рай (paradise)

Нил, наконец, в своем первом отпуске за долгое время. Океанский бриз обдувает его, пока он сидит в баре курорта с тропическим напитком перед собой. Он попросил что-нибудь крепкое и сладкое. Бармен улыбнулся и протянул ему через барную стойку этот напиток. На вкус он напоминает ананасы и кокос, а после глотка на языке остается ожог от водки. На курорте не так многолюдно, поскольку сейчас май, начинается сезон отпусков, но он еще не в самом разгаре. Несколько пар у бассейна позади него и еще больше пар, усеивающих песок на пляже слева от него. День подходит к концу, солнце низко опустилось к горизонту, так и просится опуститься под воду. Вдалеке играет тропический барабанный оркестр, что-то мягкое и мелодичное, от чего его слегка клонит в сон. Кто-то садится рядом с ним и говорит бармену. — Чистый виски. Нил оглядывается и видит светловолосого мужчину, небрежно присевшего на барный стул рядом с ним. На нем пляжная рубашка, бирюзовая с различными морскими обитателями, на любом другом человеке она выглядела бы слишком кричаще, но ему она, как ни странно, шла. Мужчина оглядывается, ухмыляется, а затем отворачивается, чтобы дождаться своего напитка. Нил залюбовался веснушками на его скулах, золотисто-ореховым цветом его глаз, он прекрасен. — Здесь в отпуске? — спрашивает мужчина, делая глоток виски, который бармен ставит перед ним. — Это курорт на Карибах. Зачем еще мне быть здесь? — Нил отвечает хмуро. Мужчина поднимает одну бровь. — Бизнес? — О нет, — смеется Нил, качая головой. — Я здесь ради удовольствия. — Я Эндрю, — Эндрю протягивает руку. Нил крепко берет ее в свою, оценивая силу, с которой Эндрю ее пожимает. — Нил. — Нил, — повторяет Эндрю, ресницы рассыпаются по щекам, а глаза прикрываются. — Чем ты зарабатываешь на жизнь? — Компьютерный программист. Эндрю хихикает, с придыханием и снисходительностью, и Нилу это нравится. Эндрю потягивает виски, затем поворачивается всем телом на барном стуле, чтобы оказаться лицом к Нилу. — Звучит скучно. — Это не так. Мне нравится иметь возможность не работать с людьми, — отвечает Нил, незаинтересованно пожимая плечами. — Чем занимаешься ты? — Адвокат. — Значит, ты хорошо умеешь спорить? — спрашивает Нил, поворачиваясь лицом к Эндрю. Ветерок проносится мимо них, взъерошивая светлые волосы Эндрю, и доносит до Нила запах его одеколона. Он пахнет прекрасно, пряно, как амбра и сандаловое дерево. От этого запаха у Нила пересохло во рту. — Я могу аргументировать свою точку зрения, — говорит Эндрю, проводя пальцем по ободку своего бокала. Он окунает его в бокал, вытаскивает обратно и кладет в рот, чтобы слизать виски. — У тебя хорошо получается спорить? — Я умею побеждать в спорах, — легко признается Нил, безразлично пожимая плечами. В глазах Эндрю что-то вспыхивает. Это почти незаметно, но Нил улавливает это. — Надолго ты здесь? — На неделю. Губы Эндрю кривятся в опасной улыбке. Сердце Нила начинает колотиться так сильно, что он немного опасается, что у него может случиться сердечный приступ. — Ты приехал только сегодня? — спрашивает Эндрю, потягивая виски. Нил кивает. — Несколько часов назад. — Восхитительно. Солнце уже опустилось за горизонт, окрасив небо над ними в розовый и фиолетовый цвета, как сахарная вата. Волосы Эндрю не менее золотистые, но некоторые пряди падают ему на лицо, и когда он замечает, что Нил смотрит на него, поднимает одну бровь, к чему Нил уже привык, и смотрит на Нила в ответ. — Ты здесь с кем-то? — спрашивает Нил, немного опасаясь ответа. — А разве это имеет значение? — отвечает Эндрю. Нил понимает, что нет. Он не хочет знать. Но он хочет забрать Эндрю к себе в комнату. Даже