Оторванная от гитары струна

— Представьте себе, сегодня я встретила генерала Наньяна! Он ещё прекрасней, чем говорят. Муза скривилась, на неё всё равно никто не смотрел, все младшие богини Музыки были увлечёны рассказом о генерале Наньяне. Как заметила фея Бог Войны пользовался бешеной популярностью среди женского населения. Его она, конечно, не встречала и искренне надеялась, что не встретит, но весьма сомнительно, что он так уж прямо красив. Откровенно говоря фею музыки занимали несколько иные мысли, никакие красивые и не очень боги её соответственно не интересовали. С недавнего времени небожительница в раздражении провела по щёлковым струнам гуциня, желая наконец сосредоточиться на мелодии, но очередной восторженый возглас от дев весь настрой мгновенно убил. С ещё большим раздражением Богиня Музыки резко вскочила со своего места и едва не путаясь в полах платья, к которому она всё ещё не привыкла, поспешила покинуть длинную крытую веранду для занятий музыкой. «Чуньшен, — голос мужчины был глубоким и даже немного бархатным. — Ты вознеслась за счёт своего таланта и труда, но это не значит, что служители Средних Небес хуже тебя, не ставь себя выше них.» Вновь всплыли слова Бога Музыки Юэ Юншэна, что только перевело раздражение в злость. «Не ставь себя выше них, — в голове передразнила Юэ Юншэна Муза, ныне Чуньшен. — А сам-то общаться с ними на равных не спешит!» Юэ Юншэн всегда имел отстранёный вид, что Музе казалось лишь высокомерие, поскольку не так уж сей достойный муж был и талантлив в музыке, скорее он просто тщательно следовал установленным канонам. «Давно устраревшим канонам!» Вспоминать как потемнело лицо Бога Музыки было приятно. Очевидно, что это он тоже хорошо знал. К сожалению Музы над Лю Чуньшен он имел определённую власть, в том смысле, что был старше Богини Музыки, могущественей, прославленней и её покровителем. Так получилось, что Лю Чуньшен вознеслась в качестве Богини Музыки самостоятельно и по праву считалась богиней Верхних Небес, в то время уже лет так восемьсот Богом Музыки был Юэ Юншэн, которому иной раз юная дева молилась и считала в некотором роде кумиром. Юэ Юншэн поспешил заверить, что позаботиться о своей новоприобретёной коллеге и взял над девушкой шевство. Муза подозревала, чтобы избавиться от конкурентки. Богиня чуть ли не влетела в свою комнату, сразу же закрывая дверь. Комната Лю Чуньшен, теперь её комната, была единственным местом, где можно было побыть в одиночестве. В остальных же местах мелькали боги. «Вот откуда же их так много? Достижение же этого уровня так же трудно, как достичь превращения Сиреникса!» Иной раз негодавала фея, особенно в первую неделю, ту самую неделю, когда она сидела в комнате безвылазно, всех игнорировала да играла, то на флейте, то на пипе, а потом, когда до неё снизошёл глава богов Музыки, выплеснула на пришедшего всё своё раздражение. Из-за чего была закономерно наказана и обременена времяпровождением в обществе служителей Средних Небес, ну и запретом на покидания дворца, а это было последним к чему могла стремиться Муза, находясь в более менее комфортном месте прибывания. Муза подхватила на руки пипу. Это был великолепный инструмент: вырезаный плетущийся виноград с драгоценными каменьями, крепкие струны и отличный звук. Фея провела по струным и единственное, что она услышала был извлечёный звук. Она выдохнула, не было рядом болтушек и надоедливого Юншэна со своими канонами. Вообще никого не было, только она и её пипа. Муза затянула мелодию, сначала плавную, а потом всё нарастающую скорость, в музыке начинала слышаться угроза, битва. На самом деле Лю Чуньшен устраивало её положение. Девушка была воспитана в строгой семье, выдана замуж за выкопоставленого чиновника в качестве наложницы, к которой он так ни разу и не пришёл, что тоже устраивало девушку. Она всегда предпочитал плыть по течению, делать то, что от неё требовали, а в свободное время играть на музыкальных инструментах. Она даже была рада, что и на Небесах нашёлся кто-то способный указать ей путь. Муза считала её слабой. Она бы никогда не следовала чужим указам всю свою жизнь. Лю Чуньшен даже ни разу ни с кем не поссорилась! Этот факт Муза правда уже исправила, во дворце Юншэна она пересорилась со всеми ещё в первую неделю. Право, как будто они бы вели себя иначе, если сначала бы их поразило тёмным проклятьем, со всего размаху приложило о камень, что дух в буквальном смысле выбило и после своей смерти оказаться в шикарных покоя и в не своём теле? Муза уверена, что они бы кричали намного громче неё. — Чуньшен, время для игры, не забудь флейту. Муза вновь скривилась и отложила пипу, а после осмотрелась в поисках флейты. Боги изобрели сеть мысленого общения, словно телефонный звонок, только вместо номера пароль, который она никак не могла понять как изменить. В саму сеть она не заходила. Боги, в этом мире, совсем ином нежели в котором жила она, существовали боги. И так уж вышло, что она попала в тихую и почти всеми забытую Богиню Музыки. За месяц пребывания в этом мире без магии, хорошо хоть была иная энергия, пускай иного толка, Муза не раз думала, что жить это хорошо, но проблем могло быть и поменьше. Богиня взяла футляр и на всякий случай проверила наличие в нём флейты Сяо, в детстве у неё была точно такая же: из чёрного дерева с золотистыми узорами. Эта флейта была самой дорогой вещью в этом мире, напоминая ей о её детстве, матери и подругах, самых лучших подругах. «Интересно, всё ли у них в порядке?» В очередной раз подумала фея. В своих подругах она не сомневалась, они точно победили, как и всегда, просто без неё и она искренне надеялась, что не сильно оплакивают её смерть и даже помогут её отцу пережить потерю. Взгляд феи упал на смятую бумашку. Очередная проблема. Ведь у Лю Чуньшен шёл пятый год романа с служителем Средних Небес Дворца Тай Хуа. Этот Ромео, Блум всегда описывала подобные случаи персонажем земной книги, назначил тайную встречу своей возлюбленной. Муза спустя месяц игнорирования существования Ци Фенга, решила на данную встречу пойти, для хотя бы разрыва отношений, которые она не начинала.

