"Рыбка"

      Ло Линь не хотел вести воспитанника к своей наставнице, но покажи он свою причастность, и Жунь Юй пострадал бы сильнее, а самого Повелителя вод могли и казнить. Но теперь Жунь Юю действительно нужна была сила, чтоб выжить при дворе.       Дева Доу Му, взглянув на Жунь Юя тоже не одобрила затею, высказав длинное и запутанное пророчество, которое сводилось к тому, что обладающий силой рыбёшка в нынешнем своём состоянии может натворить таких дел, что содрогнутся все шесть миров и отдельное о том, что в будущем из-за него может погибнуть возлюбленный. Ло Линь взял ответственность на себя, заверив, что хорошо воспитал юношу и наставит в случае чего, а Жунь Юй пообещал, что будет и дальше слушаться опекуна. После долгих сомнений, бессмертная дева всё же согласилась и одним взмахом руки сняла печать, открывая истинную сущность дракона у маленькой рыбёшки и все его истинные силы.       Это полностью доказало причастность Жунь Юя к императорской семье.       По возвращении на Небеса это стало громкой новостью. В императорской семье появился ещё один дракон. Злые языки пророчили, что это вполне может пошатнуть положение наследника, а соответственно, и императрицы. И один лишь Дань Джу был расстроен только потому, что пусть дракон и звучит величественно, но маленькая рыбёшка была куда милее. О том, что у него на глазах рушится такая прекрасная любовная история, он и вовсе сокрушался, не переставая.       Пожалуй, исключая Ло Линя и Линь Сю, только Сюй Фэну было плевать на истинную форму Жунь Юя, его гораздо больше беспокоил сам брат, его настроение. Беспокойство о том, как тот справляется, лишь усиливалось с давлением, которое оказывала и на Жунь Юя, и на самого Сюй Фэна императрица.       Ежедневный чай с матушкой стал традицией, от которой Сюй Фэн не мог отказаться без страха обидеть женщину, но каждый раз разговор сводился к тому, что если Сэй Фэн не перестанет валять дурака и не будет слушаться матушку, то Жунь Юй займет место наследника и станет следующим императором, тем более, что он унаследовал отцовскую сущность дракона. Феникс уже привык пропускать слова матери мимо ушей. Если отец назначит Жунь Юя наследником, то пусть так и будет, главное, чтобы сам Жунь Юй этого хотел, а Сюй Фэн будет рядом для поддержки.       После посещения девы Доу Му брат выглядел не очень, он словно был подавленным, а потому Сюй Фэн нашел его, как появилось свободное время, чтобы узнать, что сказала ему дева.       Ло Линь строго запретил Жунь Юю кому-то рассказывать о пророчестве, отдельно выделив Сюй Фэна, которому говорить нельзя было особенно. Потому и на вопрос Сюй Фэна пришлось отвечать уклончиво. Да, пророчество было, но он его слабо понял. Слишком уж запутанно говорила дева судеб. Впрочем, это не было такой уж неправдой, Жунь Юю пока было сложно понять все её слова. В то, что он может уничтожить шесть миров верилось слабо, зачем бы ему это? Жунь Юй и вовсе не планировал ничего уничтожать. А про убийство возлюбленного тоже странно. У Жунь Юя не было никаких возлюбленных, а если и да, он ведь мирная рыбка, хоть теперь и дракон, он не хотел никого убивать.       Сюй Фэн поверил ему и не стал больше ничего спрашивать, но все равно постоянно был рядом, поддерживал и пытался развеселить. После занятий с императором и вовсе поймал и затащил в тихий угол своего дворца, чтобы причинить добро и вкусно накормить мясными пряными пирожками, притащенными из мира смертных. Феникс вился рядом с Жунь Юем, незримо оберегая и стараясь не попасть на глаза императору и матушке, хотя тем и доносили, что братья общаются. Императрица считала, что сын пытается прощупать почву и втирается в доверие, а император лишь хмурился, не понимая, как мог ошибиться в реакции Сюй Фэна. Тот должен был ненавидеть брата, или хотя бы презирать, а еще лучше постоянно задирать и искать проколы, как это делала императрица, он же наоборот словно становился спокойнее и рассудительнее рядом со старшим братом.       