если это будет всего на час или два. Он думает, что это было бы лучшее, что случилось с ним за весь отпуск, который его заставило взять его начальство. Может быть, это лучшее, что с ним случилось за последние годы. Нил собирает все свое мужество. — Пойдешь со мной в мою комнату? Эндрю смотрит на него таким напряженным, таким жестким, таким полным неприкаянной похоти взглядом, что Нил весь пылает жаром. Эндрю наклоняется, сокращая расстояние между ними, и кладет свой рот прямо рядом с ухом Нила. — Думаю, я заставлю тебя подождать, — шепчет Эндрю, с каждым словом прикасаясь губами к уху Нила. — Давай сыграем в игру… если ты будешь вести себя хорошо, я отведу тебя в твою комнату и займусь тобой. Как тебе это? — Кто сказал, что ты будешь поступать со мной по-своему? — Нил отстраняется, чтобы посмотреть в глаза Эндрю. Они так близко, что Нилу едва стоит пошевелиться, чтобы их губы слиплись. Это опьяняет. От всей этой атмосферы Нил чувствует себя немного не в своей тарелке. Выпивка, музыка, волны и Эндрю. — О, Нил, — назидательно произносит Эндрю с дразнящей ноткой в глубине своего голоса. — Это мое имя, — усмехаясь, отвечает Нил. — С тобой будет очень весело, — Эндрю проводит пальцем по всей длине руки Нила, останавливаясь, чтобы обхватить его запястье. — Прогуляйся со мной. Бармен ухмыляется, когда Эндрю подписывает чек номером своей комнаты, чтобы счет был выставлен ему. Пальцы Эндрю остаются свободно обхваченными вокруг запястья Нила, пока он тащит его в сторону пляжа. С закатом людей стало меньше. Эндрю останавливается там, где бетон переходит в песок, и снимает обувь, устремляя на Нила укоризненный взгляд, чтобы тот последовал его примеру. Нил снимает свои сандалии, держа их в пальцах руки, не захваченной Эндрю. — Итак, программист Нил. Расскажи мне, чем ты занимаешься для развлечения? Нил прочищает горло. — Я бегаю. Я играю в команде экси со своими друзьями. Я нянчусь со своими племянницами, им четыре и семь лет. — Захватывающе, — со скучающей ухмылкой произносит Эндрю. — Твоя очередь задать мне вопрос. — Эээ… — Нил моргает, на мгновение отвлекаясь на мышцу, которая вскочила на бицепсе Эндрю, когда он взял запястье Нила. — Почему ты стал адвокатом? — У меня комплекс спасателя, — легко и, кажется, честно отвечает Эндрю. — Какой твой любимый фильм? — Терминатор. А у тебя? — Аэроплан. Нил фыркает, не в силах остановиться, и ловит взгляд Эндрю. Он не может понять, серьезно Эндрю отвечает или шутит, и ему это даже нравится. Это успокаивает в каком-то странном смысле. — Ты веришь в инопланетян? — Нет, — окончательно отвечает Нил. — А вот в снежного человека — определенно. Снежный человек реален. Эндрю поднимает бровь. — Вселенная очень большая, а ты не веришь в инопланетян? — Если бы инопланетяне были реальны, они бы уже уничтожили нас и забрали Землю себе. Эндрю фыркает, отвернувшись от воды. Его взгляд пронзителен и тревожен. Нил переводит свой взгляд с его губ на глаза. Эндрю фиксирует это движение ухмылкой, которая почти граничит с жестокой, но Нил знает, что это не так. — Любимое культурное событие, которое происходит каждый год? — спрашивает Эндрю. — Щенячья миска, — отвечает Нил, и ухмылка становится все глубже на его губах. — Любимая песня? — Eight группы Sleeping at Last, — честно отвечает Эндрю. Они пересекают пляж, останавливаются на берегу, и волны плещутся у их ног. Тревога начинает закрадываться в желудок Нила, но пальцы Эндрю на его запястье странным образом успокаивают. — Скажи мне, Нил, когда тебя в последний раз трахали так сильно, что ты не мог нормально ходить? Нил смеется, немного шокированный вопросом, но в то же время дико