Любовь магическая и настоящая

      Лика сидела в кресле и хмуро смотрела на Милу, которая, обхватив колени, опустила голову и покачивалась вперёд-назад. Лишь иногда с её стороны слышались всхлипы.     — Не, ну серьёзно! — не выдержала она. — Тебе надо отвлечься, иначе ты так до депрессии дойдёшь.     — Ничего не хочу, — послышался жалобный голос. — Хочу увидеть его. Хочу поговорить с ним. Перекинуться всего парой слов.     — А вот он не хочет тебя видеть. Пойми же, это всё заклятие. Всё идёт как надо. Осталось только от второго избавиться.     — Её первый разрыв довёл до такого состояния, а ты хочешь сразу и второй отказ на неё сбросить? — вздохнула Кира, которая металась по комнате, расчёсывая непослушные волосы. Она, в отличии от остальных, проспала и поэтому была ещё не готова. Впрочем, Мила тоже не выглядела готовой идти на лекции.     — А по-твоему лучше сначала пережить одно горе, а потом другое? Так хоть оба за раз переболят.     Мила вдруг подняла голову и с ужасом посмотрела на подруг.     — Нет! Нет! Ни за что! Я не хочу расставаться ещё с и Куртом! Нет. Не согласна.     Кира вдруг остановилась и пытливо посмотрела на подругу.     — Слушай, Милка, может быть, это... Ну, как тебе вариант вылечить старую любовь новой? Найти себе другого и полюбить уже по-настоящему? Без заклятий.     — Ты это о чём тут? — удивилась Лика, хмуро глянув на подругу.     — Да так, — пожала плечами Кира и побежала дочёсывать волосы.     — Не хочу я никого другого!     Лика подозрительно проводила Киру взглядом, но потом опять переключилась на Милу.     — Ты пойми... Профессор же говорил, что твоя влюблённость связана. Пока ты не избавишься от чувств к Курту, чувства к Саймону не пройдут.     — Я справлюсь! — упрямо сказала та и поднялась с места. Пошли на занятия.     — Ща! — крикнула Кира, стягивая волосы в хвост и цепляя свою сумку с записями.     На занятия все шли молча. Мила пыталась на ходу привести себя в порядок, так как вдруг сообразила, что показываться перед Саймоном с заплаканными глазами не слишком хорошо. Кира тоже пыталась поправить внешний вид, хотя бы переплести безобразный хвост на голове.     А Лика задумчиво поглядывала то перед собой, то на подруг.     — У тебя скоро день рождение, Мила. Ты будешь что-то устраивать?     — Ой, — замерла та. — Точно! Я почти забыла о нём...     — Оно и видно, — кивнула Лика, — поэтому напоминаю.     — О, вечеринка будет как раз в тему! — вздохнула Кира, наконец смирившись с тем, как уложились волосы.     — Может, не будет собирать всех с размахом? А просто отметим в своём узком кругу? — предложила Лика. Она не особо любила шумные сборища и всегда уходила среди первых, если по той или иной причине должна была присутствовать.     Но Мила её предложение не оценила и замотала головой.     — Нет-нет. Я хочу много гостей и много веселья. Мне и правда надо немного отвлечься и порадоваться. Самой уже осточертело вечно ныть, представляю, как вас заколебала.     — Пригласим девчонок с общаги, и, думаю, в гостиной можно и отпраздновать, — поддержала её Кира, которая считала точно так же. Лучше всего будет переключить внимание.     — Я думаю... — тихо начала Мила, украдкой поглядывая на подруг. — Наверное, стоит пригласить и...     — Нет! — строго перебила Лика.     — Да ты даже не выслушала, что я хотела сказать!     — Да и так ясно, что ты хочешь Курта пригласить, — нахмурилась Кира. — Я тоже против.     — Но... мне же надо всё-таки с ним что-то делать...     — Тебе надо отвлечься и сменить обстановку, чтобы не увязнуть в депрессивном состоянии. А парень, который является частичной причиной, не лучшая идея! К тому же ему доверять нельзя, опять куда-то утащит и всё, ты растаешь.     — Я приглашу и его брата! — выпалила Мила весомый аргумент.     — Это... — начала Лика, но Кира её остановила.     — Если Леон придёт, то пусть приглашает.     — Кира. Не потакай ей.     — Ты сама всё поймёшь, — хитро прищурилась Кира и добавила тише: — Уверяю тебя, «это» хорошая идея.     Лика кинула на неё недоумевающий взгляд, но подруга только подмигнула.     — Ладно, — в конце концов, смирилась она, и Мила просияла от радости.     — Надо будет сегодня вечером продумать, что купить, что приготовить, — начала она рассуждать, устремившись вперёд. — Приглашать народ лучше уже сегодня.     Когда та убежала вперёд вся в планах и мечтах, Лика строго посмотрела на Киру.     — Что происходит?     — Ничего, — пожала та плечами и двинулась следом за будущей именинницей.     — Я думала, ты больше всех оберегаешь Милу от этих парней, с чего такая резкая смена курса?     — Я ещё пока не совсем уверена, но обещаю, как только я пойму, я всё скажу. Просто... мне кажется, у неё появился шанс выйти из рокового любовного треугольника. Но всё же надо убедиться.     Лика удивлённо посмотрела на Киру, и ей плечи расслабились, а сама она избавилась от напряжения.     — Если нужна будет помощь, зови меня.     — Не сомневайся.               Мила в течение нескольких дней летала как на крыльях. Планирование дня рождения захватило её с головой. Она старалась загрузить себя хлопотами под завязку, так как порой в будние дни ей было невыносимо ходить на учёбы из-за Саймона, который никогда не пропускал занятия. Даже больной был готов наглотаться настоек и всё равно явиться.     Она отсаживалась как можно дальше от парня и убегала сразу, как только занятия заканчивались.     Впрочем, тот и сам всячески её избегал. Подруги Милы, глядя на это, испытывали противоречивые чувства. С одной стороны, это было на пользу, да и расставания почти всегда болезненные, с другой — Милу, конечно, было жаль, так как по их общему мнению Саймон поступил довольно жестоко.     Однако вмешиваться в эту историю никто не спешил, а самого Саймона старались лишний раз не упоминать. Мила была даже рада, что никто не поднимал эту тему. Она решила, что теперь сосредоточится на отношениях с Куртом, заглушив таким образом тоску. Ему она позвонила в первый же вечер и пригласила на вечеринку. Тот, услышав об этом, сильно обрадовался, но тут же помрачнел, когда узнал, что надо прийти с братом. Но пришлось смириться, так как это было условие её «опекунш»: на вечеринку их пустят только вдвоём.     Курт сказал, что приведёт брата даже силой, но особого энтузиазма в нём не было.     Когда настал долгожданный день, Мила светилась как солнышко, общаясь с гостями и принимая поздравления. Она всегда была среди людей как рыба в воде. Ей даже организаторская суета доставляла удовольствие, что уж говорить о становлении звездой вечеринки.     Она словно получила второе дыхание и с радостью болтала с каждым, кто приходил. К счастью Киры, которая как всегда бдительно за ней следила, Мила вполне дружелюбно поздоровалась с Куртом и не пыталась с ним уединиться или куда-то отойти.     Курт, как и обещал, пришёл с братом. Леон выглядел ещё более угрюмо. Брови почти сведены, глаза колючие. Он осматривался так, словно нёс на себе тяжкое бремя присутствия и с удовольствием бы ушел, как только найдётся подходящий момент.     А вот Курт выглядел счастливо, с горящими глазами осматриваясь по сторонам. Он, как и Мила, был человеком общительным. В этом они и правда друг другу очень подходили.     Кира некоторое время наблюдала за братьями. Но, к худу или к добру, ничего особенного не происходило. Жгучая парочка общалась лишь немного и у всех на виду. Возможно, Леон следил за братом, и поэтому всё было прилично. Потому она несколько расслабилась.     Лика же не была настолько доверчивой и во все глаза наблюдала за подругой. Более того, она впервые не соблюла свои же правила и не отправилась спать, когда настало её время.     