А вот самим Жунь Юем император был крайне доволен. Теперь он мог сдержать растущие амбиции Ту Яо. Жунь Юй его сын, дракон, с типом внешности, который так нравился Тай Вэю и спокойным вдумчивым характером. Кровь от его крови. Он исполнил желание Ло Линя, не смотря на то, что юношу объявили официально членом императорской семьи и принцем, тот остался жить во Дворце Мёрзлой реки. Ничего, Повелитель воды верный подданный и друг. А дева Цзинь Ми — воспитанница императора и будущая повелительница цветов, из неё выйдет отличная невеста для сына.       А пока Жунь Юю назначили учителей. Чтобы юноша узнал законы небес и правила этикета, научился контролировать свою силу и подготовился к будущей должности Повелителя ночей.       Жизнь Жунь Юя перестала быть беззаботной. Он всегда был усидчивым учеником, но даже его утомляли все эти бесконечные правила. Его напрягала Императрица, которая цеплялась к каждой мелочи, когда он представал перед императорской четой. Везде надо было ещё и соблюдать регламент. Правильно кланяться, даже смотреть правильно. Пару раз Императрица намеревалась его наказать просто потому, что он слишком резко дёрнул рукавом при поклоне, но пока Император её сдерживал, убеждая, что мальчик только учится.       Но уроки астрономии и математики ему нравились. Он с радостью делился своими успехами с опекуном и фениксом и выходил с Императором на звёздную платформу. Переставлять звёзды, зажигать новые, следить за созвездиями было увлекательно и завораживающе.       А как-то раз Жунь Юй даже показал Сюй Фэну свой роскошный белый хвост с пока ещё мягкой и очень нежной чешуей, что дивно переливалась в свете луны.       Сюй Фэн в тот вечер долго сидел и наглаживал мягкую и гладкую чешую, вслух восторгаясь тем, какая она замечательная. А после предложил как-нибудь отметить это прекрасное событие — обретение истинной формы.       — Отец еще не говорил тебе, когда будет твоё смертное испытание? — спросил Сюй Фэн осторожно, оглаживая подушечку когтистой лапы на хвосте Жунь Юя. Та была очень интересной формы и имела действительно мягкие и нежные подошвы, которых было приятно касаться и разминать.       Пальцы на лапе непроизвольно поджимались и растопыривались, когда Сюй Фэн их гладил, а Жунь Юй, казалось, ещё немного и замурчит, будто он кот, а не дракон, который всю жизнь считал себя рыбкой. На вопрос брата он удивился, взглянув на него.       — Смертное испытание? Как это? — спросил он заинтересованно.       — Значит, еще не пояснили, — вздохнул Сюй Фэн и обойдя длинный хвост брата сел с другой стороны, разминая вторую лапу. — Смертное испытание это во многих случаях одно из условий присвоения титула бессмертного. Сквозь специальные врата тебя отправляют в мир смертных, где ты должен прожить от рождения и до смерти, пройдя путь 8 страданий. — Проговорил феникс, продолжая разминать лапку, приходясь между пальчиков, щекоча небольшую перепонку между ними. — Рождение, старость, болезнь, смерть, предательство любимого, недостижимость целей, встреча с ненавистным, страдания тела и разума. — Перечислил Сюй Фэн. — Это нужно для очищения и усиления. После смертного испытания потенциал небожителя возрастает, он очищается и может претендовать на новую должность. Все небожители хотя бы раз через это проходят, но это довольно тяжело. Есть даже присказка — пережив смертное испытание стоит забыть его, как страшный сон. Но сделать это на самом деле не так просто.       