Шестёрка ушёл в людской мир, то и работу по дворцу не кому было выполнять, а другие альтернативы по мнению Люци были балбесами, которые не могут даже вытереть пыль, поэтому решил, что Гавриил хороший кандидат на эту работу. Теперь ангелу приходилось заниматься не только растениями, но и готовить, и убираться. Готовить к счастью не приходилось часто. Из-за этого всего Гаврик сильно вымотался, что и послужило болью в голове. Дальше по плану он должен был заняться садом, благо сегодня надо было только всё полить. Но его планы обломал князь. Тот приказал ему испечь блины. И вот теперь архангел стоит перед плитой и готовит чёртовые блинчики. За его спиной же сидел Люцифер и смотрясь в зеркальце заплетал волосы в пучок. У него получалось криво, поэтому он каждый раз шёпотом ругался. Под ногами же Гавриила сидел Джонни и, округлив глазки, выпрашивал чего-нибудь вкусного. Ангел просто уставший посмотрел на него и продолжил печь блины. Кот не отступал и начал мяукать. Князя Тьмы сильно бесило, что у него не получалось заплести волосы, а вместе с этим и началось раздражительное мяуканье. Люци и так ненавидел животных только их видом, но их мерзкие звуки выводили его ещё сильнее. Резко повернувшись к животному он крикнул на всю кухню: — ДА ЗАМОЛЧИ ТЫ, МЕРЗКАЯ ПУШИСТАЯ ДРЯНЬ! — для большей суровости и убедительности своего гнева, он стукнул кулаком по столу. На столе от такого слегка подпрыгнула вилка и нож, а вместе с ними и испугавшийся кот, который решил спрятаться в тумбочке. Даже Гавриил от такого дёрнулся из-за чего последний, шестой блин упал на пол. Посмотрев на блин раздражённым взглядом, а после переведя его на злобное лицо Люци, неожиданно прошипел с ноткой злости: — Может, ты прекратишь срываться на животных? — выпалив слова, крылатый небрежно поставил сковороду на плиту, а после наклонился, чтобы подобрать упавший блин. — Я не виноват, что кое-кто создал их такими бесячими! А ещё мерзкими. От их вида я хочу только блевать. — всё с таким же злым и истеричным тоном ответил ему дьявол повернувшись обратно к зеркальцу. — Просто сейчас кое-кто не нашёл идеальной жертвы для выплеска своей бездумной агрессии. — немного более громко сказал ему крылатый с ноткой раздражения перемешанной со злостью. Ему было жалко кота, который не заслуженно был отруган, а вместе с этим и раздражён, что из-за выходки Люцифера, ему придётся готовить ещё один блин. Выкинув упавший блинчик, архангел услышал грубый ответ Люци: — Заткнись уже, истеричка. Только и умеешь, что истерить из-за любого блядского чиха! Я приказал тебе готовить, так значит и готовь молча. — его голос был более спокойным, чем раньше, но таким мерзким. К сожалению Гавриил не мог ему ответь, так как понимал, что их словестная перепалка могла закончиться неприятными последствиями для ангела. Пришлось просто смириться и заново испечь шестой блин. Благо в миске оставалось ещё немного теста. При готовке, Гаврик решил немного мысленно отвлечься от напряжённой атмосферой на кухне. Резко он вспомнил о прошлом, о том как так же стоял у печи и готовил. На самом деле ангелы редко готовили в основном при значимых событиях. На пример отметить день их создания, день их пребывания на Земле. Если взять аналог человеческих праздников, то получится день рождение и Новый Год. Были конечно и другие праздники, но их было очень мало. В основном их смысл был восхвалять Создателя. На таких праздниках ангелы ели в основном хлеб, вино, разные пироженые, пироги, салаты. Мясо они не ели, потому что ничего живого, кроме растений, не жило на Небесах. Гавриил же любил готовить, поэтому на тот момент трое братьев Денница, Михаил и Гаврик решили устроить для них традицию после работы собираться вечером все вместе и ужинать. Готовил всегда именно Гаврик. Он никогда не был против порадовать своих братьев вкусной едой. Иногда он пёк лепёшки похожие на блины и их часто любил воровать Денница, но после такого Гавриил устраивал целый скандал и потом не давал приближаться к кухне старшему брату. Но несмотря на такие казусы, архангелы хорошо проводили время успевая рассказать всё, что с ними произошло за день. К сожалению, после падения Денницы или, более верно, Люцифера, то ужины сначала стали более напряжёнными. За ними Миша и Гаврик в основном молчали. Если они и разговаривали, то редко о чём-то хорошем. В основном всё заканчивалось ссорой, потому что брат мог упомянуть Люцифера именем Денница или начать о нём разговаривать, что выводило из себя Гавриила. Конечно, потом Михаил перестал говорить и упоминать о Люцифере и ужины вернулись в прежнее состояние, только неловкое молчание в нём оставалось. Когда его мысли захлестнули воспоминания об этом прошлом, то неожиданная злость всплыхнула внутри него. «Опять этот Люцифер… — ругался мысленно ангел — Снова он преследует меня, но теперь даже в голове.» — он чувствовал, насколько сильно его злила эта ситуация. За эти года проведённые в близком общении с Люци стали пробуждать в Гаврииле неприязнь к дьяволу. Просто видеть его напыщенное, недовольное лицо, пробуждала в архангеле невиданное ещё долгое время — злобу. Конечно, ангелы не должны злиться даже на демонов, но Гавриил не мог этого сдержать видя каждый раз владыку. Архангел знает, что успел за эти тысячелетия натворить эта тварь. Скольких людей он сумел затянуть в свой сети лжи. Он боялся представить, скольких смертных успел убить Люцифер. Но самое главное, это убийство сына Божьего и самого Создателя. «Всегда и во всём оказывался виноват этот гад.» Гавриил схватился за край тумбочки и сильно сжал. Его рука слегка тряслась из-за силы которой он схватился. «Почему Создатель его не убил сразу же после падения? — задавался вопросом Гаврик, но он быстро нашёл ответ — Ах, ну да! Он же любимчик. Любимчик из-за которого сейчас страдают все!» — всё громче становились его мысли, а вместе с этим ещё более озлобленными. Его взгляд направился в сторону. Недалеко стояла подставка из которой торчал один единственный нож. «Если это сделаю я, то всё станет лучше…» — пробежала как молния мысль. Взяв аккуратно кухонный, чистый, блестящий нож тихо повернулся назад, к своему мучителю. А тот спокойно сидел и продолжал заплетать волосы. Убрав нож в рукав туники, Гавриил тихо, на носочках стал подходить к Люциферу. Тот продолжал ничего не подозревая красоваться в зеркале. Гаврик подойдя достаточно близко к владыке, достал из рукава нож. Его сердце билось от предвкушения победы над главным врагом всего Рая, да и врагом всех смертных. Блеснув ножом, он вонзил его прямо в череп Люцифера, да так, что сам архангел мог слышать хруст ломающихся костей. Крик разнёсся по всему дворцу. Его плоть и череп не могли регенерироваться из-за мешающего ножа, который держал Гавриил, чтобы Люци не вытащил его. Когтистые руки обхватили руки крылатого и пытались вытащить нож, но Гаврик не подавался. Владыка кричал от боли, а его крик разносился по всему дворцу. Такой пронзительный, а главное беспомощный. Руки ангела пачкались в чёрной крови, но ему было на это наплевать. Он хотел, чтобы тиран наконец-то умер. Крик стал потихоньку затихать и становиться всё более слабым. Чёрная жидкость текла по лицу владыки, попадая в рот. Из-за этого звуки были похожими на задыхающиеся. Наконец-то его хватка ослабла, а крик и вовсе исчез. Его тело не могло больше слушаться мозга, а значит и держать его. Тело Князя Тьмы упало лицом на стол. Гавриил отпустив нож, отбежал от тела и прижался спиной к одной из стен. Смотря на тело победимого врага он почувствовал себя расслабленно и… свободно. К сожалению у него не было сил, чтобы стоять и схватившись за голову он упал на пол искривившись широкой, неузнаваемой улыбке.