Только Лада не была так же напряжена. По крайней мере, не из-за Милы. У неё своих проблем было полно. И нотации брата были меньшим злом. Поэтому она отдалась танцам, чтобы немного отвлечься от проблем.     Так или иначе, к вечеру людей осталось значительно меньше, многие уже устали, и было решено поиграть в игры и просто побеседовать.     В конце концов, одна из девушек, рыжая конопатая Дженна, сказала:     — Сейчас полночь. Самое время для загадывания желаний и игры в правду.     — Ну, начинается, — вздохнул Тоха. Он подперев рукой голову и с тоской посмотрел на Дженну.     — Отвянь, — отмахнулась та и продолжила: — Это самое интересное! Тем более, у нас тут столько новых людей.     Другая девушка с каштановыми волосами, которая тоже была знакома с Дженной и этой «игрой», отложила палочки, в которые все играли, и посмотрела на остальных.     — В общем, готовьтесь выкладывать свои самые сокровенные секреты.     — Обманывать нельзя! — тут же вставила Дженна.     — А в чём суть? — спросила Лада, которая ещё не хотела заканчивать вечер и потому была готова к продолжению.     Получив хоть какое-то ободрение, Дженна начала увлечённо раскалывать:     — В общем, правила такие: каждый загадывает желание. Пишет его на листке и потом сжигает. Это означает, что он участвует. Дальше мы начинаем задавать друг другу вопросы. Нужно отвечать только правду. Соврать можно только один раз из двенадцати. То есть будет тринадцать вопросов. Если соврёшь больше одного раза, желание не сбудется, а на руках появится крапивница.     — Чего!     — Ещё и заклятие?     — Ну хотя бы не икота, как раньше, — вздохнул кто-то.     — Успокойтесь. Это всего на час. Просто как символ, что человек вышел из игры. Ну что, начинаем?     — А кто будет вопросы задавать? — спросила Кира, внезапно почувствовав интерес.     — Кто захочет. По очереди или по желанию. Главное, чтобы каждый получил тринадцать вопросов. Четырнадцатый уже задавать нельзя. Я каждому счётчик намагичу. Играем?     — Да давай уже, — вздохнул Тоха. — Всё равно ты уже все мои секреты выведала.     Кто-то ещё вздохнул, но отказываться не стал. Видимо, настоящими жертвами будут новички этой компании.     Мила почувствовала лёгкое волнение и понадеялась, что никто не будет спрашивать про её заклятие. Но как же она ошибалась. Как только началась игра, это был первый же вопрос.     — Людмила, скажи, кто из двух парней, в которых ты влюбилась, тебе нравится больше?     — Да блин, — вздохнула та. Чары, которые она по невнимательности подхватила, недолго оставались секретом. Тут полно «видящих», и странное свечение её магического фона не могло остаться незамеченным. Украдкой оглядевшись, она, к счастью и разочарованию, обнаружила, что Курта в комнате нет. Радуясь, что он отошёл и не услышит, она ответила: — Я не могу выбрать, так как из-за заклятия мои чувства разделилось поровну. Так что никто.     — Хм... — скривилась Дженна, не совсем довольная ответом. — Ну ладно. Синди, куда делась кошка?!     — Да заколебала ты меня! — воскликнула миловидная девушка с красными прядями на коротких чёрных волосах. — Что за стереотипы! Не трогаю я кошек! Мы даже до трупов ещё не дошли на занятиях!     Несмотря на её праведный гнев, все вокруг засмеялись.     — Ну, это могла быть единственная ложь.     — Ты достала меня, Дженна! Моя очередь, — Синди повернулась к Ладе. — Я слышала, ты встречаешься с принцем Бривалонии. Это так?     — Ох, творец. Не принц он, а какой-то там лорд. И нет, не встречаюсь, — нахмурилась Лада.     — А что между вами происходит? — не унималась Синди.     — Он делает вид, что ухаживает за мной. Я что не замечаю этого.     — Так он тебе не нужен?     — Нет.     — Отдашь его мне?     — С радостью. Забирай.     — Синди! Это уже четыре вопроса подряд! Причём последний — просьба, а не вопрос! — воскликнула Дженна.     — Ну и плевать. Что хотела, я узнала, — успокоилась девушка, довольно улыбаясь. Лада раздражённо хмыкнула, что, впрочем, случалось каждый раз, когда дело касалось Редклифа.     — Теперь я хочу задать вопрос! — вскинула руку девушка с каштановыми волосами по имени Катя и повернулась к парню, который сидел недалеко. — Скажи, Даниэль, у тебя есть девушка?     Тот, всё ещё улыбаясь после перепалки Синди и Дженны, вдруг резко посерьёзнел.     — Э... у меня?.. Нет. Нет девушки.     — А есть та, с которой хотел бы встречаться?     — Ну... — он замялся и замолчал.     — Давай, отвечай уже, вопрос задан, — усмехнулся его товарищ и хлопнул по плечу.     — Вроде как есть... только не спрашивай кто! Умоляю!     — Ты попал не в то время, не в то место и не в ту игру, — злорадно расхохоталась Дженна, но добивать парня не стала, и слово опять перехватила Синди:     — Раз такая тема, давай тоже отвечай. Катерина, ты втюхалась в кого-то?     Та вдруг залилась краской и потупила взгляд.     — Ну да... мне кое-кто нравится, — пробубнила она и, чтобы допрос не продолжился, начала крутить головой, быстро выбирая следующую жертву. Взгляд её упал на Леона, который сидел чуть в стороне, но пристально за всем наблюдал. Кивнув ему, она сказала: — Ты новенький. Как там тебя зовут?     — Леон, — ответил тот, просто переведя взгляд и даже не меняя позы.     — И на это ты потратила первый вопрос, — проворчала Дженна, наблюдая, как висящий в воздухе магический счётчик переменился с нуля на единицу.     — Да и пусть, — отмахнулась Катя. — Скажи, Леон, а у тебя есть девушка, которая тебе нравится?     После этого вопроса в комнате разлилась гробовая тишина. Все почему-то замерли, ожидая ответа, частности Кира с подругами. Она сама хотела задать этот вопрос и всё думала, как бы это сделать, не вызывая лишних подозрений. А тут…     Леон с самого начала выглядел обособленно. Он всегда присутствовал, но в играх и беседах не участвовал. Потому что не хотел или смущался незнакомой компании — трудно сказать.     Именно поэтому все ждали его реакции. Будет ли он подчиняться правилам игры или нет.     Леон, по-прежнему не выказывая никаких эмоций или переживаний, всё таким же холодным голосом просто ответил:     — Есть.     — Свой человек. А я уж думал, он камень, — рассмеялся вдруг Тоха.     — А эта девушка, она присутствует здесь? — не унималась Катя, заворожённо наблюдая за парнем. Она словно намеревалась пробить его бронь и увидеть хоть какую-то эмоцию. Может, немного смущения. Но Леон себе не изменил и всё так же бесстрастно сказал:     — Да. Присутствует.     Катя разочарованно выдохнула, но остальные девчонки начали хихикать и смущаться.     Кира повернулась к Лике и начала с ней о чём-то перешёптываться.     И только Мила с лёгким волнением осматривалась по сторонам. Курта что-то давно не было видно. Повернувшись к Ладе, которая всячески пыталась прислушаться к беседе подруг, она сказала:     — Я отойду ненадолго.     — Куда ты?     — В уборную, — быстро кинула она, мысленно прося прощение за неправду.     Кира, заметив, что Мила поднимается и собирается уходить, попыталась ухватить её за руку.     — Эй! Эй!! Не уходи! Ты куда!     — Я скоро вернусь, — отмахнулась та и тихонько пошла к выходу.     — Так, следующий! — провозгласила Дженна, и её взгляд вдруг переместился к девушкам. — Лика! У тебя есть возлюбленный?     Та встрепенулась, так как была немного сонная из-за изменения графика. Повернувшись к Дженне, она ответила:     — Пока нет. Жениха буду присматривать, когда закончу учёбу и уеду домой.     — Ты смотри, всех лучших парней разберут, пока ты тут, — расхохотался кто-то. На что Лика просто пожала плечами и ответила:     — При многожёнстве это не проблема. Всё равно выберу лучшего и стану ему второй или третьей женой.     Девчонки, услышав это, скривились, явно недовольные. Парни с лёгкой завистью вздохнули.     — А можно к вам переехать жить? — спросил один из них, и его смехом поддержали остальные.     — Ну... приезжай, только за тебя наши девчонки не пойдут.     — Почему это?     — Не чета ты нашим парням, — улыбнулась Лика, и весь её вид говорил о том, что она знает то, что другим не понять. — Почему ты думаешь, наши девушки всё равно возвращаются, хотя запросто могут выйти замуж здесь и быть единственной?     — Ну, Лика ты перебарщиваешь, — вздохнула Лада. — Здесь тоже полно хороших парней и замечательных мужчин.     — Эх, не обижайся, — примирительно улыбнулась Лика. — Это просто разница менталитетов и мировоззрения. Но ты тоже ведь нос воротишь от того иноземца.     — Скажешь тоже, — нахмурилась Лада. — Он чужак.     — Так! — воскликнула Дженна, желая поскорее сменить тему. — Кира! Ты куда это собралась?     Кира, застуканная при побеге, замерла и виновато улыбнулась.     — Мила куда-то ушла, а за ней нужен глаз да глаз.     — Она большая девочка! А ты давай! К тебе вопросов ещё не было! Садись!     Кира беспомощно вздохнула и умоляюще посмотрела на Леона, который, как и все, смотрел в её сторону. Она одним взглядом пыталась передать тот факт, что и его брата и её подруги нигде не было.     Тот едва заметно кивнул, и, встав, направился к выходу. Его, правда, никто останавливать не стал. Немного выдохнув, Кира успокоилась. По крайней мере, теперь ей будет спокойно.     Сев на место, она обречённо вздохнула.     — Ну давай! Задавай свои вопросы.          Леон вышел из зала и нехотя пошёл вглубь здания, мысленно вспоминая все места, куда мог направиться Курт.     Нет ни капли сомнения, что Мила, ведомая заклятием любовного зелья, пошла за его братом. И, зная его, Леон был уверен, что тот, почувствовав свободу от наблюдателей, не будет скромно держаться подальше от девушки.     Однако волноваться ему было не о чем, так как он буквально через два поворота наткнулся на Милу, которая шла по зданию и заглядывала во все общедоступные комнаты.     — Он вряд ли будет здесь, — сказал он, подходя к ней поближе. Мила, не услышав его тихих шагов, чуть не подскочила.     — Ох! Леон! — она смутилась тому, что её застукали и безошибочно поняли её мотивы. Но, тем не менее, спросила: — А где его можно искать?     Подняв к нему голову, она встретилась с пристальным взглядом глубоких глаз и только сейчас рассмотрела их тёмный янтарный оттенок. Леон смотрел на неё, словно мысленно испытывая. Приняв решение, он кивнул на лестницу.     — Он всегда выбирает труднодоступные места. Так что, скорее всего, где-то на крыше или в дальних комнатах. Если на этажах есть общие комнаты, то можно и там посмотреть.     Кивнув, Мила направилась к лестнице, испытывая странную смесь лёгкого недовольства и благодарности из-за того, что он пошёл следом.     В общежитии было четыре этажа. На первом гостиная, кухня и прочие общие комнаты. На остальных трёх этажах жили девушки. Было несколько индивидуальных комнат, а так же общих, где, как и она с подругами, жило сразу несколько человек.     Поднявшись на второй этаж, Мила замерла, не зная, что делать. Непонятное чувство тревоги давило.     Зачем Курту здесь находиться?     Почему он вообще куда-то ушёл?     Но Леон упрямо прошёл по коридору к последней комнате, которая была чем-то вроде крытой террасы. Там, естественно, никого не оказалось.     Мила вдруг сообразила, что вздохнула с облегчением.     Может, он ушёл домой?     Но тогда почему не попрощался?     На третьем этаже, который считался вторым жилым, они пошли по коридору вместе и вместе же замерли посреди прохода, словно наткнувшись на невидимую стену. Из одной из комнат послышался громкий и заливистый смех Курта, который не узнать было невозможно.     Леон и Мила переглянулись. Он нахмурился и злобно уставился на дверь, она же стушевалась и замерла, обхватив сама себя.     