Жунь Юй честно пытался вникать в то, что говорит брат, но то и дело отвлекался на пальцы, которые разминали его лапку. Отец-император и Ло Линь говорили, что представать перед кем-то в истинной форме — неприлично, а уж трогать её так и вовсе верх непотребства. Но он не смог удержаться, чтоб не похвастаться перламутровой чешуей перед Сюй Фэном. А тот теперь не давал и шанса спрятать всё назад. Прикосновения к пока ещё совершенно нежным, не успевшим огрубеть новым конечностям, было великолепно.       Жунь Юй нахмурился, осмысливая сказанное.       — А у тебя тоже, выходит, было смертное испытание? — спросил он у брата.       — Было, — кивнул Сюй Фэн. — Если ты не против, я не хочу о нем рассказывать. Как я уже говорил забыть как сон его не выходит и душа потом долго болит. Сейчас за прошедшее время все поблекло, в смертном мире сменилось почти десять поколений, но я не хочу вспоминать его. — Сюй Фэн даже прекратил мять лапу от накативших воспоминаний, но он быстро взял себя в руки и начал оглаживать мягкий бок.       Жунь Юй смутился, постыдившись, что задал некорректный вопрос. Посидев некоторое время в молчании, он протянул свою ладошку и накрыл ей ладонь Сюй Фэна.       — Прости, я не хотел давить на больное, — сказал он тихо.       — Ничего страшного, от тебя я готов получить любой вопрос, — проговорил Сюй Фэн, а после поднес руку Жунь Юя к лицу, потираясь об нее щекой. — Моё испытание было не самым жестким, кому-то доставалась гораздо сильнее, и такой опыт в любом случае бесценен сам по себе.       Жунь Юй мягко погладил брата по лицу, а затем почесал за ушком, улыбнулся. Но через некоторое время улыбка его стала печальной.       — Знаешь, его величество говорит, что скоро я стану Повелителем Ночей. Мне придётся сменить дни на ночи. Мы не сможем видеться так часто, — сказал он.       — Не беспокойся об этом, — произнес Сюй Фэн, прижимая раскрытую ладонь Жунь Юя к лицу. — Всегда можно что-то придумать, лишь бы было желание. — Добавил он и улыбнулся. — Зато я теперь всегда буду знать, где искать тебя ночью. И тебе не придется часто бывать на официальных мероприятиях, а значит, будешь реже видеться с императрицей.       Жунь Юй улыбался ему и продолжал гладить по лицу. Его прохладная ладошка тут же согрелась, Жунь Юю было хорошо, вот только сердце сегодня стучало особенно сильно и тупо болело. Так периодически происходило в компании Сюй Фэна и Жунь Юй уже научился это игнорировать.       Спустя какое то время Сюй Фэн проводил Жунь Юя во дворец Мерзлой реки, достал из рукавов приготовленные заранее вкусности и передал на руки вышедшему Ло Линю. Не будь официально известно, что они с Жунь Юем братья, возможно кто-то и понял бы, что он ухаживает за ним. Но сейчас, до определенно границы, он мог действительно ухаживать, выдавая это за заботу и желание подружиться. Единственное, чего опасался Сюй Фэн — это смертного испытания Жунь Юя. Было страшно отпускать того одного в неясную и непонятную жизнь. А потому феникс задумался о том, как можно было бы ему помочь.       Жунь Юй продолжал отставаться беззаботным и не замечал чувств брата к нему. Он делал успехи в учебе, вызывая гордость у отца-императора и ярость у императрицы. В один день император решил, что пора бы старшего сына наградить и уже дать самостоятельность.       Завёрнуто всё было очень хитро. Любящий отец жаловал своему прилежному и воспитанному сыну свой старый Дворец Небесных Сфер, в котором в молодости провёл множество встреч с любовницами. Дворец стоял в отдалении, почти на границе небесного царства, и позволял как принимать там прекрасных дев без риска быть обнаруженным, так и сослать незаконного сына подальше от глаз злобной жены.       Вместе с дворцом, Жунь Юю, как юноше взрослому и вошедшему в половую зрелость, была милостиво жалована невеста. Император завернул все вопросы так, что невозможно было отказаться. Нравится ли первому принцу дева Цзинь Ми? Конечно нравится! А деве Цзинь Ми первый принц? Разумеется, дух-рыбёшка очень милый и её лучший друг. Значит, дети влюблены друг в друга и их надо срочно женить.       