***

— Эй, у тебя сейчас блин сгорит! Из мыслей Гавриила вытащил крик Люцифера. Посмотрев сначала в сторону где могла стоять подставка с ножом он не увидел её. Взгляд сражу метнулся на сковородку на которой уже подгорал шестой блин. Выключив плиту Гаврик решил не допекать блин. Немного отойдя от таких реалистичных мыслей, Гавриил был напуган. То ли мыслями, то ли самим собой. Скорее тем, что он вообще такое представил, такое мерзкое и греховное. Взглянув на тарелку с пятью блинами, он решил дать их. Взяв тарелку с блинами и кленовым сиропом, архангел направился к владыке. Подойдя к столу, ангел поставил перед ним тарелку, а рядом ещё и бутылку сиропа. — Вот твои блины. — с холодом сказал ему Гавриил. Люцифер сначала взглянул на тарелку так, будто перед ним лежат не блины, а говно кота. Потом он перевёл взгляд на крылатого и недовольно прижал брови. И для большей драматичности ситуации решил скрестить руки на груди. Его лицо сильно бесило ангела. Он и так проторчал на кухне целый час, чтобы испечь блины, а теперь этот неблагодарный отказывается от еды, хотя сам приказал её приготовить. — Ну и не ешь. — всё ещё с холодом в голосе сказал ангел, а после отошёл к раковине, чтобы почистить всю грязную посуду. В ответ он услышал недовольное хмыканье. Приступив к мытью посуды за проёмом в кухню послышалось цоканье копыт. Гаврик решил не обращать на это внимание и просто продолжил мыть посуду, но по его телу всё равно пробежали мурашки. Из проёма показалась габаритная тень, которая был выше Гавриила. Существо зашло на кухню. Увидев её, Люцифер вскочил со стула и подошёл к ней улыбаясь. — Лилит, я так рад тебя видеть! — радостно поприветствовал супругу князь. Подойдя к ней он заключил её в крепкие объятия. Демоница обняла его в ответ и поцеловала в щёку. — Я тоже рада тебя видеть, Люци. — сказала она более спокойным голосом. Гавриила как молнией ударило от имени «Лилит». Остановившись мыть посуду, он повернулся назад и увидел не прекрасную когда-то деву, а непонятное существо. Более грубые черты лица, более выраженные скулы. Сурово прижатые брови. От миловидности её лица ничего ни осталось. Волос у неё и не было, а вместо них два огромных рога, которые срослись вместе с головой. Глаза полностью чёрные, даже их белок. Само тело не изменилось, кроме того, что на ней теперь была огромных размеров чешуя. На руках, на спине и на животе. Ещё чешуя прикрывала её оголённую грудь. Руки были всё такими изящными, но теперь имели длинные когти. Вместо человеческих ног у неё были копыта. Они смахивали на лошадиные. Одета была в длинную фиолетовую юбку с бахромой. Держалась она за счёт ремня на талии украшенная всякими драгоценностями. Из украшении у неё были серёжки с золотистой подвеской на которых держались не настоящие перья синевато-фиолетовыми оттенками, а так же колье из чистого золота. И такие же золотые браслеты с узорами змей. Он не особо понимал, что могло привлечь в ней самого Люцифера, но Гаврик даже понимать не хотел. «Не моё это дело.» — мысленно сказал себе ангел. На него взглянула и сама Лилит. Её брови заметно нахмурились. Она не могла терпеть этих крылатых крыс и уж тем более видеть. Она знала о планах мужа по поводу Гавриила, поэтому ничего не говорила ему об присутствии крылатого. Заметив её выражение лица, Люцифер приобнял её за плечи и повёл к выходу из кухни причитая: — Ты как раз мне нужна! Хотел сегодня спуститься в Ад ради этого. А зачем ты сюда поднялась? — Я просто хотела с тобой кое-что обсудить. — всё так же спокойным голосом ответила ему супруга. — О, я тоже хотел обсудить с тобой одно дело. — всё с таким же радостным голосом разговаривал с ней Люци. Когда они вышли с кухни, Гаврик наконец-то мог не так сильно волноваться. Его конечно интересовало то, почему она ничего не сказала своему супругу о нём. «Возможно в Аду обо мне знают?» — предположил ангел. Взглянув на остывшую тарелку блинов, архангел устало вздохнул. — Отдам их тогда коту. — сказал сам себе он и взяв тарелку поставил её на пол перед тумбочкой — Джонни, вот, держи малыш. — подозвав ласковым кота. Кот осторожно вышел из тумбочки и понюхал блины. Надкусив немного, пушистый стал поедать уже более смело блюдо. На это ангел слегка улыбнулся. «Всё таки вы такие интересные…» — сказал он себе мысленно о животных. Встав с корточек, Гаврик продолжил мыть посуду. Вот миска, венчик, ложка и сковородка были чистыми. Последнюю ещё пришлось освободить от подгорелого блина. Поставив на место всю посуду и сняв фартук, он облегчённо выдохнул. — Осталось полить сад… — «А потом зайти к товарищам.» — устало пронеслось в его голове эта мысль. Он вышел из кухни и направился в сад.

***

Люцифер и Лилит ходили по западному коридору дворца, проходя мимо огромных окон выходящих на восточную часть Эдема. Мимо них быстрым шагом проходили альтернативы, а некоторые стояли на месте пропуская своего создателя и его супругу вперёд. Владыка всё спрашивал у неё о делах в Аду, как поживает Вельзевул, а она ему в ответ рассказывала различные скандальные новости из Ада, на что бурно реагировал Люци. Он был и правда рад видеть её, с их последней встречи прошло чуть больше недели. Когда они оба замолчали и только глухой стук копыт прерывал тишину, демоница начала свой разговор: — Я всё-таки придумала решение с заморозкой реки. — И как же? — заинтересованно спросил князь. — Я попросила Бельфегор выделить двадцать тысяч обогревателей. Они достаточно мощные и за пару часов «по нашему времени «за пару дней» смогут растопить лёд. — она говорила это уверенно и так гордо за свою идею. На это Люцифер ей только неуверенно улыбнулся. Он не считал эту идею мега хорошей, но он видел в ней и плюс в том, что не будет разрушено пол-Ада из-за лавы. Конечно владыка и сам иногда доходил до абсурдных идей ради выполнения какой-то цели. На пример отправил Вельзевула в Рай, чтобы отравить Создателя и других ангелов, надеясь только на хорошую маскировку и отыгрывания роли Серафима. Поэтому Люци не хочет говорить насколько абсурдно может звучать её идея, ведь главное, чтобы оно принесло нужный результат. — Думаю у тебя получится это сделать. — подходя к одному из окон, сказал ей супруг. Она тоже подошла к окну и стала рассматривать красочные цветы, пестрящими яркими оттенками. Деревья с душистыми плодами и различные пышные кусты. Всё выглядело таким живым, как и миллиард лет назад, когда она только появилась вместе с Адамом. — Это всё он сделал? — поинтересовалась Лилит. — Ага. — равнодушно ответил ей князь смотря в окно. Та промолчала стараясь найти тему для разговора и тут же нашла, что спросить: — Ты уверен, что сделал правильное решение, выпустив его? — с холодом спросила демоница. Люцифер думал, что ответить ей. С одной стороны он был рад использовать его как материал для создания превосходного вида альтернатива, а с другой, владыка стал замечать изменения в поведении Гавриила. Он стал более уставшим, из-за чего раздражался больше на всё. Люци давно предположил, что это возможно из-за воздействующей негативной ауры альтернативов. Ведь Гаврик занимался большее время в саду, чем во дворце, а теперь после ухода Шестёрки стал проводить каждый день во дворце. Наконец-то владыка решил ответить на вопрос супруги: — Я теперь не знаю. Мне нужно, — с лёгким раздражением в голосе продолжил он — как можно быстрее получить все нужные части тела, чтобы наконец-то закончить мой план. — князь повернул голову к Лилит — Я могу попросить, чтобы ты помогла мне достать последние недостающие части? — уже ласковым голосом обращался к ней дьявол. — Могу, но какие именно? — тоже повернув голову к супругу, ответила ему демоница. — Я тебе попозже дам листок. — улыбнувшись, Люци поцеловал её в лоб. Ей нравилось, что он всё равно продолжает любить её, даже с такой внешностью. Таким существом она становится только ночью или на Небесах. Ночью в ней просыпается демон и не даёт выспаться. Это было тоже одной из частью проклятья Бога. Ночью она становится отталкивающей для мужчин, по этой причине от неё после наступления брачной ночи сбегали суженые. Так же ночью ей становится больно, она заново проходит через роды своего первого и единственного ребёнка. Испытывая настоящие страдания прокручивая в воспоминаниях о сыне. На Небесах же её красивый, сексуальный образ девы отчищался, представляя её голую, истинную внешность. Конечно, она не испытывает каких-то физических болей от этого. Для Люцифера же она всегда будет именно той рыжей, красивой и страстным демоном, а её второй обличий он воспринимал не настоящим, скорее больше как попыткой Создателя изуродовать своё красивое творение. А ещё, ему достаточно понятный чувства Лилит к её другому обличию. Сам Люци не отличался любовью к своему телу и внешности, которую получил после извержения в Ад. Владыка взглянув в окно заметил поливающего цветы Гавриила. Взяв под руку свою супругу он быстрым шагом повёл её дальше по коридору. — Я хочу с тобой ещё кое-что обсудить, но уже в моём кабинете.

