Приключение вампиров. Часть 2

      Пришлось постараться, чтобы осторожно и без лишнего шума отодвинуть шкаф, и в этом вопросе Гареду пришлось довериться магии Сераны. Кивнув, та проделала всё быстро и без шума. Едва препятствие исчезло с пути, Гаред первым скользнул в проём, тщательно прислушиваясь и принюхиваясь, готовый отреагировать на малейший намёк на угрозу. Её пока что не последовало, но вампир резко остановился, поражённый открывшейся ему картиной. — Какого?.. — воскликнул Гаред, от удивления растеряв весь свой словарный запас. В голове не было никаких связных мыслей, только недоуменные обрывки и ругань, которую он не хотел озвучивать при Серане.       Раньше эта небольшая пещерка представляла собой кабинет, о чём свидетельствовала старая ветхая мебель, но сейчас данное место превратилось в лабораторию кровавого безумца, уставленную крепкими столами с прикованными к ним разумными. Некоторые из них были целы и невредимы, только без сознания, а на других было жутко смотреть. Их как будто пытались разобрать на части.       Гаред бывал на кухне замка клана, поэтому не особо ужаснулся увиденному, вот только одно дело логово вампира, от него ожидаешь подобного зрелища, и совсем другим был центральный штаб охотников на вампиров. Неужели Стражи Рассвета начали брать своих врагов в плен и здесь их пытают, пытаясь выйти на другие логова нежити? Гаред не хотел в это верить. Это было совершенно не тем, что он помнил о Страже, вот только, помимо воли принюхавшись чуть сильнее, он осознал, что среди пленных были не только вампиры, но и простые люди и меры. Это было совсем уж странно.       Серана же, скользнув в проход следом за спутником, тоже выглядела удивлённой, но не до такой степени, и быстро взяла себя в руки. Нахмурившись, она подошла к ближайшему вскрытому телу и осмотрела его внимательным изучающим взглядом. Гаред тоже подошёл ближе, ожидая, какой вывод сделает Серана. — Я могла бы сказать, что это скотобойня, но, похоже, всё гораздо хуже. Похоже, кто-то из твоих бывших друзей ставит тут свои кровавые эксперименты. Стража Рассвета оказалась далеко не такой уж благочестивой. Ты разочарован? — добавила она, завершав осмотр. Её взгляд скользнул по телу другого подопытного, но к нему она уже не стала подходить. — Нужно идти дальше. Жрец Мотылька нужен нам живым, а я уже не уверена, что об этом хоть кто-то заботится. — Да, ты права, — Гаред всё-таки взял себя в руки, хотя увиденная картина всё равно не помещалась в голове. — Об экспериментах можно подумать потом, мы здесь не ради них. Я пойду вперёд.       Выйдя из лаборатории, Гаред сделал несколько шагов и замер, принявшись прислушиваться к звукам из тоннеля впереди. После лаборатории стоило ожидать чего угодно. Внешне Гаред казался полностью сосредоточенным на том, что происходило впереди в тоннеле, вот только мыслями он упорно возвращался к увиденному.       Уголок безумного учёного никак не хотел выходить из головы. Ведь как его существование возможно? Гаред не мог поверить, что такое вообще могло быть спрятано под фортом, потому что Изран никогда не позволил бы существовать подобному. Или позволил? Гареда одолевали сомнения. Какой-то частью себя прежнего, который некогда считал Стражу Рассвета вторым домом, он не хотел считать, что его бывший командир мог пойти на то, чтобы ставить какие-то непонятные эксперименты над смертными и вампирами. Но разумом Гаред понимал, что не настолько хорошо знал Израна, чтобы утверждать наверняка, а ярая ненависть редгарда к вампирам ни для кого не была секретом. Кто знает, до чего именно тот мог додуматься?       