В отличии от Жунь Юя, который под напором взрослых просто поверил, что это хорошая затея, Цзинь Ми мечтала выйти замуж по любви, а любила она Феникса, который был её отдушиной и защитником меж двух огней — Императора и Императрицы, с самого детства. Вот только слишком устала за все эти годы от постоянных придирок Ту Яо.       Когда после неосторожных слов Лунного Духа как-то прошёл слушок, что наследник и императорская воспитанница крутят роман, собираясь пожениться, и Ту Яо едва не убила её, замучив показательной поркой огненной плетью, то и вовсе перестала смотреть в сторону сводного брата. Она знала, что Император не отпустит её от себя по странной маниакальной зависимости, но брак с Рыбкой казался ей избавлением от ревности Императрицы.       Спустя некоторое время, когда Жунь Юй достаточно выучился, Император захотел присвоить ему ранг небожителя и титул, чтоб старший сын был занят делом. Вот только стоило об этом заикнуться, как Императрица тут же устроила истерику и категорически отказалась соглашаться с мужем, пока мальчик, как и положено, не пройдёт смертное испытание. А так как он принц, то статус его обязывает, чтоб испытание было самым суровым.       Новость о скором браке брата настигла Сюй Фэна на границе с царством злых духов. Очередное обострение произошло так не кстати, что даже становилось подозрительно, не подгадал ли отец этот момент, пока его нет рядом с Жунь Юем? Но позже феникс отмел эту мысль, не мог его отец так поступить, это действительно совпадение.       Тут же вернуться обратно феникс не мог, лишь урегулировав конфликт. Но при первой же возможности он связался через сережку с Жунь Юем.       — Жунь Юй, ты можешь уделить мне время? — спросил Сюй Фэн, стаскивая с себя пропитанные кровью и потом доспехи. Сил не было, как и желания жить, но это было временным, это просто усталость и разговор с Жунь Юем наверняка вернет его к жизни, как ни раз уже бывало.       Жунь Юй откликнулся не сразу. Он был рад слышать Сюй Фэна, но ранее у него был неприятный разговор с господином Ло Линем. Опекун долго объяснял ему, почему Жунь Юй должен ограничить своё общение с братом. Жунь Юю это не запрещалось, но братские отношения не должны были переходить границы приличий. То есть никаких объятий вечером у пруда, не оставаться подолгу наедине и уж тем более никаких совместных ночевок в одной кровати. Никакие робкие возражения Жунь Юя Ло Линь не принял.       Но отказать Сюй Фэну просто так Жунь Юй не мог. Слишком рад был его наконец услышать. И потому отозвался через пару минут.       — Да, могу. Приходи во Дворец Небесных Сфер, — предложил он.       — Я на передовой, и когда вернусь не знаю, — отозвался грустно Сюй Фэн. — До заката есть еще немного времени, уделишь мне его? Я почти не получаю новостей из дома, что-нибудь важного случилось? — не стал спрашивать напрямую Сюй Фэн, но озвучил действительно волнующий вопрос.       Жунь Юй немного расстроился. Он наивно думал, что Сюй Фэн уже вернулся, того не было долгие месяцы. И задумался на некоторое время над вопросом Сюй Фэна.       Смотря, что Феникс считает важным.       — Ну, с родителями всё в порядке, только дядя почему-то расстроен. Никто из иных царств визитов не наносил и войн не объявляли, праздники тоже не планируются, так что ничего важного, — ответил он, перебирая в голове все события методично. — Только знаешь, я скоро женюсь на Цзинь Ми. А до этого отправлюсь на смертное испытание. Это наверное… хорошие новости, да? — сказал Жунь Юй.       Он всё ещё был растерян и не знал, как относиться к своему будущему браку. Но все вокруг были так рады — отец, опекун с тётушкой, а Цзинь Ми просила называть её Ми-эр и сказала, что рыбёшка будет её очаровательным мужем.       