Голубые глаза моей жизни

       Никогда еще первое сентября не казалось Антону таким волнительным. Даже когда он маленьким мальчиком шел вместе с мамой за ручку к МОУ СШ №77 с огромным букетом цветов все казалось проще. В голове тогда было много вопросов: "Что меня ждет?", " А заведу ли я друзей?", "А мне будет весело?", но эти вопросы оказались незначительными перед одним вопросом, с которым проснулся сегодня Антон Шастун. "У меня получится?"       С этим вопросом выпускник педагогического вуза заваривал себе утренний кофе. С этим вопросом выкуривал сигарету на балконе съемной квартиры. С этим же вопросом сейчас застегивал пуговицы на своей белой, совсем щегольской рубашке.       И ответить сам себе он не мог. Еще пять лет назад, когда он заходил в незнакомый для него корпус университета, ему казалось что все предрешено - он будет учителем и он будет классным учителем, ведь он этого хотел.       Спустя пять лет, заполненных бесконечными практиками, несколькими километрами лекций по педагогике и миллионами исторических фактов, которые он извергал из себя при каждом удобном случае, он растерял уверенность.        Сейчас он продолжал стоять перед зеркалом. Его плечи покрывала слишком большая, свисающая с рук белая рубашка. На ней не было даже рисунков, не считая маленькой вышивки бренда на правом нагрудном кармане. Черный пиджак, который в последний раз одевался на вручении диплома. Классические брюки были непривычны и неудобны, но снять их и надеть привычные джинсы Антон не решался.       Сегодня его первый день в качестве учителя и он решил хотя бы попытаться создать тот образ, который еще пять лет назад выбрал для себя ориентиром. Постояв еще минуту над зеркалом,парень глубоко вздохнул, сделал едва заметный кивок и вышел из квартиры.       Антону двадцать три. Он закончил педагогический университет два месяца назад и вроде как является дипломированным учителем истории и обществознания. "Вроде как" - потому что ни сам Антон, ни тем более директор, который принял на его на работу месяц назад, не могли сказать этого наверняка.        Внешне Шастун больше напоминал выпускника этой школы, а не учителя. Русые волосы были вечно причесаны в разные стороны, а высокий рост и худощавое телосложение создавали образ "несуразного парня". К тому же, весь тот месяц, что он проработал в школе на летних каникулах, он упорно не мог перестать "подтупливать". Отчеты, оформление расписания и учебного плана - все это вызывало многочисленные вопросы, с которыми Антон первое время боялся к кому-либо обратиться.        Все это, да еще и слишком жалостливые взгляды уже опытного педсостава, смогло поселить в Шастуне неуверенность, которая обострилась в международный день знаний. Сегодня ему предстоит впервые встретить своих учеников, помимо этого, увидеть класс, который дали ему на классное руководство.        Именно поэтому, Антон даже несмотря на скорую встречу с детьми, подкурил сигарету после выхода из подъезда. Именно поэтому в спешке забыл дома мусор, который планировал выкинуть еще позавчера.       

