Я может и изгой, но и ты не Джеймс Хэтфилд

Время в Хокинсе летело незаметно, как частенько бывает в маленьких городах, в которых каждодневная рутина поглощает людей полностью, сменяя день за днем, каждый из которых идентичен предыдущему. Возможно, если бы не Эдди, Стив так же проводил свои дни в рутинном болоте, между походами на работу, бесконечных ссорах с отцом, и периодических дискуссиях с Робин о том, стоит ли «Заводной апельсин» того, чтобы его так часто пересматривать. Девушка конечно обещала применить к Стиву «ультранасилие», если он не посмотрит эту дурацкую кассету, но Харрингтон все еще стойко держался. Эдди вносил в скучные будни приятное разнообразие, даже казалось бы, в те разы, когда они ничего существенного не делали, просто зависая вместе, и выискивая на свои пятые точки различные приключения. Если бы пару лет назад, кто-то сказал Стиву, что он будет бегать за своим парнем (!) по его трейлеру, пытаясь уговорить его оставить путь кровной мести опоссуму, который украл последнюю пачку чипсов, и теперь шипя кроется под диваном, то Стив рассмеялся бы этому человеку в лицо. Возможно даже отвесил бы профилактический подзатыльник. Но жизнь менялась очень стремительно, и сложно было сказать, в лучшую ли сторону. С одной стороны, кого угодно привел бы в ужас тот факт, что Эдди на полном серьезе пытался зажарить змею, причем вместе с детьми, и Стив, не сумев остановить этот кошмар, решил что лучшей стратегией будет возглавить его. И зажарить бедного ужа хотя бы со специями и лимоном. Но с другой, его жизнь действительно стала куда более осмысленной, когда в ней появился Эдди Мансон. Попытки романтических ухаживаний Стив не оставил, и бонусом к прочтению всего Властелина Колец, который он за пару месяцев все же осилил, решил сводить Эдди в ресторан. Сказать что идея потерпела крах, значило ничего не сказать. Понятие «дресс-код» было Мансону неведомо, и в лучший ресторан их захолустного городка Эдди заявился в своих любимых драных джинсах, футболке с летучими мышами, и кожанке, на которой сзади был вышит горящий череп, держащий в зубах змею. Надо было отдать Эдди должное, одежду из своего гардероба он выбрал самую лучшую, буквально что новую, и даже причесался, забрав свои волосы в хвост, чтобы не торчали во все стороны как обычно. Стив к стыду своему, сидел и бессовестно залипал, даже не сразу заметив подошедшего к ним официанта, но увы, ни работники заведения, ни гости, внешнего вида Эдди не оценили, и сидели кривя лица. А уж в тот момент, когда Мансон начал поливать премиальный стейк кетчупом, то на них вовсе смотрели такими взглядами, какими возможно когда-то инквизиция смотрела на Джордано Бруно, перед тем как отправить его на костер. Из ресторана пришлось свалить, не дождавшись десерта, даже при том, что Стив переругался со всем персоналом, оставив очень красноречивую запись в жалобной книге, и в итоге они снова сидели в трейлере Мансонов, доедая из пластикового контейнера многострадальный стейк, и смотря на кассете «Бесконечную историю». Романтики в этом по мнению Стива было ноль на массу. Следующая попытка произошла в тот раз, когда в город снова приехала какая-то ярмарка, с ужасающей жареной едой, от одного взгляда на которую в сосудах образовывались тромбы, ненадежными аттракционами, с которых как Стиву казалось то и дело вылетали какие-то гвозди, и жуткими клоунами, будто сошедшими со страниц книги Стивена Кинга. Роман про кучку странных детишек и преследующего их монстра с явно педофильскими наклонностями вышел совсем недавно, а вся прогрессивная молодежь им уже зачитывалась. Стив себя прогрессивной молодежью не считал, и к книге не притрагивался, но клоуны все равно наводили жути, вне зависимости от того, читал ты ее или нет. Мансон же чувствовал себя на ярмарке как рыба в воде, не боясь ни клоунов, ни ишемической болезни сердца, и скакал как блоха по всей площади, таская Стива за собой за руку по всем палаткам, аттракционам, и прочим местам. — Стиви смотри, тут можно призы выигрывать! Эх, сразу воспоминания навевает, — Эдди смахнул несуществующую слезинку, прислонившись к стенду тира, — Как мой пьяный вусмерть папаша попытался выйграть мне игрушку, в приступе несвойственной ему щедрости, но в итоге попал работнику в ногу. Игрушки мне тогда не досталось, но старый шериф дал мне слипшихся ирисок. Тоже победа. Стив стиснул руку в