возбужденный. — Хммм… Не думаю, что это когда-либо случалось. Глаза Эндрю сужаются и темнеют на мгновение, прежде чем его лицо снова становится нейтральным. На некоторое время наступает тишина, когда Нил отрывает лицо от раздраженного Эндрю и снова смотрит на океан. Эндрю дергает его за запястье, прося Нила следовать за ним, и Нил следует. Они идут по пляжу, мимо бара, мимо бассейна и надевают обувь. Нил поворачивает к своей частной хижине, притулившейся к краю курорта. Он потратил на нее хорошие деньги, надеясь на уединение, и теперь очень рад этому. Эндрю тяжело плетется позади него, пока они бредут по тропинке к хижине. Он молчит, и от напряжения между ними у Нила сводит живот в предвкушении. Ключ-карта легко вставляется в замок номера со вспышкой зеленого света и звуковым сигналом. Нил толкает дверь и открывает ее, чтобы Эндрю мог пройти. Внутри находится гостиная с французскими дверями, которые открываются, чтобы показать чистый белый песок пляжа. Шум волн эхом разносится по комнате. На журнальном столике стоит серебряное ведерко с бутылкой шампанского со льдом, к которой Нил не потрудился прикоснуться, когда приехал в начале дня. Нил останавливается прямо перед шампанским, достает его и с кривой ухмылкой машет им Эндрю. Эндрю ничего не говорит, вместо этого он просто берет два бокала, стоящие рядом с серебряным ведерком, и протягивает их. Нил осторожно откупоривает шампанское, наблюдая, как белый дым поднимается над бутылкой. Он осторожно наливает им два бокала и опускает бутылку обратно в ведерко. Эндрю протягивает ему бокал, их пальцы соприкасаются, когда Нил берет его, и он осторожно отставляет свой бокал, чтобы отпить глоток шампанского. Движение его горла, когда он глотает, на мгновение завораживает Нила, прежде чем он подносит свой бокал к губам. Они допивают шампанское в дружеской тишине, если не считать нежного шума волн на берегу позади них. Темнота только-только начинает наползать на пляж и хижину, занавески колышет ветерок, и это вызывает мурашки предвкушения по голым рукам Нила. — Покажи мне спальню, — требует Эндрю, немного задыхаясь, ставя свой бокал на стол. Нил ставит свой бокал и направляется в спальню. Эндрю идет рядом с ним, настолько близко, что Нил слышит его дыхание, когда они идут. В центре спальни, напротив французских дверей, выходящих на океан, стоит большая кровать. Нил сглатывает, когда они проходят, но у него не так много времени, прежде чем Эндрю закручивает его и прижимает к двери, которая мягко закрывается за ними. — Да или нет? — Эндрю дышит Нилу в ухо. — Да, — шепчет Нил, хотя и не знает, на что именно он соглашается. Тело Эндрю прижимается к его спине, он теплый и твердый на фоне Нила. Эндрю кусает Нила за шею, заставляя его вздрогнуть и сдержать хныканье. — Я буду трахать тебя так сильно, что ты будешь чувствовать это несколько дней. — Обещаешь? — спрашивает Нил, но дрожь в его голосе выдает сарказм. Эндрю запутывает пальцы в волосах Нила, откидывая его голову назад, чтобы они могли видеть друг друга в темноте комнаты. — Молчи, пока я не дам тебе разрешения говорить, — приказывает Эндрю, голос низкий и серьезный. — Ты понял? Нил только с энтузиазмом кивает, уже следуя указанию Эндрю вести себя тихо. Его пробирает дрожь, когда Эндрю лижет полоску на его голой шее, откидывая голову назад, чтобы прикусить там, где пульс бьется под кожей. Эндрю хватает Нила за руки и медленно поднимает их, чтобы прижать к стене над его головой. Пальцы проводят по горлу Нила, затем медленно расстегивают его рубашку. В местах прикосновения пальцев Эндрю на его коже словно пляшут языки пламени. Что-то в прикосновениях Эндрю бьет током, как