***

       Площадка перед школой выглядела по настоящему празднично. Шарики, музыкальные колонки и огромная надпись на крыльце "С Днем Знаний!" встретили Антона у входа. Даже сама погода помогала почувствовать праздник: солнце светило по-летнему ярко, а высокие деревья у школы обдувал легкий ветер. Ученики еще не подошли, линейка была назначена на 11:00, а часы Антона едва успели отсчитать 9:30.        Поздоровавшись с охранником, он прошел уже в знакомый ему кабинет на третьем этаже. Ему надо было подготовиться к встрече: распечатать список учеников и составить план классного часа. К тому же, молодой специалист верил, что часа хватит на то, чтобы собраться с силами и выйти на встречу детям уже спокойным и уверенным.       В дверь кабинета постучали. - Антон Андреевич, к вам можно? - не дождавшись ответа, Оксана протиснулась в дверь.        Оксана была однокурсницей Антона, но решила начать преподавать еще на третьем курсе. Тогда ей и подвернулась 91 школа, куда она спустя два года смогла пристроить и Шастуна. Только если Антон сейчас был настолько взволнован, что едва мог нажимать на левую кнопку мыши, то Оксана казалась просто счастливой. На ее лице была очаровательная улыбка, а в глазах спокойствие.       Она всегда казалась парню чуть лучше, чем он сам. Девушка всегда поступала рационально, умела выслушать и поддержать. Будто все проблемы, которые у нее были, она воспринимала как данность. Возможно поэтому, Антону было так хорошо в ее компании, с ней можно быть самим собой. Иногда казалось, что она не умеет злиться, обижаться и осуждать. Это все, да еще и безукоризненное отношение к учебе, делало из нее белую ворону в группе, но она даже этого никогда не стеснялась, спокойно принимая свой "титул". Антон казался ее полной противоположность, но сама девушка и недостатки друга всегда принимала как данность. - Ты как? Переживаешь? - девушка села на первую парту первого ряда, оказавшись лицом к лицу с Антоном. Вместо ответа парень сделал громкий вдох и посмотрел ей в прямо в глаза. - Ну ничего-ничего, все мы в первый день переживаем. Главное помни, что учитель здесь ты и ты точно знаешь, что делать. Ты же уже ввел уроки? - дождавшись кивка Антона, она продолжила. - Вот и перестань переживать, ты проходил это на каждой практике. Девушка встает с места, подходит к Шастуну и целует его в макушку, едва заметно проводя рукой по волосам. - Если что, я в соседнем кабинете. С этими словами она разворачивается и идет к двери. Антон бросает на нее взгляд. Темно-синяя юбка-карандаш обтягивает стройные ноги девушки. На плечах строгая блузка жемчужного цвета. Вместо обычных кроссовок у нее классические туфли на небольшом каблуке. - Кстати, прекрасно выглядишь, - бросает ей Антон в спину.        Обернувшись, девушка закатывает глаза и тепло улыбается. - Спасибо, но вот тебе бы улыбнуться, а то выглядишь как побитая собачка, - с этими словами Оксана выходит из кабинета.       Антон остается сидеть в тишине и ждать своего часа.       Через час учитель выходит из своего кабинета, уже более спокойный. Все свое волнение он переключает на мелкие вопросы: "А стоит ли снять пиджак?", "Начинать знакомство на линейке или дождаться классного часа?". В руках у него табличка с названием класса. Какое-то время Антон держит ее на поднятой руке, а потом осознает, что это бессмысленно. С ростом под два метра он явно выделяется среди остальных школьников. - Здравствуйте, вы Антон Андреевич? - со спины к нему подходит женщина, таща за руку мрачного мальчика двенадцати лет. - Да, здравствуйте.        Женщина бросает на него оценивающий взгляд. Сама она выглядит на лет 30-35, в ее руках небольшой букет розоватых роз, а у светлых волос начали отрастать темные корни. Многие назвали бы ее привлекательной, но женщина и сама прекрасно об этом знала. Она была одета в стильное черное платье, которое подчеркивало талию и грудь, расходясь лишь на бедрах. Родительница улыбается, смотря на Шастуна из-под наращенных ресниц, но почему-то от этой улыбки Антону делается дурно. - Такой молодой и уже учитель! - удивленно бросает она, протягивая парню руку с алым маникюром.        