Глава 1
23 сентября 2022 г., 17:20
У одних родителей девочка была. Звали ее Лютиэн, и была она очень красивая и самостоятельная - в четыре года танцевать научилась, а в шесть уже сама себе суп варила.
И все было бы хорошо, только папа ее смертных не любил. Особенно всяких нечесаных-немытых. А Лютиэн смертных любила, и у нее с папой всегда были разные споры.
А однажды было так. Идет себе Лютиэн по лесу и лембас ест. Видит, под деревом у ручья смертный сидит. Грязный-грязный, и с мечом. Смертный говорит Лютиэн:
— Неправильно ты, Лютиэн Тинувиэль, лембас ешь. Ты его колбасой кверху держишь, а его надо колбасой на язык класть. Тогда вкуснее получится.
Лютиэн попробовала — так и вправду вкуснее. Она смертного угостила и спрашивает:
— А откуда ты знаешь, что меня Тинувиэль звать?
Смертный отвечает:
— Я в Белерианде всех знаю. Я в Дортонионе живу, и с гор все видно. Кто хороший и кто плохой. Только сейчас Дортонион ремонтируют, и мне жить негде. А потом и вовсе могут все перевалы закрыть.
— А кто тебя по-эльфийски разговаривать научил? — спрашивает Лютиэн.
— Да так, — говорит смертный. — Где слово запомнишь, где два. А потом, я у короля одного жил, который язык смертных изучал. Вот и выучился. Сейчас без языка нельзя. Пропадешь сразу, или из тебя шапку сделают, или воротник, или просто коврик для ног. Между прочим, меня Берен зовут… Фамилия такая.
Лютиэн говорит:
— Пошли ко мне жить.
Смертный сомневается:
— Папа твой меня выгонит.
— Ничего, не выгонит. Может, мама заступится.
И пошли они к Лютиэн. Смертный поел и весь день на диване спал, как барин. А вечером папа с мамой пришли. Папа, как вошел, сразу и сказал:
— Что-то у нас человечатиной пахнет. Не иначе как Лютиэн смертного притащила.
А мама сказала:
— Ну и что? Подумаешь, смертный. Один смертный нам не помешает.
Папа говорит:
— Тебе не помешает, а мне помешает.
— Чем он тебе помешает?
— Тем, — отвечает папа. — Ну ты вот сама подумай, какая от этого смертного польза?
Мама говорит:
— Почему обязательно польза? Вот какая польза от этого гобелена на стене?
— От этого гобелена на стене, — говорит папа, — очень большая польза. Он дырку загораживает.
Лютиэн даже слегка обиделась – этот гобелен она сама ткала, когда совсем маленькая была.
— Ну и что? — не соглашается мама. — И от смертного будет польза. Мы его на собаку выучим. Будет у нас сторожевой смертный. Будет дом охранять. Не лает, не кусает, а в дом не пускает. Или вот, пусть орков ловит…
А папа отвечает:
— Нет у нас никаких орков!
— Нет, так заведем, — отвечает мама.
Папа даже рассердился.
— Ну вот что. Если тебе этот смертный так нравится, выбирай: или он, или я.
Мама сначала на папу посмотрела, потом на смертного. Потом опять на папу и опять на смертного.
— Я, — говорит, — тебя выбираю. Я с тобой уже давно знакома, а этого смертного в первый раз вижу.
Утром папа с мамой к Хирилорну ушли. Лютиэн проснулась, сварила себе супа, позавтракала с Береном и стала письмо писать.
«Дорогие мои родители! Папа и мама!
Я вас очень люблю. И смертных я очень люблю. А этого особенно. А вы мне не разрешаете его заводить. Велите из дома прогнать. А это неправильно. Я уезжаю в Нарготронд и буду там жить. Вы за меня не беспокойтесь. Я не пропаду. Я все умею делать и буду вам писать.
До свиданья. Ваша дочь — Лютиэн Тинувиэль».