***

Гавриил, держа в руках лейку, поливал ей цветы. Приятная, холодная вода стекала по лепесткам и листьям, оставляя после себя искрящиеся на солнце капли. Тишина успокаивала Гаврика. Он чувствовал, что наконец-то был один. Только тишина, солнце, лёгкий холод и сад. Закончив поливать восточную часть Эдема, он направился обратно в сарай. Шёл он быстро, чтобы успеть к Михаилу. Дойдя до сарая, ангел вошёл в него и поставил на одну из полок лейку. Схватив перчатку виде ладони Люцифера, архангел вышел из сарая и побежал ко входу во дворце. Перчатку он решил хранить в сарае, потому что в него кроме самого Гавриила никто не заходит. Владыке нету дела до таких неважных мест. Ещё одной причиной была в том, что Гаврик один раз застал Люци в своей комнате. Тот перевернул комнату с ног до головы. Постель валялась на полу, вещи из шкафа валялись там же, стул был не аккуратно повёрнут, книжки на столе были все разбросанный. Князь же тогда на вопрос «Что ты тут делаешь?!» ответил: «Я просто проверял» и вышел. Но перед уходом, архангел запомнил то как на него взглянул Люцифер. Более строгий, но при этом подозрительный взгляд. Это странное происшествие произошло на следующий день, после первой встречи Гаврика и Стэнли. Тогда ангел предположил, что владыка мог заметить что-то странное, не зря же он наблюдал за ним три дня. Войдя во дворец, Гавриила сразу же встретил Тень. Не успев с ним поздороваться, он сразу же повёл архистратига к темнице. Шли они быстро, точнее шёл только Гаврик, а передвигался с одной стены на другую копия Стэнли. Иногда альтернатив исчезал, когда видел, что по коридору идёт другие альтернативы. Повернув за угол и пройдя ещё пару шагов архангел был рядом с огромной, тяжёлой дверью. Приложив левую руку к двери, та открылась. Войдя Гаврик уже не слышал вой, плачь, а просто гробовую тишину. Кто-то наконец-то позвал Гавриила за дверью камеры: — Архистратиг Гавриил, — это был голос Иегудиила — можно у тебя спросить? — спросил тихо архангел. Гаврик подошёл к двери и посмотрел в решёточное окно. — Спрашивай. — стараясь воссоздать твёрдый голос, ответил ангел. Он услышал как поднялся с пола собеседник и увидел его лицо за окошком. — Сколько у нас осталось времени на нашу подготовку? Архистратиг промолчал. До него дошло, что он даже не знает когда из него Люцифер, воссоздаст альтернатива. — Я… я думаю ближе к концу седьмого часа . — с менее твёрдым голосом ответил крылатый. — Спасибо Архистратиг Гавриил. — Иегудиил поклонился торсом и обратно сел на каменный пол. Отойдя от двери, архангел продолжил идти к камере брата. Его беспокоило, что он не знает когда будет нападение на Люцифера. Стэнли не уточнял, когда из архангела сделают альтернатива, а по плану Гаврика, нападение должно быть до этого. Теперь он знал, что самым первым спросит у своего союзника при их разговоре. Пройдя дальше и завернув за угол, архангел наконец-то дошёл до двери в камеру Михаила. Взяв рядом висевший ключ, Гаврик провернул им замок и во внутрь. Миша, услышав открывание двери, поднял голову и поприветствовал счастливым голосом его: — Рад тебя снова видеть. — на его лице проскользнула лёгкая улыбка, но после снова исчезла, оставив его лицо всё таким же серьёзным и слегка суровым. — Мы виделись вчера. — подметил Гавриил. Его голос не был счастливым как голос брата. Он привык уже его снова видеть каждый день, но это не отменяла факта того, что он был счастлив его всё равно посещать и проводить время. Разлучиться на несколько тысячелетии было для ангела болью, особенно не зная, что происходит с братом всё это время. Они редко когда-либо расставались и то, не долго. Сняв цепи с Михаила, они оба вышли из стали заходить в камеры другим ангелам выпуская их. Заняло это всё около двадцати минут. Собрав всех ангелов в ряд, архистратиги повели их к дверям «музея» где главными экспонатами были их реликвии. Другого места просто не было для тренировок и проповеди. В самом дворце находился сам Люцифер со своими созданиями, а в темнице было мало место, коридоры очень узкие, что даже повернуться в другую сторону надо было удариться крыльями и плечом об стены. «Музей» же был огромным и просторным. Места хватало для всех ангелов. Проповедью сначала занимался Иеремиил , а после к нему стали присоединятся Уриил и Господства. Тренировками занимался Михаил, ему также помогали Иегудиил, Азраил. Власти же занимались тем, что исцеляли их от грехов, если не помогали проповеди. С Властями работали Варахиил и Рафаэль. В основном ангелы приходили именно к Властям и Рафаэлю, потому что Варахиил был куда более грубым и вспыльчивым. Гавриил же наблюдал за всем, чтобы не было никаких проблем. Иногда к нему обращались с вопросами и архангел им отвечал на них, но крайне не охотно. На пример «Создатель жив?», «Как долго нам ещё тренироваться?», «Насколько всё плохо у смертных?». Он не знал, отвечает ли он им ложь или правду. Иногда Гаврик помогал с проповедями. Сегодня не было исключением. Проповедуя о том, что вера в Создателя им в помощь и жизни людей теперь в руках ангелов, его привлёк жест Миши, чтобы архистратиг подошёл к нему. Закончив проповедь, ангел подошёл к брату и шёпотом спросил: — Зачем ты меня звал? — Давай выйдем, мне надо кое-что спросить. — ответил ему шёпотом Михаил и повёл своего брата к выходу из «музея». Гавриил решил не выпытывать у своего старшего брата, что это за личный вопрос, но предчувствовал, что он не особо хороший. Выйдя в коридор темницы, они отошли подальше от двери. Старший архистратиг взглянул в глаза брату, а после отвёл взгляд. По его лицу читалось нерешительность в правильности своих действии. Гаврик не хотел ждать, поэтому в нетерпеливой форме спросил: — Ну, говори уже. — Я хотел спросить по поводу Де… Люцифера. Насколько сильный он нанёс ущерб для смертных? — голос был смущённым, хотя он и старался его сделать более твёрдым. Архангел напряжённо взглянул на брата, прижав брови. Ему не особо нравилось, что Миша опять заинтересовался Люцифером. Хотя это и был прекрасный момент для того, чтобы его натравить на владыку. Но решил слегка приукрасить ответ на его вопрос. — Я могу перечислить самое страшное. Первое — он показал указательный палец — убил сына Господа. Второе — он показывал указательный и средний палец — обманул всё человечество, заставив молиться ему. Третье — он показывал указательный, средний и безымянны пальцы — возомнил себя богом и… попытался уничтожить Землю. — Гаврик перестал считать и просто развёл руки по бокам — Этого достаточно, чтобы понять насколько ситуация тяжёлая? — с раздражением и с лёгкой издёвкой ответил архангел. — И правда… сложная ситуация. — по голосу Михаила было заметно его неловкость в том, как брат перечислял ему весь ущерб. Архистратиг сам не был рад тому, что устроил Люцифер, особенно последнее. — Ты ради этого и отвлёк меня? — Никак нет. — всё так же неуверенно говорил архангел. Ему было всё ещё интересно и то, как поживает Люцифер. Как бы он сильно не старался выгнать из головы его, то ничего не получалось. Миша мог забыть о Люци только когда тренировал ангелов, но потом вспоминая для чего они нужны, то всплывал снова образ старшего брата. Набрав воздуха в грудь и выдохнув, он взглянул немного более уверенно на собеседника и задал вопрос — Я хочу спросить о самом Люцифере. Этот прямолинейный ответ резко, и удивительно для самого Гаврика, заставил его вспылить. Он думал, что брат стал забывать о владыке и перешёл полностью на тренировки. Его так злило, что Михаил снова думает о Люци ни как о враге, а как о брате, что архангел не смог выдержать и стал кричать: — ТЫ СЕРЬЁЗНО?! ВМЕСТО ТОГО, ЧТОБЫ ДУМАТЬ О СМЕРТНЫХ И О НАШИХ ТОВАРИЩЕЙ, ТЫ ДУМАЕШЬ ОБ ЭТОМ ЗМЕЕ! — он стал подходить