будто он чувствовал это раньше, и одновременно как будто впервые. Эндрю расстегивает рубашку и останавливается на поясе брюк Нила, высунув язык, чтобы успокоить укус, который он только что сделал на его плече. — Я хочу попробовать тебя на вкус, — говорит Эндрю в кожу плеча Нила. Нил содрогается от одной только мысли об этом. — Нил, — говорит Эндрю, низко и твердо, в завитки на затылке Нила. — Кивни, если это «да», покачай головой, если это «нет». Нил снова кивает, чтобы Эндрю почувствовал движение его головы. Он на мгновение крепко обхватывает его талию, делает рваный вдох, который едва достигает ушей Нила, и Эндрю прижимается лбом к его плечу, чтобы на мгновение успокоиться. Руки на его бедрах разворачивают его так, что спина оказывается сильно прижатой к двери позади него. Нилу больше нравится этот вид; он может видеть румянец на щеках Эндрю даже в растущей темноте спальни. Эндрю слегка раздвигает ноги Нила, чтобы они были одного роста, а Нил смотрел на Эндрю чуть снизу. Пальцы пробегают по его рукам по бокам, на мгновение обвиваясь вокруг бицепсов, а затем проделывают оставшийся путь вверх, чтобы запутаться в локонах Нила на затылке. — Можно тебя поцеловать? Нил медленно кивает, и Эндрю отчетливо стонет, прежде чем их губы смыкаются. Это так хорошо. Нилу кажется, что его губы горят, когда губы Эндрю поглощают его рот. Их губы идеально прилегают друг к другу, как будто они целовались много-много лет, и от этого в груди у Нила поднимается восхитительная волна. Вкус Эндрю напоминает виски и шампанское, которые он пил раньше, он пьянит и кружит голову Нилу. Эндрю слегка отстраняется, прикусывает нижнюю губу Нила, а затем успокаивает ее языком. Эндрю отстраняется с ошеломленным видом, губы опухли от их поцелуя. Это опьяняет. Нил так сильно хочет его. Ему кажется, что он может утонуть желая этого человека. — Раздевайся, — приказывает Эндрю, его руки свободно болтаются по бокам. — Сейчас же. Нил сглатывает, прежде чем подчиниться. Он стягивает с себя рубашку, позволяя ей расстелиться на земле у его ног, а затем приступает к расстегиванию брюк. Расстегнув их, он слегка надавливает, чтобы они упали на ноги, выходит из них и смотрит на Эндрю голодным взглядом. Адамово яблоко Эндрю подрагивает, губы кривятся в умиротворенной, восхищенной улыбке. Нил засовывает большой палец в трусы, не сводя взгляда с Эндрю, и тоже спускает их с улыбкой. Эндрю не смотрит вниз; он продолжает смотреть в глаза, когда отступает в пространство Нила. Эндрю кладет свои руки на голую талию Нила, удерживая их глаза в замке, прежде чем наклониться для очередного поцелуя. Непроизвольный стон вырывается у Нила при соприкосновении кожи с кожей. Он чувствует, как его крутят и толкают к кровати. Он падает, не заботясь о том, какую картину создал, и поднимает глаза на Эндрю. Эндрю задирает рубашку, обнажая гладкую, мускулистую грудь, и Нилу приходится физически сдерживать себя, чтобы не потянуться к нему. Но это не имеет большого значения, потому что Эндрю забирается на кровать, притягивая Нила к себе, и упирается в неё предплечьями. Они снова целуются, на этот раз более отчаянно, и Нил выгибается на кровати с хныканьем, когда Эндрю лижет его рот. Рука обхватывает его над кроватью и прижимается к пояснице, притягивая плотнее к телу Эндрю. — Можно я отсосу у тебя? — спрашивает Эндрю, прижимаясь ко рту Нила. Вопрос выбивает из Нила стон, и он пылко кивает. — Такой нуждающийся, — Эндрю хихикает, а затем осыпает шею Нила жаркими поцелуями, покусывая ее. Нил путается пальцами в одеяле и смотрит в потолок в надежде отвлечься от головокружительного ощущения губ Эндрю, проходящих по его