Приключения одного эльфа во время вторжения демонов

Бреду по затянутой мглой низине. Слышится какой-то пощелкивание. Смотрю назад и вижу паукообразных тварей, бегущих ко мне. В ужасе несусь по скалам наверх. там стоит светящаяся белым светом женская фигура. тянусь к ней рукой. Нас соединяет звспышка зеленого света. Вываливаюсь на землю в каких-то развалинах. Обессиленный падаю мордой на землю, и слышу шаги солдат шемленов. Прихожу в себя в камере. Я сижу на полу, закованный в колодки. Рядом стоят шемлены с мечами наготове. Что у меня с рукой. Поднимаю руку и рассматриваю ладонь. Внезапно она озаряется зеленой вспышкой. Меня дергает. Дверь открывается, и входят две женщины. Та, что в доспехе искателей истины подходит ко мне вплотную. — Назови нам хоть одну причину не убивать тебя прямо сейчас. Говорит она — мне, склонившись к моему уху. Женщина я не глухой. — Конклав уничтожен. Все кто там был, погибли. — она расхаживает вокруг меня. — кроме тебя. — Она наклоняется ко мне. — Вы считаете, что это я… — объясни это. Искательница хватает меня за руку и поднимает светящуюся ладонь на уровень моих глаз. Еще бы я что-то помнил о конклаве. Помню, что меня послал сюда мой клан, а потом все обрывается. Только непонятное воспоминание о том, как я убегал от пауков. Она отпускает мою руку. Поднимаю лиц к ней. — Не могу. — Что значит «не могу»? расхаживают женщины вокруг меня. — Я не знаю, что это и откуда взялось. — Ты врешь! — кидается на меня искательница. Вторая женщина оттаскивает её в сторону. — Он нам еще нужен, Кассандра. Так искательницу зовут Кассандра. Хм, это случаем не Кассандра Пентагаст? По описанию внешности вроде совпадает. «С самого Века Славы Пентагасты вместе с Ван Маркхэмами обмениваются властью в Неварре. За границей, скорее всего, фамилия Пентагаст ассоциируется с охотниками на драконов. Но Кассандра Пентагаст обрела известность по другим причинам. Хоть она состоит с правящей семьёй в дальнем родстве, её героические подвиги, как в бытность Искательницей, так и во время появления Бреши, сделали её живой легендой. Дети лорда Маттиаса и леди Тиганы Пентагастов, Кассандра и её старший брат, Энтони, росли в семейном поместье в столице Неварра. Леди Тигана занимала высокую должность при дворе Неварры в качестве стюарда короля Маркуса — но многие подозревали, что на самом деле она была главой его шпионов — и их семья была богатой даже по меркам Пентагастов. Так было до 9:10 Дракона, когда леди Тигана и лорд Маттиас, вместе с дюжиной других влиятельных Пентагастов, были схвачены и казнены по обвинению в заговоре с целью убийства короля Маркуса — вторая попытка после покушения барона Голина в 9:08 Дракона. Члены двора короля Маркуса советовали ему казнить и членов семьи заговорщиков, дабы избежать возможных попыток расправы в будущем от рук мстительных родных. Король неохотно дал согласие, что привело к многочисленным арестам и казням — этот кровавый период стал известен как «Неваррская Чистка». Чистку пережили лишь те дети, за которых поручились влиятельные родственники — это и спасло Кассандру и Энтони. Их дядя, Весталус Пентагаст, брат лорда Маттиаса, был старшим членом морталитаси, и именно благодаря этому он избежал казни. Весталус взял племянника и племянницу под опеку. Так как он был морталитаси, они жили в Великом Некрополе. Они росли в окружении мертвецов, и поэтому полагались только друг на друга. Когда в 9:12 Дракона Весталус стал прелатом морталитаси и надсмотрщиком Великого Некрополя, в связи с чем у него оставалось всё меньше времени для детей. В те годы одиночества среди гробниц Энтони увлекся фехтованием, мечтая стать охотником на драконов, и Кассандра делала то же самое. «Уверяю тебя, мы с сестрой в порядке, » — однажды написал Энтони своему кузену — «Дядя Весталус не всегда рядом, но он делает всё, чтобы о нас заботились, он даже выделил средства для моего обучения. Касси клянется, что пойдёт по моим стопам. Хочет, чтобы мы вместе охотились на драконов, не сомневаюсь, она сможет, несмотря на свою молодость. Знаю, как ты смотришь на её «игры с мечом», но что ей делать в Некрополе? Устроить чаепитие с мертвецами? Здесь нет никого её возраста. Дядя редко увозит нас отсюда. Только Номи находит ей дела в Церкви, но это не будет продолжаться всю жизнь.» «Не дай гневу сбить тебя с пути.» — Байрон На протяжении последующих