История мёртвого города. Часть I

«Если это письмо всё-таки дошло до тебя, то, пожалуйста… как можно скорее беги от…... Доченька моя, убегай от него. Он монстр. Самый настоящий монстр. Таких мерзавцев ещё нужно поискать. Чон Джонотан — самый ужасный человек, которого я когда-либо знала. Я даже представить не могла, что ради своих целей он способен выкрасть ребёнка и…» Дальнейшая строка была беспощадно затёрта. Казалось, кто-то намеренно несколько раз провёл по ней мокрой рукой, уничтожая написанное. Не осталось ни единой буквы.Чарли молча сглотнул и продолжил. «Я никогда не думала, что он способен опуститься настолько. Чон Джонотан — богатейший человек с высоким положением в обществе, и всё же я не смогла ему противостоять.Прости меня, Сьюзи. Скорее всего, ты уже ничего не помнишь. Когда ты была совсем маленькой, мы жили в ужасной нищете. Всё из-за твоего несносного отца. Я изо всех сил старалась подарить тебе хоть немного счастливого детства, как у остальных детей. И однажды появился этот человек. Ты представляешь? Твой отец проиграл нас в какой-то азартной игре. Просто поставил на кон собственную жену и дочь...» Пальцы Чарли невольно сильнее сжали бумагу. «Я думала, он быстро потеряет к нам интерес, как только увидит, в каких условиях мы живём. Но всё оказалось иначе.Стоило ему увидеть тебя, как его будто подменили.Он приходил почти каждый день. Приносил сладости, игрушки, одежду. Постепенно наша жизнь начала меняться. Мы перестали выживать и впервые за долгое время начали просто жить. Твой отец почти перестал появляться дома, а ты... ты каждый день ждала прихода Чона. Наверное, он сумел заменить тебе настоящего отца.Тогда я искренне поверила, что ошибалась в нём. Решила, что этот человек вовсе не такой ужасный, каким казался сначала. Но это была самая страшная ошибка в моей жизни.» Каждая следующая строчка давалась всё тяжелее.Почерк становился резче, размашистее, словно женщина писала уже дрожащей рукой. «Со временем я начала замечать странности.Он слишком много времени проводил рядом с тобой. Играл, заботился, оберегал... словно ты была его собственным ребёнком. Я однажды спросила его, почему он до сих пор не создал семью.Он ответил, что ему достаточно заботы об одной маленькой девочке.Тогда я не придала этим словам значения.Но зачем настолько богатому человеку постоянно приходить в дом совершенно чужой семьи? Всё изменилось в тот день, когда я случайно увидела, как он поцеловал тебя.Именно тогда всё встало на свои места.» Чарли замер. Сердце неприятно кольнуло где-то под рёбрами. «Я сразу выгнала его из дома. Как бы сильно ты ни плакала, как бы ни просила вернуть его обратно — я больше не позволила вам встречаться.Мне было больно смотреть на твои слёзы. Больно понимать, что именно я допустила этого человека так близко к тебе. Но ещё больнее было осознавать, что я слишком поздно поняла его истинную сущность.Я запрещала ему появляться рядом с нами...Пока однажды он сам не...» Последняя строчка была густо перечёркнута синими чернилами.Чарли пришлось перевернуть страницу.Последние листы выглядели ещё хуже. Бумага местами была порвана, края пропитались кровью, а почерк стал почти неразборчивым. «...Нельзя было оставлять тебя одну. Я даже представить не могла, что….способен сделать такое. Доченька... Солнышко моё...Если ты сейчас рядом с ним — пожалуйста, убегай.Он никогда не сможет подарить тебе счастье.Он лжец.Он чудовище.Я не смогла защитить тебя.Не смогла подарить тебе хорошее детство...Прости меня.Возвращайся домой.Мы все будем ждать тебя.Ты ещё сможешь начать новую жизнь...Тем более...» На этом письмо обрывалось. Последняя строка исчезала под широким кровавым пятном.Чарли ещё несколько секунд неподвижно смотрел на лист.Разум будто отказался воспринимать прочитанное. «Что за...» Мысли спутались. «Нет... Это какая-то бессмыслица.» Он ещё раз перечитал несколько абзацев. «Такого просто не может быть.» Перед глазами всплыло спокойное лицо матери. Затем — суровый, всегда собранный отец. «Если верить этому письму...получается...» Грудную клетку сдавило. «Нет.» Он резко мотнул головой. «Нет. Это невозможно.» Внутри всё протестовало против написанного.Получалось, что его отец сначала разрушил жизнь Сьюзи, а затем... женился на собственной жертве? Даже мысленно произнести подобное казалось абсурдом. «Мама рассказывала совсем другую историю их знакомства.Совсем другую.Так почему...» Почему сердце билось так болезненно? Почему ладони вспотели?Почему по щекам неожиданно покатились слёзы? Чарли раздражённо вытер их тыльной стороной ладони. «Это ложь.Наверняка чья-то месть.Попытка оклеветать человека с таким именем.» Но чем дольше он пытался убедить себя в этом, тем сильнее внутри росло сомнение.Он начал вспоминать отца.Каждый разговор.Каждый взгляд.Каждое странное молчание. И вдруг некоторые воспоминания приобрели совсем иной смысл.Слишком многое теперь казалось странным.Слишком многое — подозрительным. «Если... хотя бы часть этого правда...» Мысль оборвалась. Резкая боль ударила в виски.Перед глазами потемнело.Чарли шумно выдохнул и прикрыл глаза ладонью, заставляя себя остановиться. Нет. Не сейчас.Сейчас он не сможет разобраться.Но одно мужчина понял совершенно точно.Эту тему он уже не сможет оставить.Ему придётся узнать правду.Любой ценой. Он медленно сложил письмо обратно в конверт и осторожно убрал его в карман джинсов.Теперь стало ясно хотя бы одно.Фая Амстронг была матерью Сьюзи Джонотан.А значит...У его матери всё это время существовала семья, о которой она никогда не рассказывала. — Да что вообще происходит... — едва слышно прошептал Чарли. В голове царил полный хаос. Злость.Обида.Страх.Любопытство.И тяжёлое чувство, будто привычный мир только что дал глубокую трещину.Ему отчаянно хотелось поговорить с кем-нибудь.Высказать всё, что накопилось.Услышать чужое мнение. И среди всех людей рядом существовал лишь один человек, которому он действительно мог доверить подобное. Эмма. Подняв взгляд, Чарли заметил девушку в дальнем углу комнаты.Она по-прежнему сидела одна, намеренно избегая любого разговора.Мужчина тихо поднялся с дивана, поправил лежащий рядом рюкзак и, ещё раз убедившись, что письмо надёжно спрятано в кармане, медленно направился к ней. Посторонние звуки, доносившиеся где-то за пределами комнаты, сейчас казались совершенно неважными.Важнее было другое.Он больше не хотел молчать.