Кровавые узы

В понедельник вечером Хенджин стащил из папиного кабинета бутылку вина. Плотно закрыв дверь, Хенджин уединился в своей комнате. Он налил целый бокал вина. Потягивая вино маленькими глотками, Хенджин наблюдал за восходящей кроваво-красной луной. Было полнолуние. Время, когда Хенджин особенно остро ощущал запах крови. В школе он старался не подходить к Ли. Она все больше сводила его с ума. Смотря на ее розоватые от помады губы, Хенджин чувствовал у себя во рту вкус этой помады, сладкий, как клубника. Он несказанно обрадовался, когда Ли отменила тренировку. Весь день мысли Хенджина были отнюдь не о танцах: он намеревался прижать Ли к стене и наконец укусить ее, желательно поглубже, чтобы заглотить много крови. На уроке математики Хенджин сочинял письмо. В этом письме он намеревался раскрыть Ли свою настоящую сущность и предупредить о грозившей ей опасности. На перемене Хенджин подбросил письмо Ли Сан. Согласно его ожиданиям, Ли должна была найти письмо, придя домой из школы. Хенджина одолевали сомнения: может не стоило писать, а стоило сказать все напрямую. Однако дело было сделано. Хенджину оставалось надеяться, что Ли поверит ему. Хенджин не мог не думать о загадочном БэмО. Из детства Хенджин помнил какого-то мальчишку с белыми, почти седыми волосами и густыми ресницами. БэмО и Хенджин частенько сталкивались в коридорах или столовой. БэмО излучал жажду убийства. Хенджин по возможности всюду был с Ли Сан. Он провожал ее до дома, в столовой они сидели за одним столиком, после уроков вместе ходили на волейбол. Ли относилась к нему, как к хорошему другу. Она не придавала значения его знакам внимания, делала вид, что забыла о поцелуях. В их последнюю встречу, когда Хенджин поцеловал ее в шею, она сбежала, не сказав ни слова. Выходные Хенджин провел дома, не зная, чем себя занять. Все утро он пролежал в кровати, читая книгу. К урокам не притронулся, мысленно готовясь к тому, что в понедельник Ли настучит ему по голове за безделье. Письмо Хенджин написал в понедельник на первом уроке. После урока математики БэмО остановил Ли в коридоре и о чем-то заговорил с ней. Хенджин стоял недалеко от них. Он не расслышал разговора. БэмО вел себя непринужденно. Наклонялся к Ли Сан, говоря что-то ей на ушко. Ли сохраняла спокойное лицо. Вернувшись в класс, она неожиданно расплакалась, закрыв лицо руками. Хенджин догнал БэмО. — Что ты ей сделал? — Хенджин схватил его за плечо и пригвоздил к стене. БэмО до хруста стиснул ладонь Хенджина, выворачивая ее. — Сказал, что укушу снова, если будет иметь дело с тобой, — сказал БэмО. Наигравшись с рукой Хенджина, он ткнул его в грудь кулаком. Хенджин с кашлем выдохнул. — Вроде тоже вампир, а такой слабенький. — Не трогай Ли Сан, — потирая грудь, сказал Хенджин. Его глаза слезились от боли. — Ли Сан — моя, — твердо сказал БэмО, подойдя к Хенджину впритык. Он стиснул его подбородок пальцами. — На ней стоит моя метка. Я первым попробовал ее кровь. Хенджин глухо зарычал, вырываясь из его хватки. Извернулся — врезал ему кулаком по лицу. Костяшки рук Хенджина порозовели. БэмО провел по скуле двумя пальцами и слизнул с них кровь. Его губы потянулись в насмешливой улыбке. — Кровь Ли Сан очень вкусная, — сказал он. Хенджин едва удержался от еще одного удара. Услышав крик учителя, он остановился. БэмО прошел мимо Хенджина, грубо пихнув его в плечо. Вздрогнув от громкого стука в дверь, Хенджин закупорил бутылку. Быстро обведя комнату взглядом, сунул ее под кровать. Пустой бокал спрятал в шкаф. — Джини! — кричала его мама, стуча в дверь. — Ты уже вернулась с работы? — Хенджин облизал губы. В глотке у него пересохло. — Ты поел? — в глазах мамы искрились блики. Она сжала ладонь Хенджина, погладила его по щеке. — У тебя щеки