кулак, с глухой яростью думая о том, что Эдди пришлось пережить в детстве, и что это совершенно несправедливо. -Ладно Мансон. Так и быть, сегодня твой день, — Харрингтон хлопнул несколько смятых долларовых бумажек на стойку тира, и взял ружье. Конечно, в стрельбе он был не так хорош как Нэнси, но уж попасть в пирамидку из стаканчиков он мог, — Смотри и учись. По всем уродским законам вселенной Стив конечно должен был бы промазать, но в этот день ему необычайно повезло, и он попал пять раз из пяти, сбив все пирамидки, за что прыщавый работник будки позволил ему выбирать приз. Среди уродливых плюшевых медведей, резиновых уток и прочих стремных игрушек выделялась небольшая плюшевая летучая мышь, с пластиковыми клыками во рту, и Стив не прогадал, выбрав ее. Эдди запищал буквально на ультразвуке, будто хотел привлечь всех ее мышиных родственников с окрестностей, и повис на Стиве, даже не обратив внимание на паренька с тира, который на них вылупился. Плюшевая игрушка была торжественно наречена «Сауроном» и теперь занимала почетное место на кровати Эдди, у самого изголовья. Мансон так часто ее тискал, что это даже немного раздражало, и Стив успел пару-тройку раз пожалеть, что вообще выиграл это набитое синтепоном недоразумение. Ревновать к игрушке было глупо, и пришлось оставить деструктивные размышления, перенаправив мысли в другое русло. Как бы еще убедить Эдди в том, что Стив на самом деле хороший бойфренд. Стив даже обратился за советом к Дастину, но тот только покрутил пальцем у виска, заявив что он придурок, а Эдди по каким-то странным причинам по уши в него втрескался. Звучало конечно обнадеживающе, но после впечатляющей череды романтических неудач, и всего что было связано с Нэнси, Харрингтон не мог успокоить в себе мысли о том, что он недостаточно старается, недостаточно уделяет внимания Эдди, и вообще он скучный, и такому многогранному, потрясающему парню как Мансон скоро станет скучно, и он его бросит. Какая-то рациональная часть его сознания понимала что это все навязчивые мысли, загоны, и от них надо избавляться, но пока к сожалению не получалось. Перебрав в уме все наименее клишированные идеи, Стив решил заморочиться на пикник. Благо погода позволяла, возле трейлерного парка было полно уединенных мест, где можно было расстелить плед, а Эдди не был утонченной английской барышней, поэтому готовить мини сэндвичи с огурцами и сконы для него было не нужно. Они вполне могли обойтись парой-тройкой банок пива и пакетом чипсов. Важен был сам жест. Когда Стив со всем возможным таинственным пафосом позвал Эдди за собой на ночь глядя куда-то в сторону леса, тот хоть и посмотрел с подозрением, но все же пошел следом. -Стив, я конечно все понимаю, но это не самый безопасный район, чтобы тут по ночам лазать. И я даже не про Векну и изнаночных монстров сейчас. Уж поверь мне, я тут живу давно, и знаю о чем говорю. Харрингтон только закатил глаза, обходя покосившийся заборчик. Иногда Эдди слишком сильно загонялся не по делу. -Расслабься. Я выбрал хорошее место, рядом с участком старухи Дженкинс. Там поляна красивая, звезды видно. И никто подозрительный там не ходит, что им там делать? Тыквы у нее воровать? Аргумент в пользу безопасности места обитания бабульки выращивающей тыквы не сильно убедил Эдди, но по крайней мере он согласился идти дальше. Поляна, на которой Стив расстелил плед, который умыкнул под шумок у матери, и разложил на нем весь тот джентльменский набор, который купил в «Costco» на распродаже, за те копейки, которые оставались у него до зарплаты, оказалась действительно очень живописной, и выглядела куда лучше, чем место возле трейлерного парка. -Ооо, Стиви, это что, пикник? Прямо как в книжках Джейн Остин? Как романтично, — Эдди улыбнулся, плюхнувшись на плед, — Ты в последнее время меня так балуешь, мне аж стыдно становится, что я сам ничего не делаю. Харрингтон только закатил глаза, усевшись рядом, и перекинул металлисту банку пива. -Не говори глупости. Ты куда больше для меня делаешь. Я просто хочу соответствовать. Я., — Стив тяжело вздохнул, нервно проведя пальцами по волосам, стараясь не смотреть на Эдди, — Я просто не хочу чтобы ты думал, что я воспринимаю это как игру. Что я плохой бойфренд. Стив хотел еще что-то сказать, но поморщился от довольно ощутимого тычка под ребра. -Эй! Я тут тебе душу изливаю между прочим, что за дела вообще? -Стив