Разбитые зеркала в её глазах

Ничто не вечно под луной.

27 сентября, Киото Резиденция клана Камо

      Свечение, исходившее от ширм, озаряло центр помещения, в то время как углы оставались кромешно черными. Золотой свет падал на лицо Сатору, проходя через его белые волосы так, что они казались прозрачными. Судзуне взглянула на него лишь украдкой и перевела взгляд на одну из перегородок, откуда исходил мужской старческий голос.              Если бы это не требовалось так сильно, она бы не за что не стала вмешивать старейшин, но теперь ей казалось это необходимым — путаница с ОРС заходит слишком далеко. Мико пыталась решить это сама: в юности она лично видела, что организация часто создавала проблемы для магичекого мира, но это было похоже больше на небольшие путаницы, даже шалости. И... Всем всегда было все равно. Это были преступники, которые наводили больше шума, чем пугали своей опасностью. Последствия от них устраняли, пригрозили кулаком вслед и забыли. Хотя, контролировать это все равно пытались, но будто для вида — Судзуне поняла это только сейчас. Так было всегда. Точнее, так могло быть «всегда».              — Мне было суждено заметить, что за последний год — деятельность ОРС стала слишком активна, — на выдохе сказала Мико, стараясь не показывать волнения. Сила у неё есть, а авторитета ещё нет, — одно неверное слово и следующие несколько лет придется посвятить себя наработке хотя бы теперешней репутации. Однако, если старейшины решат оценить её жест — этот разговор лишь поможет в набивании авторитета. Поэтому, сегодня Мико рискнула и решила, что будет говорить именно она, а не Годжо. — Как я уже говорила, наши предложения в том, что в этот раз, готовиться нечто серьёзное, — Мико успела рассказать все с самого начала, не скрывая никаких имён, пытаясь создать иллюзию доверенности. На входе Годжо сказал, что она «ведёт себя так, будто сделала что-то плохое, и решила рассказать родителям до того, как они сами про это узнают». Нет, Судзуне не вела себя так. Она себя так и ощущала.              — Судзуне-сан, а почему вы говорите о данных событиях только сейчас, раз они продолжаются уже несколько месяцев? — Мико ожидала этого провокационного вопроса.              — До этого, все спокойно справились с ОРС без вмешательства старейшин, считая это лишним жестом, вы сами это знаете. Организация, впринципе, и не являлась большой проблемой для нас — уголовные статьи вне нашей компетенции, хоть это и дело рук магов. Но сейчас вопрос стоит в возможной угрозе в виде некого плана, который может повлечь за собой, на самом деле, сокрушительные последствия.              На секунду в воздухе повисла почти гробовая тишина, лишь некое глухое гудение ее нарушало. Ширма сзади ответила:              — Вопрос открыт для обсуждения старейшинами. Мы решим, что делать с данной ситуацией на уединённом собрании.              Годжо и Судзуне вышли из помещения. В легкие сразу ударил свежий воздух, а в лицо — прохладный ветер.              — Твое напряжение очень ощущалось. Боишься их? — спросил Сатору, когда они отошли на достаточное расстояние в сторону от здания. Став под легкую, скачащую от раскачивавшихся длинных ветвей ивы, тень Мико скрестила руки и закрыла глаза, чтобы выдохнуть и расслабиться. Она убедилась, что их никто не подслушивает и ответила:              — Не боюсь. Просто, стараюсь быть осторожной, чтобы не было лишних проблем.              — Перебарщиваешь, — усмехнулся Сатору, но женщина промолчала, отвечать на очередной подкол Годжо не было настроения. — Как думаешь, что придумают эти старческие головы?              — Не знаю, но я уверена, что как раз настало время их вмешать. У меня проблем в клане по горло. Сражаться вдвоем с целой организацией в мои планы не входит, — твердо ответила Судзуне. — Да и, основную проблему я вижу в том, что, если бы старейшины каким-то образом узнали о том, что мы все это время знали, не от нас самих — это добавило бы нам ещё больше сложностей, — Мико посмотрела на мужчину, тот невнимательно слушал её, подняв голову вверх — наблюдал за парой птиц на ветках, которые шаловливо прыгали туда сюда.              — Говоришь так, будто пытаешься уберечь только себя, — подчеркнул Годжо таким тоном, будто это была обыденная вещь, хотя он только что сильно задел достоинство Судзуне.              — Это неправда. Просто, я и так делаю больше, чем входит в мои обязанности, — сказала она довольно резко и грубо.              — Так делают все учителя, — всё также спокойно ответил Сатору. — Не жалуйся.              — В отличие от некоторых, я хотя бы не играю в авантюриста, — ответила ему женщина и сжала кулак в кармане брюк. Она и так на грани, и вывести её сейчас на эмоции проще простого. — Не делай вид, что делаешь всё это не для какой-то своей великой цели, Годжо.              — Ты знаешь меня, но моя цель не эгоистична, поэтому не надо об этом говорить таким тоном, — ответил он, спустя секунду молчания и улыбнулся. — И я лишь сказал, что ты «говоришь так, будто пытаешься уберечь только себя». Я знаю, про твои личные великие цели, в которых нет места самолюбию.              — По тебе видно, что ты не хотел впутывать старейшин до последнего, — быстро остыв, Мико решила перевести тему. На такой почве правда может назреть конфликт, где инициатором будет она, а это не нужно никому, особенно в трудные времена. Сатору один из немногих, кто вникал в её философию, но сейчас она его не понимала. Мико хочет защитить в первую очередь свой клан и вырастить счастиливое, несколько это возможно в магическом мире, поколение Судзуне. Вцелом, их идеи Годжо схожи, но все равно, далеко не одинаковые.              — Мы должны делать вид, что за одно с ними, но я не привык впутывать их в какие-либо вопросы. Впрочем, в прошлом, эти деды сами их находили. Также, я не разделяю их идеи. А ещё, мне было очень трудно молчать на сегодняшнем собрании, не вкинув ничего, что бы привело их в негодование! — тяжело вздохнул он. — Ты должна мне спасибо сказать, что я сдержал себя в руках.              — О, ну конечно, — фыркнула она и саркастично добавила: — Очень приятно, Годжо-сан, что вы саизволили впервые промолчать!              — Всегда пожалуйста, — усмехнулся Сатору и резко снова перешел на более серьезную тему, однако, свой жизнерадостный тон не изменил: — Сейчас наша главная задача это защитить детей.              — Я отслежу план действий и сделаю так, чтобы Фуккацу Хитоми была впутана в это по минимуму.              — Отличная идея.              — К сожалению, совсем без Фуккацу не выйдет, но нужно сделать так, чтобы это не было ей во вред, — она опустила взгляд вниз, снова задумавшись: что именно предпримят старейшины можно было только предполагать. Она считала, что несмотря на раздражение, которое она испытывала от них, они все равно додумаются до чего-нибудь толкового.              — Её связь с ОРС не разрушить бездействием. Тут, скорее, нужно бороться за это бездействие.