лет Энтони и вправду стал охотником на драконов. Он присоединился к группе родственников, которые желали восстановить традиции Пентагастов, и принимал участие в трёх охотах. Последняя была наименее успешной, когда группа случайно наткнулась на двух высших дракониц одновременно, но Энтони отличился тем, что не только пережил столкновение, но и собственноручно убил одну драконицу. На момент 9:16 Дракона Энтони стал настолько известным, что это привлекло внимание группы отступников. Они хотели заполучить драконью кровь для некоего ритуала, и когда Энтони отказал им, они убили его на глазах Кассандры. В ужасе и гневе из-за несправедливости, когда тех отступников не смогли найти, она умоляла дядю послать её в орден храмовников, но вместо этого её определили к Искателям Истины. «Понимаю ваши опасения насчёт того, что моя племянница, даже для её двенадцати лет, уже слишком взросла для начала обучения с Искателями, » — говорилось в письме Весталуса — «Но ручаюсь, что она усердна в тренировках, даже по вашим меркам. Я виню себя за то, что у неё не было должного социального воспитания, вместо этого она тратила время в Церкви Некрополя и следовала по стопам брата. Она набожна, непреклонна и своими навыками превосходит даже лучших из ваших учеников, уверяю вас.» Тренировки в качестве Искателя Кассандра начала в крепости Монтсиммара, где большое внимание уделялось её религиозному воспитанию вместо боевых тренировок. Сначала это разочаровало её, но со временем она приняла это и стала выдающейся ученицей. Она прошла бдение в пятнадцатилетнем возрасте, что сделало ее самым молодым учеником со времён Века Бурь. Ритуал прошёл в отдаленном замке у Проклятых холмов в северном Орлее. Пребывая в одиночестве в течение недель медитаций, очищая себя от эмоций и достигнув состояния божественного покоя, Кассандра вышла из замка возрождённой — членом ордена Искателей. Её наставником стал старший Искатель Байрон, погибший впоследствии во время событий 9:22 Дракона при попытке церковного переворота посредством убийства Верховной жрицы Беатрикс III. Заговор, в который были вовлечены рыцарь-командор храмовников Мартел, Владычица Церкви Каллиста и маг крови Френик, вылился в нападение на Великий Собор в Вал Руайо группой драконов, подчинённых при помощи магии; это событие получило название «Дня Драконов» или «Дня Чёрных Небес». Кассандра принимала непосредственное участие в пресечении заговора и, как подобает Пентагастам, в сражении с драконами. Сама Верховная жрица публично провозгласила её героиней и наградила титулом Правой Длани — титулом, которого раньше удостаивались только храмовники из личной гвардии Верховной жрицы. «Всё было так, как я говорила раньше, » — говорилось в письме Кассандры к вышестоящему Искателю — «Да, я была там, когда Великий Собор был атакован, и я сражалась всеми силами, чтобы спасти Верховную жрицу. Но всё могло произойти не так — меня обвинили в убийстве Лорда-Искателя Алдрена, и если бы не помощь мага Галиана, я всё ещё томилась бы в тюрьме. На самом деле, Галиан и другие маги из круга принимали не меньшее, чем я, участие в сражении. Меня очень огорчает то, что их вклад не был замечен, а я стала единственным героем. Признаюсь, я желала умереть, защищая Её святейшества, и на самом деле чуть не погибла. Но я поклялась сражаться со злом, это мой долг, а Галиан не давал такой клятвы, чтобы обязать себя. Если вы владеете такими полномочиями, прошу вас наградить его и его сподвижников. Даже сама мысль о том, что я смогла бы в одиночку сразить всех тех драконов, кажется совершенно невозможной. Это — заблуждение, и я не желаю способствовать его распространению.» «Истина не конец, а лишь начало.» — Флемет На протяжении последующих лет Кассандра пользовалась уважением в орлесианской империи. Она спасла Верховную жрицу, и как бы она не старалась преуменьшить своё участие в событиях Дня Драконов, рассказы о её геройстве распространялись всё дальше. Многие подозревали, и возможно в этом было капельки истины, что Верховная жрица Беатрикс назначила Кассандру Правой Дланью всего лишь ради выгоды от её славы. На притяжении тех лет Кассандра скорее работала в качестве телохранителя Верховной жрицы, появляясь на её стороне во время публичных мероприятий, нежели исполняла обязанности Искателей. Когда у орлесианцев появились другие заботы, разговоры о произошедших