Привычный образ и новая реальность входили в противоречие, лишавшее покоя. Гаред на пару секунд прикрыл глаза, чтобы попытаться задвинуть беспокойные мысли на задний план. Сейчас ему не о сущности Израна и охотников рассуждать надо, а выкрасть жреца Мотылька и защитить Серану. Мысль о спутнице оказала чудесное действие, выдвинув на первый план и закрепив приоритетную на сейчас задачу.       Миновать небольшую шахту оказалось на удивление легко — в ней не встретилось ни души. Но на её выходе уже была стража из двух охотников. Они стояли на мосту у прохода, наблюдая за всей гигантской пещерой, представлявшей собой многоуровневое переплетение естественных и деревянных мостов, поэтому ни проскользнуть мимо, ни, тем более, остаться незамеченными на мостах.       После увиденного в лаборатории вариант действия лишь один, и теперь Гаред не собирался колебаться, как тогда, когда он ещё только подходил к форту Стражей Рассвета. Убить быстро и тихо, чтобы не успели поднять тревогу и привлечь внимание других дозорных, если они тут есть.       Гаред жестом показал Серане, что разберётся и, получив согласный кивок, достал топор и кинжал. Перехватив рукоять топора поудобнее, он привычным жестом подкинул во второй руке кинжал, оценивающе следя за силуэтами впереди. Мост неширокий, за пределы прохода почти не заходит, поэтому охотники были, как на ладони. С позиции Гареда и с учётом того, что они явно не ждут нападения, особенно сзади, шанс убить их незаметно высок даже для орка, не говоря уже о вампире-воине, пусть тот никогда и не был хорош в скрытности.       Гаред начал приближаться к дозорным, тщательно следя за тем, как и куда ставит ноги. Ему повезло, ведь вампиры по своей сути являлись хищниками, охотниками, поэтому сама их природа помогала передвигаться более незаметно, чем прочим. Это было в их инстинктах. Именно поэтому Гаред смог незаметно подобраться к своим целям.       Два удара свершились одновременно. Одному дозорному топор вонзился в шею, перерубая позвонки, второй получил под челюсть в мозг кинжал, ловко просунутый в щель между доспехом и шлемом. Гаред выпустил рукояти, чтобы быстро подхватить падающие тела до того, как они с шумом свалятся на землю. Склонившись над трупами, он выдернул оружие и покосился на Серану, кивая вниз, на подземное озеро. С их стороной было бы глупостью оставить тела валяться вот так, демонстративно показав, где в защите форта была брешь. Стоит замести следы и сделать это как можно тише.       Вампирша поняла его без слов, и вот два трупа окутала магия, подхватившая их и понёсшая вниз, опуская в воду без малейшего всплеска. Тяжёлая экипировка сразу потянула тела на дно. В это время Гаред осторожно переворошил землю возле входа в тоннель, маскируя пятна крови, и попробовал притоптать её. Когда Серана коснулась его плеча, он кивнул и отошёл назад, посмотрев на результат собственных усилий.       Первая стычка с противником закончилась победой, и вампиры могли спокойно продолжить путь. В этот раз Серана двигалась впереди. Она смотрела лишь перед собой а вот Гаред, замерев на мгновение, тоскливо покосился назад. Если не присматриваться, то вряд ли можно было бы сказать, что здесь пролилась кровь.       Как ни странно, но больше дозорных им не встретилось, те двое были единственными. Многоуровневая тренировочная пещера вскоре сменилась небольшим гротом с водопадом, связывающей комплекс с фортом. Серана остановилась, прислушиваясь. Гаред предупреждал, что на выходе им стоит быть осторожными из-за расположенной рядом псарни. Стражи Рассвета специально натаскивали особую породу собак вынюхивать вампиров. Впрочем, Гареду с Сераной определённо повезло. Псарня находилась не вплотную к проходу, и, если сразу сместиться в сторону стрельбища по другую сторону и пройти максимально быстро, то животные их не учуют.       