***

— Снова неверно. Муза лишь усмехнулась, убирая от губ флейту. Юэ Юншэн выглядил крайне недовольно, что автоматически поднимало ей настроение. — Разве? А по мне звучало намного лучше. Сидевшие слушатели покивали головами и начали восторженно перешёптываться. Планета была отсталой, а Текна называла отсталой Землю, повезло ей, что сюда она не попала. Слушаюших младших богов Музыки впечатлили мелодии совсем немного отходяшие от канонов. Тот же её любимый рок-н-ролл они не поймут. Ещё очень, очень и очень не скоро они смогут оценить его по достоинству. — Ты переходишь границы, Чуньшен. Нынешнию Богиню Музыки подобное недовольное лицо покровителя впечатлить совсем не могло. «Ха, до мадам Гризельды ему ещё слишком далеко.» — От заданых канонов отходить не запрещено. Мне кажется они несколько устарели и подходят по большей части для начинающих. Какое ей может быть дело до мнения Юншэна, она лучше него. Она потратила на музыку всю свою жизнь и потратит ещё раз, а потому ей предстоит всего лишь выйграть очередной музыкальный конкурс и стать самостоятельной богиней. Тем более, что у Лю Чуньшен уже есть пять сотен храмов. — Чанчунь! «Ну, вот уже и на титул перешёл. Хотя можно ли считать ещё одно имя титулом?»