Сюй Фэн подавился воздухом от той беспечности и легкости, с которой Жунь Юй произнес новость о свадьбе.       — А тебя не смущает поспешность данного решения? — воинственно, на сколько хватило сил, спросил Сюй Фэн. — Вы знакомы всего ничего, она тебя в день знакомства же обидела и выменяла гостинцы за якобы помощь, а по итогу все равно отводить твоих невест пришлось мне. Ты сам это хочешь? Ты осознаешь, насколько это важный шаг? Или куда послали, туда и пошел? — с нотками отчаяния в голосе спросил феникс.       Сердце болезненно кололо только от одной мысли о том, что его драгоценный и нежный Жунь Юй будет принадлежать названной сестре.       Жунь Юй растерялся от слов Сюй Фэна и затих на некоторое время. Вникать в его слова было так сложно. Он думал об этом ранее. Жунь Юй за рекордные сроки выучил сложнейшую науку по управлению звездами и уже знал, как создаются созвездия и движется лунный календарь, но все эти разговоры про любовь, о которой все твердят, всё ещё оставались сложными.       Правильного ответа не находилось, а стоило подумать о том, что чувствует сам Жунь Юй, внутри была лишь пустота. Тех чувств, когда ради одного человека можно было броситься и в огонь и в воду, он ни к одному духу не испытывал, да и не понимал — как и зачем? Разве не ко всем своим близким стоит быть дружелюбным и понимающим?       — Ну, это же было давно, я не обижаюсь на неё. Она же не сделала мне ничего плохого, да и позже мы подружились. Мне кажется, ничего страшного, если мы поженимся, Ми-эр милая и добрая, — просто сказал Жунь Юй.       — Хорошо, — Сюй Фэн потер переносицу, разговор обещал быть сложным, неприятным и болезненным. Но он должен выдержать его. Он, воин и защитник, должен быть уверен, что Жунь Юй принимает решения исключительно по своей воле. — Ты хотя бы теоретически готов к тому, что тебе придется рано или поздно лечь с ней в постель и сделать ей ребенка? Ты хотя бы мысленно готов к этому? — решил уточнить еще один не маловажный аспект. Общая постель и секс — это важный этап парного совершенствования и Цзинь Ми явно не побрезгует им, лишь бы накопить побольше сил, да поскорее.       Голова Жунь Юя раскалывалась, а значение слов Сюй Фэна ускользало от него. В груди чувствовалась тупая боль. Он вздохнул и присел, держась за грудь, страдальчески сморщился.       — Сюй Фэн, это наше дело, — ответил он брату, заставляя себя дышать ровнее. — Это же естественно для тех, кто в браке. И не обязаны же мы перед кем-то отчитываться, чем будем заниматься… — говорил он чисто механически, чувствуя, что ему становится только хуже. — Давай поговорим потом, — в итоге не выдержал он, чувствуя, что ещё немного, и потеряет сознание. Он выключил серёжку и тихо сполз по стене на пол, свернувшись там калачиком.       — Жунь Юй? Жунь Юй! — попытался дозваться брата феникс, но тот больше так и не ответил. Зарычав в сердцах, принц перевернул столик, а после сел на ближайший стул и уткнулся в ткань шатра, размышляя о том, что делать. В шатер заглянул Ляо Юань, который и донес Сюй Фэну неприятные новости. Давний помощник и друг, посмотрел на принца несколько растерянно.       — Поссорились с братом, Ваше Высочество? — довольно бестактно полез он в итак израненную душу.       — Не лезь куда не просят, — велел Сюй Фэн, потирая виски. В груди истошно ныло, словно ему воткнули кинжал меж ребер и прокрутили. — Мы должны закончить эту кампанию как можно скорее, у меня появились неотложные дела в Небесном царстве, — натягивая на себя обратно доспех, произнес Сюй Фэн.       Сейчас самое главное — вернуться как можно скорее. Если император так спешит их поженить, то наверняка и до смертного испытания не так далеко. А у него уже была договоренность с дядей и девой Юань Цзи. Оставалось лишь поговорить с родителями и, что еще более важно, поговорить с братом.