Псы спали, и Гаред с Сераной, не отвлекаясь, сразу с выхода свернули к стрельбищу и осторожно прошли опасный участок, вступив на каменные плиты форта. Теперь они шли вровень, Гаред указывал дорогу, как знающий её, а Серана следила за окружением с помощью заклинания обнаружения живых. Пусть вампирское чутьё засекает смертных, но магия в этом плане точнее и информативнее. Последнее, что сейчас нужно — это поднять тревогу. Также Гаред сделал в голове пометку, что стоит узнать у Сераны заклинания, которые она использовала сегодня. Он нашёл их полезными, без магии пришлось бы возиться куда дольше, и не факт, что также удачно.       По предположению Гареда жреца Мотылька должны поместить в гостевых комнатах, плюсом поисковое заклинание Сераны указывало в ту же сторону, поэтому вопроса в направлении не возникло. Гаред лишь выбирал наименее используемые Стражами пути, дополнительно снижая риск встречи с кем-либо. В отличие от других разумных, кто ночью предпочитал спать, охотники на вампиров подстроились под своих врагов, и в тёмное время суток половина из них бодрствовала так же, как другая днём, от чего в форте просто не было малолюдного времени. Не зная столь важной детали, любой злоумышленник быстро бы попался, но, благо, знания Гареда относительно времени и излюбленных маршрутов охотников и патрулей в частности остались актуальны.       До гостевых комнат вампиры добрались почти без приключений. Лишь раз их едва не засекла какая-то незнакомая Гареду каджитка, чьих сородичей в охотниках по пальцам руки пересчитать. На миг показалось, что она уловила присутствие притаившихся за углом вампиров — так долго стояла на месте. И да, так действительно вышло, ибо острый кошачий слух смог засечь даже почти неслышимый обычному уху шаг ночных хищников.       Гаред сработал быстрее, чем она успела что-то предпринять. Он на всей своей скорости вылетел из укрытия, схватил каджитку за морду. Пользуясь подавляющим превосходством в силе, проигнорировал попытку сопротивления и приложил затылком об стену. На секунду прислушался — дыхание есть, не убил — и сложил бессознательное тело за ящиками неподалёку. Может, следовало её убить, но, в отличие от дозорных в лаборатории, она к той мерзости может быть непричастна, а устраивать резню в бывшем втором доме Гаред не хотел. Тем более, что в смерти каджитки нет нужды, пусть так она долго не проваляется, но поводов для беспокойства нет. Жрец близко. Они успеют его схватить до того, как поднимется тревога. С довеском из шумного смертного красться обратно тем же маршрутом равнозначно крику: «Мы здесь!». Поэтому они с Сераной обратятся в вампиров-лордов и покинут форт через окно. Крылья вампира-лорда были почти бесполезны для полёта и годились разве что на помощь в бою дополнительными конечностями, но магия, что окутывает тело в трансформации, должна смягчить падение. — Помнишь, что надо делать? — едва слышно уточнила Серана, когда они оказались напротив двери, за которой находился нужный им человек. — Ты должен подчинить его, сделать своим треллом. Ударь по разуму очарованием, пока жрец растерян и не успел понять, что происходит. — Помню.       При предварительном обсуждении Серана очень настаивала на том, чтобы жреца подчинил именно Гаред, но тому были непонятны причины её настойчивости. Он решил поинтересоваться ими позже, когда они покинут вражескую территорию. Сейчас, когда от их действий многое зависело, не стоило заниматься выяснением обстоятельств.       