событиях притихли. Повреждённые участки Вал Руайо и Великого Собора были восстановлены, и ореол героя Кассандры начал гаснуть, что её только радовало. Многие ожидали, что Верховная жрица освободит её от обязанности Правой Руки и позволит вернуться к Искателям Истины, но это не произошло. Скорее всего Верховная жрица считала весьма полезным наличие агента, который не был храмовником, и одновременно не был с Искателями достаточно долго, чтобы полностью быть верным их идеалам. По сути, обязанностью Кассандры стало проявление воли главы Церкви — её посылали для расследования вещей, которые интересовали Верховную жрицу (но без вмешательства её советников из Церкви), и укрепления воли Церкви там, где это было необходимо. Такая работа устраивала Кассандру больше, чем роль «священного телохранителя». Верховная Жрица Беатрикс III скончалась в 9:34 Дракона, и её место заняла Джустиния V. Кассандра считала, что она освободила бы её от службы, даже больше — как говорили её близкие друзья, она желала это. Однако, новая Верховная жрица планировала провести реформы в Церкви, а этим несложно завоевать врагов не только внутри верхушки Церкви, но и далеко за её пределами. Новая Верховная жрица больше всего нуждалась в агентах, которым она могла доверять. Джустиния V сделала выбор на Кассандре, что было полной неожиданностью для неё, и она согласилась. Вскоре Кассандра получила неподписанное письмо, обозначенное соловеем — считается, что оно было написано Лелианой, Левой Рукой новой Верховной жрицы. «Кассандра, я знаю, что Её святейшества говорила с тобой, » — говорилось в письме — «Она желает, чтобы ты была её Правой Рукой, чтобы ты служила ей, как служила бывшей Верховной жрице. То, что она планирует, необходимо, но опасно. Есть те, кто не видит опасность перед нами. Они скажут, что её намерения уничтожат всё, во что мы верим. Джустиния так не считает. Она верит, что всё будет уничтожено если мы ничего не изменим. Знаю, что в глубине ты чувствуешь то же самое. Мои шпионы наблюдали за тобой во время выполнения обязанностей. Ты выполняешь работу Искателя с меньшей устремлённостью, чем раньше. Задаёшь больше вопросов, проявляешь сострадание, чем навлекла бы проблемы себе, если бы они узнали об этом, и тебя гневит та несправедливость, что становится всё очевиднее для нас, наблюдателей. Буду рада нашей совместной работе в трудные для всех нас времена.» Последующие годы Кассандра неустанно служила новой Верховной жрице. Она расследовала публичные и секретные угрозы власти Церкви, включая Киркволлские события. Когда напряженность между орденом храмовников и Кругом магов переросло в восстание и хаос, Кассандра удвоила свои усилия, но всё это сошло на нет, когда Джустиния V погибла в взрыве храма Священного Праха.» Но почему они допрашивают меня и откуда эта светящаяся хрень у меня на руке? — Ничего не понимаю. — Вы помните, что случилось? — Спрашивает вторая женщина в фиолетовой накидке на кольчуге. — Как все началось? — продолжает доброжелательно расспрашивать меня она. Рассказываю ей свои последние воспоминания. — Помню, как я бежал. За мной гнались твари, а потом… была женщина? — Женщина? — Фиолетовая встает в защитную стойку. Похоже не верит. Да ябы и сам в этот берд не поверил. — Она протянула мне руку и… Дальше я помню все очень смутно. — Ступай в головной лагерь, Лелиана. Я свожу его к разрыву. Выставляет из камеры Лелиану искательница. Стоп, Лелиана? Так вот почему она казалась такой знакомой. Она же из свиты Серого стража остановившего пятый Мор. Искательница снимает с меня колодки, но связывает мне запястья. — Что все-таки случилось? — будет проще один раз показать. Она поднимает меня на ноги и ведет к выходу. через десяток минут мы выходим из церквушки. Я в шоке смотрю на сумрачное небо. В него упирается зеленый столб и огромная клякса в вышине. Это что еще за хрень? пока я в шоке разглядываю небо, Кассандра начинает объяснять. — Это огромный прорыв в мир демонов, который с каждым часом становиться все больше. Мы назвали его «Брешью». — она поворачивает голову ко мне. — И это не единственный прорыв. Всего лишь самый большой. И все они появились после взрыва на конклаве. — От взрывов бывают такие последствия? — такого даже гаатлок кунари не дает. — От этого да. Она подходит ко мне. — Если мы ничего не предпримем, Брешь может разрастись настолько, что