обратно к двери в «музей» — Всё! Я не буду больше с тобой разговаривать! — уже не крича, но всё равно громко глошатал Гавриил. Миша подбежал к нему и схватил за руку и отдёрнул от двери. Архангел повернулся и взглянул на его лицо. Он заметил, что его брат сам опечален чем-то. Чем именно, Гаврик не мог объяснить, возможно тем, что всё ещё думает о своём павшем брате или то что разозлил этим Гавриила, либо всё сразу. В любом случай это заставило смягчиться архангелу. — Я сам ни рад такому, но я не знаю, что делать. Выслушай меня наконец-то, брат. — он всё ещё не отпускал руку младшего архистратига и смотрел ему прямо в глаза — Я сам хочу избавиться от этих мыслей, но просто не могу. Гаврик перестал сурово смотреть на своего брата, а более заинтересованно. Заметив это, Михаил отпустил его руку, но не отошёл. — Всю свою жизнь я был всегда дополнением для Денницы. Он был авторитетом, за кем должны были стремиться другие, а я был тем за кем хотели идти. Он был опорой, а я его поддержкой. — голос Миши был неестественно печальным и даже лицо перестало быть обычной суровой маской. Его взгляд устремился в сторону — Я думал, что так будет всегда, я буду его поддерживать во всём, а ангелы будут верить нам и идти за нами веря в Создателя. С ним будут посиделки после работы, наши совместные тренировки, разговоры ни о чём и обо всём. — его голос стал тише, а после и вовсе замолчал отведя глаза в сторону вспоминая прошлое. Он продолжил говорить всё ещё тихо, но глаза всё ещё смотрели в сторону — Я просто был в ужасе узнав о том, что он пошёл против нашего Создателя, против Небес и против смертных. Мне было тяжело смотреть как когда-то наши товарищи стоявшие плечом к плечу, стали неожиданно злыми, чёрствыми, готовые убить бывших братьев и друзей ради того, чтобы отстоять свою веру. Видеть то как умирают наши, было больно, но ещё больнее когда война подходила концу, неожиданно Создатель позвал меня к себе и… — он опять остановился и с болью продолжил — поставил перед фактом, что я должен закончить войну вступив в схватку со своим же братом. С тем кто стоял всегда со мной рядом, был со мной в тяжёлые минуты, тот кто подавался на тренировках и тот, кому я доверял. И тот с кем я провёл всю свою жизнь с самого своего создания. Тогда я спросил у Него: «как мне его победить, если я слабее?» в ответ я получил «Я дам тебе силу равную по силе Люцифера.» мне в тот момент стало ещё более мерзко от себя. Но я не мог отказать. Я генерал, выполняющий команды Создателя. — он наконец-то посмотрел на Гавриила. На лице брата читалось то-ли сочувствие, то-ли шок — Дальше ты знаешь, что было. Миша замолчал, закончив своё изливание чувств. Гаврик тоже молчал, стараясь переварить услышанное. Он правда сочувствовал своему брату, ведь был в подобной ситуации с Вельзевулом, но всё ещё не мог понять почему Михаил продолжал даже во время войны считать Люцифера своим братом. Наконец-то первым заговорил Гавриил тихим, слегка озадаченным голосом: — Я понимаю, как это больно сражаться с кем-то близким, но почему ты его всё ещё считал его братом? И в чём твоя причина в такой вот, ненормальной тоске по нему? — Я… — брат опять задумался, чтобы собрать воедино мысли — я думаю это из-за того, что я не предпринял попыток помочь ему. Я был первым кто заметил его изменения в поведении, был первым кто узнал о его ненависти к людям. Помнишь когда нам всем Создатель продемонстрировал Адама и Еву, и истерику Денницы после слов Создателя? Я ещё тогда погнался за ним, чтобы вернуть на торжество. Он мне сказал: «Создатель не справедлив по отношению ко мне! Я Ему помогал в создании этих глиняных существ, а в ответ получил плевок.» тогда я просто сказал Деннице, что Он всегда прав и то, что Создатель потом ему даст награду за свой старания. И так каждый раз. Я просто отмахивался от его слов, делал вид, что в них нет ничего важного и серьёзного. — Миша снова замолчал давая Гавриилу переварить новую информацию — Я наверное, — продолжил снова архистратиг смотря в сторону — чувствую вину за то, что не мог услышать его. Если бы я это сделал, то возможно и не было бы восстания, и жизнь шла бы так же как и раньше. Выслушав окончательно брата, Гаврик положил на его плечи свой руки, акцентировав тем самым на себя внимание. Михаил посмотрел на серьёзное, но всё ещё сочувствующие лицо младшего брата. — Послушай меня, Михаил. Помнишь, что Создатель может видеть будущее? Он Сам не пытался разговаривать с Люцифером, а значит Он знал, что его падение будет неизбежным. Даже если бы ты попытался выслушать его, то ничего бы не изменилось. Над временем не силён даже наш Создатель. — он помолчал пару секунд, а после продолжил, но уже с более мягким и добрым выражением лица — Поэтому, я прошу, прекрати себя из-за этого винить. Это должно было случиться, и в этом ты никак не виноват. После слов он крепко обнял Михаила. Миша удивился такому. Он не помнил, когда в последний раз обнимался с братом, но ему было приятно, что его наконец-то смогли выслушать. Архистратиг тоже обнял Гаврика, но даже крепче чем тот. — Спасибо. — поблагодарил тихо Михаил. Они обнимались половину минуты. Первым прекратил объятия Гавриил со словами «Ты меня сейчас задушишь». Вернулись они в «музей» в более хорошем расположении не чувствуя больше между друг-другом напряжения и недосказанности. Только вот ждала их перепалка между двумя ангелами. Иофиилом и Уриилом. Они бурно о чём-то спорили пока другие ангелы на них глазели, а кто-то пытался вмешаться, но безуспешно. Архистратиги быстрым шагом подошли к толпе ангелов, которые быстро расступились перед ними. — … я говорю, — говорил Иофиил, так будто сейчас не выдержит и начнёт кричать на апонента — тебе, нужно отдохнуть и успоко- Ему не дал закончить Уриил начав кричать: — Я НЕ БУДУ И НЕ ХОЧУ ЭТИМ ЗАНИМАТЬСЯ С ТОБОЙ! — А ЧТО Я МОГУ ПОДЕЛАТЬ, ЕСЛИ ДРУГИЕ ВЛАСТИ ЗАНЯТЫ АНГЕЛАМИ? МИР ВОКРУГ ТЕБЯ НЕ ВЕРТИТСЯ, УРИИЛ! — кричал в ответ Власть. Михаил и Гавриил переглянулись друг на друга. Они уже догадывались из-за чего мог произойти конфликт. Уриил был самым настоящим женоненавистником. Хотя это было не всегда. Раньше он относился более терпимо к женскому роду, хотя сексисткие высказывания вылетали из его уст, но не часто. Всё изменилось после того, как он «влюбился» в человеческую женщину из одного племени, да так, что был одержим ей. Конечно, Уриил знал, что в Раю его за это будут судить и могут даже казнить за такое. Всё потому что у ангелов нет чувств, а чувство которое они ошибочно воспринимают как «любовь» на самом деле похоть. Из-за этого диссонанса, не зная за кем идти, либо отвергнуть свой чувства и продолжать жить, но в неудовлетворении, либо принять свой чувства, но быть извергнут. Колеблясь между чувствами и верностью перед Создателем, Уриил выбрал не то и не другое. На Небесах он говорил, что спускается к людям, чтобы их защищать от плохих мыслей, а сам просто следил за объектом своей любви. Проще говоря, занимался сталкингом. Девушка об этом не знала и жила своей жизнью, успев найти себе партнёра. Тогда Уриил заревновал, а после впал в бешенство, ведь считал, что она должна быть его. Из-за своей нездоровой любви, граничущей с безумием, он ночью сжёг племя, в котором она жила вместе с ней. Сделал он это с мыслью «Раз уж не моя, то ничья». Поняв только на утро, что он совершил и не найдя ничего лучше кроме как поместить душу своей возлюбленной в богомола, а после вернулся на Небеса и раскаялся обо всём. Серафимы были строго уверены в том, чтобы извергнуть Уриила, но Миша тогда отстоял право переродиться Уриилу с некоторыми изменениями в поведении. Перерождение ангелов делается так: сначала его усыпляют, а после кремируют, прахом удобряют Древо