Серана же тонко и довольно улыбнулась. Жрец Мотылька был ещё одной ступенькой в укреплении позиций против её отца, от того и важно, чтобы смертный стал треллом именно Гареда, формально подчинённого лорду Волкихар, что уверен, будто его новый воин всецело принадлежит ему. Так он не насторожится раньше времени, что обязательно произошло бы, начни Серана прямо усиливать своё влияние, подчиняя важных для цели Харкона, разумных.       Гаред сосредоточился, чтобы сходу применить обольщение вампира и, кивнув о готовности, рывком, но постаравшись произвести меньше шума, распахнул дверь. Поймал взгляд старика, что удивлённо оторвался от книги, и использовал силу вампира. — Он сопротивляется! — напряжённо проговорил Гаред, чувствуя, как старик, чья воля оказалась на удивление сильной, пытается сбросить оковы подчинения. Он не обмяк, не покорился сразу, наоборот — напрягся и даже пытался параллельно дотянуться до изогнутого меча в изголовье кровати. Ещё немного, и сорвётся!. — Серана, что… — Не ослабляй натиск.       На лице вампирши не дрогнул ни один мускул. Широким шагом она вошла в комнату, отметила, как с её появлением сильнее напрягся жрец. Она была спокойна, ибо преодолеть чужое сопротивление не сложно, когда ты не один. Оно исходит от воли и концентрации на конкретной цели, всего-то надо их ослабить. С такими силами, которые жрец Мотылька прилагает для сопротивления одному вампиру, что-либо эффективно противопоставить ещё одному он не в состоянии.       Поэтому, когда тонкие женские пальцы схватили его за подбородок, фиксируя голову и не позволяя отвести глаз, а вторая рука пустила ощутимый болезненный разряд магией молний в тело, он ничего не смог сделать. Дёрнулся, вскрикнул от боли, но главное — потерял концентрацию. И бурлящий поток вампирской силы смял дрогнувшую плотину.       Гаред мигом оказался рядом со стариком и, не теряя драгоценного времени, впился клыками в жёсткую шею, ставя клеймо и полностью подчиняя чтеца Древних Свитков себе. Только он не успел обрадоваться успеху. Инстинкты взвыли об опасности сзади. Схватив жреца, Гаред рывком ушёл в сторону. Просвистевший мимо болт с треском пробил деревянный шкаф на уровне сердца.       С воем ударил морозный поток Сераны и застывший в дверях охотник вскинул щит, ловя на него атаку магии. Разряженный арбалет был отброшен в сторону, а в руке врага сверкнул лезвием увесистый топор. Но нападение не продолжилось. Не раздалось даже крика о вампирах, и воздухе повисло напряжённое молчание, когда все четверо, включая жреца Мотылька, готового защищать нового хозяина, уставились друг на друга.       Видя суровое лицо охотника, заставшего их с Сераной в гостевой комнате, Гаред хотел громко и грязно выругаться. Кто угодно, только не тот, кто стоял перед ними. Вампир был готов даже на Израна, лишь бы не драться с бывшим учителем. Тем, кто сделал для него слишком многое, чтобы это так просто игнорировать. — Я до последнего не хотел верить в бредни Толана о том, что ты переметнулся к даэдровым кровососам, — прорычал Дорак, не скрывая своего разочарования и возмущения. Пальцы орка крепче сжали рукоять топора. — А теперь своими глазами вижу, что психованный говнюк был прав! Гаред, как ты мог? — Дорак, я… — Гаред неуверенно замолк, не зная, что тут вообще говорить.       Он меньше всего хотел пересекаться с Дораком, зная, что добром их встреча не кончится. Орк возненавидел вампиров после того, как те убили его жён. Ненависть распространялась на весь их род, и поэтому для Дорака существует лишь один вариант разговора с ними — оружием. Гаред не мог его винить и понимал мотивы. Но он не хотел сражаться с Дораком.       