поглотит наш мир. А может оно и к лучшему, ведь наши боги были заперты Завесой Фен Харелом. НО ведь через прорыв хлынут и демоны… Внезапно из-за вспышки в вышине моя ладонь вспыхивает зеленым. Блин, больно. Я от неожиданности падаю на колени. Сжав святящийся кулак, пытаюсь унять боль. Зараза. Она ведь на эту зеленую соплю среагировала. Ко мен подсаживается искательница. — Каждый раз, когда Брешь растет, твоя метка тоже увеличивается… и мало-помалу тебя убивает. ммать. — Возможно она же может и остановить процесс, но времени мало. Обнадежила блин. Откуда они вообще об этом узнали? — Она может… сделать, что? — Закрыть Брешь. Возможно ли это — мы в скором времени выясним. Это наш единственный шанс. И твой. — Ты по-прежнему думаешь, что это сделал я?! Сам сотворил с собой такое? — Вероятно, не намерено. Что-то явно пошло не так. — А если я вообще не виноват? — Ну, кто-то точно виноват, а ты наш единственный подозреваемый. Хочешь доказать свою невиновность? Это единственный способ. Вздыхаю. — Я понимаю. Сделаю, что смогу. Все, что понадобиться. Она поднимает меня и ведет через лагерь. Солдаты и слуги смотрят на меня очень враждебно. — Они считают тебя виновным. Им это нужно. Жители убежища скорбят по её святейшеству верховной жрице Джустинии пятой, главе церкви. Конклав собрала она. Вот это я помню. Идем по тропе к воротам. — Это был зыбкий шанс договориться о мире между магами и храмовниками. Она свела лицом к лицу их лидеров. Но теперь все погибли. проходим на мост. — У нас внутри все бурлит, как и на небе. Но мы должны взять пример с Верховной жрицы и думать не только о себе. Пока Брешь не будет закрыта. Она останавливается и разрезает кинжалом веревку на моих запястьях. — Будет суд. Большего обещать не могу. Суд шемленов… Надеюсь я не подставил свой клан. — Идем. Уже недалеко. растираю ладони. — Куда ты меня ведешь? — Надо испытать твою метку на чем-нибудь поменьше Бреши. Идем по мосту. — Открыть ворота. Мы идем в долину. Командует она солдатам на мосту. Поднимаемся в гору по тропе. Моя метка опять стреляет разрядом. Падаю на колени, хватаясь за руку. Кассандра наклоняется и поднимает меня на ноги. — Все чаще и чаще. — она убирает руки с моих плеч. Отходит вперед. — Чем шире Брешь, тем больше разрывов и демонов. — Как мне удалось выжить при взрыве? — По их словам, ты… вышел из разрыва. А потом потерял сознание. Они сказали, что за тобой в разрыве виднелась женщина. Что за женщина — никто не знает. Дальше в долине — все в плачевном состоянии. В том числе и храм Священного праха. Скоро сам увидишь. Выходим на мост. Внезапно в него прилетает сгусток зеленой энергии из Бреши. Каменная кладка рушиться. Еле успеваю скастовать на себя каменный доспех, как мы все падаем на замерзшую гладь реки. Сверху прилетает еще один сгусток и из него появляются демоны. Кассандра кидается к ним. — Держись у меня за спиной. Оглядываю обломки с телами на наличие оружия. Нашел. Кидаюсь к посоху и хватаю его в руки. Атакую посохом в спины демонов. — Все. Готово. Но искательница похоже не разделяет моей радости. Она приближается ко мне выставив меч. — Брось оружие. Немедленно. — Ты думаешь, без посоха я менее опасен? — Это должно меня успокоить? — К тебе я пока что магию не применял. Она вздыхает и убирает меч. — Да, ты прав. Посох тебе не нужен, но пусть лучше он у тебя будет. Я не смогу тебя защитить. — она отворачивается Ии делает несколько шагов по обледеневшей тропе на берегу реки. — В конце концов, ты пошел добровольно. Возьми эти зелья. Кто знает, что нас ждет впереди. Складываю зелья лечения в зачарованную сумку. — А где все ваши солдаты? — В головном лагере или сражаются. Пока что мы сами по себе. идем дальше. Снова переходим замерзшую реку. — Мы уже недалеко от разрыва. Слышишь звуки боя? — А кто с кем бьется? — Сейчас увидишь. Надо им помочь. Пробежавшись на звуки боя вижу битву между демонами и магом с гномом. Помогаю им отбиться. Лысый эльф хватает меня за руку и прикладывает её к разрыву. — Скорее, пока не появились новые! Моя ладонь соединяется с разрывом и он схлопывается. Ого! В удивлении разворачиваюсь к эльфу. — Что ты такое сделал? — Я — ничего не делал. Это все ты. — Что ж, все-таки она для чего-то годиться. — Метку создала та же самая магия, что проделала Брешь. Я предположил, что метка может помочь закрыть разрывы, появившиеся вместе