красные. Ты не заболел? — Все хорошо. Я пообедал. Сейчас буду делать уроки. — Вот и умница. Не против, если на ужин будет карри? — она потрепала сына по щеке. — Давненько мы не ели карри, — Хенджин наклонился, чтобы чмокнуть маму в щеку, и замер, увидев предупреждающий блеск в ее глазах. — Хенджин, ты пил? — Капельку, — признался Хенджин, кусая губы. Мама запрещала ему пить. По ее мнению, он был еще ребенком, а детям пить нельзя. — Иди за мной, — приказала мама ледяным тоном. Хенджин спустился в гостиную. Мама села на диван, включила телевизор, минут пять бессмысленно смотрела в него. — Сядь, — она похлопала рядом с собой. Подождав, пока Хенджин выполнит ее требование, она повернула к нему голову и сказала: — Раз ты пил, на то должна быть причина. Расскажи, что случилось? Это как-то связано с Ли Сан? Хенджин не любил ковыряться в себе, хотя и делал это время от времени. Еще больше он не любил, когда кто-то пытался заглянуть в его внутренний мир и выудить оттуда мысли, которые он предпочел бы оставить там, скрыть за черным покрывалом забвения. Мама смотрела на него открыто, дружелюбно и вместе с тем обеспокоенно. Хенджин вдруг захотел рассказать ей о том, что терзало его последние дни. — Из-за нее. Я хочу выпить ее крови, — сказал Хенджин, сцепив пальцы в замок и тут же расцепив их. — Но не могу себе этого позволить. Не хочу делать ей больно. — От потребностей не убежишь, — сказала мама, выключив телевизор. — Тебе нравится Ли Сан? — Я не уверен. В письме к Ли, Хенджин написал, что она ему нравится, а потом зачеркнул эту строчку. Он действительно не понимал, нравилась ли она ему. Было трудно отделить его влечение к ней, как к жертве и как к девушке, к которой он испытывал нечто большее, чем дружба. — Расскажи Ли Сан, кто ты. Не загадывай наперед, как она отреагирует на твое признание. Рассмеется, посмотрит с недоумением, покрутит пальцем у виска… расскажи искренне обо всем, что чувствуешь. — Она мне поверит только в том случае, если я укушу ее. — Ну, укуси, только не сильно, — сказала мама серьезнее некуда. — Даже если и укушу, она решит, что я сумасшедший. Спасибо за советы. Пожалуй, я лучше ничего не буду делать, — проговорил Хенджин, утаив от мамы уже предпринятый шаг — письмо. — Пока не попробуешь — не узнаешь, — сказала его мама. Хенджин ушел в свою комнату. За час выпил бутылку вина. Приняв алкоголь, Хенджин расслабился и не думал о том, что ему сильно влетит за кражу и еще сильнее за отсутствие вина в бутылке. Он просматривал фотографии Ли Сан, которые делал незаметно во время уроков или тренировок. Долго разглядывал ее лицо. Он сравнивал Ли с девчонкой из прошлой школы. У Ли было одно значительное преимущество — запах именно ее крови понравился Хенджину. Встреча на кладбище, браслет с инициалами, запах Ли — злодейка-судьба неслучайно подстроила их встречу. На часах было ровно семь. Хенджин надел кофту с капюшоном и спустился на первый этаж. — Скоро будем ужинать, — предупредила его мама. Хенджин натянул ботинки. — Я выйду ненадолго, — сказал он, стараясь, чтобы его голос звучал твердо. Мама не должна была догадаться, что он прикончил не один бокал, а целую бутылку. Хенджин брел по улице, рассматривая закатное небо. Луна торжественно поднималась из-за облаков. Тяжелый, внушительных размеров круг будто норовил упасть на землю и сжечь все дотла огненным сиянием. Хенджин миновал одну улицу, вторую, третью… вышел к автобусной остановке. Нашарив в кармане карточку, оплатил проезд. Прислонившись к холодному стеклу, он смотрел на погружающийся во мрак город. Окна поблескивали, как звезды на небосклоне. Ноги несли Хенджина дальше. Он слабо думал о том, что делает. Просто шел. В доме Ли Сан горел свет на первом этаже и на втором, сбоку, где находилась ее