Леон сделал шаг, намереваясь постучать в дверь, но его остановила Мила. Обернувшись к девушке, он увидел, как Мила, вцепившись в него, смотрит на дверь, словно она создана из клубка змей.     Смесь страха в её глазах стала перерастать в решительность, и, подняв голову и посмотрев на Леона, она коротко кивнула. Он не стал стучать, а, взявшись за ручку, просто открыл её. К счастью, она не была заперта.     И, как только они заглянули внутрь, никаких сомнений не осталось.     Расстеленная постель, голая девушка на ней и Курт рядом, к счастью, уже в нижнем белье. Они смеялись и болтали о чём-то, пока не заметили непрошенных гостей.     Увидев брата, Курт раздражённо нахмурился, но потом он заметил и ошарашенную Милу. Чертыхнувшись, он подскочил.     — Избавь нас от своих оправданий, — холодно сказал Леон и кивнул на одежду, лежавшую на ближайшем стуле. — Одевайся. Мы идём домой.     Он развернулся, пытаясь увести Милу, но она вырвалась и, посмотрев на Курта смертельно обиженным взглядом, спросила дрожащим голосом:     — Но почему?     Курт, который пытался найти подходящие слова, раздражённо почесал затылок.     — Я думала, что я тебе нравлюсь... — продолжила она ещё более дрожащим голосом.     — Ты правда мне нравишься.     — Но тогда почему... почему ты...     — Ну... она мне тоже нравится, — Курт неловко посмотрел на девушку, которая, прикрываясь одеялом, растерянно смотрела на незваных гостей.     — Я не знала, что у него есть девушка, — сказала она, раздосадовано посмотрев на Милу, а потом переведя рассерженный взгляд на Курта.     — Я тебе не врал, — ту же начал оправдываться Курт. — С ней у нас пока нет ничего серьёзного. Так... пара поцелуев.     — Пара... — всхлипнула Мила. — Вот значит как...     — Пойдём, — тихо сказал Леон. Прижав плачущую девушку к себе, он, уводя её отсюда, вновь посмотрел на брата. В комнате раздался тихий, но пробирающий до дрожи голос: — Быстро одевайся и иди домой, нигде не задерживаясь!     Курт подскочил как ужаленный и, прыгая на одной ноге, начал надевать штаны, бросая на брата раздражённые взгляды.     — Да блин! Леон! Зачем?! Я и так пошёл бы, — выругался он, уже натягивая носки прямо поверх штанин и обуваясь на ходу.     Леон его уже не слушал. Положив ладонь Милы себе на локоть, он уводил её прочь. К залу, где все наверняка продолжали играть, они не пошли, а направились прямиком на улицу. Благо, стояла тёплая ночь. Присев недалеко от крыльца, они через минуту заметили, как с того соскочил Курт и бегом куда-то направился.     Мила разрыдалась, уронив голову на колени.     Леон молча сидел рядом.     Немного позже Мила подняла заплаканное лицо и посмотрела на него.     — Второй раз мне разбивают сердце, а ты рядом, — сказала она, высмаркиваясь в платок, вынутый из кармана. — Спасибо...     — К счастью или к несчастью, я всегда оказываюсь поблизости, — сказал Леон, задумчиво рассматривая небо. — Впрочем, как можно оставаться в стороне, когда на тебя смотрят с таким отчаянием? Я ведь не железный...     Мила хихикнула сквозь слёзы.     — Я бы с этим поспорила.     Она украдкой посмотрела на Леона, но потом вдруг по новой разрыдалась. Вслед за слезами пошли жалобы и причитания на жизнь, судьбу, на двух парней. Леон сидел рядом молча и слушал. И Мила была благодарна ему за это.     Через полчаса их в таком же положении застала Кира, которая всё-таки смогла сбежать, после того как игра закончилась. Увидев их, она поначалу хотела так же тихо уйти, но прежде чем ей это удалось, Леон, повернув голову, заметил её.     Не получив от него намёка уйти и оставить их, она сделала шаг ближе.     — Всё хорошо? — осторожно спросила она.     — Курт переспал с Азурой с третьего этажа, — мрачно ответила Мила, не поворачиваясь к ней.     — Ох, — выдохнула Кира, присаживаясь рядом, и только тогда заметила заплаканное лицо подруги. — Вот же...     