Не зная, что на это ответить, Антон согласно кивает, пожимая руку. - Я - Галина Петровна, глава классного родительского совета, - проговаривая свою тираду, женщина ни на секунду не убирает с ярко красных губ улыбки. - Знаете, я отвечаю за все мероприятия в нашем классе. Вы бы знали как красиво мы исполнили выпускной в прошлом году. У нас были фейерверки, ресторан. Мы даже наняли диджея и ведущего. Все прошло просто чудесно, а с вами, я думаю, будет еще лучше.        Антон лишь кивает на каждое ее предложение. Колонки уже успели включить и теперь на все крыльцо играет какая-то песенка про белые банты. Вести диалог становиться затруднительно, что немало радует учителя.        В течение двадцати минут вокруг Шастуна собирается сорок пар удивленных глаз. Половина из них принадлежит детям, которым приходится высоко поднимать головы, чтобы рассмотреть своего нового учителя. Родители же ведут себя совсем по-разному. Кто-то представляется и передает цветы, сразу отходя от Антона и оставаясь стоять поодаль. Кто-то же остается совсем рядом и пробует завести диалог, на который Антон старается отвечать.        Но спустя время Шастун остается где-то между группок мам, которые оживленно обсуждают свои насущные темы. Расслышать хоть часть разговора подробно не позволяет музыка. - ... мне рассказали... - ....какое горе... - ...да там такие родители... - .... Такой высокий!.... С этими словами несколько голов поворачиваются на Антона и одновременно хихикают.        Шастун выстраивает еще совсем незнакомых детей в линейку. Невысокие девочки кажутся Антону лишь продолжением огромных бантов, в которые окутаны их прически. Мальчики же ведут себя чуть энергичнее, задавая вопросы незнакомому учителю.       Постепенно вся школа выстраивается у крыльца, в слегка изощренную букву "П". Ближе всех к внутренней сцене выстраивают первоклассников. Даже на фоне 5б класса эти дети выглядят совсем маленькими, они испугано озираются по сторонам, пытаясь разглядеть родителей. Несколько мам выходят на сцену, чтобы иметь возможность фотографировать детей во время линейки. За первоклассниками выстраивается вся начальная школа. Правее построены выпускники, которые выглядят слишком разноцветными на фоне всей остальной черно-белой вечеринки. Они уже не держат в руках цветы, стоя скорее вынужденно. Некоторые стремятся уйти вглубь толпы, чтобы иметь возможность незаметно сидеть в телефоне или болтать.        Пятые классы выстроены в самом левом углу, плотно прижатые друг к другу. Сразу за ними построен шестой класс, среди незнакомых лиц у Антона выходит рассмотреть Оксану. Девушка ломиться под весом подаренных цветов, но победно улыбается, переговариваясь с кем-то из родителей.        Шастун бросает взгляд на своих детей. Все они ему незнакомы, но становится понятно, что для этих детей он скоро станет чуть ли не третьим родителем. Кто-то стоит, держа в руках огромный букет, кто-то болтает с одноклассником. Улыбку Антона вызывает кучерявый мальчик, которые увлеченно ковыряет ботинком ямку в асфальте. Спустя мгновение из толпы выныривает рука и трясет его за плечо. Это Галина Петровна призывает постоять ровно своего сына. Кажется, с этой женщиной его ждут проблемы.        Линейка проходит спокойно. Ведут ее ребята из 8-го класса, у них совсем немного дрожат голоса. Чуть позже слово дают директору школы, Павлу Алексеевичу, который обещает всем плодотворный год, хвалится отремонтированным спортзалом и приветствует первоклассников. Затем классы расходятся по кабинетам, оставляя скучающих родителей на улице.        Его ученики даже без указаний становятся по парам, видимо, уже выработанный с начальной школы механизм. Антон начинает чувствовать себя спокойнее, дети совсем не кажутся агрессивными или непослушными, спокойно идя за учителем на нужный этаж. - Рассаживайтесь пока как хотите. Мы сейчас быстро проведем классный час и я отпущу вас домой.       Дети занимают свои места, кладя перед собой букеты цветов, портфели и пеналы.        Антон закрывает дверь и начинает знакомство, проводя беседу по заранее заготовленному шаблону. Он представляется, поздравляет учеников с переходом в пятый класс и спрашивает детей о том, знают ли они о том, что нового их ждет и какие предметы для них незнакомы.        Ученики заваливают Шастуна ответами, начиная перекрикивать друг друга. Антон уже хочет прервать шум, как слышит стук в дверь. Дети стихают сами собой. - Кто это у нас тут пришел?        