Жизни, а из плода Древа вырастает и сам ангел, только уже полностью очищенный, потому что не помнит своих грехов. Для изменения поведения ангела приходится после усыпления лезть в мозг Властям и саморучно корректировать воспоминания о событиях, о предпочтениях, могут даже поменять характер. Это и случилось с Уриилом, только ему решили возвести в абсолют женоненавистничество, только в Раю есть ангелы с более женоподобными чертами во внешности, как на пример: Варахиил и Иофиил. Что и стало создавать такие вот бессмысленные конфликты. В их ругань вмешался Гавриил заявив громким голосом, да так, что заглушил Иофиила и Уриила. — ПРЕКРАТИТЕ ЭТОТ СЫР-БОР И ОБЪЯСНИТЕ, ЧТО ПРОИЗОШЛО! Дво ангелов замолчали посмотрев на серьёзное лицо архистратига, а после и на Михаила, стоявшего рядом с суровым взглядом. Первым начал объяснять ситуацию Иофиил: — Дело в том, — его голос стал злее — что он пришёл жалобой на раздражение к другим ангелам, я предположил, что это из-за возможной усталости. Остальные Власти были заняты проблемами и жалобами других ангелов, поэтому я решил принять Уриила, но он взбесился и начал просто лить на меня с ног до головы оскорблениями! Я конечно понимаю из-за чего это и пытался как мог себя сдержать, но я не хотел терпеть такого неуважения, я же врач! — его голос стал более спокойным и понимающим, но в нём чувствовалась обида. — Я просто не хочу принимать помощь от женоподобного создания! — более сдерживающимся голосом заявил архангел. Власть округлил свой глаз на лбу и посмотрел оскорблённо на него. Поскольку ангелы бесполые существа, то для них является оскорблением, если их внешность сравнивать мужской или женской полом. — Знаешь куда тебе надо засунуть свой проклятый язык? — с злобой прыснул на него Иофиил — В твой за- Его опять перебили, но уже Михаил. — Обойдитесь без оскорблениев здесь, вы оба. — его голос был тяжёлым, даже слегка злым — Как врачу, — он посмотрел на Иофиила — такое неприемлемо говорить пациенту, а как пациенту — ангел взглянул на Уриила — такое обращение к медицинскому работнику невежливо. — Тогда пусть другой из Властей меня примет. — заявил архангел своему другу в лицо. — Ты подождёшь когда освободиться один из Властей, а теперь марш отсюда. — скомандовал Михаил другу. — Но… — Никаких «но», делай то что приказали! — рявкнул на него Гавриил. Он взглянул на Иофиила, который не знал, что делать и спокойным голосом сказал — А ты можешь продолжить работу. Оба ангела разошлись в разные стороны и толпа также разошлась. Миша повернулся к брату с более расслабленным лицом. — Спасибо, брат. Без тебя бы они меня не послушали бы. — немного приглушённо поблагодарил архистратиг его. — Не за что Михаил. — ответил Гаврик ему с лёгкой улыбкой — Я надеюсь у нас достаточно времени, чтобы всё закончить. — Тогда пошли, продолжим нашу работу.

***

— ЧТО?! — удивлённо вскрикнула Лилит — Ты серьёзно хочешь наслать болезнь и переубивать ею африканцев?! — Ну да, а что такого? — с удивлением спросил Люцифер сидя за своим рабочим столом. — План хороший, я с этим не спорю, но проблема заключается в том, что я боюсь ты можешь перегнуть палку в эту игру «10 казней людских». — она старалась аккуратно подбирать слова, чтобы не превратить разговор в ссору, а донести мысль мужу о том, что надо бы прекращать играть в эту игру. — Ты боишься, что я переубиваю всех этих обезьянок? Хах! Даже если я это сделаю, то Ад всё равно будет сыт. За эти тысячелетия «по нашему «за эти века» мой создания переубивали немалое количество смертных, этих запасов хватит на долгое время. — самоуверенно ответил ей Люци. — Но если они всё же закончатся? Все демоны высосут все соки из душ, а на Земле никого из смертных не останется, что тогда будет? Численность демонов каждый век увеличивается на 6% больше! Запасы быстро закончатся. — Тогда справляйся с перенаселением самостоятельно. — неожиданно, грубо и даже равнодушно заявил ей владыка. Девушка от такого возмутилась и подняла голос: — Когда это ты решил на меня возложить всю ответственность за Ад? — она была зла. Просто дать ей полную власть над Адом она не хотела. Демоница понимала насколько будет тяжело править над существами, которые даже не воспринимают её всерьёз. — Никогда, — грозно ответил князь, а для более сурового вида встал изо стола — твоя же обязанность следить за Адом и им править пока меня нет. Поэтому ты и решай проблему. — Я?! Ты же знаешь как ко мне относятся другие демоны! Если они узнают, что я решаю проблему с перенаселением, а ты знаешь каким способом можно решить эту проблему — обратилась к мужу Лилит, а после продолжила говорить — то это приведёт к тому, что они смогут меня выставить тираном. — Никто тебя таковой не выставит! Я же всё ещё буду правителем, а трогать мою семью никто не имеет право! — более спокойным, но раздражённым голосом объяснял ей Люцифер. — Не все демоны тебя любят и не все демоны тебе верны. Ты об этом знаешь. — сказала факт девушка. Она продолжила говорить, но уже немного более печальной интонацией — Меня пугает, что ты вместо того, чтобы интересоваться проблемами своего государства, интересуешься жизнью и верой тех, кого мы ненавидим и кого хотели бы уничтожить! От такого резкого заявления супруги, у Люци неожиданно встал ком в горле. Он не знал, что ответить и просто пялился на неё. Он и правда как давно не особо сильно стал интересоваться Адом, а больше наблюдать за людьми и их жизнями. Владыке на секунду стало даже стыдно за то, что занимается таким абсурдным занятием. Придя в сознание Люцифер заговорил спокойным голосом: — Я знаю решение проблемы с перенаселением. — И какое же? — с лёгкой издёвкой спросила обиженно Лилит. — Я как давно хотел, — обходя стол говорил владыка — в Раю поселить часть демонов. В Аду же оставить низкий класс вместе с грешниками. А другие, с более высоким классом будут жить в Раю. — он подошёл к супруге — Но самое главное, что мы будем жить наконец-то снова вместе. — дьявол взял её кисти рук и нежно поцеловал тыльную сторону. Всё ещё держа её руки он улыбаясь смотрел на неё. Лили была удивлена планам мужа, из-за чего даже приподняла брови. Только вот ей всё ещё было обидно за те слова. — Нужно было это раньше сделать, ещё тогда когда только завоевали Рай. — пренебрежительно ответила ему жена и мягко убрала свой руки от его. — Я согласен, просто не предполагал, что бесы так расплодятся! — пытался себя оправдать Люци — Лили, — обратился к ней супруг, приобнимая за плечо — не переживай по поводу перенаселения и о моём плане. Когда я закончу с ними, то обещаю, что прикажу перестройку Рая. — после слов он поцеловал её в щёку. Лилит же всё ещё не была довольна словами мужа. Его борьба с атеизмом может идти годами и так к не чему не привести. Променять свой же народ на такое, для неё казалось глупым решением. — Я была бы рада, если бы ты вообще прекратил ввести войну с атеизмом. — девушка немного от него отошла направившись к выходу из кабинета — Это всё что ты хотел со мной обусдить? — Подожди, я же тебе так и не дал список. — Люцифер подошёл к своему столу и вытащил из ящика копию списка нужных ему инструментов и органов, чтобы провести хирургический эксперимент с Гавриилом. Девушка посмотрела на список. То что уже имелось было зачёркнуто и только два органа не было зачёркнуто. — Хорошо. Я прикажу их тебе доставить. — скрутив список в трубку, сказала ему Лилит. — Я без тебя бы не справился, а то эти долбаёбы так и не могут их мне принести. — возмущался владыка на своих нерадивых создании — Я тебя провожу до выхода, а то мне нужно наведать крылатых крыс. — Как скажешь. Они оба вышли из кабинета и пошли дальше по коридору к выходу. Интересный факт все коридоры ведут к выходу из этого дворца.