с Брешью — и оказался прав. — Значит, её можно закрыть и саму Брешь. Подходит к нам Кассандра. — Возможно. Кажется у тебя ключ к нашему спасению. — Это радует! — гном с арбалетом рассматривает свои руки. — Я уж думал мы навсегда по горло в демонах. — Он подходит ближе. — Варрик Тетрас: плут, краснобай и банный лист на заднице. — Разводит он руками, представляясь. Кассандра раздражено на него смотрит. — Ты тоже из Церкви или… Эльф смеется. — Ты серьезно спрашиваешь? — Формально я такой же арестант, как и ты. Гном наклоняет голову и рассматривает свои руки в перчатках. И не холодно ему в расстегнутой рубашке ходить? — Я привела тебя, чтобы ты пересказал историю Верховной жрице. Теперь необходимость отпала. Раздражено поясняет Кассандра, гному. — И все же я по-прежнему здесь. — Вскидывает гном руки. — к счастью для вас, учитывая обстоятельства. — У тебя… такой замечательный арбалет. — А то! Мы с Бьянкой через многое прошли. — косится гном себе за спину. — С Бьянкой? У него… у неё и имя есть? — Конечно. В долине она нам будет ценной спутницей. — Отнюдь. Ты нам помог, Варрик, но… Выступает искательница вперед. — Ты в ту долину, когда в последний раз заглядывала, искательница? Ваши солдаты там не справляются. Вам нужен я. Она раздражено вздыхает и идет к выходу из руин. — Если уж знакомиться, то меня зовут Солас. Очень рад, что ты выжил. — Он хочет сказать: «Ты тут спал, я дежурил, не давал метке тебя убить». — Кажется, ты хорошо разбираешься в том, что тут твориться. — Солас отступник, как и ты. — Формально все маги сейчас отступники Кассандра. — Защищается эльф. — Мои путешествия помогли мне узнать о Тени больше, чем известно любому магу Круга. Я пришел, чтобы предложить помощь с Брешью — все, что мне по силам. Если её не закрыть мы все погибнем, кем бы мы не были. — Очень достойный поступок. киваю я. — Соре просто разумный. Хотя сейчас и с разумными поступками туго, если оглядеться. Кассандра, тебе следует знать: эта магия не похожа ни на что мной виденное ранее. Хоть твой пленник и маг, я затрудняюсь представить, чтобы у какого бы то ни было мага, была такая сила. — Поняла тебя. — кивает кассандра. — Надо скорее добраться до головного лагеря. — Ух, Бьянке уже не терпится. — Идем здесь по склону. Впереди дорога в лагерь. Надо спешить. Спускаемся по тропе в низинку. — Ты долиец, а так далеко от своего клана. Это они тебя сюда послали? — А тебе что известно о долийцах? — Я в свое время много где побывал и не раз попадался на пути твоему народу. — Тогда ты знаешь нас достаточно, чтобы лишний раз не доверять. — Вы эльфы, не можете хоть не надолго притвориться милыми? вмешивается в мой разговор с Солосом, Варрик. перешили реку. Раздается вспышка. Руку опять дергает. — Нужно спешить, пока метка не поглотила его целиком. поднимемся в гору по тропе. — Итак… Ты все-таки невиновен? Спрашивает Варрик. — Я не помню, что случилось. Интересно, сколько еще раз мне придется это повторить? — Да ладно, от тебя ведь теперь не отстанут. Выдумал бы что ли историю какую. — Ты бы так и сделал, непременно. Раздражено говорит гному искательница. — Это гораздо правдоподобнее. И менее чревато преждевременной казнью. отбиваем очередную группу демонов. — Надеюсь, Лелиана прошла благополучно. — Ей смекалки не занимать, искательница. Увидим сами в головном лагере. Мы уже почти добрались. наткнулись на очередной разрыв. — Скорей, прикладывай метку! орет Солас, отбиваясь от демонов. Закрываю разрыв. — Пока что все спокойно. Хорошо вышло. — Не знаю, что это за штуку у тебя на руке, но толк от неё есть. комментирует закрытие разрыва Варрик. захожу на мост. — Надо подготовить солдат! Орет на мужика в жреческой рясе Лелиана. — И речи быть не может. — отбивается от неё церковник. — Пленник должен попасть в храм Священного праха. Не унимается Лелиана. — Вы помимо этой нелепой идеи уже причинили достаточно неприятностей. — Я причинила неприятности? — Вы, Кассандра, её святейшество… может быть, уже хватит? Вы здесь не командуете. церковник замечает нашу группу. — А, явились, не запылились. — Наконец-то вы добрались! Канцлер Родерик, это… указывает на меня Лелиана, но канцлер её перебивает. — Я знаю, кто это такой. Как верховный канцлер Церкви, приказываю вам доставить преступника в Вал Руайо для казни. — Вы приказываете мне? — возмущается Кассандра, разведя руками. — Вы просто