Антон сам подходит к двери и открывает ее. За ней стоят два человека: молодой мужчина и школьница. Мужчина стоит, виновато улыбаясь и держа за руку девочку. У него приятные черты лица и темные, аккуратно уложенные волосы. Он поднимает глаза на Антона и мужчину практически прошибает их голубым свечением. Взгляд слишком пронзительный и прямой, Шастун не выдерживает и отводит их в сторону. - Здравствуйте, - произносит мужчина, - простите, мы опоздали. Это все по моей вине, машина сломалась как на зло. На линейку опоздали, может быть, вы пустите нас сейчас?        Мужчина виновато улыбается, выставляя белые зубы. Девочка рядом не поднимает глаз, смотря лишь себе под ноги. У нее в руках небольшой букет из желтых хризантем, который она начинает теребить, не зная чем занять руки. - Ах, да, - произносит Антон, когда понимает, что запоздал с ответом. - Проходите, мы только начали. Меня зовут Антон Андреевич, я буду вашим классным руководителем. А как тебя зовут?        Шастун наклоняется и протягивает девочке ручку. Наверное, данный жест неуместен от учителя, ведь перед ним уже не 5-тилетний ребенок, а подросток лет 12. Антон и сам это понимает, но девочка кажется ему слишком напуганной и опечаленной. Даже на жест Антона она сначала не отвечает, лишь сильнее прижимаясь к своему спутнику. - Ну же, солнышко, не бойся, - протягивает он. - Кира. Кира Попова, - выдает девочка и протягивает свою руку.        Ее голубые глаза смотрят прямо на него и он готов поклясться, что ни разу в жизни не видел таких пронзительных глаз как у этих двоих. Но за стенкой раздаются громкие крики учеников, которые выводят учителя из оцепенения. - Отлично, Кир. Пойдем в класс, нас уже заждались.        Девочка послушно проходит в кабинет, оставляя мужчин стоять вдвоем в пустом кабинете. - Еще раз извините, это вам, - носитель голубых глаз передает объемный красный пакет. - Очень рад знакомству. - Да что вы, не стоило, - произносит Антон, но на автомате все равно протягивает руку. - Нет, все равно возьмите. Я Арсений Сергеевич, опекун Киры. - Хорошо, спасибо.       На мгновение он вновь встречается с его взглядом. Голубые глаза улыбаются ему и смотрят слишком прямо, пугая и завораживая. Антон разворачивается и проходит в кабинет, сказав лишь на прощание. - До свидания, спасибо за подарок.        Весь оставшийся классный час проходит достаточно легко. Мужчина задает детям вопросы, рассказывает об учителях и расписании на неделю, параллельно подмечая несколько фактов. 1) Дети очень быстро отвлекаются, если не заставлять переключать их внимание на себя. 2) В классе явно уже сформированы группки, которые общаются друг с другом, не обращая внимания на других. Самыми опасными кажутся ему четыре девочки, которые сели на втором ряду за соседние парты. За время всего классного часа они лишь однажды спросили что-то у Антона, все остальное время тратя на переглядывание и перешептывание друг с другом. "Надо их пересадить", - пронеслось в мыслях. 3) С Кирой Поповой что-то было не так. Она села одна на последнюю парту, хотя рядом были другие ученики, к которым можно было присесть. И на фоне остальных она резко отличалась. На ней не было ни бантов, ни украшений, а темные волосы, удивительно похожие на волосы Арсения, были завязаны в хвост. На девочке было черное платье, которое больше напоминало траурное, чем праздничное. Как только она зашла в класс, воцарилось молчание, которое было пока самым загадочным для Антона. Все эти вопросы он решил оставить на дальнейшее рассмотрение, пока забыв про них.        Раздав детям учебники и, написав свой номер для связи, он отпустил их домой. Ученики же сразу окружили его толпой. Кто-то хотел что-то спросить, кто-то хотел оставить букет. Традиция дарить цветы на первое сентября всегда казалось Антону чем-то странным и уже устаревшим, но поделать с этим он ничего не мог.        В итоге, на его столе образовалась немаленькая куча цветов. Кто-то дарил небольшие букеты из роз, кто-то даже сумел отыскать в сентябре тюльпаны. Основными были гладиолусы, а на некоторых букетах были небольшие розовые открытки, подписанные "для любимой учительницы". На секунду Шастуну стало смешно. Вряд ли родители представляли, что их классным руководителем будет двухметровый парень.        Взяв эти букеты в большую охапку и напоминая себе, что надо будет попросить родителей дарить как можно меньше подарков, он собрался домой. Уже выключая свет в кабинете он вспомнил про красный пакет, который в спешке убрал под стол.