***

Тренировки ангелов всё ещё продолжались. Гавриил следил за всем, чтобы всё шло без происшествий. Стоя недалеко от тренировок Михаила с армией, к Гаврику подошёл Рафаэль. Его лицо было обеспокоенно чем-то. — Архистратиг Гавриил, — обратился он шёпотом к нему — можно вас на минутку? — Конечно. — немного уставшим голосом ответил ему крылатый. Они отошли от тренировок к самому углу «музея». Архангел уже предчувствовал что-то не хорошее. Рафик подошёл поближе к архистратигу, чтобы их точно никто не услышал. Это ещё больше смутило Гавриила, но виду старался не подавать. — Вы можете мне кое-что пообещать? — шёпотом спросил архангел. Собеседник приоткрыл рот, не зная, что даже ответить. Он хотел отказаться от обещания, потому что не знал чем оно будет, но и сохранить доверие ангела хотел. — Обещаю. — наконец-то сказал ангел. Возможно это и было его плохой чертой, то что он старается угодить всем, чтобы сохранить доверие к себе. — Тогда… — Рафаэль немного замялся — когда всё закончится и мы выиграем, вы сможете меня саморучно казнить? «ЧТО?!» — пронеслось в голове бедного Гавриила. Он конечно участвовал в судебных заседаниях вместе с братом, но скорее больше как за наблюдением судебного процесса. Сам же он никогда не участвовал в них, и уж тем более не был никогда палачом. Поэтому такая просьба его шокировала, что он даже немного отошёл назад от архангела. — Прости, но я не могу так. Я всего-лишь Архистратиг и я давно закончил свою работу «ангела смерти». И почему ты вообще просишь меня о таком? — Понимаете, меня лишили зрения ещё при штурме Рая. Я не знаю кто, но после этого меня стала одолевать жуткое уныние. Я стал чувствовать, что я теперь бесполезен. Ко мне даже не подходят ангелы, чтобы я им помог, ведь я ни на что не годен. — его голос звучал печальным. Архангелу было правда очень больно, что из-за своей незрячести не может никому помочь, хотя Бог как раз и создавал его, чтобы лечить других, но вот себе сам не может — Я боюсь, что скоро впаду в грех уныния и стану демоном. Вы единственный кому я могу доверять свою проблему. Я же трус и никогда не смогу сам себя казнить. В его словах слышалась безнадёжность. Что заставляло ёкать сердце Гавриила. Ему было жалко напарника, ведь он прекрасно знал, на что был способен Рафаэль. Рафик был самым слабым архангелом, но прекрасно владел исцелением. И видеть то, как он страдает, было для Гаврика невыносимо. Смотря ему в лицо, печальным взглядом, архистратиг дал свой ответ: — Хорошо, я попрошу тебя судить, но казнит тебя уже сам Михаил. Я не смогу быть твоим палачом, прости. Архангел помолчал. Его не особо устраивало, что его палачом будет Миша. Ещё тогда, когда у него были глаза, то Рафаэль сам лицезрел боль от меча старшего архистратига. Да, Михаил не однократно становился палачом для ангелов. — Хорошо, но прошу, обещайте мне это. — Я обещаю. — в знак обещания он поднял правую руку, хотя и понимал, что этого не увидит Рафик. — Спасибо. — с лёгкой улыбкой на губах, поблагодарил ангел, а после неуверенным шагом ушёл обратно к тренировкам. Гаврик опять прочувствовал на своих плечах тяжёлый груз ответственности. Он не мог разобрать другие, но снова и снова берёт всё новые, и новые. К сожалению, он не мог по другому. Может он и казался истеричкой иногда, но был с добрым сердцем. Он имел жалость и сочувствие ко всем, кроме демонов и грешников. Никто в Раю не был настолько же добрым, как Гавриил, что и выходило ему боком. Вместе с ответственностью пришло странное, неприятное чувство, что за ним наблюдают. По спине пробежали мурашки. Повернувшись назад он сначала опешил, увидев перед собой Тень. — Может перестанешь меня так пугать?! — тихо возмущался на копию Стэнли. Тень продолжала пялиться на него — Стэнли, не придуривайся, будто не слышишь меня. Я же знаю, что ты меня слышишь и видишь через него. — более злым голосом повторил ангел, но Тень продолжала стоять. Не хотев дальше выпытывать у существа хоть чего-то, Гавриил перешёл сразу к теме — Люцифер скоро сюда придёт? Тень показал да. Гаврик набрал грудью воздух и медленно выдохнул. Ему было мерзко говорить имя князя Тьмы, скорее он больше хотел бы его назвать мразью. Поблагодарив Стэнли за информацию, архистратиг вернулся к тренировкам и сообщил брату о скором прибытии Люци. Они вместе стали выводить ангелов из «музея» и сажать по камерам, заковывая в кандалы. Всё делалось быстро, вот уже через пятнадцать минут все ангелы были по своим местам. Оставалось только заковать в цепях Михаила и Гавриил мог выбираться отсюда. Затягивая последнюю цепь, Гаврик посмотрел на брата перед тем как выйти сказав напоследок: — До завтра. — его голос был уставшим, но через силу ангел улыбнулся. — До завтра. — попрощался в ответ Миша, но без улыбки. Архангел выйдя, закрыл за собой дверь и повесил на место ключ. Идея обратно по коридору в сторону выхода, он увидев опять Тень. Он стоял в другом коридоре передвигаясь в её глубь. Ангел вопросительно смотрел на него, но никакого ответа не получал. Решив, что копия Стэнли хочет ему показать что-то важное, то пошёл за ним. Идти пришлось не долго, потому что коридор закончился тупиком, что было необычно для темницы. Тень стояла у стены и глядела на союзника. — Так… зачем ты меня сюда привёл? — тихо спросил архангел. И в эту же минуту раздался скрип входной двери, а вместе с этим и тяжёлый хлопок закрывающейся двери. По коридорам отчётливо раздавался звук шагов. Было понятно, что это были шаги самого Люцифера. Гавриил быстро прижался к противоположной стене и смотрел в даль прохода, надеясь, что сюда не зайдёт Люци. Шаги становились всё более отчётливыми и близкими. Сердце колотилось с бешеным ритмом, а ноги совсем не чувствовались. Шаги были уже совсем недалеко от этого прохода. Гаврик почувствовал, как пару капель пота скатились по лбу, а ноги