напыщенный писака! Канцелярская крыса! — А вы воровка. Которая предположительно служит Церкви! ругается в ответ церковник. — Как вы, верно, знаете, канцлер, мы служим её святейшеству. — Джустиния мертва! — вскидывает он руки перед собой — Мы должны избрать преемницу и выполнять её указания на этот счет! Они рехнулись? Тут демоны вторгаются, а они о своей иерархии пекутся? — Разве закрыть Брешь не более насущная задача? — Между прочим, из-за вас все случилось! — указывает он пальцем на меня. Кассандра выходит в перед, закрывая меня собой. — Объявляйте отступление искательница. Наше положение здесь безнадежно. — Мы еще можем предотвратить беду, пока не стало поздно. — Как? — канцлер разводит руками — Вы не доберетесь до храма даже со всеми своими солдатами. — Нам надо в храм. — настаивает искательница. — Прямой путь, кратчайший. — Но не самый безопасный. — Вмешивается Лелиана. — Наши войска могут отвлечь врагов, а мы тем временем пройдем горами. — указывает она рукой на тропу в горы. — Слишком опасно. У нас там пропал целый отряд. Не соглашается Кассандра. — Послушайте меня. Уходите отсюда, пока жертв не стало еще больше! Нервничает канцлер. Моя рука опять начинает светиться. Все разворачиваются ко мне. — А как ты считаешь — что мы должны сделать? нам главное дойти до храма. И чем меньше будет препятствий на пути тем лучше. — Идти горной тропой. Забыть про разногласия и действовать. Масштаб опасности вы себе представляете. — Лелиана, собери всех, кто остался в долине. Всех до единого. — Все последствия на вас, искательница. говорит нам вслед канцлер, снова склонившийся над столом. Поднимаемся в гору. «В давние времена и у гор было сердце. Когда мир был юн, у Корта Отца Гор был трон на вершине Беленаса — горы посредине мира, с которой были видны все уголки земли и неба. И увидел Корт, что из-за любви сильные мужчины слабеют, храбрые становятся трусами, а мудрые — глупеют. Замыслил тогда Корт сделать так, чтобы его собственное сердце никогда не предало его; решил он извлечь сердце из груди и спрятать там, где ни одна живая душа не осмелится искать. Он положил сердце в золотой бочонок, запечатал его крышку, закопал в землю, а вокруг воздвиг суровые Морозные горы, чтобы те охраняли драгоценный клад. Но без сердца Отец Гор сделался жестоким. Его грудь наполнилась колючими горными ветрами, и выли они и ревели подобно заблудшим душам. Еда теперь казалась Корту безвкусной, музыка утратила сладость, а доблестные подвиги не приносили радости. Он насылал на людские племена лавины и землетрясения, желая сделать их жизнь сплошной мукой. Тогда против него поднялись и боги, и люди. Решили они, что Корт тиран и заслуживает смерти; но без сердца убить его было невозможно. Скоро среди людей и среди богов не осталось героев, которые осмелились бы бросить Корту вызов. Послала тогда Хозяйка Небес своих крылатых детей — самых проворных, быстрых и сильных — искать в горах сердце Корта, и длились эти поиски один год и один день. Но воробей и ворон, гриф и орёл, стриж и альбатрос вернулись к Хозяйке ни с чем. И тут подала голос белая куропатка. Вызвалась она отыскать сердце верховного бога, но прочие птицы лишь рассмеялись. Ведь куропатка — крошечная пташка, она и в небе парить боится — знай по земле скачет. Не хотела Хозяйка давать птичке благословения, раз горы даже для орлов чересчур суровы оказались, но куропатка всё равно отправилась в путь. Далеко забралась пташка в Морозные горы. Где лететь не было сил — там по земле ползла. Зарывшись в снег, она пережидала самые ужасные горные ветра — так мало-помалу и добралась до долины, где билось сердце Корта. Много злодеяний успел совершить Корт, тяжёлым стало его сердце, и не смогла его поднять маленькая птичка. Тогда куропатка покатила его по земле, выкатила из долины да пустила вниз по склону. Ударился золотой бочонок оземь и разлетелся на куски. Сердце и само едва не лопнуло, а боль от него была такая, что бог гор спустился посмотреть, что случилось. Когда Корт приблизился к своему сердцу, оно само вскочило ему в грудь, и стал он прежним. Тогда Гаккон Зимодых сковал грудь Корта тремя железными и тремя ледяными обручами, чтобы сердце его из груди больше не вырвалось. А остальные боги воздали белой куропатке почести, каких не знавали и орлы в поднебесье.» — «Белая куропатка: авварская сказка» из сборника «Ферелден: фольклор и история», составленного сестрой Петриной, церковной учёной» — Впереди туннель, за ним тропа к храму! Перекрикивает вой ветра искательница. — А что за тоннель? Шахта? Кричу ей. — Да, участок старого рудника. В этих горах много таких проходов. — Где-то там ваши пропавшие солдаты? — И то из-за чего они не вернулись наверняка тоже. добавляет Солас. — Скоро увидим. проходим через туннели. хм, трупы. Варрик вздыхает. — Кажется, мы нашли солдат. — Это не все. — Значит, остальные спрятались где-то дальше? — Для нас сейчас главное Брешь. Если её не закрыть в опасности будут все. Останавливает болтовню эльф. — Ну, это по части нашего эльфийского друга. спускаемся по тропе. Так, очередные демоны с кем-то воюют. Пропавшие разведчики? Люди замечают нас. — Леди Кассандра! — Лейтенант! Вы живы! — Едва. помогает отбиться от лезущих из разрыва тварей, после чего я схлопываю его. — Закрыто, как и в тот раз. Ты быстро учишься. — Хорошо бы и на большой дыре сработало. Варрик, похоже, не разделяет радости Соласа. — Слава Создателю, вы наконец пришли, леди Кассандра. — та как раз поднимает разведчиков на ноги. — Мы бы дольше не продержались. — Скажите спасибо нашему узнику, лейтенант. Это он настоял, чтобы мы пошли здесь. смотрит на меня искательница. — Узнику? Значит вы… Киваю девушке. — Это была возможность вас спасти. Рискнуть стоило. — Огромное вам спасибо. Прикладывает она кулак к груди. искательница отпускает их в лагерь. — Путь в долину, по которому мы пришли, пока что чист. Поспешите. — Уже идем! Собираемся, скорее! разведчики уходят, таща своих раненых на себе. — Впереди, кажется, демонов тоже нет. вглядывается в тропу эльф. — Поспешим и мы, пока это так. командует Кассандра. — Спускаемся по лестнице, это путь к храму. Блин, как она обледенела. Не навернуться бы с неё. спускаемся вниз. — Значит… дыры в завесе возникают не сами по себе, да? спрашивает Варрик. — Если сосредоточить достаточно магии, это возможно. Отвечает ему Солус. — Но есть и более простые способы что-то взорвать. Замечает гном. Да уж, он то точно специалист по большим взрывам. Вспомнить только Кирквол с его взлетевшей на воздух церковью, если наши разведчики не врут. — Это верно. — То как это случилось, обсудим, когда минует опасность. обрывает наш треп искательница. «По легенде, Священный Прах Андрасте вынес из Империи Гавард, ученик Владычицы Нашей. Он был ранен тевинтерскими солдатами при попытке предотвратить пленение Андрасте и попал в Минратоус слишком поздно, чтобы успеть её спасти. Нашёл он лишь её прах, оставленный под открытым небом. Едва Гавард дотронулся до него, ему было видение Андрасте. «Восстань, Щит Веры, — сказала она. — Пока помню тебя я, не забудет тебя и Создатель». Щит Веры, как нарекла его сама Пророчица, послушался её и, встав, обнаружил, что раны его затянулись, а дух воспрял. Он собрал прах Андрасте и вернулся в земли племён аламарри, где ныне находится Ферелден. Как говорят, песнь Андрасте привела Гаварда в святое место, где он со своими последователями выстроил храм, в котором и упокоил её останки. На этом легенда оканчивается. Веками люди искали Храм Священного Праха, но находили лишь слухи да небылицы. Церковные учёные решили, что храма не существует. Что нет никакого Священного Праха, что это лишь миф, символ, призванный вдохновлять и разжигать огонь веры. А потом явился Герой Ферелдена. Желая исцелить умирающего эрла чудодейственным прахом, он, при помощи знаменитого учёного брата Фердинанда Дженитиви, прошёл по следам древних и добрался до заброшенных руин высоко в Морозных Горах. Там, согласно легенде, и ждала его Урна Священного Праха. После триумфа добродетели над Пятым Мором о храме поведали миру. К нашему ужасу и унынию, когда солдаты добрались до храма, урны там не оказалось. По сей день мы не знаем, кто взял её и зачем. Единственное, что известно, — на то была воля Создателя. Герой Ферелдена не поведал об открытии миру, а брат Дженитиви, чьи изыскания положили всему начало, исчез без следа. Но правда всегда выходит на свет. Чудесное выздоровление эрла Эамона Геррина породило волну слухов; церковники из рассказов людей узнали об Урне Священного Праха и в конце концов пришли — тем же путём, что и Герой, — к храму. Но к тому времени, как до храма добрались наши солдаты, урна пропала бесследно. Хоть прах и исчез, сам храм остался, став