***

      В коридоре он пересекся с Димой. Дима Позов или же Дмитрий Темурович был единственным учителем физики в школе,а также за месяц общения успел стать для Антона если еще не другом, то уж точно настоящим товарищем.       Ему было всего 28, но для Антона он казался самым матерым учителем в школе. Или, по крайней мере, создавал такое ощущение. Поз (он сам попросил себя так называть) даже на первое сентября мог позволить себе прийти в джинсах, а еще спокойно обращался к Павлу Алексеевичу на "ты". Все это казалось Антону странным, учитывая, что по словам Оксаны, Дима был чуть ли не самым любимым и одновременно строгим учителем по школе.        К тому же, мужчина стал первым учителем, с которым познакомился Антон (Не считая, конечно же, Оксаны). Перед первым же педсоветом Поз сел к нему и шепотом произнес. - В школе работают либо придурки, либо пришибленные на всю голову. А кто ты? - Пришибленный на голову придурок, - лишь ответил Антон.        Затем Поз встретил Шастуна курящим на спортивной площадке. Стоял август, детей в школе не было от слова совсем и Антон тогда решил, что ничего страшного в этом нет. К тому же, в этой школе даже не было камер видеонаблюдения. В общем, все складывалось замечательно, пока сзади не подошел Поз. - А что это мы тут делаем? - закричал он резко.        Моментально была выброшена недокуренная сигарета. Сам Шастун развернулся, готовя произносить извинения, но был еще больше шокирован.        Дима был настолько злым, что казалось готов разорвать Антона в клочья. В тот момент он угрожал парню увольнением, всеми видами штрафов и вообще высказывался об Антоне как о человеке одновременно глупом и наглом. Сцена закончилась звонком Павлу Андреевичу.       Молодой и неопытный Шастун уже был готов провалиться сквозь землю, когда услышал гудки. Когда услышал голос директора уже был готов идти и собирать свои вещи. - Алло, Паш. - Дима делает паузу, смотря прямо в глаза Шастуну, а затем произносит в трубку. - Хочешь анекдот про золотую рыбку и капитана? А, у тебя совещание, ну ладно.        Затем Поз достал пачку и с видом победителя поджег сигарету. - Не, ну а что ты думал, мне без детей скучно.       После этого общение стало еще более близким. Незаконные перекуры на территории школы, посиделки с пивом в баре около дома Поза, и даже шашлыки со всей его семьей.       Сейчас же Дима шел на него, таща за собой объемный пакет и два букета. - Опа, Шаст, сразу видно что кое-кому мозгов не хватило предупредить родителей, что он не барышня, которая мечтает о цветах и принце, - он взглядом указал на охапку в руках парня. - Да я смотрю я тут не одна барышня, - Антон перевел взгляд на два букета в руках у Димы. - Вообще-то, у меня новенькие, они еще не знают, - с долей обиды сказал друг. - Ты лучше расскажи, как все прошло?       Антон помялся. В других кабинетах еще шли уроки и отдалено слышались разговоры учителей. Сразу начать жаловаться он не мог, потому что не знал, на что жаловаться. Вообще, первый день оставил смешанные ощущения - все было хорошо, но не потому, что все прошло отлично, а потому что он не успел ни узнать нормально детей, ни поговорить с ними. Будто сама жизнь решила растянуть его страх еще на пару недель, не позволяя расслабиться. - Может пройдемся? - предложил он.       Место перекура пришлось сменить. Вообще, учитель не должен подавать детям плохой пример. Антон и Дима были с этим согласны, но способность справляться со стрессом крепкими сигаретами была сильнее их в сотни раз. Поэтому, было принято решение сменить место перекура с территории школы на маленький дворик, недалеко от нее.       Всего три двухэтажки располагались на его территории. Людей не было видно, а наличие лишь одного выхода на школу позволяло контролировать входящих людей. Присев на скамейку около одного из подъездов, Шастун достал из кармана брюк пачку, предлагая Позу.       