***

      30 сентября, Токио       На журнальном столике перед телевизором стояла полупустая тарелка с попкорном, пачка ещё не открытых чипсов и банки холодной колы. Через открытую форточку дул прохладный ветер, но в общей гостиной все равно было жарко, а шум деревьев за окном заглушали голоса веселившихся первокурсников. Двое — Хитоми и Юдзи, сидели посередине дивана, прямо перед экраном, чтобы хорошо оценивать обстановку на экране, Нобара и Мэдока разместились около края, а Мегуми предпочел постоять, облокотившись на спинку дивана.              На экране хаотично двигались персонажи, всеми известной в этой комнате «Mortal Combat». Хитоми крепко держала джойстик в руках, нажимая неглядя на кнопки: использование заученных сотен комбинаций требовали особой концентрации. Итадори нравился ей как противник — поиграв с ним, она выделила его как профессионала.              — Это победа, — самодовольно сказала заранее Фуккацу, услышав заветное «Finish him».              — Да, ну-у! — протянул Итадори, оценивая свои низкие шансы нп победу. После фаталити Китаны, за которую сейчас как раз играла Фуккацу, — раунд был закончен.              — Вы все равно идёте на равне, — заметила Кугисаки, посмотрев на расстроенного Юдзи. — Этим раундом Фуккацу тебя снова догнала. Когда вы дадите джойстик другим уже? — устало протянула Нобара. С самого начала у них был уговор играть по очереди, но все слишком увлеклись наблюдением за игрой Хитоми и Юдзи — за месяцы учебы, хоть они вдвоем играли не один раз, никто за этим серьезно наблюдал, а сейчас стало ясно, что это похоже на настоящий киберспорт.              — А мне больше смотреть нравится, — сказал, выглянув из-за плеча Итадори Сано.              — Ну, ты и смотри, а я хочу поиграть! — ответила Нобара и протянула открытую ладонь вперёд, намекая Фуккацу, что пришло её время играть. Хитоми отдала его, ведь, это на самом деле, было бы честно. Тут Мэдока спросил:              — А почему вы никогда не играете на своих любимых персонажах? Райден и Саб-зиро, вы ведь говорили летом, что они вам нравятся и, как я понимаю, вам проще всего на них играть.              — Ого, ты даже запомнил, — удивилась Фуккацу. Ей потребовалась несколько секунд, чтобы вспомнить этот разговор. — Все просто, мы...              — Короче, у нас есть клятва, которую мы дали в первый раз, когда вместе сели играть, — перебил её Юдзи. Он рассказывал это таким голосом, будто это обет на крови, а не обыкновенная договоренность. — Не играть на двух бойцах. Мне — на Саб-Зиро, Фуккацу — на Райдене...              — И зачем данная договоренность? — спросил Фушигуро. Хитоми подняла голову вверх, посмотрев ему в глаза и, усмехнувшись, развела руками:              — Да просто по приколу.              — Да, так интереснее, — подтвердил Юдзи, смотря на экран — выбирая, кем будет драться против Кугисаки. — Ну и, чтобы лишний раз не спорить, кто круче.              — А, может, всё-таки сыграете? — предложил Мэдока, хотя это даже напоминало больше просьбу. До этого он ни разу не играл в «XBox» или «Playstation», но в свободное время от учебы здесь, он сумел научиться намного в него играть, но, все-таки, ему больше нравилось быть в роли наблюдателя. — Я понял, что Фуккацу и Итадори, играют одинаково. С учётом того, что они идут с одинаковым счётом, а каждая их игра длится одинаковое время, лишь с разницой в одну тире пять секунд...              — Ты серьезно все это считал?! — Хитоми от услышанного сделала слишком большой глоток колы и чуть не поперхнулась.              — О, зато, теперь можно определить кто же сильнее! — воскликнул Юдзи, заинтересовавшись.              — В таком расчёте всё равно будут слишком большие погрешности, — заметил Мегуми, но все уже слишком увлеклись этой идеей.              — Это будет финальной битвой двух сильнейших! — сказала Кугисаки и сразу же впихнула джойстик в руки Фуккацу, давая понять, что играть она не будет, пока не посмотрит на противостояние Хитоми и Юдзи, на Райден и Саб-Зиро, на которых и парень и девушка могли играть чуть ли не с закрытыми глазами.              