груди. Губы проводят по его обнаженной бедренной кости. Нил не успевает опомниться, как Эндрю вылизывает полоску на его болезненно твердом члене. Нил прикусывает губу так сильно, что удивляется, как не почувствовал вкус крови. Эндрю закидывает ноги Нила себе на плечи и упирается предплечьями в верхнюю часть его бедер. Эндрю держит его в клетке, это должно пугать, но не пугает. Странно, но он чувствует себя в безопасности. Нил уже слишком напряжен, он болезненно возбудился после бара, он дрожит, сдерживая оргазм, пока Эндрю пытается разобрать его на части. Он хочет кончить, когда Эндрю будет внутри него, но он не может говорить, поэтому не знает, как это передать. Ощущения слишком сильны. Эндрю двигает головой, проводит языком по головке несколько раз, затем снова опускается, и это уже слишком. Нил хнычет, упираясь пальцами ног в спину Эндрю и выгибаясь дугой. Эндрю резко отстраняется, поднимается по телу Нила, чтобы прижать их рты друг к другу в смазанном и грязном поцелуе. — Я собираюсь трахнуть тебя сейчас, — грубо шепчет Эндрю в губы Нила. Это заявление направляется прямо к его уже болезненно твердому члену. Закрыв глаза, он отстраненно осознает, что Эндрю больше не лежит на нем. Когда вес Эндрю возвращается на Нила, на этот раз он обнажен, и они скользят вместе, вызывая у Нила очередной стон. — Полегче, — успокаивает его Эндрю, проводя губами по его ключице. — Расслабься. Эндрю поднимает ногу Нила, чтобы она легла на его плечо, целует внутреннюю сторону бедра, прежде чем одарить Нила лукавой ухмылкой. Смазанный палец медленно входит в него, Нил сдерживает шипение и расслабляется. Эндрю отвлекает его от вторжения, облизывая его соски, покусывая, а затем дуя на них так, что холодный воздух заставляет их дрожать под пристальным вниманием Эндрю. Нилу кажется, что он сейчас уплывет от всех этих ощущений. Обычно он болтлив во время секса, но Эндрю приказал ему молчать. Это испытывает каждую унцию его самоконтроля. Он хочет говорить и говорить Эндрю, какой он хороший, как сильно он его хочет, шептать грязные вещи в уши Эндрю, чтобы раззадорить его, пока он не потеряет контроль. Эндрю быстро переходит от одного пальца к двум, к трем, пока не раздвигает их ножницами, и Нил уже готов к тому, чтобы его трахнули. Он пристально смотрит в глаза Эндрю, пытаясь передать свою настоятельную потребность, что вызывает усмешку Эндрю и нежный поцелуй. — Хорошо, хорошо, — говорит Эндрю, вынимая свои пальцы из Нила. Нил прикусывает губу, чтобы не захныкать от потери пальцев Эндрю. Мгновением позже Эндрю поднимает обе ноги Нила на плечи, становится на колени между его ног, поглаживая себя под тяжелым взглядом Нила. Нил наблюдает, как он подается вперед, подталкивая его ко входу, а затем медленно входит в него. Нил выгибает спину, пытаясь принять его глубже, но Эндрю прижимает руку к его животу, чтобы поддержать его. Эндрю обхватывает Нила под бедрами и с дьявольской ухмылкой притягивает его ближе. Он получает слишком много удовольствия, думает Нил. Эндрю начинает задавать бешеный темп, который, как он знает, завтра будет ощущаться в его бедрах и животе. Втягивание и вытягивание Эндрю посылает восхищенные мурашки по позвоночнику Нила. Его лихорадит от желания. Словно прочитав его мысли, Эндрю замирает, медленно спускает ноги Нила со своих плеч, откидывается назад, чтобы сесть на кровать, и направляет Нила к себе на колени. Нил осторожно опускается на него, колени по обе стороны от бедер Эндрю, издавая стон при смене угла. Он чувствует Эндрю везде. Внутри себя, руки крепко держат его за бедра, губы пробегают по ключицам. Это слишком хорошо. Эндрю держит руки на бедрах Нила, чтобы