Пускай Стража Рассвета не стала для Гареда второй семьёй, но стала домом, в котором было вполне себе неплохо, превратила в воина и в итоге привела к Серане, а в саму Стражу его привёл Дорак. Гаред не знал, как бы сложилась его судьба, если бы не этот орк, и был ему благодарен. А потому не хотел убивать. Но, кажется, миром разойтись не выйдет — столько гнева во взгляде Дорака. — Закрой пасть, вампир. Я считал тебя достойным воином, лично тренировал, чтобы ты истреблял этих тварей и считал, что ты верен нашему делу. А что в итоге? Клюнул на силу? Или на смазливую бабу? — едва не срываясь на крик рычал орк. Его пылающий злобой взгляд метнулся к Серане. Охотник встал в стойку, готовый нападать. — Я в тебе ошибся. Ты всего лишь ветреный сопляк. — Я выбрал свою судьбу, и не тебе меня судить, — оскалился Гаред, разозлившись на то, как Дорак отозвался о Серане. Орк может оскорблять Гареда, но не её. — Я не хочу тебя убивать, если отступишь, мы уйдём, никого не трогая. Но, если придётся, я тебя убью! — Ты меня за труса держишь? Или сентиментального слюнтяя? Стража Рассвета знает, зачем вампирам жрец Мотылька, и я не позволю твоей шайке его заполучить! Заодно убью предателя, которого сам же привёл! — Мы видели те кровавые эксперименты в шахте, — Гаред буквально ощетинился, показывая острые клыки. — Изуродованные тела вампиров и смертных. Чего вы сами хотите добиться с помощью жреца? Зачем он вам? — Тела в шахте? Ты хочешь меня запутать, кровосос? — нахмурился Дорак. — О чём ты, даэдра тебя побери, говоришь?..       Треск!       Дорак дёрнулся… но не в атаке. Он упал замертво, из его затылка торчала толстая сосулька. Гаред в шоке на неё смотрел, осознавая произошедшее. Дорак мёртв. И он убит не ими… удар пришёлся сзади! Какого скампа? Гаред быстро переглянулся с такой же настороженной, как и он, Сераной. Кажется, не всё так однозначно среди Стражей Рассвета. — Тревога! Вампиры в форте! Они убили Дорака! Все на второй этаж! — истошно завопили из коридора. — Чего застыл? Живо уходим! — прикрикнула Серана на ошарашенного Гареда. Её тело уже окутала чёрная дымка трансформации.       Проклятие! Гаред с трудом подавил желание подойти к Дораку и… может, что-то сказать напоследок. Не время, не место, задержится — всё пойдёт крахом. — Что мне делать, господин? — монотонно спросил жрец Мотылька, сжимающий в руке тонкий изогнутый меч, явно готовый пустить его в ход. — Только скажи, и я буду защищать тебя ценой жизни. — Ты уходишь с нами. Не дёргайся, — бросил ему Гаред перед тем, как трансформировавшаяся Серана схватила старица в охапку и бросилась в окно.       Гаред тоже постарался как можно быстрее сменить облик, но он едва успел до того, как в проёме возникло трое охотников со вскинутыми арбалетами. Вампир, уже не церемонясь, швырнул в них густой сгусток высасывания, одновременно с этим отклоняясь в сторону, уворачиваясь от выстрелов. Два болта просвистело мимо, едва не задев кожу, но вот последний вонзился в плечо, вызвав вспышку жгучей боли и напомнив, что всё оружие Стражи Рассвета зачаровано против вампиров. А броня — на защиту, позволив троице пережить наспех созданный удар. Вот только продолжать бой Гаред не стал. Пока охотники перезаряжали свои арбалеты он, игнорируя боль от раны, бросился в распахнутое окно.       Нужно было как можно быстрее убраться из ущелья, разорвать дистанцию, запутать след. А потом можно начать думать над тем, что за дерьмо творится в рядах охотников, начиная от подземной лаборатории и заканчивая Дораком, убитым кем-то из своих.       Голос убийцы из коридора Гареду не был знаком, но вампир запомнил его. Он обязательно отомстит, не оставит всё это дело так просто. Дорак не заслуживал такой подлой смерти, удара в спину от тех, с кем сражался много лет, не говоря о том, что интриги в Страже Рассвета могут выйти боком клану Волкихар и Серане в частности.       Гаред не позволит этому случиться.