Тот от сигареты не отказался, но достав ее, долго и философски рассматривал с разных сторон, слушая рассказ друга. - Знаешь, - начал Антон, - пока совсем непонятно. Кто эти дети, как дальше будут себя вести. Будут проблемы, я уверен, их не может не быть. Но пока, все даже слишком хорошо, наверное. Хотя я будто и не успел даже понять, кто они. Сидят передо мной белые листы и что с ними делать - неизвестно. А узнавать их надо, я же не обычный предметник, а классный руководитель. А вопросов у них сколько - я в шоке. Меня спросили, будут ли проходить лягушек на биологии, да я-то откуда знаю?        Поз повернулся, посмотрел на друга и улыбнулся. Лишь подкурив и сделав первую затяжку, он ответил. - Так меня напоминаешь в первый год. А сейчас ничего, уже пять лет отработал, скоро на пенсию. Ко всему привыкнешь и все поймешь. Только знаешь, к детям как к людям относись, они это чувствуют всегда. Никогда не забывай, как бы тупо это не прозвучало сейчас. А так, и вопросов куча будет, и разные самых тупых ситуации. Расслабься пока, ты все поймешь по мере поступления.       Последнее предложение отозвалось в сердце у Шастуна. Он и правда не мог расслабиться уже несколько дней - все готовился. Представлял себе все ситуации, в которых может оказаться и продумывал ответы и действия. Детский сад, но справиться со страхом неизвестности помогало. Только потом оказалось, что чем большее ситуаций ты про себя проговариваешь, тем больше и изощрение начинаешь их придумывать. - А еще цветы эти. Мне так неудобно, вообще не знаю, что теперь с этим делать. - И не поймешь, - усмехнулся Дима, - это для родителей как правило хорошего тона. Я тоже не понимал, а когда Аленку из роддома встречал, столько всего врачам купил. Потому что кажется, что спасибо недостаточно. Вот и дарят, главное как к чему-то обязательному к этому не относись. А еще лучше попроси, чтобы канцтовары дарили. Мне бумаги подарят, а я весь год их детям контрольные на них печатаю. Красота же.        С этими словами Дима выбросил окурок в мусорное ведро. Шастун же все продолжал удерживать его в руке, нервно теребя. - Я бы выпить тебе предложил, да дома ждут и на уроки завтра. Давай в пятницу обсудим все? - предложил Поз, прощаясь. - Да, конечно. - Если нужна будет помощь, всегда знаешь куда обратиться.        С этими словами мужчины встали с насиженного места и побрели к остановке.

***

       Вернувшись домой, Антон принялся готовить себе простой ужин. Пока жарились купленные в "Магните" котлеты, телефон начал разрываться от сообщений. "Вас пригласили в группу "Родительский чат 5б"" "Вас пригласили в группу "Родительский чат 5б. ВАЖНОЕ" "Вас пригласили в группу "5б. Родительский комитет."        Когда и так полуготовые котлеты были приготовлены на его телефоне было уже 56 непрочитанные сообщений. Большая часть из них состояла в обсуждении качества выданных учебников, расписании на завтра и скидывании фотографий с первого сентября. Антон их пролистал и вышел из сети.        Лишь намного позже, приняв душ и постелив себе уже привычную половину дивана, Шастун решил вновь открыть этот чат. Мысль о голубоглазом мужчине его не отпускала. В Арсении и Кире было что-то такое, что делало их если не особенными, то явно чем-то выделявшимися. И почему он сказал "опекун", ведь Кира явно была его копией. Что-то во всей этой истории казалось странным и непонятным. К тому же, Антон не понимал необходимость личного участия в этом деле: как классный руководитель он должен иметь возможность поддержать ребенка и знать его проблемные места, но нужна ли Поповым хоть какая-то помочь?       Он решил немного просмотреть диалог, надеясь найти там хотя бы какую-то информацию. Уже спустя несколько минут старания мужчины увенчались успехом. "18 августа Галина Самохина добавила пользователя Арсений Попов" Галина: Примите наши соболезнования вашему горю. Может быть, вам требуется какая-то помочь? Мы можем прийти, поддержать. Вам не нужно закрываться в себе. Арсений: Спасибо, нам ничего не нужно. "       На этом диалог заканчивался. Ситуация показалась еще запутаннее, принимая трагичный оборот. Еще несколько минут Шастун провел в своих мыслях, пока усталость не сморила его окончательно.