Харрингтон, какой ты иногда придурок, я не могу просто с тебя. Ты доведешь меня такими темпами до нервного истощения, и все. Клуб Хэллфайер останется без законного лидера, — Эдди плюхнулся спиной на плед, раскинув руки, — Кто тебе вообще сказал, что ты плохой бойфренд? За те несколько месяцев что мы встречаемся, ты сделал для меня больше, чем кто-либо еще за всю мою жизнь. И не спорь. Это правда. Мне не нужны широкие жесты, букеты из сто одной розы, и прочая чушь из Космо, мне хватает того что ты рядом. Что я тебе интересен. Что ты видишь во мне человека Стив, а не фрика, который может достать наркотики, и в которого потом можно плюнуть. Смекаешь? Эдди повернулся, подперев голову рукой, и смотря на Стива своими невозможными глазами, в которых читалась одновременно вселенская усталость, и уязвимость человека, который постоянно ожидает от окружающих удара в спину. Стиву почему-то стало очень легко на душе после этих слов. -Я тебя понял. Больше никаких жестов. Правда прийдется кассету с саксофоном выкинуть, зря только деньги на нее тратил, — на недоуменное моргание Эдди Стив взмахнул рукой, состроив загадочное лицо, — Ну. Саксофон. Фон для секса. Эдди поморгал еще пару раз. Потом начал ржать. — О боже Стиви, я тебя обожаю, — Мансон вытирал слезы рукавом, пока Стив картинно дулся, отодвинувшись на свою сторону пледа, — Это ж надо такое придумать вообще. Но вообще. Мне эта твоя идея с пикником очень понравилась. Иди сюда. Я думаю мы справимся с тобой и без саксофона. Поначалу Харрингтон хотел сдержаться, исключительно из вредности, но Эдди слишком завлекающе смотрел, облизнув губы, и стянув с себя кожанку, оставшись только в майке с лого Металлики, открывавшей его татуированные предплечья. Сдержаться не получилось. Сдержаться не получилось настолько, что бабуля Дженкинс, напугавшись подозрительных звуков исходящих со стороны ее сада, вызвала полицию, и буквально минут через двадцать к ним подъехала машина, из которой вылез очень недовольный Джим Хоппер, светя парням в лицо фонарем и собственным осуждением. -Вы что, совсем оборзели? Дома мало? — тактичность шерифу была неведома, поэтому он продолжал светить фонарем, пока Эдди пытался прикрыть волосами расцветающие на шее засосы, параллельно застегивая молнию на штанах, а Стив искал свою майку, которая улетела куда-то в кусты, и печально там повисла, — Я бы еще понял, будь вам по шестнадцать, но вы то. Два здоровых дурня. -Мы между прочим, в укромном месте. Тут вообще никто не смотрит, а если старухе нечем заняться, кроме как подслушивать, то пусть не жалуется, — Эдди решил собрать весь имеющийся в его арсенале яд, и излить его на Хоппера, — А вот от вас, уважаемый блюститель закона, я вообще не ожидал. Вуайеризм это между прочим болезнь, и с возрастом она только прогрессирует. Что, самому в этом деле тяжело, решили за молодыми начать подглядывать? У Хоппера на такую тираду вспухла вена на виске, и шериф уже был готов разразиться криком в ответ, но Стив очень быстро почувствовал запах жареного. — Ладно ладно, мы поняли, больше так не будем, — ему наконец удалось найти майку, и натянуть ее на себя, — Все, мы уже собираемся, сейчас уйдем. Харрингтон состроил свое самое праведное лицо, и шеф полиции закатил глаза, отмахнувшись. -Черт с вами, идите. Но чтобы это было в последний раз. Или свои шекспировские драмы будете разыгрывать в обезьяннике по ролям. Хоппер поговорил с бабулей, убедив ее в том, что это опоссумы в кустах разбушевались, и уехал, напоследок пригрозив Стиву и Эдди табельным. Конечно, это была просто попытка припугнуть, но выглядело все равно внушительно. -И чего ему неймется? — Эдди чужие угрозы были как горохом об стену, и он быстро помог Стиву свернуть плед, даже собрав за ними пустые банки из-под пива, — Ехал бы домой, отдыхал. Некоторых людей просто хлебом не корми, дай засунуть нос в чужие дела. Стив выражал молчаливое согласие, идя следом за Эдди, к трейлерному парку. Возможно окончание свидание вышло не таким как он планировал, но все равно, получилось не так уж плохо. На пороге трейлера Мансон остановился, развернувшись, и посмотрел на Стива сверху-вниз, лукаво наклонив голову. -А знаешь Стиви. У меня кажется есть дома кассета с саксофоном. У дяди точно была парочка, он джаз любит. Как насчет пойти, и немного приобщиться к высокой культуре? Уговаривать Стива не пришлось. Ни минуты.