направить его в медленном темпе. Нил прижимается лбом к лбу Эндрю, чтобы успокоить себя, их тяжелое дыхание смешивается между ними под воздействием напряжения от того, насколько они растворились в моменте. Это продолжается слишком долго. Нил чувствует себя как кипящая кастрюля с плотно закрытой крышкой, слишком много всего сразу. Он пытается ускорить темп, но Эндрю только снова замедляет его, крепко сжав его бедро. Эндрю лижет ему рот, открывая его для поцелуя, который вытягивает весь воздух из легких Нила. — Эндрю, — наконец говорит Нил просто потому, что он так далеко зашел, что уже не знает, как молчать. — Да, давай, — приказывает Эндрю, его рука поднимается, чтобы коснуться плеча Нила и подтолкнуть его быстрее. — Давай. Нил откидывает голову назад, подставляя шею под укусы Эндрю, зная, что завтра на ней будут синяки. Но ему все равно, потому что тогда он сможет вспомнить этот момент. Они уже не медлят, их темп бешеный, и Нил слышит заминку в дыхании Эндрю, который задерживается, ожидая, когда Нил первым почувствует разрядку. Наконец, рука Эндрю на его сверхчувствительном члене делает это. Оргазм обрушивается на него, как волны на берег. Эндрю замирает под ним, и Нил прижимается задыхающимся поцелуем к губам Эндрю, пытаясь почувствовать вкус стона, который Эндрю издает, когда кончает. Они вместе падают на кровать, Нил по-прежнему на коленях Эндрю, рука Эндрю обвивает спину Нила. — Чёртов пиздец, — говорит Эндрю, проводя рукой по потной спине Нила. — Да. — Хорошее начало отпуска. Нил слегка приподнимается, чтобы сузить глаза на Эндрю. — Я буду чувствовать это несколько дней. — В этом и был смысл, — Эндрю просто ухмыляется. Все острые углы, веснушки и легкий солнечный ожог на кончиках ушей. Эндрю опирается на предплечья, чтобы нежно поцеловать Нила в губы. — Давай примем душ. — Я не хочу двигаться, — жалобно скулит Нил, уткнувшись лицом в плечо Эндрю. — Я наберу для нас ванну. Эндрю поднимает Нила с себя, они оба стонут от ощущения, и Нил смотрит, как Эндрю голый идет в ванную. Он слушает, как Эндрю передвигается по ванной комнате, звук работающей ванны, и немного погодя Эндрю зовет его. Ванная комната освещена свечами вокруг стоящей перед огромным окном, выходящим на океан, ванны. Лунный свет падает на воду позади них. — Романтично, — поддразнивает Нил, но улыбается Эндрю, чтобы смягчить удар. Эндрю поднимает бровь, но ничего не отвечает. Эндрю выглядит мускулистым, когда забирается в ванну, протягивая руку Нилу, чтобы тот присоединился к нему. Нил забирается внутрь и устраивается в теплой, пузырящейся воде у спины Эндрю. Эндрю медленно поглаживает его плечи, бицепсы, а затем его руки ложатся на живот Нила и проводят там нежные круги. Нил чувствует себя пылающим. — Давненько мы так не делали, — замечает Эндрю, касаясь губами шеи Нила. Это одна из любимых игр Нила, и Эндрю это знает. Однако для этого всегда нужно работать. Иногда после выездной игры в незнакомом городе они остаются на лишнюю ночь, и Нил идет в бар, где его забирает Эндрю. Для Нила есть что-то захватывающее в том, что они притворяются, что не знают друг друга, но между ними есть доверие десятилетия совместной жизни. Это удовлетворяет зуд для обоих. Нил может лгать, а Эндрю — добиваться. — С годовщиной, — бормочет Нил, уже сонный. — Семь дней, только ты и я. Как думаешь, выживешь? Эндрю нежно целует Нила в плечо. — Я справлюсь. Нил сдерживает ухмылку, снова устраиваясь в объятиях Эндрю. Может быть, недельный отпуск в тропическом раю с мужем — это как раз то, что ему нужно. Хотя он никогда и никому не признается в этом, может быть, безопасно признаться в этом хотя бы самому себе.