***

Муза таки нашла место встречи в мире смертных, что было логично, уж больно много небожителей в Небесной Столице. — Чуньшен! На лице вполне себе симпатичного парня расцвела улыбка, Музу невольно стало его жаль, она ведь пришла только, чтобы разорвать отношения. — Любовь моя, я уже начинал думать, что ты не придёшь. «Мог бы и подробнее место описать, а то бы я могла и вправду его не найти, та же Стелла, только за такой выбор, тебя раскритиковала и была бы права.» Ци Фенг собирался обнять Лю Чуньшен, но она выставила перед собой руку и качнула головой, плотно сжав губы. — Я считаю нам стоит расстаться, Ци Фенг. На парня, и всё равно что ему больше лет, чем кажется, стало больно смотреть. Но могла ли Муза, которой всегда не везло в любви и которая решила отказаться от этого чувства, заменить ему его тихую Лю Чуньшен? Муза точно знала, что нет. Даже пробывать не пыталась. — Почему? Я сделал что-то не так? Я обидел тебя чем-то? — Нет. Разрыв в отношениях, которые она не начинала был не так тяжёл, как разрыв с Ривеном. Ци Фенга ей было просто немного жаль. — Я не уверена, что всё та же Лю Чуньшен. «Совсем не та. Твоей возлюбленной больше нет.» — Месяц назад случился один неприятный инцидент. «У Чуньшен была сильная аллергия на мёд, ранее она никогда его не пробовала, а вот месяц назад её угостили фруктами с мёдом. Боги, не боги, а спасти её не смогли.» — Я проснулась другим человеком. Я не хочу тебя мучать, давая ложною надежду. Муза замолчала смотря на отстранённое лицо собеседника. — Ты уверена. — Да, нам лучше расстаться. Я больше не та Лю Чуньшен и ты скоро это заметишь. Ци Фенге молчал. Его молчание в Музе вызывало беспокойство, разумеется она уже не была так беззащитна, как в первую неделю и могла дать достойный отпор, впрочем младший бог был честным и благородным, а потому точно примет её отказ и сможет двигаться после этого дальше. — Хорошо. Показалось словно на Ци Фенге отразились прожитые им годы. — Спасибо. Муза кивнула и, резко развернувшись, направилась прочь, вниз по склону к виднеющемуся городу. Именно сейчас ей нужен был шум. К её счастью, город был достаточно большим и шумным, к тому же в нём проходил фестиваль, а потому она, медленно прогуливалась по улицам, не могла оставаться в скверном расположении духа. После пара игр и чарки вина настроение вообще стало замечательным. Она даже подумала, что даром не нужны ей эти Небеса. Чуткий слух уловил приятную мелодию и Муза поспешила найти её исполнителя. Средь огней да толпы у неё это всё же получилось. Слепой мужчина играл на шэни. Инструмент мог показаться странным на вид, но звучание его было красивым, особенно, если на нём умели играть. Мелодии были простоваты, но в них вложена душа, от чего они становились самым прекрасным, что она услышала за этот день, как не за всю жизнь в новом теле. И тем печальнее было, что люди проходили мимо. Муза нашла у себя несколько монет и не глядя на них бросила в глиняную чашу. Слепой вскинулся и попытался угадать её местоположения. — Давайте сыграем дуэтом, у меня флейта Сяо. Её самая дорогая флейта Сяо в этом мире, была с ней в этой своеобразной прогулке. Музыкант кивнул, Муза улыбнулась и, пристроившись рядом, подхватила мелодию шэна. Они играли и играли, больше для себя нежели собирающихся зрителей: музыкант их не видил, а Муза поглощённая игрой совсем не замечала. А зрители всё собирались, чаруемые флейтой и шэном, в глиняной чаше уже была горка монет и несколько упали рядом. И только ближе к утру остановились, когда народ стал расходиться по домам после удачного празднования, а сами музыканты под устали. — Спасибо вам, госпожа. Слепой собирал монеты в мешочек, Муза лишь улыбнулась, зная, что не увидит её музыкант. — Не за что. Мне было в радость играть с вами. Может быть мы сможем сыграть когда-нибудь снова. — Может быть. Моё имя Дэмин, какое ваше? Муза не надолго задумалась, какое ей следовало назвать имя. — Чанчунь, с нетерпением буду ждать нашей следующей встречи. Ей надлежало всё же как-то вернуться в Небесную Столицу и дворец Юншэна, а потому встав на ноги она уже решила направиться за город. — Вы словно Богиня Музыки, Чанчунь. — Разумеется. Единственная и неповторимая.

***

«Вообще-то богам же нельзя являться смертным.» Муза задумчиво прикрыла глаза продолжая расчёсывать длинные иссиня-чёрные волосы. Чуньшен вообще была внешне на неё похожа, как две капли воды. «С другой стороны он всё равно меня не видел. Но поверил.» Последнее её очень радовало, ведь совсем недавно она слышала его голос, возносивший благодарности в её храме. «От богов в конце концов должна быть польза. Они должны помогать людям». Теперь образ жизни Юншэня казался ей ещё более неправильным, а её саму так и захлёстывали новые идеи. «Интересно, а богинями чего были бы остальные Винкс? У Блум огненная магия, но она очень добрая, может быть Богиней Милосердия? Ей бы подошло. Стелла — Богиня Моды, но есть ли здесь такая номинация? Наверно всё же нет, а потому пусть будет Богиней Домашнего Очага, ну или Богиней Любви. Флора определённо Богиня Природы, а Лейла Богиня Войны. Текна либо Богиня Литературы, либо Богиня Изобретений. Да, пожалуй это было бы именно так». — Госпожа Чанчунь! Муза удивлённо посмотрела на беспокойную служительницу Средних Небес. — Непревзойдённый князь демонов Хуа Чэн вторгся в Небесную Столицу и бросил вызов тридцать трём небожителям. — Что? — Один из них господин Юншэнь! «Непревзойдённый князь демонов? Это вообще кто?»