Хитоми тоже была обеими руками за, поэтому заняла удобное положение и уже листала строку для того, чтобы нажать на либимого персонажа, однако тут обзор загородили ноги в сине-фиолетовых штанах. Фуккацу подняла голову вверх и недоумевающим взглядом посмотрела в лицо Годжо-сенсея.              — Добрый вечер, Годжо-сенсей! — громче всех поздоровался Итадори.              — Играете тут, да? — спрашивал он у всех, но наклонил свое лицо именно к Хитоми. — Я тоже люблю иногда поиграть в приставку. Кстати, в моей юности, были популярны игровые автоматы...              — Вы загораживаете экран, — Хитоми смотрела на учителя, пытаясь скрыть свое недовольство, рукой листая меню персонажей на телевизоре — она все равно помнила место нахождения иконки Райдена наизусть. — Отойдите.              — Могу. Но ты, в любом случае, сегодня уже не поиграешь, — сказал Сатору, от чего у всех сидящих на диване изобразилось недоумение на лице. — Мы с тобой сейчас поедем на одно задание.              — Эм... А что за задание? И почему другие не едут на него? — все также были удивлены словам Годжо и просто молча слушали разговор учителя и однокурсницы.              — Там другие не требуются, — лишь пожал плечами Сатору. Он отошёл от телевизора в сторону и радостно добавил: — Через десять минут жду тебя около ворот!              Он ушёл, не заперев за собой дверь. Фуккацу тяжело вздохнула, но встала с дивана, передав джойстик обратно Кугисаки.              — Надо было поугаваривать его ещё на одну катку! — сказала Нобара, расстроенным голосом. — Теперь придется ждать другого раза, чтобы узнать, кто победит...              Хитоми подошла к стулу, где оставила свою ветровку синего цвета и накинула её, уже собираясь попрощаться и выйти. Кто-то аккуратно дотронулся до её плеча и тихо сказал:              — Ничего об этом знаешь? — в голосе Фушигуро звучало беспокойство. Хитоми поняла, что он надеяться, что она просто не могла сказать при других про это задание, а на самом деле, она обо всем осведомлена.              — Нет, правда, не знаю, — призналась она. От этого Фуккацу чувствовала очень небольшое беспокойство, но она не хотела показывать это Фушигуро.              — Будь осторожнее, хорошо? — попросил он, взглянув в её лицо, часть которого прикрывала черная повязка. Хитоми надеялась, что она выглядит достаточно уверена в себе, чтобы Фушигуро не думал, что есть повод беспокоиться, хоть она сейчас знала столько же, сколько и он.              — Пф-ф, — она неловко усмехнулась, чтобы разрядить обстановку. — Я же буду с Годжо-сенсеем, всё впорядке!              — Напишешь, когда приедешь, — настоял он.              — Это может быть довольно поздно, лушче ложись спать, — она застегнула ветровку и засунула руки в карманы, встав напротив Фушигуро. Она понимала беспокойство Мегуми, но ей было трудно пока его принимать. Хитоми заметила, что от того, что теперь о ней кто-то постоянно думает, она начинала чувствовать больше ответственности за свои действия. Поэтому, она попытается быть осторожной, но продолжит выглядить беспечно.              — Просто напиши, а там, я уже сам разберусь, — Фушигуро засунул руки в карманы, неосознанно повторив позу девушки.              — Эх-х, — Фуккацу сузила глаза и поджала губы. — Не боишься хронического недосыпа?              — Всё нормально будет, — заверил он так, будто беспокойство о нем — что-то лишнее.              — Всем пока, ребят, — крикнула она однокурсникам на диване и махнула рукой на прощание. Ребята попрощались в ответ и она вышла, закрыв за собой двери. На улице уже почти стемнело, было немного прохладно, но это ощущалось не так сильно. Фуккацу быстро забежала в комнату за катаной, на всякий случай, и спустя две минуты уже была около входа. Годжо-сенсей как всегда опаздывал, хоть время назначил сам. Хитоми стояла, думая о том, что это может быть за задание — бесспорно, что это как-то связано с ОРС.              — Куда мы едем? — спросила Хитоми, когда Сатору наконец пришел. Он ничего не объяснял собственноручно до сих пор, поэтому, она решила спросить.              — В отдел шаманской инквизиции.