When June kissed December

      Всю жизнь под этим одеялом я всё равно не просижу. Надо вставать.       Шмыгая носом, Пит с опаской спускает ноги с кровати, сначала шаря по мягкому ворсу коврика большим пальцем правой.       Так. Вроде никаких скользких тварей.       Поднявшись, Пит, наконец, имеет возможность рассмотреть обстановку своей комнаты.       Хм.       Когда вчера они поднимались по лестнице, при ночном приглушённом освещении Питу показалось, что дом представляет собой старинный особняк. Но его спальня обставлена очень современно и стильно. В стене напротив кровати Пит замечает две двери, догадываясь, что одна из них — ванная, а другая — гардероб. Помимо кровати и прикроватной тумбочки из светлого дерева, из мебели имеется кушетка для отдыха, кресло-мешок, стол с лежащими на нём ноутбуком и планшетом, а рядом стоит удобный стул. Панорамное окно, из которого открывается вид на ухоженную лужайку, даёт комнате ещё больше света.       Внутреннее убранство и оборудование в ванной его тоже порадовали. Покинув её, Пит направляется в гардеробную.       Ого.       И хотя сам Вегас одевается очень элегантно, помимо нарядов в таком же стиле Пит замечает более привычные для него футболки и джинсы. Всё брендовое, но не вычурное, без лишних деталей. Омега выбирает футболку пастельного оттенка и серые джинсы.       Вегас уже за столом. И вновь Пит не может не отметить, насколько всё вокруг стильное и функциональное.       Что ж. Он не лишён вкуса и практичности… Но это не меняет дела. — Доброе утро, — приветствует его Вегас, — надеюсь, тебе понравилась твоя комната?       Пит коротко кивает. — Если чего-то не хватает или хотелось бы что-то изменить — пожалуйста, скажи.       Ага. А может, мы уже похерим твою гиперопеку и молча поедим? Вроде как, обещал разницу с родительским домом. — Э-э. Всего хватает. — Хорошо. Садись за стол, сейчас всё подадут.       Вскоре на столе появляются пиалы с джоком, паровые лепешки, вазы с фруктами и тарт с карамельно-тыквенным кремом к кофе и чаю на выбор. От вида всех этих яств у омеги текут слюнки. Сказывается и большой перерыв с последнего нормального приёма пищи. Но чёрт дёргает Пита за язык, когда он выдаёт: — Надеюсь, из тарелки не выскочит ваша ящерица? — Ты о Макао? — Вегас вынимает столовые приборы из специального кольца, — он тритон. — А есть разница? — Есть. Тритоны — амфибии, а — ящерицы пресмыкающиеся. — Типа, он… э-э… не рептилия? — Не рептилия. Правда, Макао очень необычный тритон. Он может долгое время обходиться без воды, — снисходительно улыбается Вегас, а Пит — как бы ни было это неприлично с его стороны и оскорбительно для альфы — машинально отворачивается в сторону. Ну что ему делать, если при каждом взгляде на лицо мужа он видит там змеиную кожу.       Замечая реакцию омеги, Вегас прекращает улыбаться и тихо желает: — Приятного аппетита.       Пит прикусывает дрожащую губу. Волна гнева и обиды так и подкатывает к горлу. Да что с ним такое? Он же совсем не избалован вниманием и не хочет вести себя глупо, как недалёкий и капризный подросток.       Но ничего не может с собой поделать, выпаливая: — Весь такой вежливый! Что ж ящерицу свою не воспитываете? — А по-моему, в доле воспитания нуждаешься ты, — конечно, Вегас прекрасно понимает, что Пит провоцирует конфликт, и в силу жизненного опыта — всё-таки он на двенадцать лет старше омеги — не поддается провокации. — Серьёзно? — Да. Но с Макао я поговорю ещё раз. Обещаю — больше он тебя не потревожит.       Это нарочитое спокойствие больше всего злит Пита. Он попросту взрывается: — Было бы круто, если бы меня ещё кое-кто никогда не беспокоил!       Вегас вздыхает и качает головой: — Ешь, пожалуйста. Всё остывает.       М. Посмотрим, насколько у тебя хватит терпения! — Не буду я ничего есть! Ящерице своей отдайте!       Пит показушно отодвигает от себя тарелки. Вегас поднимает брови, а затем громко щелкает пальцами. Когда на его сигнал появляется слуга-бета, он спокойным голосом приказывает: — Кхун Пит закончил завтракать. Уберите его тарелки.       Слуга, со знакомым пустым выражением глаз, собирает посуду и приборы на поднос, а возмущенный Пит выкрикивает: — Что?! Голодом теперь меня морить будешь?!       Пит даже не осознает, что в гневе постоянно перескакивает с «вы» на «ты» и обратно.       Не отрываясь от еды, Вегас холодно произносит: — Не задерживаю.       