с тех пор средоточием надежды для верующих. Если Великий Собор — живое сердце нашей Церкви, то Храм Священного Праха — её душа. Здесь мы почитаем наше прошлое, пока закладываем фундамент для будущего. — Из лекции, прочитанной в Университете Орлея матерью Клотильдой, церковной учёной, в году 9:38 века Дракона» а вот и обгоревшие стены. Блин да они светятся. — Храм Священного праха. — То, что от него осталось. — Здесь ты вышел из Тени, и тебя нашли наши солдаты. — Поясняет Кассандра. — Они сказали, что за тобой в разрыве виднелась женщина. Что за женщина никто не знает. Заходим в глубь храма, мимо обгоревших тел. А вот и зеленая клякса разрыва. — Брешь, то высоко. Замечет гном, задрав голову к небу. — Вы здесь. Слава Создателю. раздается со спины голос Лелианы. Поворачиваюсь. Она привела с собой разведчиков. — Лелиана, пусть твои люди оцепят храм. — отдав приказ искательница подходит ко мне. — Это твой шанс положить конец бедствию. Ты готов? — Я полагаю, вы обдумали, как меня туда поднять? — указываю на Брешь. — Нет. Этот разрыв был первым, и он ключевой. Если закроем этот разрыв, то скорее всего затянется и брешь. — поясняет Солус. — Тогда давайте уже спускаться. И осторожнее. идем вниз. — Настал час нашей победы. — Раздается непонятно откуда мужской голос. — Приведите жертву. — Что это такое мы слышали? спрашивает у мага искательница. — Рискну предположить — того, кто создал брешь. сразу отвечает Солас. — Ты ведь знаешь, что это красный лириум, искательница. Испугано ворчит гном при виде огромных красных кристаллов. — Да, Варрик, знаю. Недовольно ворчит она. — Но что он здесь делает? Я бы тоже хотел это знать? Откуда здесь эта крайне опасная дрянь? — Наверное, магия вытянула лириум из-под храма и осквернила его… — Это ужасная мерзость. Не вздумайте прикасаться. Да уж точно не будем. Магам и обычный лириум крайне опасен. «Касательно вашего вопроса, милорд: да, разумеется, я слышал о пресловутом «красном лириуме». Один его кусок появился в городе Киркволле на востоке, и из-за него одного город чуть не превратился в руины. Насколько мы можем полагать, это обычный лириум, неким образом испорченный. Те, кто трогал красный лириум или хотя бы подходил к нему, сообщают, что он им «поёт». Эта песня постепенно сводит их с ума. Что повлечёт продолжительное воздействие красного лириума ― мы пока не знаем. Безумие ― безусловно, но будут ли физические изменения? Что случится, если маг или храмовник будет использовать красный лириум взамен обычного? Более того, беспокоит сам факт того, что лириум может быть заражён. Если вам попадётся красный лириум, относитесь к нему как к яду. Не подходите к нему, не пытайтесь уничтожить, а главное ― использовать.» — Из частично сгоревшего письма с печатью Серых Стражей. Автор неизвестен.» — Держите жертву крепче. Снова этот голос. И звучит он откуда-то сверху. — Кто-нибудь помогите! женский голос. — Это голос верховной жрицы Джустинии! Восклицает, удивлено искательница. Вот наконец и разрыв. — Кто-нибудь помогите! снова женский голос. — Что тут твориться? Кассандра удивлено смотрит на меня. — Это был твой голос. Её святейшество звала тебя. Но… В небе появляется видение непонятной фигуры и обездвиженной верховной жрицы. Прибегаю я. — Что тут твориться? — Беги, пока можешь! Предупреди их! Кричит мне жрица. — У нас непрошеный гость. Убить эльфа. — Командует непонятная фигура. видение исчезает во вспышке света. — Ты там был. Кто напал? Верховная жрица, она. Все было так как в отголоске? — Бросается ко мне Кассандра — В том, что мы видели? — Я не помню! В который раз повторяю я. — Эхо того, что здесь случилось. — Поясняет нам Солус. — Отголоски просачиваются из Тени. — Он осматривает место разрыва. — Разрыв закрыт непрочно, но пока закрыт… хоть и временно. — Эльф разворачивается к нам. — Я думаю с помощью метки можно открыть разрыв снова, а потом закрыть уже надежно. Но если его открыть по ту сторону это заметят. — То есть будут демоны. Приготовились! — командует разведчикам искательница. Я открываю разрыв, и из него вываливается толпа демонов, во главе с демоном гордыни. Деремся с ними. — Давай! Закрывай разрыв! Протягиваю в очередной раз руку к нему. Через пять минут он затягивается, и столб зеленой энергии в небе исчезает. По небу проноситься волна из центра Бреши. Я падаю без сознания на спекшиеся плиты храма.