Она запнулась, покосившись на Леона. Тот закончил за неё:     — Олух?     — Ну, если цензурно, — пожала она плечами.     — Нецензурно — это просто ругательство, а олухом он является по факту.     — Да уж... — выговорила Кира и обняла подругу. — Найди в этом и плюсы. Теперь ты точно можешь избавиться от заклятия любавки.     — Да, — ответила Мила, всхлипывая.     Гладя её по голове, Кира опять посмотрела на Леона. Он сидел, слегка нагнувшись вперёд, уперевшись локтями в колени и сцепив кисти рук. Он смотрел на неё в ответ, и даже среди ночи его взгляд казался очень проницательным. Что именно он хотел ей этим сказать, она не понимала. То, что он не рад её вмешательству или завидует, так как сам не может обнять Милу? Или, возможно, он испытывает чувство вины, потому что внутренне радуется, что её эпопея с любовью к двум парням наконец окончена?     Посочувствовав ему, Кира мягко улыбнулась, на что он, к её удивлению, ответил похожей мягкой улыбкой.     Она смущённо отвернулась и принялась гладить подругу не только по голове, но и по спине, терпеливо ожидая, когда та успокоится.     Мила через пару минут отстранилась и поднялась, вытирая лицо и стараясь не смотреть на невольных зрителей своей истерики.     — Я пойду спать, — сказала она. — Хочу, чтобы самый ужасный день рождения в моей жизни, наконец, закончился. Спасибо вам.     Развернувшись, она пошла в дом, не дожидаясь ответа.     Кира подскочила, намереваясь пойти с ней, но Мила уже скрылась внутри общежития. Вздохнув, она глянула на Леона.     — Ты сможешь ещё раз использовать свою магию? В смысле опять её успокоить? — спросила она, готовясь вернуть подругу на время обратно.     Леон пожал плечами, продолжая смотреть куда-то в ночь.     — Если она сама не попросила, то, может, и не нуждается.     — О чём вы... м-м-м... — она замялась. — Это, возможно, не моё дело, но может вы говорили о чём-то важном?     — Мы в основном молчали, — ответил он, и его взгляд стал каким-то сожалеющим. — Я догадывался, что однажды что-то подобное произойдёт. Курт он... непостоянный.     — Бабник, то есть, — нахмурилась Кира.     — К сожалению, — кивнул Леон. — Но даже я не ожидал, что он выкинет такой фортель прямо на её дне рождения.     — И где этот несчастный сейчас? — гневно спросила Кира, чувствуя, как зачесались кулаки.     — Отправил его домой. Наказать, к сожалению, не имею права. В конце концов, ничего запретного он не совершал. Моя опека ограничивается только правилами академии, общества и послушания. И в данный момент никаких правил, обещаний или личных границ он не нарушал, ну разве что комендантский час, поэтому сейчас уже находится дома.     — Вот же... вывернулся.     — Но это не значит, что я спущу ему всё это с рук, — неожиданно улыбнулся Леон и посмотрел на Киру. — Я не могу пользоваться магией, но я всё ещё его старший брат.     — Насыпь ему соль в утренний кофе. Просто от меня, — мстительно нахмурилась Кира.     Его улыбка неожиданно стала шире, и Кира замерла от шока. Его лицо невероятно преобразилось. Ещё чуть-чуть, и можно влюбиться.     Отвернувшись, она сделала вид, что ей уже пора возвращаться.     — Спасибо тебе за всё... Ну, ты знаешь... ты очень помог Миле, ну, и мне тоже.     — Всегда пожалуйста, — ответил он, и его сияющие глаза в этот момент её чуть не добили.     Кашлянув, она поспешила к зданию.     — Надо проверить Милу. Ещё раз спасибо. Спокойной ночи.     И Кира так же стремительно скрылась в здании.     Леон, проводив её взглядом, опять повернулся к небу и протяжно вздохнул.     Странный вечер.     Курт, конечно, не мог не выделиться, но, сам того не зная, только помог своему брату. Хотя для себя всё испортил окончательно. Олух — он и есть олух. Но сам виноват.     А ведь со всеми этими событиями она так и не спросила, о ком он говорил во время той странной игры. Может, догадалась сама?