Чуть не роняя стул, Пит выскакивает из-за стола и бежит прочь. С самого детства лучшим способом «выветрить» негатив для него был быстрый бег. Вот и сейчас он мчится через лужайку, останавливаясь только тогда, когда резь в боку становится невыносимой. Приводя в норму дыхание, Пит видит короткое бревно, лежащее перед неглубоким декоративным колодцем. Убрав влажную чёлку со лба, омега садится на край бревна, роняя голову на ладони.       Ну зачем я так с ним?..       В нем борются очень противоречивые чувства. С момента их «знакомства» прошел месяц — почти три недели были потрачены на довольно быструю подготовку церемонии. И за всё это время — до момента приезда сюда — они виделись от силы три раза. Конечно, слишком мало, чтобы узнать друг друга. Но и этого времени хватило, чтобы понять: глупыми детскими выходками альфу не пронять. Вот только Пит сам не понимает, зачем ему всё время лезть на рожон. Назло ли родителям, из желания сбежать от прошлого или просто от безысходности… но он дал согласие на этот брак. Так почему он постоянно пытается вменить Вегасу, что его заставили?       Он бы и дальше плыл в своих мыслях, если бы из травы за бревном не послышалось шуршание. Пит мгновенно настораживается, соскакивая на ноги. Сердце его начинает беспорядочно колотиться о рёбра. Затем слух омеги улавливает шипение и что-то похожее на писк.       М-может… котёнок?       Пит набирается смелости и наклоняется через бревно, а затем разбирает траву. Увидев источник шума, поначалу отдёргивает руки. Но соображая, что ему ничего не угрожает, ехидно усмехается: — Попался!       Всё дело в том, что тот самый несчастный тритон Макао, неизвестно как попавший хвостом под бревно, отчаянно пытается выбраться, с надеждой смотря в глаза Пита. — И? Думаешь, я стану тебе помогать? Так тебе и надо!       Пит упрямо складывает на груди руки. Ну и что? Ну и отвалится у него хвост. Какая разница? Вскоре вырастет новый.       Ярко-жёлтый малыш не перестаёт жалобно пищать и шипеть, пробуя уцепиться лапками за траву, но это, конечно, ничуть не помогает ему. Закатив глаза — ну и бесхребетное же я создание! — Пит поднимает край бревна, освобождая бедолагу. — Всё! Сгинь!       Омега топает ногой, побуждая тритона побыстрее убраться с его глаз. Но Макао и не думает этого делать. — Я тебе что сказал?! Исчезни! А то в следующий раз целиком под бревно запихаю!       Тритон, вроде как, слушается. Махнув хвостом, уползает в траву. — Так-то лучше, — Пит отряхивает руки друг о друга и снова садится.       Как быть дальше?..       Трава опять тихо шуршит — теперь уже с края. Пит косится в ту сторону, замечая жёлтый верх торчащей из-за бревна головы. — Так и не понял меня по-хорошему?       Пит кривит рот. А Макао высовывается чуть больше. — Хм… Вообще-то, ты прикольный, — Пит подмигивает осмелевшему тритону, — но всё равно — страшный. Так что — постарайся не показываться мне на глаза.       С этими словами Пит поднимается и, сделав глубокий вдох, возвращается к дому. Там он, оглядываясь по сторонам, быстро добирается до своей комнаты. В животе урчит, но он не станет унижаться.       Хотя этого ему и не придётся делать.       На прикроватном столике — поднос с кофейником, из носика которого поднимается пар, а ещё закрытая тарелка, на которой Пит обнаруживает паровую лепёшку со свининой и большой кусок тарта.       Блин…       Питу стыдно. Отчего-то он подозревает, что принёс всё это в его комнату отнюдь не слуга-бета.       Омега наливает ароматный кофе в кружку с северным орнаментом, отламывает кусок лепёшки и, чуть не пролив на себя горячий напиток, оборачивается на стук в дверь. — Э-э… да?       Дверь открывается, и на пороге появляется Вегас. Ни тени упрёка на его лице, как будто ничего и не произошло. От этого Питу ещё хуже. — Прости. Я обещал экскурсию по дому, но у меня возникли неотложные дела. В другой раз. Обед подадут в половине второго. К ужину вернусь.       Чёрт… он ещё и извиняется.       Короткий кивок и взгляд в пол — это всё, на что способен сейчас Пит. А Вегас продолжает: — Твои дистанционные занятия в университете начнутся через две недели. Так что завтра будь готов к девяти утра. Форма одежды — спортивная. — Куда это мы?.. — Завтра узнаешь. Тебе понравится. — Э-э… Даже не намекнёте?       Вегас прищуривается, что делает взгляд совершенно кошачьим: — Ты научишься держаться за воздух.