стали подкашиваться от страха. Сердце стучало всё быстрее и быстрее. И вот наконец-то тень князя была видна в проходе. Испугавшись, ангел попятился назад задев маленький камень, который издал звук на всю темницу. Люцифер остановился. Прислушивался. Гаврик же старался не дышать, а сердце прикрыл руками. Он стоял так меньше минуты, а после пошёл дальше. В противоположную сторону от коридора. Архангел наконец-то немного успокоился. Теперь ему не было так страшно слышать шаги врага. Дальше повисла ненадолго тишина, а после звук ключа. Скрип открывающейся двери в одну из камер и закрытия этой самой двери. Пройдя вглубь камеры, Люцифер щёлкнув пальцами. Огонь поочерёдно зажигался на весящих по бокам факелах. Михаил поднял голову, явно не ожидавшим встретиться с братом. Владыка подошёл поближе к нему, давая разглядеть его обличий. Лицо было такое же как и у Гавриила, только отличали их глаза. У Люцифера более заострённые с суровым взглядом. Первым начал диалог Миша: — Почему ты решил меня наведать? — в его голосе не было выраженно ни одной эмоции, но лёгкая неприязнь в нём проскальзывала. — Ну, а что такого плохого наведать своего старого брата? — ехидным голосом ответил князь. Архистратиг ничего не ответил, но продолжал пристально смотреть в лицо бывшему брату. — Зачем тебе понадобилось ходить в обличий Гавриила? Настолько ты уродлив? — грубо подколол Михаил. Сразу же лицо владыки стало более злым, генерал мог даже чувствовать, как он прожигает его своим гневным взглядом. — Ты далёк от истины, в прочем, как и всегда. — ему надоело стоять на одном месте, и Люцифер стал обходить со стороны своего узника. Медленным шагом, растягивая слова — Просто, твой дорогой братец куда более вызывает доверия. Ведь именно он и сообщил пастухам об Иисусе. — он остановился. Миша же не мог повернуть голову к брату из-за цепи на шеи, которая больно жгло кожу. Только это была иллюзия и никаких ожогов не оставалось. — Но зачем тебе ходить в таком обличие всё ещё? — продолжал задавать вопросы архистратиг. Владыка продолжал медленно обходить брата. — Кто изуродовал моё лицо? Кто изуродовал моё тело? — повышенным тоном говорил Люци — Кто? Михаил долго молчал, не хотя давать ответ, и стыдливо отвёл взгляд. Теперь дьявол опять встал перед его лицом и резко опустился к нему. Миша смотрел прямо в горящие огнём глаза своего бывшего брата. — ТЫ И ТОЛЬКО ТЫ! — князь хотел схватить за волосы узника, но резко остановился. Выпрямившись он спрятал руки в рукава, продолжая презренно глядеть на Мишу. — Это был приказ, если бы я- — «Если бы я» и что дальше? — перебил Люци своим злым голосом — Не смог бы стать архистратигом? Не смог бы стать Его новым приближённым? Что тогда бы было? — уже с издёвкой в тоне обращался дьявол — Радуйся, что именно победа надо МНОЙ принесла тебе повышение! Без меня бы, ты так и остался пылиться среди архангелов никому не нужный. Хотя, что это я! Ты и так никому не всрался. — Люцифер опять продолжил медленно ходить — Тебя никто не слушает из ангелов, над тобой даже Серафимы смеялись. Все думали и продолжают думать, что это был наш сговор с тобой. Никто не верит тебе, что тебе дал силу именно Он, а Он даже ничего им не пытался объяснить. Потому что привык сидеть в Своём жалком, потрёпанном храме. — его голос был немного тихим и обиженным — Ты даже не смог спасти Его и Серафимов от отравления, спасти Рай от штурма. Ведь ты ни на что негоден! — он остановился над его левым ухом и прошептал — Ты, Миша, всегда был на втором месте и всегда им будешь. Ты дополнение ко мне и так будет всегда. — его голос был более спокойным, но не менее напыщенным. Владыка продолжил обходить узников. Михаил всё это время молчал, не зная, что ответить. Каждое слово сказанное бывшим братом было правдой. Эти слова резали сердце, чувство одиночества, неполноценности и некой даже обиды заполнилось внутри. Но он всё же нашёл в себе силы ответить: — Я понимаю к чему ты клонишь, Денница. — Люцифер остановился сзади него — Я знаю чего ты пытаешься добиться. Да, я совершил множество ошибок, да я не смог вовремя спасти Создателя, да и я не уверен, что вообще смог бы. И да, я останусь номером два, но, не думай, что я хуже тебя. Наши силы равны и при любой опасности я готов спасти смертных, брата и ангелов от тебя. Так что не смей меня пытаться искусить, своими мерзкими обещаниями, которые построенный на унижении других! — он был сам удивлён решимости в своих слов. Да, он понимал, что весь диалог ввёлся ради искушения, если точнее договора между ними. Люцифер неоднократно применял такой метод и к другим, и ими был наслышан сам Михаил. И даже после своего заточения, владыка таким же образом предлагал сделку с архистратигом. Дальше он продолжил немного более спокойным голосом, но таким же издевательским — Ведь ты таким же способом и установил власть в Аду. Я же прав? Люцифер жал от злости кулаки не зная, что ответить. Настолько сильно его захлестнул гнев. Он понял, что имел ввиду Миша. Сам Люци знал насколько эта тактика была не идеальной в его системе. Не все демоны были ему верны и ладно, если это бесы, ведь они по природе своей свободолюбивы, но речь идёт о более статусных и властных демонов. Но всё же, демонов поддерживающих правителя было больше. Владыка быстрым шагом обошёл с правой стороны Михаила и остановился у его лица. — А тебя самого сколько ангелов поддерживает, не считая Гавриила? Такой резкий вопрос застал врасплох архистратига. Князь сначала улыбнулся, а после засмеялся на всю камеру. Мерзкий, давящий смех заставил генерала опять отвезти взгляд. Люци перестал смеяться, только когда открыл дверь, но перед тем, как уйти, сказал напоследок: — Перед тобой двери Ада и моего дворца будут всегда открыты, Миша. После слов он захлопнул дверь и закрыл на ключ. Оставив опять одного Михаила с болью в сердце.