комната. Окна были зашторены. Хенджин нажал на звонок. Ли впустила его. Он небрежно скинул ботинки, раскидав их по полу, и перешагнул ступеньку. — Ты одна? — он вытянул голову, посматривая в проемы между комнатами. — Мама уехала к бабушке, — ответила Ли, читая книгу. — Ты как-то поздно. Сегодня же не вторник. Хенджин скинул капюшон. — Ты прочитала письмо? Ли не отрывала голову от книги. Хенджин наблюдал за ней. Ли медленно закрыла книгу и положила ее на тумбочку. — Прочитала, — сказала она. — И… что думаешь? Думаешь, я разыграл тебя? Ли молчала, потупив глаза. — Скажи хоть что-нибудь! Я так долго собирался с мыслями, чтобы написать письмо, а в ответ — молчание? Алкоголь притуплял его чувства. Взор расплывался. — Тебе доказать, что я не врал? Хенджин подошел к Ли вплотную. — Не нужно, — тихо сказала она. — Я верю тебе. Казалось бы, Хенджин только и ждал этих слов, но почему Ли произнесла их с такой болью в голосе, как будто ее связки зажали в тисках? Она что-то скрывала от него. Ее губы дрожали. — БэмО вампир. Он укусил меня на празднике и… — Ли всхлипнула. Хенджин захлебнулся воздухом и округлил глаза, увидев крупную каплю на ее щеке. Он обхватил плечи Ли и встряхнул ее. — Ли Сан! Скажи, что случилось? Ли проглотила слезы. Ее горло будто заложило плотными слоями ваты. Дышать и говорить было нестерпимо больно. Она сделала шаг назад. Хенджин смутился, когда Ли, задрав кофту, сняла ее через голову. Под кофтой была беленькая майка. Одна из бретелек сползла с плеча. Хенджина не столько смущал вид Ли Сан, сколько то, что он увидел на ее коже. Ее плечи были залеплены пластырями, чуть ниже ключиц виднелись круглые синяки с кровоподтеками. Тело Хенджина онемело. «Ли Сан — моя!» — слова БэмО пронзили мозг Хенджина. — Когда это случилось? — Сегодня. —Ты дура, раз не сказала мне об этом, — сказал Хенджин. — И я дурак, раз позволил ему укусить тебя. — Он сильный! Затащил меня в пустой класс и укусил. Мне было так больно, — проговорила Ли, глотая слезы. — Хенджин, я боюсь тебя. Ты тоже вампир. — Зная это, ты впустила меня. — Подумала, ты другой. Ты писал, что не сделаешь мне больно, не укусишь. Ты сдерживаешь себя, находясь рядом со мной. Но лучше бы ты не признавался. — Ты права. Я другой. Даю слово: я никогда не позволю себе выпить твоей крови. И ни за что не дам это сделать БэмО. Отныне он не получит и капли твоей крови, — сказал Хенджин, бегая глазами по ее заплаканному лицу. — Будь моим другом, как прежде. Ли сквозь слезы улыбнулась Хенджину. Она надела кофту, спрятав укусы, залепленные пластырями. Она выглядела уставшей. Круглые серо-фиолетовые синяки пролегали под ее глазами, на бледном лице трепетал легкий румянец. — А друзьям позволено целоваться? — спросила Ли, застенчиво поглядев на Хенджина. — Ты целовал меня. И не раз. Ли Сан стояла всего в шаге от него. — Этого хотела моя вампирская сторона, — уклончиво отвечал Хенджин. — Вот как, — с огорчением сказала Ли. Хенджин уверенно наклонился к ее лицу. — А вот этого хочу я, человек Хван Хенджин, — горячо шепнул он, раскрытыми губами целуя ее в щеку. Ли обхватила теплыми и сухими ладошками лицо Хенджина и смело поцеловала его в губы. Хенджин зажмурил глаза. — Я знала, что ты придешь. Я ждала тебя, — проговорила она шепотом. — Постой, Ли! — Хенджин опустил ее ладони. — Ты пила? — Совсем чуть-чуть, — протянула она, вытянув большой и указательный пальцы. — Завтра я этого не вспомню, — она привстала на носочки, положив ладони на его плечи. — Поцелуй меня, Хенджин. Хенджин закатил глаза, сдерживая ругательства. Она-то забудет, а он будет помнить всю жизнь. — Ли, я поцелую тебя в другой раз. Когда будешь в здравом уме, — он мягко ткнул ее пальцем в лоб. — А сейчас отведу спать. На сегодня достаточно поцелуев.