***

      Предчувствие не обмануло Сюй Фэна. Испытание назначили почти сразу, император не хотел тянуть. Но неприятные новости на этом не закончились и вестником их снова стал верный помощник. В один из дней Ляо Юань ввалился к Сюй Фэну, донеся ему весточку от старой боевой подруги, дочери одного из князей злых духов Лю Ин, что Императрица планирует избавиться от Жунь Юя на его смертном испытании и приказала изготовить для этого особое оружие — стрелу, уничтожающую души. Благодаря ей дух больше никогда не мог возродиться бессмертным, только смертным, войдя в круг кармы.       Еще ни разу Сюй Фэн не бился так остервенело и отчаянно. О тактике и стратегии не шло и речи. Он кромсал врагов, обливался их кровью в бою, шел вперед невзирая на раны и травмы, но в этой отчаянной погоне со временем он успел вернуться в Небесное царство с победой, о чем поспешил доложить императору, едва приведя себя в порядок.       Он был уставший и замученным, но у него впереди было еще довольно много дел.       После полного разбора прошедшей военной кампании, Сюй Фэн донес довольному императору о том, что считает себя недостаточно сильным и достойным титула военачальника. Потому смиренно просит Его Величество отправить его вместе с братом в смертное испытание, чтобы набраться силы и очистить душу.       Пока император размышлял об просьбе Сюй Фэна, тот отсчитывал мгновения одно за другим. Сил стоять почти не было, он буквально привел армию с поля боя, едва успев забрать раненых. Он так спешил, что некоторые наспех обработанные раны ещё кровоточили и причиняли дискомфорт.       Но в конечном итоге, после долгих размышлений, за время которых Сюй Фэн размышлял, какие привести еще аргументы, император в итоге согласился, и разрешил Сюй Фэну отправиться в смертное испытание для совершенствования. Феникс почти искренне поблагодарил отца за оказанное доверие и выполнение его нескромной просьбы, а после поспешил на поклон к матери, чтобы там рассказать о том же, лишь немного изменив детали о том, что Жунь Юя нельзя отпускать одного, вдруг он найдет или обретет какую-то неизвестную им силу, да и слышал Сюй Фэн, что того хотят убить. Тут он заметил, как дрогнула рука императрицы, и нахмурился. Он, оказывается, не так хорошо знает свою мать, как думал.       Это было весьма болезненным ударом, но с этим он разберется позже. Главным сейчас было защитить Жунь Юя любой ценой. В любом случае, если что-то и случится, то на Сюй Фэна подозрение не падет, ведь он будет и сам на смертном испытании. Императрица одобрила по итогу его аргументы и обещала посодействовать, если император передумает.       Уже после этого Сюй Фэн направился в сторону дворца Мерзлой реки, чтобы поговорить с братом. Их последний разговор закончился неприятно, и принц боялся, что обидел Жунь Юя.       Но Жунь Юя там уже не оказалось. В это время Жунь Юй в сопровождении опекуна шел к колесу кармы, которое открыли специально для него. У открытых врат его уже ждали дева судеб, Небесный Лис, и его верная невеста. Цзинь Ми так и вовсе в последнее время старалась почаще общаться с ним и налаживать отношения. Девочка казалась милой и задорной, даже слишком, в некотором отношении. А лис смотрел на этих двоих едва ли не со слезами, прямо говоря, что они — не пара.       Но как бы то ни было, а смертное испытание начиналось. Жунь Юю было только немного жаль, что они не успели повидаться с Сюй Фэном, но он слышал, что брат ведёт ожесточенные битвы на передовой. Ему не до разговоров.       Сюй Фэн не успел буквально самую малость, он видел, как шагнул Жунь Юй в колесо, но не успел ни докричаться, ни добежать. Тем ни менее он, не уменьшая скорости с разбегу прыгнул следом, зная, что для него все готово. Впервые в жизни он был рад, что его — дядя Лунный Дух и сводит пары, и что он с Юань Цзи играет в прятки, никак не решаясь ступить чуть дальше. Оставалось надеяться, что ему не придется ждать слишком долго, чтобы встретиться с Жунь Юем.       Чего он не мог предположить так это того, что буквально следом за ним примчится Суй Хэ и будет требовать отправить и её. Приказ императрицы не обсуждался, а дева вполне могла козырять им, ведь матушка-императрица сама велела ей идти следом. Так что Юань Цзи ничего не оставалось как отправить девушку в мир смертных, выполняя прямой указ императрицы.       А под конец Лис невзначай подставил подножку и подоспевшему Ляо Юаню, пожелав удачи и велел защищать своего господина преданно.