***

Гавриил же сразу же сбежал, когда только услышал как закрылась дверь в одной из камер. Люци не слышал того, как входную дверь открыли из-за звукоизоляции в камере. Гаврик быстро шёл по коридору к своей комнате. Его охватила паника, что за ним мог гнаться владыка, хотя и не слышал шагов позади себя. Ему всё равно было страшно, что его могли услышать. Сердце всё ещё быстро билось. Наконец-то дойдя до двери в свою комнату, он быстро метнулся в неё и сразу же сел за стол, стараясь успокоиться. Ангел тяжело дышал, говоря себе мысленно: «Он меня не услышал иначе бы погнался за мной… он меня не слышал…». Из его тревожных мыслей прервал голос Стэнли из радио: — Эм… привет, Гавриил. — его голос звучал слегка смущённым. — Стэнли! — радостно возгласил архангел — У меня столько к тебе вопросов накопилось! — неожиданно для самого ангела ему стало намного легче и спокойнее, когда услышал голос союзника. — О, интересно. Я весь во внимании! — заинтересованным голосом воскликнул альтернатив. — Когда меня примерно сделают альтернативом? — бесцеремонно спросил Гавриил. В его голосе чувствовалось волнение. — Я… эм… я точно не знаю. Создатель не сообщал мне лично, когда это будет, но возможно где-то к концу недели, либо раньше. Всё зависит от того, когда ему принесут оставшиеся части. — Ну хотя бы успею закончить тренировки. — облегчённо вздохнул Гаврик не чувствуя вину, за то что мог солгать товарищам — Только я не особо хочу становится альтернативом. — Не волнуйся, мы что-нибудь придумаем, если он тебя захочет пораньше сделать одним из нас. — старался успокоить ангела существо. — Хочу надеяться. — с ноткой грусти ответил архангел. Ему не особо хотелось становится альтернативом, лишиться воспоминании о брате, о товарищах, а самое главное стать опасным для смертных. Он продолжил говорить, но смущённым голосом — Слушай, сегодня утром со мной произошло что-то очень странное… — Что? — обеспокойно спросил Стэнли. — Я заметил, что меня намного сильнее взбесил Люцифер. Я даже не знаю почему, но я настолько был раздражён только одним его присутствием, что хотел его убить. — его голос звучал испуганным — А потом мне и вовсе предстала реалистичная сцена того, как убиваю эту мразь. Мне так противно с того, что я вообще о таком желал, но я просто не могу контролировать себя, когда слышу или вижу эту скотину. — голос Гаврика переходил от злостного до печального. Нет, ему не было стыдно, что он хотел убить Люци, а было стыдно за самого себя, что он представил эту картину в мельчайших подробностях. Стэнли молчал, обдумывая слова. — Я тоже хочу его убить. — прямолинейно ответил альтернатив. Гавриил заинтересованно посмотрел на радио — Я тоже хочу это сделать, но к сожалению не могу, потому что слаб. Я прекрасно понимаю твои чувства, потому что сам неоднократно стыдился за это. Он причинил не мало боли всему живому на этой планете, но когда это всё закончится, то мы забудем об этих мыслях. Возможно останется только обида. — его голос звучал успокаивающим, заставляя Гаврику немного почувствовать уверенность в том, что не один такой и что эта его странность в скором времени сможет пройти. — Возможно ты прав, Стэнли. — спокойным голосом ответил ангел — Спасибо тебе. — с лёгкой улыбкой поблагодарил его. — Не за что, Габриэль. — помолчав пару секунд он продолжил говорить — Прости, но я больше не могу тебя слушать. Мне нужно уже ехать. — А куда? — удивлённо спросил Гавриил. Раньше альтернатив не говорил ему, что куда-то планирует уезжать. — Это долго объяснять, но я нашёл то, что сможет помочь другим альтернативам. А теперь прости, но я ухожу. До встречи! — Пока. — немного с грустью попрощался крылатый. Радио замолкло, оставляя Гаврика опять наедине со своими мыслями. Неожиданно ему кто-то постучался в дверь. Архангел стрепенулся и повернулся к двери ожидая услышать голос Люцифера. «Ну вот я и попался…» — уже мысленно себя хоронил он. Считая секунды до того как сюда ворвётся владыка, всё его тело сжалось в стул. Гаврик сейчас бы хотел стать этим самым стулом, чтобы его не тронул князь. — Так я могу входить? — послышался голос из-за двери. Гавриила неожиданно отпустило. Это был голос Z, того самого альтернатива, который бегает всё время рядом с Шестёркой и Эй. — Ох, да, конечно! — с лёгкой радостью в голосе ответил ангел. Внутрь вошёл высокий альтернатив в чёрной толстовке с неестественно бледным лицо, с широко разинутым ртом. Но больше всего привлекло внимание это, то что он держал в руках Джони. Встав со стула ангел подошёл к гостю. — Я совсем забыл о тебе, котик. — жалостливым голосом обратился к животному архангел. Джони просто с интересом рассматривал его лицо. — Я его нашёл на кухне. Вот решил принести. — с лёгким смущением в голосе ответил Z. — Ох, я совсем плох в роли хозяина хах… — тоже смущённо говорил крылатый — Можешь тогда его себе оставить? Я просто не могу за ним следить. — Конечно, я не против. Гаврик заметил, что собеседник смотрел на него весь этот разговор сверлющим взглядом. Он сразу же догадался, что Z мог слышать его диалог с Стэнли. — Сколько ты услышал? — прямолинейно спросил Гавриил с серьёзностью в голосе. — Самый конец, про какую-то вещь. — Вот как… — его смутило, что их разговор всё же подслушали, но был рад, что это сделал не Люцифер, а один из альтернативов, возможно ему удастся переманить его на свою сторону — Послушай, ты можешь не рассказывать об этом своему создателе? — С чего это я не должен? — резко заявило существо. — Ну потому что… ты же хочешь жить вместе с Шестёркой и Эй? Просто спокойной жизнью, делать то что вы хотите и никто не будет вам мешать или указывать? Скептичное выражение лица исчезло у альтернатива, и вместо него появилось замешательство. Он и правда бы хотел жить вместе с двумя своими братьями. Чтобы они не были зависимы от демонов, от договора с ними и они втроём, вместе с Джони жили бы вместе, занимаясь каждый своими делами. — Ну… хочу… — неуверенно ответил Z. — Я могу помочь в этом, просто не говори о том, что слышал создателю. И я обещаю тебе исполнить твоё желание. — тихо, но уверенно обещал Гаврик. Альтернатив стоял и думал. По отрывку из разговора он знал, что ангел работает ещё с кем-то из альтернативов, и у него есть что-то, что поможет другим альтернативам. Возможно «это» поможет в исполнении мечты Z, но вдруг это обман и обычный саботаж? Хотя будет ли один из «их» убивать своих же? Альтернативы может и имеют различные взгляды, и точки зрения, но никогда не пойдут против друг друга, потому что являются все братьями и сёстрами. — Хорошо, — наконец-то дал тяжёлое для себя решение существо — я поверю тебе. — Спасибо. — с расслабленной улыбкой поблагодарил Гаврик. Конечно он понимал, что просто манипулирует альтернативом, из-за чего чувствовал себя стыдливо, но хотел надеяться, что сможет исполнить данное им обещание. Альтернатив спешно вышел из комнаты крылатого и быстрым шагом держа в руках кота, пошёл к своей комнате. А ангел, переодевшись, лёг в кровать. Может, солнце ещё высоко на небе, но его настолько сильно вымотало, что просто уже стоять на ногах не было сил. *** Раздражённый разговором, Люцифер быстрыми шагами шёл по коридору. Его лицо было ещё более хмурым, чем обычно из-за чего альтернативы сторонились создателя, стараясь отойти или спрятаться, чтобы не попасть ему на глаза. А то мало-ли, что он надумает сделать. Дойдя до входных дверей дворца, с огромным грохотом открыл их и пулей вылетел на улицу. Проходя прямо по цветам, втаптывая их в землю, он злобно бормотал себе под нос: — Глупец! Считает себя умнее и сильнее меня! Я могу создавать, я создал практически целую армию альтернативов, а он ещё выёбывается! Без меня бы он так и остался гнить среди архангелов. Настолько сильно его задели слова Михаила, что просто не мог даже сдерживать свой мысли, поэтому говорил и вслух. Бормоча, он шёл прямо к краю Эдема, где заканчивалась земля и начиналось небо, отделяющие смертных от Рая. Закончив бормотать, он остановился у самого края и посмотрел вниз. Где-то облака были белыми, где-то были серыми, а где-то чёрными, но их было очень много и собой они закрывали для смертных небо, не давая разглядеть и лучика солнца. Ухмыльнувшись, Люцифер сказал сам себе, предвкушая, что скоро будет: — Давно я не занимался этим… Прокашлявшись, он взял себя за челюсть и стал медленно её открывать. Челюсть отпускалась всё ниже и ниже, деформируясь. Из своего рта он издавал приглушённый «Ааа». Не прошло и минуты, как из его рта вылетала стая летучих мышей. Все они были серыми, на их шерсти ползали клещи, блохи. Горящие алые глаза, только одним своим видом заставляли бежать мурашки по коже. Грязные, больные, они кружились над дворцом, закрывая собой солнце. Когда последняя мышь вылетела, Люцифер закрыл челюсть и прокашлялся, чтобы избавиться от шерсти из горло. — Я совсем забыл, как это больно… — поглаживая зудящую шею, сказал себе он. Люци умеет создавать различных существ. Его этому обучал Создатель. Только разница заключается в том, что у Него они живут долго и имеют собственный разум, а у владыки они просто иллюзия, имеющие материльное тело, но живущие совсем недолго. После проделанной работы они просто исчезают превращаясь в космическую пыль. Они не имеют собственного разума, ими управляет сам Люцифер. Только альтернативы отличаются от всех созданных им существ. Подняв голову на летучих мышей, которые кружились над дворцом, он стал кричать им: — Летите к Африке, там заразите других мышей, а вместе с этим и смертных. Принесите им чуму, оспу, грипп, любую болезнь способную скосить половину континента! — крича это, владыка указывал рукой куда надо им лететь и те послушно летели в ту сторону — Пока не заразите стольких людей, равных вашему числу, никто из вас не смеет умирать! — наблюдая за тем как стая мышей летело вниз, он неосознанно стал улыбаться — Я хочу наблюдать за тем, как они мучаются. — шёпотом сказал Люцифер. Когда их перестало быть видно, тогда владыка вернулся обратно в свой дворец, с счастливой улыбкой.